Распорядок дня в тюрьме строгого режима: ПРИМЕРНЫЙ РАСПОРЯДОК ДНЯ ОСУЖДЕННЫХ / КонсультантПлюс

Содержание

что это такое, что известно об условиях содержания, чем отличается от тюрьмы, каков распорядок дня, за что дают? Уголовный юрист


Что такое место пребывания особой строгости?

Слово «особый» наталкивает на мысли, что устав строгости здесь усилен. И это действительно так. В особо строгий режим помещаются совершившие нарушения на строгом режиме.

СПРАВКА! Постояльцами особого режима являются осужденные на пожизненное заключение или те, к кому была применена смертная казнь, но в силу обстоятельств ее сменили на особое содержание.

В тюрьме введены беспрецедентные меры безопасности, где вероятность побега, сведена к минимуму. Зона такого типа имеет жесткие ограничения и пребывания камерного типа.

Существуют отличия и по количеству сообщений с «внешним» миром. Заключенный имеет право на посылки и бандероли в зависимости от того на каком положении он содержится.

  • Обычные условия позволяют получить 4 посылки и 4 бандероли в год.
  • Облегченные. Допускают 6 посылок и столько же бандеролей.
  • Строгие. Ограничиваются 2 посылками и 2 бандеролями.
  • Обычные условия содержания допускают 3 посылки и 3 бандероли в год.
  • Облегченные – 4 передачи и 4 бандероли.
  • Строгие условия ограничиваются 1 посылкой и 1 бандеролью.

О том, чем отличается тюрьма строгого режима от общего режима, вы можете узнать здесь.

Прохождение собеседования

Прием на работу в колонию начинается с прохождения собеседования. Здесь соискателю рассказывают о базовых обязанностях, размере оклада и задают ему несколько стандартных вопросов. Например, спрашивают о том, где человек учился/работал ранее, о планах на будущее.

Если кандидат подходит на должность, то после собеседования кадровик обычно говорит ему об этом. Далее человеку нужно взять справку об отсутствии судимости. Заказать ее следует как можно раньше, поскольку готова она будет где-то через месяц.

Поскольку ИК – это закрытое учреждение, то чтобы попасть сюда на собеседование, гражданину потребуется разовый пропуск. В нем указывается следующая информация:

  • ФИО кандидата на должность;
  • цель посещения;
  • данные лица, ответственного за выдачу пропуска;
  • дата выдачи;
  • время действия.

За что дают?

За что дают строгий режим в тюрьме? Руководствуясь ст. 122 УИК РФ строгое наказание получают:


  1. осужденные за умышленное преступление;

  2. рецидивисты;
  3. серийные убийцы;
  4. «заказные» убийцы.

Для заключенных строгого порядка введены максимальные ограничения и изоляция от общества.

Особо строгое положение предусмотрено для лиц:

  • Совершивших особо тяжкие преступления, и приговоренных к пожизненному заключению (ст. 58 УК, ст. 74 УИК).
  • Лица, которым смертная казнь отменена по тем или иным обстоятельствам, содержатся в специальных колониях с особым положением.
  • В особые условия, путем перевода из строгой системы, поступают осужденные, совершившие преступления на территории строгого режима.

Прохождение медкомиссии

Пока готовится справка о несудимости, кандидату на должность нужно пройти медкомиссию. Сделать то можно в специальной поликлинике для сотрудников. К ней же они прикрепляются на то время, пока работают в колонии. В случае болезни, больничный лист придется брать здесь – обычный на работе не примут.

Чтобы пройти медкомиссию, нужно взять направление в отделе кадров. Осмотр следует пройти у психиатра, нарколога, лора, окулиста, терапевта. Женщинам также нужно пройти гинеколога. Осмотр абсолютно бесплатен и занимает по времени не более трех дней.

В результате кандидат на должность получает заключение и может выходить на работу. В первый рабочий день он должен будет подписать трудовой договор и приказ, ознакомиться с правилами внутреннего распорядка, прослушать инструктаж. Передав трудовую книжку в отдел кадров, гражданин получает пропуск и может приступать к освоению новых обязанностей.

Распорядок дня

Всем известно, что в каждой тюрьме существуют свои негласные правила, принятые авторитетными заключенными. Но, кроме этого, существуют законодательно установленные порядки, по которым тюрьма живет официально.

СПРАВКА! Согласно приказу №205 Министерства юстиции РФ от 3.11.2005 г. в каждой ИК существуют свои порядки, которые могут меняться в зависимости от времени года, местных условий или других обстоятельств.

Ознакомившись с распорядком дня заключенных, можно сделать вывод, что заключенные живут обычной жизнью, которой живут те, кто находится по другую сторону забора.


В распорядок дня правонарушителей входит рабочий процесс, личное время и культурно-массовые мероприятия, не считая трехразового питания и физическую нагрузку.

Распорядок дня корректируется, если осужденные работают в несколько смен. Отдельное расписание у тех осужденных, кто находится на карантине, в одиночных камерах или штрафных изоляторах.

Общие требования к кандидату

Чтобы работать в ИК в отделе воспитательной работы, нужно соответствовать таким требованиям:

  • совершеннолетие;
  • наличие навыков работы с компьютером и оргтехникой;
  • быстрый набор текста;
  • стрессоустойчивость;
  • неконфликтность;
  • отсутствие судимостей как у самого кандидата, так и его родственников;
  • нейтральный внешний вид (отсутствие пирсинга и татуировок на видных местах, ярких волос, дредов).

Получая должность по знакомству, человек может не обладать особыми навыками, не иметь стажа работы или специального образования. К кандидатам, претендующим на аттестованные должности, предъявляются более жесткие требования.

Условия

После того как осужденному озвучили срок, через некоторое время его этапируют к месту отбывания заключения. Обязательным требованием является 2-недельный карантин, который должен пройти каждый. После непродолжительной изоляции осужденный попадает на обычный режим, где и будет отбывать срок.

В колонии строгой системы заключенные изначально попадают в обычные условия нахождения. Такая система подразумевает длительные (3 дня – 3 раза в год) свидания и посылки (4 раза в год) весом до 20 кг.

ВНИМАНИЕ! Обычное отбывание срока может быть доступно тем, кто отличился хорошим поведением на строгом режиме (без взысканий).

  1. Облегченное положение. Порядок подобного пребывания намного легче, чем предыдущий. Для проживания осужденных предоставляется общежитие.
    На облегченных условиях длительные свидания положены 3 раза в год, а передачу посылок можно осуществлять до 6 раз.
  2. Строгие условия. Один из самых строгих режимов пребывания на зоне (в тюрьме). На строгом проживании находятся опасные преступники, те, кто неоднократно нарушал режим нахождения в колонии.
    На строгих условиях преступники содержатся в закрытых помещениях. Для них предусмотрены короткие прогулки на ограниченной территории. Им положено 1 длительное свидание в год, а также краткосрочные свидания и посылки 2 раза в год.

  3. Особо строгое положение. Условия нахождения соответствуют своему названию. Под особо строгие условия попадают наиболее опасные преступники, те, кто приговорен к пожизненному сроку.

Так как многие заключенные склонны к побегу, нарушению и суициду, то здесь принимаются всевозможные меры безопасности для предотвращения ЧП.

Стало общепринятым фактом то, что в лагере, кроме законодательного порядка, существуют свои, внутри тюремные законы, которые контролирует «смотрящий».

На особо строгом режиме не существует женской колонии.

Особенности работы в женской колонии общего режима

В женских колониях общего режима в основном отбывают наказание лица, осужденные за распространение и продажу наркотиков. Некоторые женщины имеют судимость за мошенничество и кражи, другие – за убийство. В среднем в таких колониях содержится около 1000 осужденных.

Многие должности в ИК имеют внушительные названия, но по факту, с обязанностями такого сотрудника может справиться человек без особых навыков. Например, старший инспектор в отделе воспитательной работы по факту занимается документооборотом и делопроизводством.

Большая часть сотрудников тюремной администрации – люди пожилые. Они не умеют обращаться с компьютером, и даже работа в Ворде вызывает у них трудности. Соответственно, им нужен человек, который готовил бы приказы, справки, характеристики осужденных и прочие документы. В основном эти бумаги необходимы для комиссии по условно-досрочному освобождению или амнистии.

Работы с документооборотом в колонии немного. Поэтому большую часть времени специалист бесцельно сидит у монитора, ожидая конца рабочего дня. Главное – выполнить установленный объем работы, а остальное время можно заниматься своими делами.

Рабочий день у большинства сотрудников колонии начинается в 8 утра и заканчивается в 17:00. Соответственно, с 7:30 до 8:30 у контрольно-пропускного пункта появляется очередь, которая двигается довольно медленно. Дело в том, что каждого входящего на КПП тщательно осматривают, проверяя пакеты, сумки, личные вещи.

На территории колонии запрещены мобильные телефоны. Сотрудники оставляют их у проверяющего на КПП утром, забирая вечером после работы. Естественно, на руководство данное правило не распространяется. А обычные сотрудники вынуждены находиться на территории колонии от звонка до звонка, без связи с внешним миром.

Вход в колонию и выход из нее осуществляются непосредственно по пропускам. По умолчанию сотрудники ИК не имеют права покидать территорию колонии до конца рабочего дня. Чтобы выйти раньше, необходимо получить отдельное разрешение. Однако некоторым работникам удается уговорить начальство на получение постоянного разрешения на выход из колонии в обеденный перерыв. Такие исключения обычно делают для тех сотрудников, которые живут неподалеку, и ходят обедать домой. Остальной же персонал питается в местной столовой.

За опоздания сотрудники получают замечания. С дисциплиной в ИК все строго. Если сотрудник должен в рабочее время покинуть территорию колонии (например, для посещения прокуратуры или других госорганов), то начальник предупреждает об этом работников на КПП. Аналогичные правила действовали и для гостей исправительного учреждения. На имя каждого посетителя оформлялось отдельное разрешение, подписанное начальником колонии. В нем указывалась дата посещения.

При входе на территорию колонии, посетители должны были сдать телефоны, камеры, книги. Перемещаться по объекту им разрешается только с сопровождающим.

Каждый начальник отдела имеет помощницу из числа заключенных. Она выполняет различные поручения, передает сотрудникам информацию и документы. Некоторых заключенных допускают к работе на компьютере. Причем осужденные могут работать полный рабочий день, считая начисления, оформляя документацию.

Чем отличается от тюрьмы?

Тюрьма и колония строгого режима не имеют принципиальных отличий. В обоих учреждениях заключенные находятся в ограниченной среде под постоянным наблюдением охранников. Их краткосрочные передвижения и прогулки осуществляются исключительно в наручниках.

ВАЖНО! И в тюрьме, и в колонии особого устоя находятся особо опасные преступники, чье полноценное возвращение в общество находится под сомнением.

Одной из особенностей является то, что в колонию помещаются исключительно «отпетые» персонажи, которые обречены, остаток жизни провести за решеткой.

Но нередко бывают и такие случаи, когда осужденные отличаются не лучшим поведением и в таких условиях. В этом случае для них предусмотрены специальные изолированные камеры, в которые они помещаются в качестве наказания.

Предлагаем вам ознакомиться с другими статьями на нашем сайте. Читайте о том:

  • Что такое дисбат и за что туда попадают?
  • Какие виды тюрьм бываю?
  • Каковы условия жизни в колонии общего режима?
  • Что такое гауптвахта и чем она отличается от дисбата?
  • Чем отличается зона от тюрьмы?
  • Чем тюрьма отличается от исправительной колонии?

Какие должности бывают в колониях

Несмотря на то, что работу в ИК престижной не назовешь, устроиться сюда можно исключительно по блату. В основном сотрудники администрации трудоустраивают своих родственников и друзей. Людей без рекомендаций сюда попросту не возьму.

Штат колонии довольно широк. Здесь есть целый отдел, занимающийся пенсионными накоплениями. Но одной из наиболее престижных является должность инспектора по воспитательной работе. Она предполагает карьерный рост – со временем можно стать заместителем начальника. На кресло начальника обычно претендуют родственники предыдущего начальства, поэтому получить такую должность сложно.

Однако при длительной прилежной работе возможно все. И это один из основных плюсов работы во ФСИН. Спустя несколько лет работы начальник отряда может стать начальником отдела. Затем он становится заместителем и даже начальником колонии.

Еще одно преимущество работы заключается в надежности и стабильности. Сокращения и увольнения в сфере исполнения наказаний – это большая редкость. Даже в период кризиса зоны продолжают работать без сокращения персонала. Кроме того, большинство сотрудников выполняют достаточно простую работу без высокого уровня ответственности.

Персонал колонии делится на две группы:

  • аттестованные сотрудники;
  • неаттестованные.

Первые – это лица, имеющие специальные звания (от рядового до генерала). Работа этих сотрудников приравнивается к военной службе. По этой причине они могут пользоваться массой привилегий. Речь идет о более продолжительном отпуске, наличие 13-й зарплаты, льготном стаже, когда год работы считается за полтора. Соответственно, на пенсию можно уйти уже в 35-37 лет. Также эти сотрудники могут рассчитывать на бесплатные путевки в санаторий и финансовую помощь при приобретении жилья.

Есть вопрос к юристу? Спросите прямо сейчас, позвоните и получите бесплатную консультацию от ведущих юристов вашего города. Мы ответим на ваши вопросы быстро и постараемся помочь именно с вашим конкретным случаем.

Телефон в Москве и Московской области: +7

Телефон в Санкт-Петербурге и Ленинградская области: +7

Бесплатная горячая линия по всей России: 8 (800) 301-39-20

При этом у аттестованных сотрудников больше ответственности. Они должны были регулярно сдавать нормативы по огневой и физической подготовке, нести дежурство в колонии, ездить на учебно-методические сборы. При возникновении экстренных ситуаций аттестованные сотрудники должны в любое время приезжать на работу.

Неаттестованные работники не имеют ни дополнительной ответственности, ни особых преимуществ. Соответственно, зарплата у них в 3-4 раза ниже, чем у аттестованного персонала. Однако в дальнейшем можно пройти аттестацию, послужив 6-8 месяцев и дождавшись приказа о присвоении воинского звания. Затем кандидат сдавал небольшой формальный экзамен и должен был принести присягу.

Сложности работы в исправительном учреждении

Работа в колонии подходит не для каждого. Многие уходят отсюда, не проработав и года. Причины этого заключаются в следующем:

  1. Отсутствие свободы. Проходя КПП, человек оказывается оторванным от внешнего мира. Многие сотрудники ИК не могут покинуть объект до конца рабочего дня. Соответственно, они могут чувствовать себя осужденными.
  2. Специфический контингент. Работа в исправительном учреждении накладывает на человека сильный отпечаток. Сотрудники ИК нередко используют тюремный сленг в общении и ведут себя как осужденные. Большинство сотрудников не имеют никаких хобби, общаются на повышенных тонах и много курят, в том числе, и в кабинете. Алкоголизм среди работников колонии – распространенное явление.
  3. Работа является рутинной, скучной. Объемы работы небольшие, потому большую часть дня человек просто ждет, пока сможет покинуть территорию ИК.
  4. Обратная сторона жизни в колонии. Новичку, попавшему на работу в ИК, придется столкнуться с несправедливостью. Например, люди, проработавшие в таких учреждениях несколько лет, рассказывали, как начальство подговаривало сотрудников уничтожать жалобы, написанные заключенными. Также здесь можно столкнуться с людьми, совершившими тяжкие преступления и не раскаивающимися в этом.
  5. Антисанитария. Даже в тех колониях, где был сделан более-менее современный косметический ремонт, условия содержания заключенных оставляют желать лучшего. А потому сотрудники постоянно рискуют чем-то заразиться. Например, достаточно выпить стакан воды, чтобы слечь с отравлением.

Работа в колонии накладывает определенный отпечаток на сотрудников. Например, у многих из них нет семей. Объясняют они это отсутствием свободного времени и тратой всех сил на осужденных. Некоторые лица создают семьи, познакомившись в колонии. Так, практически все мужчины, работающие в ИК, женаты на сотрудницах этого же исправительного учреждения.

Строгий режим мягче СИЗО – Газета Коммерсантъ № 38 (5548) от 05.03.2015

Как стало известно «Ъ», депутаты Госдумы намерены внести поправки в Уголовный кодекс (УК) РФ, согласно которым один день содержания в СИЗО будет приравнен к 1,3 дня содержания в колонии строгого режима. Кроме того, депутаты предлагают пересчитать для осужденных и те дни, в течение которых они находились в СИЗО в ходе обжалования приговора, и те, которые были потрачены на этапирование в колонию. Таким образом, срок отсидки для нескольких десятков тысяч зэков может сократиться от нескольких месяцев до года.

Поправки, о которых идет речь, подготовили депутаты Госдумы Иван Сухарев, Антон Ищенко, Сергей Каргинов и Кирилл Черкасов (все — ЛДПР). Соавтором документа может стать и член комитета Госдумы по гражданскому, уголовному, арбитражному и процессуальному законодательству Рафаэль Марданшин («Единая Россия»).

Авторы намерены продолжить процесс гуманизации УК РФ, который запустили депутаты Павел Крашенинников, Александр Хинштейн (оба — «Единая Россия») и Татьяна Москалькова («Справедливая Россия») (см. «Ъ» от 17 февраля). 18 февраля Госдума приняла в первом чтении их законопроект с поправками к ст. 72 УК РФ, который предполагает, что один день содержания в СИЗО осужденному будет зачтен как 1,5 дня пребывания в колонии общего режима или как два дня отбывания наказания в колонии-поселении. На практике это будет означать, что, если гражданин был приговорен судом к пяти годам заключения в колонии общего режима, но провел в рамках следствия один год в СИЗО, ему останется отбывать 3,5 года, если же суд постановил направить его в колонию-поселение — то три года.

Новые поправки к УК РФ предполагают, что один день содержания в СИЗО будет засчитываться осужденному как 1,3 дня отбывания в колонии строгого режима. Авторы уверены, что таким образом заключенным будет компенсировано нарушение их прав и свобод в изоляторах. При этом поправками предлагается устранить пробелы, которые не были учтены в законопроекте Павла Крашенинникова. В частности, депутаты хотят учесть время содержания в СИЗО для подследственных не только до вынесения им приговора, но и после, то есть дни, в течение которых заключенный находился в СИЗО во время обжалования решения суда по делу. Как утверждают депутаты, зачастую на это может уходить от полугода до года. Кроме того, поправками предлагается засчитать осужденным и то время, которое ушло на их этапирование в колонию.

«Порой время доставки заключенного из СИЗО до колонии занимает до шести месяцев,— уточнил один из авторов поправок к УК РФ, руководитель правозащитного проекта «Гулагу.нет» Владимир Осечкин.— При этом условия содержания в транзитных и пересыльных тюрьмах, помещениях, функционирующих в режиме следственных изоляторов, намного суровее, чем в СИЗО».

Перезачет периода этапирования, как и зачет дней, ушедших на обжалование решения суда, по словам Владимира Осечкина, «логичное продолжение идеи Павла Крашенинникова».

Законопроект будет иметь обратную силу, так что срок отсидки для большого количества заключенных может сократиться от нескольких месяцев до года. По данным ФСИН, сегодня под стражей и в заключении находятся более 671 тыс. человек, из них в СИЗО — 117 тыс. человек.

Глава комитета Госдуму по законодательству Павел Крашенинников поддерживает поправки. «Но детально предложения нужно обсуждать. К примеру, что касается колоний строгого режима, то там сидят и те, кто был осужден по тяжким статья УК РФ, в этом случае, видимо, придется прописывать, что такие люди под действие поправок попадать не могут»,— говорит он.

Вячеслав Козлов

Колония строгого режима – что это за пенитенциарное учреждение, кого туда помещают

В РФ создана полноценная система исполнения наказания, которая включает в себя несколько видов исправительных учреждений.

Многоступенчатость системы подразумевает возможность перевода арестантов в разные режимы отбывания наказания в зависимости от их поведения и соблюдения правил отбывания наказания.

От тяжести совершенного деяния напрямую зависит срок наказания и исправительное учреждение, каждое из которых имеет определенный режим. От места отбывания наказания зависит, ощутит осужденный тяготы строго режима или будет находиться в более мягких условиях.

Строгий режим в качестве наказания

Уголовный Кодекс РФ предусматривает строгий режим отбывания наказания для лиц совершивших преступления следующего типа:

  • Умышленные преступные деяния.
  • Рецидивы преступлений.
  • Убийства двух и более человек, серийные убийства.
  • «Заказные» убийства людей.

Лица, получившие строгий режим заключения, практически полностью изолируются от общества на установленный законом промежуток времени, максимально ограничиваются в свободах и правах.

Особо строгий режим содержания предусмотрен для лиц, признанных виновными в особо тяжких деяниях, приговоренных к отбыванию пожизненного наказания или смертной казни. Приговоренных к высшей мере наказания преступников содержат в колониях строго режима, но на более суровых условиях. На специальные условия содержания переводят заключенных, нарушивших правила отбывания наказания в колониях строго режима.

Отличие режимов отбывания наказания

Принцип организации во всех колониях одинаковый. Вся площадь объекта поделена на несколько зон:

  • Рабочая.
  • Жилая.
  • Проведения досуга и культурных мероприятий.

Условия отбывания наказания в колониях строго и общего режима отличаются следующими характеристиками:

  • Контингент арестантов. В исправительные учреждения общего режима отправляют отбывать наказание за совершение тяжких преступлений и средней тяжести впервые. Колония строгого режима предназначена для рецидивистов и лиц, совершивших особо тяжкие преступления.
  • Расходование денежных средств. Колония общего режима допускает максимальные траты на еду и другие средства в объеме, которые не превышает трех минимальных размеров, оплаты труда. Для объектов строгого режима, подобные расходы ограничены на уровне двух минимальных зарплат.
  • Разрешенные свидания с родственниками. Общий режим допускает максимальное количество краткосрочных встреч 6, длительных 4. Для строго режима количество свиданий ограничено тремя.
  • Возможность передач осужденным. Лицам, отбывающим наказание в колонии общего режима, допускается передавать 6 посылок и 6 бандеролей. Для строгого режима, количество передач ограничено 4, для посылок и бандеролей. В 2019 году изменены ограничения максимального веса передаваемой в колонии посылки он увеличен с 20 до 50 килограмм.

Содержание женщин в исправительных учреждениях

Для женщин-преступников предусмотрены более мягкие условия содержания под стражей, чем для мужчин. Выражено это в отсутствии на территории РФ женских колоний строгого и особого режима.

При совершении преступления любой тяжести, женщину отправят отбывать наказание в колонию поселения или общего режима. Других послаблений для женщин-преступниц нет. Все остальные правила отбывания женщин и мужчин одинаковые. Если женщине был назначен строгий режим заключения, она имеет следующие ограничения:

  • Содержится в закрываемом помещении, в котором находиться несколько человек.
  • Время прогулок на свежем воздухе ограничено, и не должно превышать полтора часа ежедневно.
  • Встречи с родственниками два раза в год.
  • Получение посылок три раза в год.

Всех заключенных распределяют по общежитиям или камерам. Женщины, которые совершили противоправный поступок, отбывают наказание отдельно от рецидивисток. Преступницы, совершившие незаконное деяние особо тяжелого характера отбывают наказание в отдельных камерах.

Жизнь заключенных в исправительных учреждениях

Тюрьма – объект исправительной системы, предназначенный для содержания лиц, совершивших незаконные деяния различного вида. Содержаться преступники в тюрьме в различное время, установленное судом. На весь период наказания, преступника изолируют от общества. Колония – объект с большой площадью, организованный по принципу поселка, в который отправляют преступников за различные правонарушения. Цель помещения в колонию – отработка незаконного поступка. Срок содержания в колонии определяется судебным вердиктом.

В тюрьме содержат людей, которые причинили урон другим гражданам. В тюрьму переводят заключенных колонии, которые нарушили её правила и порядки содержания. Минимальное время отбывания наказания в тюрьме начинается с пяти лет. В сравнении с колонией, тюрьма относится к более изолированным исправительным объектам.

При помещении в тюрьму, человека лишают всего привычного. В колонию отбывать наказание помещают мужчин, женщин и несовершеннолетних. Главная задача колонии, перевоспитать человека, с помощью привлечения к различным видам работы. Форма содержания, определяется степенью тяжести совершенного преступления. Для лиц, совершивших тяжкие преступления, предназначены колонии строго режима. Совершенное по неосторожности преступление или незаконный поступок средней тяжести является поводом помещения человека в колонию поселение.

Есть вопрос к юристу? Спросите прямо сейчас, позвоните и получите бесплатную консультацию от ведущих юристов вашего города. Мы ответим на ваши вопросы быстро и постараемся помочь именно с вашим конкретным случаем.

Телефон в Москве и Московской области:

+7 (495) 266-02-45

Телефон в Санкт-Петербурге и Ленинградская области:
+7 (812) 603-78-25

Бесплатная горячая линия по всей России:
8 (800) 301-39-20

Возможности Тюрьма Колония
Передвижение Не допускается. Покидают камеру для совершения ежедневной прогулки и встречи с родственниками, по установленному графику Объект по принципу организации напоминает закрытый поселок. На его территории есть магазины и другие объекты, посещение которых разрешается всем заключенным в рабочее время объекта
Трудовая деятельность Отсутствует Все содержащиеся на территории колонии лица привлекаются к работе
Вероятность исправления Низкая Высокая вероятность раскаяния и исправления
Виды Нет Существует несколько видов: строгая, лечебная, исправительная, воспитательная, детская

 

Виды режимы содержания заключенных

Исправительная система РФ включает в себя, несколько видов учреждений для содержания преступников:

  1. Тюрьма.
  2. СИЗО.
  3. Воспитательные учреждения.
  4. Колонии.
    • Поселения
    • Общего режима
    • Строго режима
    • Специального режима

Колонии поселения отличаются самым мягким режимом содержания преступников. В подобных исправительных учреждениях содержат осужденных за неумышленные преступные деяния, правонарушения, совершенные человеком первый раз, относящиеся к категории средней тяжести.

Отбывающие в подобном учреждении наказание лица, могут свободно перемещаться по всей территории колонии, а получив разрешение администрации исправительного учреждения, выйти за её пределы на определенное время. В поселении нет лагерных вышек и охраны с оружием. Наибольшее количество колоний относятся к исправительным учреждениям общего режима. Причины большого количества подобных объектов следующие:

  1. В колониях общего режима, могут содержаться лица мужского и женского пола.
  2. Перечень статей Уголовного Кодекса, которые предусматривают необходимость отбывания наказания в колониях общего режима достаточно большой. Преобладающее количество содержащихся в колонии преступников, совершили преступления тяжелого характера в первый раз.
  3. В случае нарушения правил содержания в колонии поселения, человека переводят в колонию общего режима.

В объекты строгого и особо строгого режима отбывать наказание отправляют исключительно мужчин. Женщин, совершивших особо тяжкие преступления, направляют в исправительные учреждения с общим режимом или специализированные женские колонии.

За совершение особо тяжких преступлений в первый раз, отбывать наказание отправляют в колонии строгого режима. Если было совершено повторное преступление, признанное судом опасным, осужденного направляют в исправительное учреждение строгого режима.  Самым строгим и суровым в плане отбывания наказания, считается особый режим.

Исправительные учреждения с особым режимом предназначены для лиц, приговоренных к пожизненному заключению и рецидивистов преступлений тяжелого характера.

Распорядок дня

Каждое исправительное учреждение имеет установленный распорядок дня для отбывающих наказание осужденных. Установленные порядком правила строго регламентированы и обязательны для всех заключенных. При разработке распорядка дня заключенных во внимание принимаются различные факторы:

  • Специфика работ.
  • Условия местности.
  • Время года.
  • Другие обстоятельства.

Стандартный распорядок дня включает в себя следующие действия:

  1. Подъем.
  2. Отбой.
  3. Гигиенические процедуры.
  4. Физических упражнений.
  5. Прием пищи.
  6. Трудовая деятельность.
  7. Учебные занятия.
  8. Воспитательные мероприятия.
  9. Досуг.

Распорядок дня предусматривает допустимые временные промежутки для каждого пункта. Непрерывный сон в течение 8 часов. Прием пищи не более получаса. Личное время и досуг до одного часа.

Отбывание наказания в женской тюрьме

Отбывают наказание женщины в двух видах камер:

  • Большие казармы. Подобные камеры рассчитаны на одновременное содержание до 40 человек. Непосредственно в камере имеется туалет, душ, кухонная зона.
  • Небольшие камеры. Условия в подобных камерах тяжелее, из-за отсутствия удобств.

В отряде установлены не более четырех кроватей, которые стоят отдельно. Они предназначены для «старшей». Её выбирают общим голосованием всех заключенных, после чего кандидатуру отправляют администрации, на согласование.

Любые нарушения в отряде станут причиной наказания «старшей» от администрации исправительного учреждения. «Старшая» имеет право в рамках установленных правил наказать сокамерниц, ставшие инициатором нарушения. Чистоту в камерах поддерживают сами заключенные. Каждая женщина выполнят уборку по установленному графику. Если качество уборки не устроило «старшую», провинившейся будет назначено наказание. Допускается передача дежурства другой сокамернице за определенное вознаграждение. Выполнение каждого действия по установленному графику является отличительной особенностью женских колоний от мужских.  Периодически в камерах женских тюрем происходят драки и разборки между сокамерницами.

Подобные ситуации случаются гораздо реже, чем в исправительных учреждениях для мужчин. Некоторые женщины объединяться в «семьи». Подобные союзы не имеют сексуального подтекста. Их цель совместное ведение хозяйства для облегчения отбывания наказания.

В женских тюрьмах все арестанты выполняют определенные работы. В основном это пошив одежды и приготовление пищи. График рабочего дня определяется администрацией колонии. Для каждой заключенной установлена норма выработки, которую она должна выполнить. В случае не выполнения производственного задания, хотя бы одной из заключенных, наказанию подвергнут весь отряд. На территории колонии имеется клуб, в котором заключенные проводят мероприятия и праздники.

Жизнь маньяков в шведской тюрьме: круассаны, музыкальная студия, бассейн

«Влияй на других»

Взрослые накачанные мужики начитывают на диктофон сказочные истории на ночь для своих маленьких детей. Брутальные парни выжимают из себя всю нежность, на которую в принципе способны, их голос мягок и сладок, а по щекам иногда текут слезы.

Отцы — заключенные самой строгой тюрьмы Швеции, получившие огромный или даже пожизненный срок. А bedtime stories — это часть программы реабилитации злодеев, которая произвела на меня самое сильное впечатление.

Но по порядку.

«Кумла» — тюрьма не просто строгого, а особо строгого режима — расположена в маленьком одноименном городке. Если посмотреть на нее сверху, то окажется, что тюрьма занимает едва ли не половину территории маленького городка. За несколькими железными заборами внутренние здания даже не разглядишь. Но среди всего этого «железа» можно обнаружить красную кнопку, нажав на которую, услышишь нежный женский голос.

Ворота расступаются. Фасад главного административного здания в ярких разноцветных кубиках (точно такие же — на фасаде нашего телецентра «Останкино»). А внутри — и вовсе авангардистские лестницы, уходящие в никуда, загадочные картины и статуэтки все тех же авангардистских художников. Все в стекле, с необычными интерьерами, как будто это музей современного искусства, а не тюрьма для маньяков. Впрочем, все это — территория исключительно для сотрудников, а у них, по задумке, всегда должны быть светлые мысли, спокойный нрав, доброе сердце и… расширенное сознание. Петр I примерно то же говорил (помните его знаменитое: «Тюрьма есть ремесло окаянное, и до скорбного дела сего потребны люди добрые, твердые и веселые»).

Среди сотрудников много очаровательных девушек в идеально сидящей на них форме и с оружием. По крепкому мужскому рукопожатию такой улыбающейся леди сразу можно понять, что в случае чего отпор она даст любому заключенному.

— 42 процента персонала «Кумлы» — женского пола, — говорит помощник начальника тюрьмы Мартин Хеймер. — А вообще у нас 465 сотрудников. Самих заключенных — около 400. То есть соотношение сотрудников и арестантов — примерно 1 к 1. Текучка кадров небольшая — процентов 8. Средний возраст сотрудников — 42 года. Получают они примерно по 300 тысяч крон в год, что равно 37 тысячам долларов.

Я пытаюсь сравнить все это с российскими реалиями. В московском СИЗО №2 «Бутырка» на 2,5 тысячи заключенных 450 сотрудников. То есть соотношение 5 к 1. Нагрузка в пять раз больше, а зарплата — ровно в 5 раз меньше (вместо 180–190 тысяч в месяц в перерасчете с шведских крон они получают всего 35–45 тысяч). Может быть, если бы финансирование нашей легендарной Бутырки было примерно таким же, как у «Кумлы», и работало бы там 2,5 тысячи сотрудников, то выглядели бы они счастливее? Про интеллектуальный уровень даже не говорю: все работники «Кумлы» — с высшим образованием, начитанные, прекрасно разбирающиеся в мировой политике, знающие минимум по два иностранных языка.

Вспоминаю объявление в стокгольмском метро: «У тебя есть способность влиять на других людей, чтобы они меняли свою жизнь? Мы ищем охранников в СИЗО и тюрьмы в Стокгольмском регионе. Подай заявку на важную работу». Представить что-то подобное в Московском метрополитене просто невозможно. Вряд ли у нас вообще когда-нибудь профессия тюремщика будет столь престижна, как в Швеции.

Фото: Ева Меркачева

Блок «Б»: к заключенным— на самокатах

Из административного здания сеть подземных коридоров ведет непосредственно в тюремные корпуса. «Кумле» почти 60 лет, и, по словам старожилов, уже в самом начале ее строительства возникла масса споров. Окрыленные гуманистическими идеями шведы считали, что сооружение должно даже снаружи напоминать санаторий. А получилась настоящая крепость наподобие легендарной военной тюрьмы Алькатрас. В итоге пришлось все перестраивать. Но совсем отказываться от решеток и колючей проволоки не стали. И слава богу, как показало время! В «Кумлу» ведь отправляли преступников, совершивших особо опасные преступления и склонных к нападению.

Длинный-предлинный коридор, конца которому не видно, весь разрисован картинами. Это творчество заключенных. Тех, кто уже умел рисовать или научился здесь (есть специальный класс, преподаватели — известные художники), приводят сюда и выдают кисти-краски. За долгие годы образовалась целая художественная галерея. Космические тела, города мира, сцены из сказок и фильмов, репродукции знаменитых картин Ван Гога, Леонардо да Винчи, тюрьма Алькатрас, Фемида в образе уличной красотки — здесь есть все. Все темы. Все стили. Коридор будто живет своей жизнью. В одном месте нарисована маленькая птичка, да так, что не отличить от настоящей, и кто-то из обитателей тюрьмы насыпал рядом… зернышек. Смешно и трогательно одновременно.

Еще один совсем не подходящий к такому мрачному месту атрибут — разноцветные самокаты. На них сотрудники преодолевают большие расстояния вот по таким бесконечным коридорам. Смотрится это, надо сказать, немного непривычно. Но с другой стороны — почему бы и нет? На велосипедах неудобно (коридоры узкие), а шагом или даже бегом передвижение по подземным тоннелям занимает очень много времени.

Блок «В». Здесь живет 31 заключенный. Блок для удобства наблюдения за ними охраны разделен на два совершенно идентичных крыла — левое и правое. Во всех шведских тюрьмах камеры одиночные, так что «Кумла» не исключение. Но каждое утро двери камер открываются, и заключенные могут покидать их, проводя время с собратьями в так называемой общей зоне (housing area).

Запах свежезаваренного кофе с круассанами, почти домашний уют… Заключенный (получил пожизненное за убийство) сидит на диване и потягивает напиток, который приготовила огромная кофемашина. На столе — остатки завтрака: яблоки, груши, мюсли, йогурт.

Распорядок дня, прямо скажем, мягкий в сравнении с тем, которого вынуждены придерживаться заключенные в российских тюрьмах.

Внутри его камеры (хозяин любезно разрешил пройти, чтобы осмотреть) излишеств вроде нет, но телевизор, магнитофон, шкаф с вещами создают иллюзию, что это комната в общежитии, а не тюрьма. В каждой есть туалет и умывальник, а вот душ — общий на каждом блоке. Видеоглазков внутри камер нет: в Швеции соблюдают право на приватную жизнь для убийц и маньяков. 

В общую зону тем временем подтягиваются из своих камер другие заключенные. На меня смотрят с любопытством, но без агрессии. Вообще женщин даже те, кто получил пожизненный срок, видят довольно часто: свидания в «Кумле» разрешены.

Блок «В» считается одним из самых благополучных — в том смысле, что тут отбывают срок не склонные к побегу заключенные. Но стекла на окнах пуленепробиваемые, а охрана просматривает всю общую зону круглосуточно. Для этого в центре блока «В», между двумя его крылами, расположено мини-КПП — стеклянная комнатка, где постоянно находится несколько сотрудников, следящих за порядком. Внутри этого КПП — мониторы, спецсредства и… две гитары. Инструменты предназначены для заключенных, но часто сами сотрудники могут забацать что-нибудь эдакое дождливыми ночами вместе с арестантами. Музыка здесь вообще звучит часто.

— Вот смотрите, что у нас есть, — сотрудник тюрьмы открывает ключами комнату, которая оборудована не хуже, чем профессиональная музыкальная студия. Более того, как оказалось, тут действительно записывают целые альбомы арестантских песен (их потом выкладывают на один шведский музыкальный портал). Сложился музыкальный коллектив из заключенных и сотрудников. Поют о разном — о шведских северных красотах, о страсти к приключениям, о любви и, конечно, свободе. Слова и музыку пишут обычно прямо здесь — для этого даже есть специальная доска с нотами.

«В тюрьме надо учиться, как говорил ваш Ленин»

Душой любой тюрьмы считают ее библиотеку.

Открываю дверь и вижу заключенного, который сидит в вальяжной позе, положив ноги на стул. В наушниках играет музыка, в руках у него — книга по психологии. Другой зэк-читатель слушает аудиокнигу о приключениях. Атмосфера совершенно расслабленная. Никого в зале из охраны нет. Ассортимент книг вообще впечатляет. Есть здесь даже две полочки на русском языке.

— Русских заключенных у нас за всю историю было всего пару человек, — говорит сотрудник библиотеки. — Видимо, вы не жестокая нация, раз не совершаете тяжких преступлений…

Слышать такое в чужой стране невыразимо приятно. Забавно, но среди русских книг есть одна про роды и появление в семье ребенка. Сотрудники предполагают: видимо, какой-то русскоязычный арестант готовился стать отцом.

Вообще заключенным «Кумлы» здешние социальные работники, воспитатели и психологи много рассказывают о ценности семьи. На этом основаны программы реабилитации. Шведские эксперты считают, что человек, которого не бросали родители, не бил отец, любила мать, не может пойти совершить череду жестоких преступлений. Потому первым делом они выясняют, что за детскую травму перенес заключенный, помогают ее исцелить. Говорят, что после этого агрессия сразу же пропадает. Но это не помогает в случаях, когда преступление совершено совершенно по другим мотивам (скажем, экстремистским).

Если у арестанта на воле остались дети, то обычно процесс исправления идет быстрее. Bedtime stories — это самая эффективная часть программы реабилитации для таких пап. Были случаи, когда только в тюрьме у них пробуждался сам отцовский инстинкт. Именно для того, чтобы снять нервное напряжение, агрессию, используют в «Кумле» уроки по вязанию, оригами и т. д. Забавно видеть, как брутальные мужики делают поделки из бумаг. Во многих камерах и общих зонах, в библиотеке на окнах и дверях висят бумажные сердечки, разноцветные бабочки, птички, ангелочки. Таких романтических украшений нет даже в женских шведских тюрьмах. Стены украшены картинами из даров природы — засохших листьев, цветов и веточек. Лепота, одним словом!

Но творчество совсем не исключает спорта. В «Кумле» несколько спортивных залов, качалка, волейбольные и баскетбольные площадки и даже… уличный бассейн. Бассейн на зиму прикрыли листами шифера, но сам факт, что в теплое время года клиенты тюрьмы могут вот так, под открытым небом, плавать… Вершина гуманизма! На фоне этого бассейна меркнет даже сад камней в прогулочном дворике.

Во всех шведских тюрьмах заключенные обязаны работать. В «Кумле» они шьют сумки, шапки, делают на них веселые аппликации. Работа не тяжелая, но пропускать ее нельзя без уважительной причины. А последней является участие, к примеру, в программе по избавлению от наркотической зависимости или обучение. Среди тех, кто сидит в «Кумле», есть получившие здесь за срок уже по 2–3 высших образования. Один из арестантов заявил: мол, в тюрьме познакомился даже с сочинениями Ленина и принципиально согласен с его заветом «учиться, учиться и еще раз учиться!»:

— Это бесплатно! И времени тут много свободного. Да и каждый, кто учится, на хорошем счету у администрации.

Быть на хорошем счету — означает иметь больше привилегией и возможностей. Касается это в первую очередь свиданий с близкими. Кстати, проходят такие встречи в помещениях, напоминающих двух- или трехкомнатные квартиры. Полностью меблированные, со всеми удобствами, они воссоздают домашнюю атмосферу. Брать с собой на свидание можно даже собаку или кошку.

Вход в шведский «замок Иф». Фото: Ева Меркачева

Тюрьма в тюрьме

Каждый блок в «Кумле» отличается от другого даже цветом. В одном — стены камер и мебель красные (как в блоке «В»), в другом — синие и т. д. Есть различия и в интерьерах: для постоянных нарушителей правил (скажем, тех, кто курит чаще раза в день и в неположенном месте — в «Кумле» официально разрешено делать это только во время прогулки во дворике) они более аскетичны, чем для тех, кто тихо-мирно отбывает наказание. Но все же они более-менее похожи друг на друга, а вот есть один совершенно особенный блок. Точнее, даже это бункер.

Появилось это спецотделение после целой серии побегов из шведских тюрем (в том числе с жертвами). Про побеги помнят и сотрудники, и заключенные. В одном только 2004 году их было 33, и все — громкие. Один из самых громких — побег троих заключенных, среди которых — лидер преступной группировки Даниел Майорана. Поймали их через неделю, посадили в другую тюрьму, откуда они снова сбежали… Тогда начальник пенитенциарной системы был отправлен в отставку, своего поста едва не лишился министр юстиции. Решено было выделить 80 миллионов евро на строительство спецблоков в трех существующих тюрьмах строгого режима. Поскольку «Кумла» была самой старой, бункер в ней получился образцово-показательным. Ток по периметру, система шлюзов, электронные замки мгновенной блокировки…

Построили «тюрьму в тюрьме» в 2010 году, и с тех пор там сидят «самые опасные из самых опасных». Всего около тридцати одиночных камер.

Представьте себе обычную камеру «Кумлы» — примерно 6,5 кв.м, без душа и обеденного стола. А вот в бункере камеры просторнее и комфортнее — по 12 кв.м, в каждой есть душ, и не только. И вот почему.

— Заключенные там не общаются друг с другом, — рассказывает швед, вышедший из «Кумлы» после десятилетней отсидки за убийство (небольшую часть срока он провел как раз в бункере). — Они практически все время проводят в своих камерах в одиночестве. Даже на прогулки их выводят по одному. Сотрудники тюрьмы не вступают с ними в разговоры. Если на обычном блоке они с нами играют в баскетбол, то в бункере даже близко не приближаются. И там под видеонаблюдением все 24 часа в сутки. Если в окно камеры обычного блока ты видишь зеленые деревья и сад камней, то тут — бетонную стену…

Психиатры уже высказали свое озабоченность тем, что в таких спецтюрьмах могут произойти необратимые последствия с нервной системой заключенного. «И тогда на свободу выйдет уже зверь», — говорили они. Да и вообще само существование такой супертюрьмы как-то не стыкуется в концепцией гуманности шведов. В ответ на это мне объясняют, что, во-первых, помещают туда обычно осужденных к пожизненному сроку, а во-вторых, стараются, чтобы арестант проводил там не весь период наказания.

Начальник «Кумлы» Кеннет Густафсон как-то заявил, что «супертюрьма» больше даже не для тех, кто агрессивен и на чьей совести много крови, а для тех, у кого на воле остались большие деньги и связи (именно им проще всего организовать побег). Надо сказать, что, какими бы жесткими ни были эти меры, они оказались весьма действенными: ни одного побега из «Кумлы» больше совершено не было. Тюрьма получила славу неприступной.

Охранники знакомятся с детьми, которые пришли навестить своего отца. Фото: Ева Меркачева

Заложники гуманности?

Пытаюсь на основе цифр составить портрет среднестатистического заключенного «Кумлы». Получается, что это мигрант 36 лет, совершивший насильственное преступление под влиянием наркотиков, алкоголя или радикальных вероисповеданий.

Вообще в тюрьме содержатся заключенные от 20 до 70 лет. Только 48% из них родились в Швеции. Среди постояльцев «Кумлы» — мигранты из… 62 стран! Абсолютное большинство из них убивали, грабили, избивали, насиловали…

Шведы будто бы оказались заложниками собственной миграционной политики: все самые чудовищные преступления за последние годы совершили именно мигранты. Изначально местные жители думали, что приезжие будут благодарны за кров и дом, что они адаптируются под привычный шведский уклад жизни.

— Мы думали, что обеспечим себе счастливую старость, потому что они будут помогать нам, — сказал мне шведский учитель математики, с которым я познакомилась в Стокгольме. — Что они станут выполнять физические работы, а коренное население сможет сосредоточиться только на интеллектуальных. Но все вышло не совсем так…

Шведы до сих пор очень политкорректны и боятся называть вещи своими именами. А суровая правда такова, что уровень преступности катастрофически вырос, криминальные сводки пестрят сообщениями о жестоких преступлениях. Появились районы, в которые сейчас лучше и не соваться белому человеку (был случай, когда там, как будто в средневековые времена, забросали камнями строителей).

Арестанты «Кумлы» приговорены (по состоянию на конец 2017 года):

8% — пожизненный срок;

2% — 10 и больше лет;

48% — от 4 до 10 лет;

21% — до 4 лет.

Так что неудивительно, что тюрьмы забиты мигрантами. В «Кумлу» в свое время был помещен убийца главы МИД Швеции Анны Линд Михайло Михайлович. Приезжий из Сербии, он зарезал женщину-политика после того, как ему отказали в шведском гражданстве. Михайловичу дали пожизненный срок, потом апелляция отправила его на принудительное психиатрическое лечение.

В «Кумлу», вероятно, привезут и водителя грузовика, который совершил теракт в центре Стокгольма, въехав в толпу людей. Трагедия случилась 7 апреля 2017 года, задержанный — мигрант из Узбекистана Рахмат Акилов. Что ему грозит за жизни шестерых граждан и несколько десятков раненых? Конечно, пожизненный срок, а с учетом его экстремистских взглядов нигде ему не обеспечат бОльшую изоляцию, чем в бункере «Кумлы».

Заключенные «Кумлы»:

76% уже имели судимость перед тем, как попали сюда;

56% имели судимость за применение насилия;

66% злоупотребляли наркотическими средствами;

56% имеют психиатрические диагнозы;

16% совершили тяжкое преступление в составе гангстерских группировок.

Для мигрантов условия в шведских тюрьмах — санаторные. Многие на воле не жили так, как там. Возможно, этим объясняется тот факт, что в тюрьмы возвращаются больше 30 процентов освободившихся. А видя, что гуманные шведы готовы на все ради защиты прав и свобод, такие мигранты-заключенные еще и глумятся. Иначе как назовешь поведение Абрахама Укбагабира, требующего выводить его на шопинг?..

Единственное, чем можно напугать таких арестантов, — супертюрьмами. Все-таки отсутствие возможности общения, полнейшая изоляция, жизнь, по сути, в подземелье — это совсем, совсем другое. Так что бункер в «Кумле» построили вовремя. И, может быть, напрасно некоторые его камеры до сих пор пустуют из-за того, что администрация считает содержание там слишком жесткой мерой.

РАСПОРЯДОК ДНЯ ДЛЯ ЗАКЛЮЧЕННЫХ В «КУМЛЕ»

08.00. Подъем, двери камер открываются. Завтрак.

08.30. Обучение, работа или участие в программе реабилитации.

11.00. Возвращение в общую зону для обеда.

11.45. Прогулка на свежем воздухе длительностью не менее одного часа.

13.00. Обучение, работа или участие в программе реабилитации.

16. 00. Ужин.

17.00. Свободное время, развлечения.

20.00. Отбой. Двери камер автоматически запираются на всю ночь.

Один день в колонии строгого режима: nehludoff — LiveJournal

На днях по приглашению башкирского ГУФСИНа я посетил уфимскую колонию строгого режима номер 9. Больше известную, как «Девятка». Раньше она была общей, а теперь здесь отбывают свои сроки почти полторы тысячи рецидивистов, все они — опасные преступники, у каждого не по одной ходке и все они за тяжелые преступления — убийства, грабежи, насилие, наркотики в крупных размерах и тому подобные злодеяния.

К сожалению, в первой точке нашего маршрута — ШИЗО — фотографировать запрещено, а на словах эту атмосферу не передать. Это несколько небольших камер, где по одиночке сидят злостные нарушители тюремного режима. В камере, куда мы заходили, отбывает несколько десятков суток москвич с прозрачными глазами, у которого первый срок за разбой, а второй — за хранение наркотиков в крупных размерах. Попал сюда за отказ убирать тюремный двор. Еще в коридоре там висит большая колонка, через которую транслируется музыка и лекции. Это нужно, чтобы исключить общение между камерами.

Дальше фотографировать можно было почти везде и мы отправились уже в отряд, где для зэка установлены облеченные условия отбывания наказания.

В небольшом закрытом дворике осУжденные (а это такой же профессионализм, как дОбыча), отличающиеся идеально примерным поведением, могут проводить часть времени, курить, любоваться на розы, которые здесь скоро зацветут и даже заниматься спортом.

Правда, все тренажеры прикованы цепями — мера предосторожности, чтобы, например, гантели нельзя было использовать в драке.


Заключенных нельзя снимать крупно без их письменного согласия, таковы правила. Но поверьте, очень сложно представить этих людей в роли убийц, воров и разбойников — совершенно обыкновенные лица, с ясными глазами и даже улыбками. Когда мы пришли, отряд находился в комнате отдыха, где со стен строго взирают первые лица государства и республики и стоит окно в мир — телевизор.

Естественно, тут не показывают все подряд, отбираются из эфира те программы, которые не могут повредить заключенным — из новостей убирают сюжеты про криминал, не показывают кино и сериалы со сценами насилия и секса.

Вообще, жизнь зэка строго регламентирована — по часам умываются, едят, работают, смотрят тв и в будние и в праздники.

Порядок на зоне ставят во главу угла, поэтому нигде нет ни соринки, ничего лишнего.


Известно, что труд цивилизует. В «Девятке» есть масса возможностей для перевоспитания трудом. Во-первых, это собственное металлоплавильное производство. Льют чугун и делают из него всякие полезные и нужные вещи.

Зарплата в цеху приличная. На руки после выплаты ущерба потерпевшему остается три-четыре тысячи. Виртуально, конечно. Их можно отоварить в ларьке на зоне — печенье, чай, конфеты.

Кроме того, тут работает большой швейный цех. Сюда, кстати, переехала часть оборудования с разоренной фабрики «8 марта», а теперь на нем шьют, например, спецодежду для «РЖД». Сильное впечатление, когда сотня луженых глоток нараспев кричит: «Дооооообрый день, гражданин начальник!»

Идем по территории колонии к тюремному клубу. Замечаю примету времени- комнату видеосвязи с начальником тюрьмы, которой могут пользоваться заключенные.

Заходи, нажимай на кнопку и оставляй свои жалобы и предложения. Но только по делу!


Центр духовной и культурной жизни колонии — клуб. Здесь на все праздники и в выходные проходят самодеятельные концерты, киносеансы и спортивные соревнования.

Для души тут есть три молельные комнаты, в которых мусульмане, протестанты и православные учат Коран и арабский, поют христианские гимны, исповедаются и причащаются.

Кстати, многие иконы и росписи — произведения заключенных.

На втором этаже — телестудия, в которой проходят цензуру программы для тюремного телевидения и производятся собственные проекты — социальные ролики и документальные фильмы. Руководит студией зэка из Подмосковья, который на воле имел отношение к телеремеслу, делал программу для одного из каналов.

Тут же художественная мастерская. Рисуют плакаты ко всем датам и наглядную агитацию. Рисунок очень даже ничего, а во рифма хромает.

Непременная часть жизни колонии — библиотека на шесть тысяч томов. Библиотекарь — выпускник института искусств с очень интеллигентным лицом (первый срок за нанесение тяжких телесных, второй — убийство) говорит, что больше всего берут фантастику и русскую классику. Достоевский ожидаемо зачитан до дыр.

А вот разнообразные своды законов, кодексы и прочую юр. литературу берут редко — и так знают наизусть.

На зоне время обеда. Идем в столовую.

Тут тоже, конечно, регламенты на все — граммы, виды продуктов, время посещения.

Дежурные разносят еду по столам, мы снимаем пробу с супа и второго.

Еда пресновата, очень простая, как в какой-нибудь обыкновенной заводской столовой. А вот пайка — краюха черного хлеба, который выпекают тут — очень даже вкусная.

Мы побывали почти везде. Не зашли, разве что в комнату свиданий. Там кто-то из заключенных встречался с родными и мы, конечно, не стали прерывать их и отнимать редкие в местах не столь отдаленных минуты радости.

Возможно, мой рассказ показался вам чересчур позитивным. Да, в колонии я не увидел каких-то ужасов, как в сериале «Тюряга». Тут чисто, порядок и все предельно просто и понятно. Но поверьте, с первых минут за решеткой, даже в качестве гостя, вы начинаете испытывать невыносимое желание поскорее выйти на волю! Это желание читается в глазах абсолютно всех обитателей зоны. И это ужасно! Помните, что тюрьма — это всегда тюрьма, какой бы она благоустроенной не была, и никогда сюда не попадайте!

Исправительную колонию № 26 в городе Тавде, где теперь отбывают наказание бывшие сотрудники правоохранительной системы, проверили правозащитники

 С весны 2019 года в исправительную колонию № 26 этапированы из других регионов страны экс-силовики приговоренные судом к наказанию в строгих условиях содержания. Лимит учреждения составляет более 700 человек.

В 2018 году здесь завершили комплекс работ по капитальному ремонту единого помещения камерного типа. Сейчас в учреждении ведется работа по созданию производственных участков для нового спецконтингента.

Пока здесь содержится 140 заключенных — бывших полицейских, специалистов следственных органов, прокуратуры, есть несколько судей. Колонии строгого режима для бывших силовиков в нашем регионе раньше не было. Бывшие силовики содержатся отдельно от других заключенных.

На днях учреждение посетили консультант аппарата Уполномоченного по правам человека в Свердловской области Сергей Санников, помощник начальника ГУФСИН России по Свердловской области по соблюдению прав осужденных Георгий Губанков и Тавдинский прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, старший советник юстиции Денис Бурцев.

Поскольку это было их первое посещение в перепрофилированную исправительную колонию, то их интересовало как будут отбывать наказание осужденные, относящиеся к категории бывших сотрудников правоохранительных органов, где трудоустроены, чем они занимаются в свободное время, что им разрешено, а что категорически запрещается, как организовано их питание и быт, распорядок дня и свидания с родственниками и многое другое.

За время посещения исправительной колонии комиссия посетила штрафной изолятор и общежития отрядов, пообщались с осужденными, которые к ним обращались с вопросами. Например, в общежитии отряда №2 ознакомились с условиями содержания осужденного с ограниченными возможностями. Жалоб и заявлений на условия содержания либо нарушение законных интересов от осужденных не поступило. Наоборот пожилой человек очень хорошо отзывался о медицинском персонале и сотрудниках колонии, оказывающих помощь в его положении. На все вопросы осужденных были даны подробные и обстоятельные ответы.

В спальных помещениях прокурор осмотрел спальные места и содержимое прикроватных тумбочек осужденных, отметил чистоту и порядок, хорошую работу сотрудников колонии за образцовый порядок.

В административном штабе правозащитники провели приём осужденных по личным вопросам, постарались помочь каждому, кто к ним обратился.

По завершению визита полковник внутренней службы Георгий Губанков отметил, что руководство и сотрудники исправительной колонии № 26 провели большую работу, приняли новый контингент осужденных, бывших сотрудников правоохранительной системы.

«Нам было важно услышать, какие вопросы имеются у осужденных. Мы проверили — требования к осужденным и условия содержания в колонии соответствуют российскому законодательству», — сказал Георгий Губанков. 

Сергей Санников добавил: «Цель нашего визита — проверка соблюдения прав лиц, отбывающих наказание в исправительном учреждении. Эта исправительная колония перепрофилируется, меняется режим, завозятся осужденные с других регионов, возвращаются наши осужденные отбывающие наказание в других учреждениях России. Работы очень много, руководство колонии справляется со своей задачей, жалоб от осужденных не поступило. Надеемся, что грамотная политика данного исправительного учреждения будет держать в рамках законности соблюдение порядка, осужденные будут перевоспитываться, уходить по УДО, возвращаться к своим семьям».

Замечаний по итогам визита правозащитники не сделали, тем не менее, начальник учреждения Константин Баркалов сообщил, что в исправительной колонии готовы реагировать на любые замечания общественности и надзорных органов.

Смотреть видео: https://yadi.sk/mail?hash=cHktDPcQQm0h2BrnZ862B6wuHna4QwFQK9gByofYz4MnlYl9WJUd%2B4yHtM%2BvcF%2Bjq%2FJ6bpmRyOJonT3VoXnDag%3D%3D

Пресс-служба ГУФСИН России по Свердловской области 

Жизнь в тюрьме супермакс

В тюрьме супермакс жизнь не просто тяжела, жизнь вообще не существует. Да, в смысле сердечных сокращений и функционирующих органов это работает, но с точки зрения человеческих реалий все убрано.

Тюрьмы supermax предназначены для содержания самых опасных преступников в мире в изолированных условиях, что означает, что заключенные проводят много времени в одиночном заключении и очень мало контактируют с другими.

За их неприступными стенами бушуют споры о тюрьмах строгого режима. Барак Обама пообещал — но не смог — закрыть лагерь для задержанных в заливе Гуантанамо, военную тюрьму, где, как известно, совершались нарушения прав человека в отношении заключенных.

Напротив, Дональд Трамп сейчас пытается предотвратить освобождение оставшихся задержанных, несмотря на то, что многим из них так и не были предъявлены обвинения.

Чтобы лучше понять, какое обращение в тюрьмах супермакс предусмотрено для заключенных, AskMen поговорил с тюремным консультантом Ларри Левином из тюремного консульства Уолл-Стрит.Левин был заключенным в США в течение 10 лет и считает своей профессиональной обязанностью знать, что происходит в самой жесткой тюрьме Америки — пенитенциарном административном изоляторе строгого режима в Колорадо, более известном как ADX Florence.

«Это так глубоко под землей, что им приходится прокладывать трубы под солнечным светом. Подумайте о том, как это влияет на ваше здоровье и душевное состояние на протяжении многих лет», — говорит он. «Это ты до конца своей жизни, если ты будешь там до конца.

Так на какую жизнь могут рассчитывать самые опасные заключенные в мире?

Ячейки

ADX, известный как «Алькатрас в Скалистых горах», был открыт в 1994 году Норманом Карлссоном, директором Федерального бюро тюрем, который утверждал, что он был построен для размещения людей, которые «не заботятся о других человеческих жизнях».

Каждая камера размером 12 х 7 футов с одним окном, около 3 футов в высоту и всего 4 дюйма в ширину, предлагает лишь отблеск неба. Прекрасные Скалистые горы намеренно скрыты от глаз на протяжении всего вашего пребывания; архитекторы тюрьмы работали сверхурочно, чтобы убрать всякое подобие света или радости, которые можно было бы почерпнуть из внешнего мира.

Соответственно здесь нет ничего органического. Вся личная мебель внутри каждой камеры — письменный стол, кровать, стол, раковина — сделана из литого бетона, прилеплена к полу, поэтому ее нельзя передвигать.У раковины даже нет крана, на случай, если его оторвут и используют как оружие.

заключенных

Познакомьтесь с вашими новыми соседями — одними из самых опасных людей в мире. Вспомните Ричарда Рида, также известного как «бомбардировщик обуви», который пытался взорвать самолет American Airlines, заложив в свои ботинки взрывчатку; Джохар Царнаец, участник бомбардировки Бостонского марафона; и два лидера Картеля Персидского залива, ответственные за контрабанду тысяч тонн наркотиков из Мексики и множество насильственных преступлений — среди многих других.

СВЯЗАННЫЙ: Мы поговорили с парнем, который убил более 100 наркобаронов Пабло Эскобара

Каждому заключенному присваивается один из шести уровней безопасности, самый худший из которых содержится в «Полигоне 13», крайнем одиночном заключении. Один из сокамерников, содержащихся здесь, — Томми Сильверстайн, бывший лидер Арийского Братства. Он был осужден за убийство еще четырех человек, в том числе двух тюремных охранников, в то время как он находился в федеральной тюремной системе. Однако у него не будет возможности напасть на кого-либо здесь, поскольку он провел последние 23 года в одиночной камере, самое долгое время за всю историю наблюдений.

После судебного иска в 2007 году судебному психиатру было поручено оценить благополучие заключенных. После осмотра 45 заключенных доктор Дорис Гандерсон обнаружила, что около 70% из них страдали как минимум одним серьезным психическим заболеванием.

Согласно The New York Times , д-р Гандерсон также сообщил о «заключенных, которые глотали лезвия бритвы, заключенных, которых оставляли на несколько дней или недель прикованными к своим кроватям, заключенных, которые так регулярно ели свои собственные фекалии, что штатные психиатры делал специальное замечание только тогда, когда делал это с необыкновенной «жадностью». ’”

Образ жизни

Забудьте о дружеских моментах в стиле «Побег из Шоушенка» с другими заключенными в ADX Florence. Здесь почти нет места для общения или братства — нет даже общего душа.

«Заключенные не выходят из камеры, чтобы принять душ, — говорит Левин. «Вместо этого охранник говорит им отвернуться от своей двери, затем на рельсах появляется душевая кабина, и они залезают в нее. Они моют и чистят под присмотром, прежде чем кабинку снова уводят на рельсы.

Ни один из 500 заключенных не может видеть друг друга из своей камеры и имеет мало возможностей для других взаимодействий. Трэвис Дюсенбери был заключенным в учреждении с 2005 по 2015 год и говорит, что общение между заключенными затруднено, но возможно, если вы прилагаете максимум усилий.

«Можно взять целый рулон туалетной бумаги, положить его на слив в раковине или душе и дунуть изо всех сил. Это пустило бы воду по трубам ровно настолько, чтобы между вами и камерой вашего соседа было пусто. Затем вы продолжаете держать рулон туалетной бумаги над сливом, вы говорите в него, и ваш сосед может слышать, что вы говорите».

«Заключенные тренируются в одиночестве в гигантском пустом бассейне, вокруг которого ходят охранники, — говорит Левин. «Вертолеты регулярно пролетают над землей, чтобы доказать, что спасения нет».

Заключенным разрешено смотреть телевизор и радио с выбранными каналами, часто на христианскую тематику, и получать журналы, но с вырезанием любых волнующих или подстрекательских страниц.Им разрешено играть в бинго в одиночку в своих камерах — они общаются друг с другом, выкрикивая «Хаус!» — и победитель может получить мороженое или возможность отправить своей семье свою фотографию, что в противном случае запрещено.

Тюремная охрана

Одиночное заключение является ежедневной нормой в супермаксе, и психологическая нагрузка может быть увеличена на ступеньку выше, если охранники решат возиться с единственной ручкой, которая у вас есть в реальности, — с вашими биологическими часами.

Левин говорит: «Вы не знаете, какое сейчас время суток, вы только и делаете, что едите, какаете и спите.Таким образом, вы пытаетесь считать свои приемы пищи, чтобы не отставать от реальности. Но они могли рассказать вам что угодно. Вы не знаете, как долго вы спали, полночь сейчас или что-то еще. Вам могут показать газету, но она может быть пятидневной давности.

«Вы можете чувствовать себя по предмету, который вам дают на завтрак, обед и ужин. Но охранники с удовольствием возятся с этим. Поспать часок? «О, смотри, твой завтрак уже здесь!» «Почему еще не ужин? Похоже на полночь.«Это разрушает тебя».

Любое мелкое правонарушение встречает ОМОН – целые взводы со щитами, касками, металлической обувью и дубинками.

Будущее

Помимо проблем с правами человека, тюрьмы supermax несут большие расходы: в Иллинойсе содержится около 14 000 заключенных по всему штату, но при этом на каждого из 200 заключенных в тюрьме Tamms supermax тратится более 62 000 долларов (около 40 лакхов) в год. Из-за непомерных затрат и разногласий тюрьма была закрыта в 2013 году.

По мере роста населения нашей планеты растет и количество заключенных. Сохранение худших из худших гуманным способом будет становиться все более дорогим.

На что на самом деле похожи 24 часа в тюрьме

Мнения тех, кто работает и живет в системе уголовного правосудия. Подпишитесь, чтобы получать по электронной почте «Life Inside» каждую неделю.

Меня постоянно спрашивают: как проходит день в тюрьме? Это скучно? Или ты занят? Итак, на днях я везде носил с собой блокнот карманного размера, записывая все, что делал.

Я решил поделиться с вами своими выводами, чтобы показать вам, что мы, заключенные, не бездельники — наши дни, на самом деле, невероятно полны.

В 1:30 ночи меня разбудил офицер с самым ярким фонариком в мире. Он дает мне 10 минут на то, чтобы одеться, и провожает меня в изолятор, где я снова раздеваюсь для тщательного обыска и начинаю трехчасовое дежурство по самоубийству. Это моя тюремная работа: сидеть с заключенными, считающимися склонными к суициду, и просто разговаривать с ними, и следить за тем, чтобы они ничего не пробовали.

18-летний чернокожий парень, к которому я приписан в этот день, говорит тихо и находится в сильной депрессии. (Мне 43 года, я белый.) Он удивительно быстро рассказывает о многих ужасах своего детства. Он прожил очень тяжелую жизнь, что типично для заключенных, но, тем не менее, всегда глубоко огорчает. Я чуть не плачу несколько раз. Я мало что могу для него сделать, кроме как выслушать, поэтому я делаю это так, как будто этот молодой человек — мой собственный ребенок.

Смена, меня снова обыскивают с раздеванием и провожают обратно в мою квартиру, где я быстро принимаю душ, потягиваюсь, медитирую, молюсь, затем забираюсь обратно под свое зудящее шерстяное одеяло и ложусь спать около 6 часов утра.м.

Я просыпаюсь в 10, благодаря всем улюлюканьям и крикам за пределами моей камеры. Я трачу несколько минут, чтобы сосредоточиться, поднимаюсь с верхней койки, и меня встречает моя служебная собака на дрессировке, Росс.

Пока я одеваюсь, Росс виляет хвостом и тыкает в меня своим холодным мокрым носом, что неизменно вызывает у меня улыбку.

Затем я спускаюсь по Скале (наш термин для тюремного блока) в общую ванную комнату, которую я делю с 48 другими заключенными, чищу зубы между четырьмя маленькими детьми, которые читают рэп, решаю свои утренние дела в туалете и возвращаюсь в свою камеру. еще раз, когда я наливаю Россу еще одну миску воды, застегиваю сумку, полную угощений, а затем отправляюсь обратно в недра нашего подразделения с собакой на буксире.Следующие 40 минут мы обучаем его выполнять мои команды.

Затем я беру свой планшет и чашку растворимого кофе и спешу к нашему киоску JPay.com (тюремная служба электронной почты) (компьютер, заключенный в чертовски нерушимую нержавеющую сталь), который является моим единственным окном во внешний мир. .

Итак, я плачу парню суп с лапшой рамен за то, что он занимает место в очереди, затем подключаю свой планшет и загружаю и скачиваю электронные письма.

Закончив, я бегу на кухню нашего подразделения, где стою в очереди, чтобы воспользоваться одной из двух микроволновок, которыми пользуются 96 заключенных.К счастью, я успеваю подогреть кофе до того, как слышу: «Пять минут до счета, народ», — ревущий через систему громкой связи тем же глухим, безразличным голосом, который извергал эти слова по нескольку раз в день, каждый день. годами.

«Будь на своих койках и будь на виду! Повторяю, будь на своих койках и будь видимым до 11:30, иначе получишь билет!»

Во время подсчета я пишу несколько электронных писем (которые будут загружены позже) и слушаю новости по радио, пока лежу в постели, ожидая, пока охранники сделают обход.Затем я надеваю свою спортивную одежду (пара рваных штанов, покрытых заплатами), надеваю выданное государством «зимнее» пальто и стою у двери камеры, ожидая, когда она откроется.

Подсчет времени в тюрьме — неточная наука с точки зрения осужденного. Конечно, они начинаются в одно и то же время каждый день: 5 утра, 11:30, 16, 9 вечера и полночь. Но когда каждый из них может закончиться, никто не знает. По сути это чистилище.

В этот день мне повезло. Счет очищается в 12:10, а это значит, что я выхожу за дверь и во двор к 12:20.

Обычно я выбираю это время, чтобы выйти во двор, потому что там практически пусто — большинство заключенных сейчас обедают внутри. Я пробегаю несколько миль, делаю подтягивания, отжимания, спринты и заканчиваю упражнениями с отягощениями и растяжками.

Когда тюрьма открывает свои массивные ворота с колючей проволокой наверху в 1:40 для контролируемого массового движения во двор, я направляюсь внутрь, как рыба, плывущая вверх по течению в реке каторжников. Сотни из них. В такие моменты мне нужно сохранять сверхбдительность.В такой толпе человека могли зарезать, и охрана не узнала бы об этом, пока не обнаружила бы его обескровленный труп, лежащий на дорожке после того, как толпа прошла. Я пригибаюсь и уклоняюсь, несколько раз останавливаясь, чтобы поздороваться, когда кто-то зовет меня по имени.

Благополучно вернувшись в свой жилой блок, я отмечаю свое место в очереди в душ (там всего один), бросая полотенце и мыльницу возле кабинки. Затем я готовлю себе миску овсянки быстрого приготовления, используя диспенсер с горячей водой, добавляю ложку арахисового масла, горсть кешью, миндаля и семян подсолнечника, смешиваю чашку молока (порошкового), выкапываю несколько бананов из своего шкафчик (купленный на черном рынке), затем сажусь обедать, ожидая своей очереди помыться.

Душ — единственное место, где я гарантированно найду уединение, хотя бы на десять минут за раз. Сейчас около 3, так что я беру еще одну чашку кофе, возвращаюсь в свою камеру, подъезжаю к столу, который мы с моей койкой делим, и изучаю испанскую грамматику, прежде чем писать на своем родном языке. Иногда художественная литература, иногда поэзия, иногда художественная документальная литература.

Сегодня это фантастика.

С 3 до 6 летаю свободно. Я погружаюсь в свой фантастический мир и живу через своих главных героев, пока они переживают любовь и потери, сражаются со злом и борются за то, чтобы сделать свой мир лучше. (Однако я вынужден сделать паузу на двадцать минут, пока я вскакиваю на свою койку в 4:30, чтобы считать время.)

Примерно в 6:10 я выкатываюсь со стадом заключенных в оранжевых и синих одеждах, направляясь к столовой. Там мы стоим в одной из двух очередей, которые змеятся между длинными обеденными столами, обставленными маленькими круглыми табуретками, а охранники ревут: «Заправьте рубашки, джентльмены. Или получишь билет». В конце концов мы подходим к грязным, забрызганным едой прилавкам, где Тринити (наш частный подрядчик общественного питания) разливает нам поднос с серой лепешкой, которую они называют «Индейка Ала Кинг», похожим на камень печеньем и консервированной зеленой фасолью, переваренной в безвкусная каша без запаха.Я давлю все, что могу, затем удираю. В столовой тоже опасно задерживаться.

После ужина я веду урок письма, который обычно длится около часа. Сегодня это переполняется, потому что мы на самом деле довольно весело изучаем разницу между активным и пассивным залогом. Около 8 я звоню маме. За 3 доллара (почти вдвое больше моей дневной зарплаты) за 15-минутный телефонный звонок я могу позволить себе говорить с ней только один или два раза в неделю.

Быстро и эффективно, с мастерством, отточенным за многие годы злоупотреблений в телефонной компании, мама рассказывает мне о своей жизни (у нее болят ноги, когда она целый день стоит на работе, и у нее новая крыша на доме) и рассказывает о моем предстоящая свадьба брата Дэвида (она будет красивой).Как обычно, вдруг врывается механический голос: «У вас осталась одна минута. Спасибо за использование GTL».

Мама часто плачет. Иногда я тоже. Тогда наш телефонный разговор окончен до следующей недели.

В 8:30 я вывожу Росса через заднюю дверь нашего отделения на его последний перерыв на горшок. Затем я бегу наверх к микроволновой печи, разогреваю себе суп с лапшой рамен и готовлю себе попкорн. 9 хитов. Это мое время отдыха. Следующие два часа я сижу на своей койке, ем лапшу и хрустю попкорном, пока смотрю Т. В. или читать книгу.

День завершен, я выключаю свой телевизор и лампу, потягиваюсь, медитирую, затем молюсь и, наконец, снова прячусь под колючим шерстяным одеялом и засыпаю.

Еще один день позади. Где-то 3650 осталось…

Джерри Меткалф, 43 года, находится в исправительном учреждении Thumb в Лапире, штат Мичиган, где он отбывает от 40 до 60 лет за убийство второй степени и два года за тяжкое преступление с применением оружия, за которые он был осужден в 1996 году.

Вы когда-нибудь задумывались, на что похожа тюрьма строгого режима? Читать дальше

Энди Томпсон/USA TODAY NETWORK-Висконсин | Appleton Post-Crescent

Здесь живут одни из самых жестоких людей, совершивших одни из самых отвратительных преступлений в Висконсине.Многие несут значительный багаж: наркотическая и алкогольная зависимость, агрессивное поведение, семейные раздоры, разорванные отношения.

Тем не менее, когда их тысячами отправляют в тюрьмы строгого режима, включая исправительное учреждение Грин-Бей и исправительное учреждение Ваупун, это каким-то образом работает. Я вспомнил об этом на прошлой неделе, когда посетил Грин-Бей и Ваупун во время экскурсий, организованных Управлением исправительных учреждений штата Висконсин.

В прошлом я бывал в обеих тюрьмах, а также в большинстве государственных учреждений для взрослых.Вот некоторые выводы и впечатления от моих последних посещений:

  • Не путайте то, что происходит в тюрьмах Макса, с «Побегом из Шоушенка», — говорит надзиратель Грин-Бей Скотт Экштейн. Он сказал, что тюрьму лучше описать как «город в городе».
  • Самая желанная работа для заключенных — в компании Badger State Industries, которая производит такие вещи, как одежда для заключенных в Грин-Бей и номерные знаки в Ваупуне. Максимальная оплата составляет 1,60 доллара в час.
  • Камеры заключенных маленькие — очень маленькие.Они оборудованы только туалетом, раковиной, ножным шкафчиком и кроватью. Некоторые из них оборудованы двухъярусной кроватью и могут вместить двух заключенных.
  • День заключенного обычно начинается в 6 часов утра. После того, как им подали завтрак, заключенные проводят день за работой, участием в различных программах, посещением занятий или в основном остаются в своих камерах. Свет гаснет в 22:00, хотя заключенные могут контролировать свет в своих камерах, если хотят не ложиться спать позже.
  • Компьютеры имеются в обеих тюрьмах, но заключенным запрещен доступ в Интернет.Недавно были установлены устройства, позволяющие заключенным отправлять электронные письма. Стоимость отправки составляет 5 центов и стоимость для тех, кто отвечает, также 5 центов. Содержание писем отслеживается.
  • Три процента заключенных в системе отбывают пожизненное заключение, а 97 процентов имеют потенциальную дату освобождения.
  • В обеих тюрьмах есть много вакансий для надзирателей. Начальная оплата составляет 16 долларов в час, а проблемы с заключенными в замкнутом пространстве нравятся не всем.«Вы должны хотеть оказаться в тюрьме строгого режима», — сказал надзиратель Waupun Брайан Фостер.
  • Ряд нападений заключенных на персонал заключался в том, что офицеры плевались и стреляли в них биологическими жидкостями.
  • Блоки строгого режима — тюремные чиновники больше не используют термины «одиночное заключение» или «отдельный блок» — содержат ряд заключенных в Ваупуне и Грин-Бей. Заключенных отправляют в блоки на длительное время по разным причинам, включая несоблюдение тюремных правил или участие в нападении или оскорбительном поведении.
  • Ваупун, открытая в 1851 году, является старейшей действующей тюрьмой в штате и одной из старейших в США, по словам Фостера.
  • Заключенные Грин-Бей стали презирать запеканку из картошки, но тюремный повар добавил несколько специй, изменил внешний вид блюда, и оно снова стало популярным.
  • Сады — это больше, чем просто досуг заключенных. Они дают значительный урожай, который используется для питания заключенных и других целей.
  • Заключенные могут смотреть местные каналы по телевидению, но кабельное телевидение запрещено.
  • Главной задачей тюремной администрации является перевод заключенных из Грин-Бей и Ваупун в учреждения строгого режима. Обычный прогресс состоит в том, чтобы двигаться от максимума к среднему, а затем к минимуму, а затем обратно в общество.

Посещение тюрьмы вызывает определенный страх. У меня всегда одно и то же чувство, когда я ухожу: я никогда не хочу оставаться.

Энди Томпсон: 920-996-7270 или [email protected]; в Твиттере @Thompson_AW

Повседневная жизнь в женской тюрьме строгого режима

Женщины просыпаются в своих камерах шириной и глубиной всего несколько метров.«У вас есть койки, душ, туалет, умывальник и скамья», — говорит Меган*, заключенная, отбывающая двухлетний срок за ранение по неосторожности. «Они не очень просторные, очень тесные, мало места, но это неплохие камеры».

В них также есть телевизор за стеклом. У нескольких избранных заключенных будет своя собственная камера, но большинство будет делить ее с еще одним сверстником. Принимают душ, убирают камеры и завтракают.

Камера в женском исправительном центре Silverwater Источник: SBS

В рамках двухсерийного специального выпуска Insight ,

, ведущая Дженни Броки и полностью женская команда продюсеров получили редкую возможность заглянуть в повседневную жизнь внутри женская тюрьма строгого режима. Женщины откровенно рассказали о жизни за решеткой и жестком распорядке, которому они должны следовать.

После завтрака заключенные могут свободно бродить по отведенным им крыльям и газонам до 11:30, после чего их снова запирают в камеры на обед. Еда «дерьмовая, но жить можно», — говорит Миган. «Мы называем это «помойкой в ​​коробке»… знаете, салаты подают по средам и пятницам. Салаты лучше горячих блюд. Молоко поступает свежее из молочной фермы заключенных строгого режима в получасе езды на Равнинах Эму.

Салаты в тюрьме Источник: SBS

Женщины, работающие в тюрьме, выполняют свои обязанности отдельно до дневного заключения. Кто-то работает на разных участках комплекса и на его территории, кто-то работает в сфере общественного питания. Небольшое количество сотрудников работает в Corrective Service Industries, распутывая и переупаковывая гарнитуры Qantas. Женщины могут зарабатывать от 24,60 до 70,55 долларов в неделю, чтобы работать в тюрьме.

Посещения разрешены с 8:30 до 11:15 или 12. 00.с 30:00 до 15:00, с четверга по воскресенье. Посещения в целях защиты и особо опасные посещения назначаются в отдельное, определенное время, как и посещения детей: по средам, с 8:15 до 11:45.

В одном помещении для посещений нет контакта, заключенного от посетителя отделяет стекло. В другой зоне стулья сгруппированы вместе для более интимного посещения, а цветные сиденья указывают место, где заключенный должен сидеть, лицом к наблюдающим охранникам. Также имеется игровая комната с книгами и игрушками для детей.

Окно между 12:30 и 15:15 — это последний раз, когда женщины выходят из своих камер перед тем, как их запирают на день и ночь. Они заполняют время книгами, упражнениями, письмами, открытками и тюремными программами. В каждом крыле есть свои основные кухонные принадлежности: сковорода и микроволновая печь, которые они используют для разогрева или приготовления «скупок»: небольших продуктов питания, купленных за счет пособия, предоставленного внешней поддержкой или рабочим заданием в тюрьме.

К каждой камере пристроены балкончики, где заключенные сидят до ночи, болтая с соседями.Большинство из них ложатся спать к 19:30.

Заключенные в камере индукционного блока Источник: SBS

В рамках этой процедуры существует сеть отношений и иерархий, как было обнаружено Insight .

«Тюрьма сама по себе является сообществом, и в этом сообществе тоже есть политика», — говорит Николь, старший сотрудник исправительного учреждения.

Тюрьма сама по себе является сообществом, и в этом сообществе тоже есть политика.«Они боятся новых приемов, — говорит Николь. «Это очень сложно, если они никогда раньше не сидели в тюрьме, и они могут попасть под стражу по обвинению в краже в магазине и быть вместе с кем-то за более серьезное преступление».

Несмотря на то, что Сильверуотер находится в режиме строгого режима, а большая часть его заключенных, отбывающих длительный срок, относится к четвертой категории (по шкале от двух до пяти), они часто живут вместе с женщинами, не отбывающими приговор, которые могут быть отнесены только ко второй категории с низким уровнем риска. Больше всего

судимостей среди осужденных приходится на преступления, связанные с наркотиками (19.8 процентов), за которыми следуют действия, причинившие телесные повреждения (17,9 процента), обвинения в краже (9,2 процента) и убийство, непредумышленное убийство и связанные с ними правонарушения (8,9 процента).

«Собаки» — женщины, которые «стучат» офицерам или другим заключенным; те, кто не закрывает глаза на определенные вещи в тюрьме. «Я их терпеть не могу», — говорит Шеннон*, еще один заключенный, опрошенный Insight . «Они доводят меня до стены. Я просто не могу вынести того факта, что мы все здесь вместе, и последнее, что вам нужно делать, это приставать друг к другу.

«Мы в тюрьме, мы не в учебном лагере или школе-интернате. Всегда будет иметь место незаконная деятельность, но абсолютно никто, как заключенный, не имеет права идти и бежать обратно к винтам, чтобы рассказать им».

«Шеннон» разговаривает с Проницательностью. Источник: SBS

«Они могут попасть под удар», — говорит Миган. «На самом деле зависит от того, что хочет сделать человек, от которого они отказываются». Миган признает, что она была одной из тех, кто выносил этот приговор сокамернице, которая, как она утверждает, распространяла о ней ложные слухи.

«Я сломал ей нос, расколол нижнюю губу и сломал два пальца».

Скрим, с другой стороны, это тот, кто может потворствовать офицеру. «Собака бросит вас там, где скрим будет просто подлизываться [к] заднице офицера, чтобы получить вещи», — описывает Миган. «Это не что-то большое, это может быть кусок блокнота или дополнительный рулон туалетной бумаги или, вы знаете, вещи, которые в самой тюрьме мы имеем право в любом случае, но [их] ограничено».

Я сломал ей нос, расколол нижнюю губу и сломал два пальца

За этими разговорными ярлыками и категориями, присвоенными исправительной службой Нового Южного Уэльса, стоит ряд тенденций, характерных для австралийских женщин-заключенных.

По данным

Австралийского института семейных исследований, женщины попадают в тюрьму в «крайне неблагоприятном положении», с плохим психическим здоровьем, ограниченными социально-экономическими возможностями, злоупотреблением психоактивными веществами и необходимостью в основном ухаживать за своими детьми. «Многие из этих результатов являются последствиями, связанными с прошлыми историями жестокого обращения / нападения».

Исследование отмечает, что женщины-заключенные имеют высокий уровень виктимизации, особенно в связи с сексуальным насилием. Каждая четвертая женщина сообщает о случаях сексуального насилия в детстве, в то время как от четверти до одной трети женщин в исправительных учреждениях сообщили, что они подвергались нежелательным или принудительным сексуальным действиям.

женщин-заключенных также сообщили о проблемах с психическим здоровьем в анамнезе, и многие из женщин, с которыми разговаривал Insight , говорили о постоянных проблемах с тревогой и депрессией. Более серьезные расстройства, такие как пограничное расстройство личности, глубокая депрессия и посттравматическое стрессовое расстройство, также считаются характерными для женщин в тюрьме.

Женщины из числа коренных народов имеют на

больше шансов попасть в тюрьму, чем их сверстницы из числа некоренных народов.

Растет рецидив среди женщин-заключенных.По данным исправительных служб Нового Южного Уэльса, 42,9 процента женщин, освобожденных из тюрем Нового Южного Уэльса, возвращаются в систему.

«Я лучше буду в тюрьме в любой день, чем в реабилитационном центре», — говорит Шеннон, которая снова находится в тюрьме после того, как намеренно нарушила условно-досрочное освобождение, отказавшись от программы лечения своей зависимости от льда. — По крайней мере, ты знаешь, где ты здесь стоишь.

«Я предпочел бы максимальную безопасность, чем минимальную… Я действительно хорошо отношусь, когда мне говорят, что делать в подобных ситуациях. Мне нравится тот факт, что есть авторитет», — говорит она.

«Я не хочу, чтобы мне было так легко, пока я здесь».

 

Ознакомьтесь с обоими эпизодами Insight ниже.

[Видеокарда видео = Аннотация

Самоубийство является основной причиной смерти среди заключенных.Недавнее исследование показало, что почти половина заключенных, совершивших самоубийство в государственных тюрьмах в течение периода исследования, не страдали серьезным психическим расстройством. Это вызывает вопрос, почему человек в тюрьме, у которого нет психических заболеваний, решает покончить с собой, совершив самоубийство. Стрессовые факторы, связанные с максимальными условиями безопасности, которые могут способствовать высокой частоте самоубийств в сегрегированных жилищных единицах, исследуются посредством описания опыта автора и рассказов заключенных.

Самоубийство является основной причиной смерти в тюрьмах. 1,2 Большинство тюрем суровы, безличны и лишены удобств и доступа к поддержке, которые большинство из нас считает само собой разумеющимися в повседневной жизни. Стресс, связанный с тяжелыми условиями заключения в тюрьме, может подавить даже самый лучший набор навыков преодоления трудностей и запустить нисходящую спираль эмоционального и психологического ухудшения. Помещение в изолированное жилье является особенно сложной задачей и, как было установлено, связано с экстремальным уровнем стресса и большой долей успешных самоубийств в условиях тюрьмы. 2,3 Стрессовые факторы, которые способствуют решению человека покончить с собой в изолированных учреждениях, представляют интерес как для медицинского персонала, так и для сотрудников службы безопасности и администраторов, работающих в исправительных учреждениях. Понимание этих факторов может привести к разработке более эффективных планов предотвращения самоубийств и клинических программ, адаптированных к особым потребностям этой группы населения, и помочь судебно-медицинским экспертам, которые проводят психологическую аутопсию и оценивают ответственность в случаях успешного самоубийства в условиях тюрьмы.

Исследователи-психиатры пытались определить факторы, связанные с самоубийством в исправительных учреждениях. Байяржон и др. . 4 изучали связь между серьезными психическими расстройствами и риском самоубийства у заключенных в течение 1 года в Департаменте уголовного правосудия Техаса. Они ограничили дизайн своего исследования четырьмя категориями психических расстройств: большой депрессией, биполярным, шизофреническим и нешизофреническим. Из сокамерников, совершивших самоубийство в течение периода исследования, у 51 процента был диагноз серьезного психического заболевания, определяемого их четырьмя категориями, а у 49 процентов — нет.Авторы признают несколько возможных объяснений более низкой, чем ожидалось, доли заключенных без серьезных психических расстройств, совершивших самоубийство, в том числе отсутствие достаточно широкого определения психического расстройства (за исключением тревожных расстройств, расстройств личности и злоупотребления психоактивными веществами) в их дизайне исследования. Однако вывод исследования о том, что почти у половины заключенных, совершивших самоубийство, не было серьезного психического расстройства, вызывает вопрос, почему человек в тюрьме, у которого нет психического заболевания, решает покончить жизнь самоубийством.

Среди психиатров самоубийство обычно связывают с наличием психического расстройства. Возможность того, что человек, не страдающий серьезным психическим заболеванием, покончит с собой, является серьезной проблемой, которая заставляет нас исследовать условия и обстоятельства, которые могут способствовать принятию заключенным такого решения в тюрьме. Как мы можем понять это явление в контексте опыта заключенного во время заключения, особенно в изолированных условиях, где так много беспокойства вызывает частота самоубийств?

Точка обзора

Я начал работать в учреждениях строгого режима в 1987 году и за последние 22 года имел возможность наблюдать за условиями содержания мужчин и женщин в учреждениях различных государственных исправительных учреждений и общаться с тысячами заключенных.Я выслушал мнение сотен заключенных, которые живут или жили в краткосрочной и долгосрочной изоляции. Цель этой статьи — пролить свет на опыт заключенного в изоляции и влияние на психику, которое может способствовать принятию решения о попытке самоубийства, даже при отсутствии активного психического заболевания. Я предложу точку зрения, основанную на моих личных наблюдениях и беседах с заключенными за последние два десятилетия. Я намерен представить перспективу экологических и психологических факторов, которые способствуют крайнему стрессу от сегрегации и являются потенциальными факторами, способствующими самоубийству в этой обстановке. Большинство моих комментариев относится к заключенным-мужчинам, поскольку мой опыт работы в основном связан с мужчинами-заключенными. Эссе или исследование, освещающее факторы стресса для женщин-заключенных в изоляции, было бы желанным вкладом в литературу.

Большинство цитируемых отрывков в следующем тексте взяты из моих заметок о беседах, которые я вел с заключенными за последние 20 лет, и были выбраны для иллюстрации уникальных стрессоров изолированной среды.

Жизнь в изоляторе

Впервые пенитенциарная концепция была реализована в Филадельфии в начале 19 века.Филадельфийская модель заключения установила политику одиночного заключения, при которой теоретически заключенный исправился бы, совершая покаяние в изоляции. Фуко объяснил этот предложенный механизм реформы в своем исследовании развития современной тюремной системы: В условиях абсолютной изоляции, как в Филадельфии, исправление преступника ожидается не от применения общего права, а от отношения человека к его собственной совести и к тому, что может просветить его изнутри. В одиночестве в своей камере осужденный передается самому себе; в безмолвии своих страстей и окружающего его мира он спускается в свою совесть, он вопрошает ее и чувствует пробуждение в себе нравственного чувства, которое никогда не угасает совсем в сердце человека [Ref. 5, с. 238].

В современную эпоху продолжают оставаться сторонники использования изоляции во время заключения как возможности для внутреннего развития. Например, Бо Лозофф и его Фонд «Человеческая доброта» работали с заключенными в тюрьме и поощряют изоляцию как возможность для самоанализа на службе личной трансформации. 6 Для большинства людей в тюрьме и в обществе длительная изоляция и одиночество могут быть чрезвычайно сложными и труднопереносимыми.

В современных тюрьмах заключенные с особыми потребностями в плане безопасности помещаются в административную изоляцию на срок от нескольких дней до месяцев или в блоки строгого режима на срок от нескольких месяцев до нескольких лет. Обе эти жилищные ситуации считаются «сегрегацией», потому что заключенный отделен от основного населения тюрьмы, и в этих условиях для обитателей используются специальные меры безопасности.Административно-изоляционные блоки обычно составляют небольшую часть жилых единиц в данной тюрьме. Тюрьмы строгого режима содержат большую часть безопасных жилых единиц, в то время как так называемые тюрьмы сверхмаксимального режима предназначены исключительно для изолированного населения. Заключенных помещают в сегрегацию по разным причинам. Наибольшая часть изолированных заключенных была признана виновной в совершении насильственных действий (нападение, убийство) в отношении других заключенных и сотрудников исправительных учреждений в условиях тюрьмы. Многие штаты с высокой концентрацией деятельности банд разработали программы вмешательства банд, которые отделяют соперничающих членов и помещают их в сегрегацию в рамках институционального плана по снижению насилия.Заключенных, помещенных под стражу с целью обеспечения безопасности (ИП), часто помещают в отдельную изолированную жилищную единицу. Заключенные в ПК подвергаются риску причинения вреда со стороны других заключенных из-за их высокого статуса (например, бывшие сотрудники правоохранительных органов, судьи и лица, совершившие известные преступления), истории сексуальных преступлений или статуса отказа от членства в банде.

Институциональные процедуры и условия заключения варьируются от штата к штату. Заключенных, содержащихся в изолированных учреждениях строгого режима, часто помещают в одиночные камеры.Они проводят 23 часа в день в камере размером 8 на 12 футов, и им разрешается ходить в прогулочную камеру или ограждение на один час в день не менее пяти раз в неделю для отдыха. Типичная изолятор имеет полку для матраца, полку для письма и хранения личных вещей, табурет и раковину/туалет. Когда заключенные покидают свои камеры, применяются средства безопасности, которые приковывают запястья к талии и ноги вместе. Единственный постоянный человеческий физический контакт, который заключенный испытывает во время изоляции, — это с офицером, который применяет меры безопасности. Прогулочные камеры или ограждения состоят либо из большой комнаты с бетонными стенами, либо из огороженных клеток с пространством между каждым ограждением для предотвращения контакта между заключенными. Визиты с семьей и друзьями бесконтактны и происходят через толстую стеклянную пластину в специальной зоне для свиданий. Сотрудники службы безопасности, консультируясь с персоналом психиатрической службы учреждения, наблюдают за системой модификации поведения, которая предназначена для поощрения снижения антиобщественного поведения и соблюдения институциональных правил.По мере того, как заключенный продвигается по уровням или ступеням системы, он получает привилегии: радио, телевизор, доступ к книгам и столовым, более частые телефонные звонки и более частые визиты. Любое нарушение правил приводит к регрессу: потере привилегий и возврату к более строгому шагу в плане поведения. Время вне камеры разрешено для встреч с персоналом (врач, служба безопасности, психиатр, образование и химическая зависимость), свиданий, отдыха или работы.

Следующие темы возникли из моего профессионального опыта и воспоминаний о беседах с заключенными о жизни в изоляторе.

Напряжение повседневной жизни

Отсутствие работы

Лишь немногим обитателям изолятора разрешено выходить из своих камер на работу. Как правило, они работают носильщиками и выполняют обязанности по уборке и обслуживанию объекта, в котором они размещены. Заключенные со статусом ПК часто являются единственными, кому разрешено работать из-за соображений безопасности, связанных с смешиванием заключенных из конкурирующих банд или тех, кто имеет насильственное прошлое. Оплата минимальна (всего 20 центов в час, максимум шесть часов оплаты в день).В некоторых системах процент от заработной платы удерживается для финансирования платы за вход — суммы денег, выплачиваемой заключенному у ворот после освобождения (обычно 50 долларов). В то время как большинство заключенных, работающих в качестве носильщиков, ценят время вне своих камер, они могут чувствовать себя деморализованными из-за небольшого размера оплаты и того малого, что можно купить. У тех, кто не может покинуть свои камеры, растет неприязнь к тем, кто может выходить на работу большую часть дня, особенно в системах, которые позволяют иметь такую ​​привилегию только компьютерным заключенным. Поэтому преимущества работы часто сопровождаются презрением сокамерников.

Взаимодействие с другими заключенными и его последствия

Возможность общения с сокамерниками в изоляции минимальна, обычно происходит из камеры в камеру или в прогулочных вольерах. Типичная конструкция ячейки включает в себя решетчатое вентиляционное отверстие, соединяющее соседние ячейки. Соседи-заключенные часто разговаривают друг с другом через решетку. Иногда это долгожданный отдых от монотонности; в других случаях это рассматривается как вторжение. Некоторые заключенные описывают развитие взаимоподдерживающих отношений с соседом, но такие связи, как правило, являются скорее исключением, чем нормой.Типичный словесный обмен не является положительным. Часто соседний заключенный пытается подтолкнуть получателя к неправомерным действиям: обмену вещами, передаче рецептурных или запрещенных наркотиков другому заключенному или участию в запланированных нападениях. Давление для соблюдения может быть огромным.

Заключенные описывают ощущение блокады в атмосфере постоянного негатива и шума в блоке (рев радио и телевизоров, крики). Обычным нарушением изоляции является событие, известное как война камер, которое часто происходит, когда заключенный расстроен кажущейся несправедливостью и начинает затяжную тираду, которая обычно включает в себя крики, удары ногами и стук в дверь камеры; уничтожение личных вещей; или залить ячейку.Если заключенный не отвечает на словесное вмешательство сотрудников службы безопасности, офицеры могут сформировать команду для извлечения преступника из камеры, часто используя перцовый баллончик, чтобы усмирить его. Возникающая хаотичная атмосфера может длиться часами и воздействовать на каждого жителя квартиры.

Служба безопасности строго изолирована, но насилие имеет место. Возможность смертельного нападения со стороны другого заключенного вполне реальна; нужно все время быть начеку. Заключенные описали чувство «постоянной паранойи», которое развивается из-за того, что они «всегда смотрят тебе в спину» и нуждаются в том, чтобы «нанести удар первым, прежде чем тебя кто-нибудь настигнет». Энергия, затраченная на то, чтобы «быть сильным, чтобы выжить» и «держать фронт», чтобы не показаться слабым, может быть утомительной. Бдительность, необходимая для выживания, может вызвать «боевую усталость» из-за «постоянного режима борьбы или бегства». Пожилые сокамерники, пользующиеся репутацией и отбывающие длительные сроки, иногда становятся мишенью со стороны более молодых заключенных, которые хотят прославиться, напав на известного человека или убив его. Ощущаемая потребность в превентивных ударах может затруднить для некоторых отказ от жестокого прошлого, поскольку заключенные стареют в течение длительных периодов заключения.

Ограничения собственности

В суровом окружении бетонной камеры, сотрясаемой грохотом клеточных войн, хлопаньем дверей и шепотом требований «пожертвовать» ваши с трудом заработанные столовые предметы другому, утешение часто приходит от побега в свои личные вещи. Многие заключенные описывали, как прослушивание музыки на мгновение избавляет их от подавляющего шума дня или монотонной темной тишины долгих ночей. Однако даже для самых лучших заключенных существуют ограничения на то, что заключенному разрешено иметь в камере одновременно.Например, в одной системе они могут одновременно хранить не более 10 кассет и трех книг и иметь ограниченный каталог, из которого можно заказывать утвержденные носители. Избыточность и скука быстро укореняются.

Страх

Страх – не та тема, о которой большинство заключенных говорят открыто. Выживание требует усилий, чтобы поддерживать непроницаемый фасад и не сообщать ничего, что может быть воспринято как признак слабости. Подобно совету из «Как плавать с акулами» , учебника о том, как преуспеть в коварных водах, который стал руководством для офицеров подземного дома, важным принципом является: «Не истекайте кровью» в воде. 7 Однако, когда заключенный укрепляет доверие к персоналу и впоследствии разворачиваются личные истории, основной мотив страха как движущей силы становится очевидным. Нередко можно услышать, как наблюдение за заключенным, причастным к изнасилованию или жестокому нанесению ножевых ранений во время первоначального заключения в подростковом возрасте, создает длинную схему превентивного насилия. Такой ответ может привести к десятилетиям, потраченным на поиск чувства безопасности и поддержание личной и физической неприкосновенности.

Разочарование

Многие люди, отправленные в тюрьму, плохо переносят фрустрацию, что способствовало их преступному поведению.Тюремная среда с ее правилами, положениями и потребностью в соответствии и предсказуемости, как правило, жесткая и негибкая. Столкновение жесткости с вспыльчивым характером может привести к взрывным столкновениям из-за, казалось бы, самой простой просьбы. Переговоры о получении большего количества туалетной бумаги, чем на неделю, могут потребовать множества документов, которые могут испытать даже самое стойкое терпение, что не является сильной стороной среднего заключенного. Многие заключенные описывают чувство невыносимой фрустрации, вызванное постоянными трениями с бюрократическим характером системы управления безопасностью; напряжение со временем нарастает до такой степени, что освобождение становится неизбежным.

Высвобождение сдерживаемого гнева может принимать положительную форму физкультуры в камере, но также может быть насильственным, направленным на заключенных и персонал или причинением себе вреда. Заключенный, отбывающий суммарный срок более 100 лет за серию нападений в обществе и убийств в заключении, размышлял о влиянии сегрегации на его способность снимать стресс. Он описал длинную схему снятия напряжения с помощью агрессивного поведения, которое помогло ему достичь кратковременных периодов спокойствия.Раздельный характер максимальной безопасности с навязываемой им изоляцией от других не позволял ему иметь доступ к потенциальным жертвам. Он объяснил, что изоляция не оставила ему другого приемлемого выхода, и он начал резать себя и растирать кожу до крови. Когда этот метод снятия напряжения утратил свою успокаивающую способность, после серии конфликтов с сотрудниками службы безопасности он попытался покончить жизнь самоубийством, и ему это почти удалось.

Отчаяние

Многие заключенные, находящиеся в изоляции, находят способ направить свое разочарование в просоциальные сферы: развитие художественных навыков (рисование, резьба по мылу), академические занятия (получение диплома о среднем образовании, посещение заочных курсов в колледже) и заполнение клинических материалов (рабочие тетради по химической зависимости). ).Однако для некоторых постоянное чувство разочарования без видимого решения приводит к смирению и, в конечном итоге, к отчаянию. Внешний гнев по отношению к другим сдвигается и направляется внутрь. Постоянная утечка негативных взаимодействий как с персоналом, так и с другими заключенными может породить всепроникающее чувство пессимизма, которое окрашивает самовосприятие. Один заключенный объяснил, что ему «надоело зло в человеческой природе, и он потерял всякую надежду». Он отметил, что просмотр круглосуточного новостного канала (CNN) в течение всего дня еще больше укрепил ощущение того, что у человечества нет надежды, и то, что его ждет в сообществе, может быть хуже, чем то, что он пережил в тюрьме.Он считал, что его положение вряд ли улучшится, что привело его к нисходящей спирали отчаяния и ненависти к себе. Многие часы его бодрствования были потрачены на размышления над мыслью: «Я подвел себя…; Я не изменюсь…; эта (тюрьма) не изменится».

Позор

Преступное поведение имеет свои личные последствия. В изоляции, вызванной длительным тюремным сроком, заключенные часто обращаются к своим семьям, что может быть неоднозначным опытом. С одной стороны, контакт может обеспечить утешение и чувство сопричастности.С другой стороны, это может вызвать чувство вины и стыда за то, что «подводит их снова и снова». Один заключенный объяснил: «Я чувствую себя обузой для своей семьи…; может быть, им будет лучше без меня и напряжения, которое я им причиняю…. Я должен позволить им жить своей жизнью». Заключенный, подумывающий о возвращении в сообщество, где он был хорошо известен своим экстравагантным образом жизни, заявил: «Я буду там с людьми, которые раньше знали меня как Человека, но я буду просто заключенным в фартуке, переворачивающим гамбургеры.Для некоторых трения между желанием быть принятыми другими и страхом быть отвергнутыми их семьями или насмешками со стороны их сверстников в обществе приводят к чувству стыда и отчаяния, а затем к размышлениям о том, стоит ли жить.

Деморализующая потеря мужественности

Сохранение идентичности отдельно от заключенного чрезвычайно важно для преодоления штормов длительного заключения. У многих заключенных есть супруги и дети. Сохранение роли в повседневном принятии решений для семьи кристаллизует чувство цели, которое выходит за пределы стен учреждения.Оторванность от семьи как физически, так и функционально может иметь разрушительные последствия для личности заключенного как члена семьи. Контакт с внешним миром — это привилегия, которую нужно заслужить. Для тех, кто нарушил правила, телефонные контакты и визиты могут быть нечастыми. Посещения в условиях максимальной безопасности бесконтактны и требуют наручников и ножных кандалов. Взаимодействие происходит через толстую стеклянную пластину с разговорами по линии громкоговорителя. Заключенные описывали, как посещения в такой обстановке деморализуют.Один заключенный описал опустошение, вызванное неспособностью «удерживать и утешать своих детей или быть мужчиной для моей жены… Они видят, что я стою там, как будто я животное в цепях…; через некоторое время я просто попросил их перестать приходить…. Я опускаю голову и сдаюсь».

Однообразие

Заключенные в режиме строгого режима описывают унылое однообразие в повседневной жизни. Еда — это долгожданное кратковременное развлечение; однако меню имеет тенденцию к предсказуемой и повторяющейся ротации.Групповые мероприятия, посвященные праздникам и другим особым случаям, не проводятся. Время может двигаться очень медленно. Некоторые заключенные пытаются скоротать время, разговаривая с соседом через вентиляционные отверстия, но описывают, как быстро они устают от историй, которые слышат снова и снова. Приезд нового соседа может быть смешанным, поскольку новый жилец может принести свежую порцию историй, но может стать причиной нестабильности в жилищной единице. С этой точки зрения может показаться, что поджечь матрас стоит потери привилегий, хотя бы для того, чтобы создать хаотичное развлечение в скучном дне.

Изоляция и одиночество

Разлука с близкими и отсутствие возможности человеческого общения и связи могут сказаться. Заключенные часто описывают сокрушительную тяжесть одиночества и одиночество, возникающее из-за редкого человеческого общения. Один заключенный объяснил: «Вы застряли в своей комнате 23 часа в сутки, живя своими мыслями без перерыва… . Вы просто продолжаете думать: «Я подвел себя, и это не изменится». Через некоторое время вы не можете этого вынести.Некоторым больно разбивать одиночество, обращаясь к близким. Разговор с людьми в сообществе — это напоминание о том, на что похожа жизнь во внешнем мире. Это напоминание может усилить чувство разлуки и породить более глубокое чувство одиночества по мере того, как резкое лишение одиночного заключения становится все более очевидным. Усилия по примирению могут нанести серьезный удар, если друзья и семья «уйдут» и не ответят на предложения.

Стресс при входе в атмосферу

Разногласия по поводу возвращения в общество могут начать гореть в сознании тех, кому грозит освобождение по мере приближения условно-досрочного освобождения или окончания срока наказания. По иронии судьбы, один из самых напряженных периодов заключения приходится на то время, когда приговор приближается к завершению. Беспокойство заключенных связано с тем, где жить, как зарабатывать деньги, а также со страхом рецидива употребления наркотиков, возвращения к преступному поведению или и того, и другого. Те, кто условно-досрочно освобожден из-под строгого режима, часто подвергаются условно-досрочному освобождению с коротким поводком и очень строгими условиями освобождения; большинство боится вернуться в тюрьму за мелкое правонарушение. По прибытии в сообщество заключенный сталкивается с ландшафтом, совершенно отличным от того, который он знал от 10 до 30 лет назад.Новое состояние экономики, достижения в области технологий и новый набор социальных ожиданий создают ситуации, в которых заключенный может чувствовать себя недостаточно подготовленным. Члены семьи, возможно, умерли, близкие могли уйти, а друзей может быть немного и далеко друг от друга. Человек, заключенный в тюрьму в возрасте 20 лет, может появиться в обществе в среднем возрасте или старше и столкнуться с иногда сбивающей с толку задачей, как построить новую жизнь и идентичность в качестве гражданина. Для тех, у кого есть супруги и дети, давление исходит от ожидания стресса возвращения в семью.Хотя поддержание связи по телефону и через зеркальное стекло кабины для свиданий могло показаться достаточным для поддержания некоторого подобия близости, на что будет похоже возвращение к домашней жизни, где семья будет зависеть от успеха реинтеграции заключенного? ? Ожидает ли развернуться еще одна неудача?

Самоубийство накануне освобождения: боли реинтеграции?

По своему опыту работы в тюрьмах я сталкивался с заключенными, которые кончали жизнь самоубийством непосредственно перед освобождением из тюрьмы.Это кажется нелогичным большинству людей, которые никогда не были в тюрьме. Почему кто-то должен отчаиваться из-за перспективы быть освобожденным из изолированной среды максимальной безопасности, которую большинство людей в сообществе сочло бы невыносимой? Этот увлекательный и тревожный парадокс заслуживает дальнейшего изучения в психиатрической и психологической литературе.

Образно говоря, заключенные могут бросать камни в ворота тюрьмы. Однако лишение свободы, со всеми его лишениями, стрессами и вспышками хаоса, для многих является источником стабильности и безопасности.Стрессоры известны и предсказуемы. Когда взрывная турбулентность войны ячеек достигает апогея, служба безопасности реагирует в соответствии с ожидаемым протоколом. Питание приходит три раза в день. Лекарства выдаются по расписанию. Медицинская помощь легкодоступна. У многих заключенных никогда не было стабильного предсказуемого места для сна и еды.

Тюрьма может дать возможность сформировать чувство самоуважения и идентичности, которые соответствуют нюансам этой матрицы. Заключенный создает репутацию во время заключения, которая является центральным фактором того, как персонал и другие заключенные будут взаимодействовать с ним.Его репутация особенно сильна из-за наложения членства в банде и связанной с ним самоидентификации и групповой идентичности, которые соответствуют иерархической природе организации. Один заключенный, который отсидел более 30 лет и должен был выйти на свободу в течение 12 месяцев, объяснил: «Стивен Кинг правильно понял этого старика в Шоушенк [ Искупление ]. В тюрьме люди смотрят на вас с уважением и просят у вас совета. У вас есть положение и роль. Когда ты уйдешь отсюда, ты просто один из крысиных бегов….Здесь ты что-то. Там вы вернетесь в ничто».

Выводы

Стрессовые факторы, связанные с размещением в сегрегированных жилищных единицах, вероятно, являются факторами, способствующими высокому уровню самоубийств в этих условиях. Хотя изначально одиночное заключение в современной тюрьме было разработано для создания атмосферы покаянного размышления и трансформации в филадельфийской модели, оно является сложной задачей даже для тех, кто обладает самыми сильными навыками преодоления трудностей. У заключенных, борющихся с условиями своего заключения, может развиться серьезное аффективное заболевание или психоз, а впоследствии они могут подумать о самоубийстве и совершить самоубийство. Тем не менее, выводы Baillargeon и др. . 4 и убедительные анекдоты о заключенных, живущих в изоляции, позволяют предположить, что некоторые заключенные без серьезного психического расстройства в тюрьме отреагируют на внешнюю среду и внутренний опыт, совершив самоубийство. Необходимо дальнейшее изучение этого явления, поскольку психиатрия стремится улучшить качество ухода в тюрьмах.

Благодарности

Я благодарю тех заключенных, которые на протяжении многих лет давали мне убедительную информацию о своих попытках жить среди множества проблем в условиях максимальной безопасности и изоляции.

  • Американская академия психиатрии и права

Ссылки

  1. Hayes LM: Профилактика самоубийств в исправительных учреждениях, в Справочнике по психическому здоровью в исправительных учреждениях. Под редакцией Скотта С., Гербаси Дж. Вашингтон, округ Колумбия: American Psychiatric Publishing Inc. , 2005 г., стр. 72–3

    .
  2. Мецнер Дж. Л., Хейс Л. М.: Предупреждение самоубийств в тюрьмах и тюрьмах, в Учебнике по оценке и управлению самоубийствами.Под редакцией Саймона Р.И., Хейлза Р.Е. Арлингтон, Вирджиния: American Psychiatric Publishing, Inc., 2006, стр. 140

    .
  3. Паттерсон Р.Ф., Хьюз К.: Обзор завершенных самоубийств в Департаменте исправительных учреждений и реабилитации Калифорнии, с 1999 по 2004 год. Psychiatr Serv 59:678, 2008

  4. Байяржон Дж., Пенн Дж.В., Томас К.Р., и др. : Психические расстройства и самоубийства в крупнейшей государственной тюремной системе страны.J Am Acad Закон о психиатрии 37:188–93, 2009

  5. Фоко М: Дисциплина и наказание: рождение тюрьмы. Нью-Йорк: Random House, Inc., 1975, стр. 238–9

    .
  6. Лозофф Б. Мы все делаем время: руководство по освобождению. Дарем, Северная Каролина: Фонд человеческой доброты, 1985, стр. 3–4

    .
  7. Кусто V: Как плавать с акулами: Учебник.1812. Перепечатано с разрешения University of Chicago Press в Perspect Biol Med 30:486–9, 1987

    .

Как тюрьма supermax изменила карьеру офицера правоохранительных органов и жизнь

Я был принят на работу в тюрьму штата Флорида в октябре 1987 года. Я был переселенцем из Огайо и только что окончил колледж со степенью в области уголовного правосудия. Я был типичным ребенком из числа рабочих, выросшим в трудолюбивой семье, которая жила в радиусе двух миль.Я был типичным спортсменом колледжа с мечтами и стремлениями, и мне очень повезло, что я прошел стажировку в полиции штата Пенсильвания и впервые попробовал государственную службу.

Я собирался стать офицером правоохранительных органов в третьем поколении. Мой дедушка был офицером военной полиции во время Второй мировой войны, и у меня также был дядя, который был начальником полиции моего родного города. Я был вдохновлен и хотел пойти по их стопам, поэтому, когда я впервые попал в тюрьму, я был полон предвкушения начала своей карьеры в правоохранительных органах.

Меня наняли в качестве NAT, что является аббревиатурой от «нуждается в дополнительном обучении». Моим первым постом был X-Wing, трехэтажный жилой блок с двумя рядами камер с номерами от 1 до 19 на обоих концах и на каждом этаже. Помню, когда я впервые вошел в часть, запертую большой стальной дверью с множеством замков, я увидел сержанта и двух офицеров. Я также помню, как сержант в коридоре сказал: «Ребята, у вас NAT.Вот, пожалуйста», — в этот момент хлопнула стальная дверь, и я понял, что моя жизнь изменится навсегда.

Тюрьма штата Флорида на закате в Райфорде, Флорида, вторник, 23 октября 2012 г. (AP Photo/Phil Sears)

Не было ни представления, ни «привет, как дела?» Только три мертвых взгляда и холодные далекие глаза, смотрящие на меня.Четверть палубы была на втором этаже, и шум был властным для ваших ушей.

После того, что показалось вечностью, но, вероятно, прошло всего несколько минут , сержант посмотрел на меня и сказал: «Откуда ты, мальчик?» Когда я ответил, два офицера сказали: «Боже мой, у нас есть янки Затем сержант спросил, был ли я борцом в старшей школе. «Мальчик, ты большой ребенок, — сказал он. 

— Нет, сэр, — ответил я.«Я был защитником в футбольной команде колледжа». Затем он посмотрел на меня и сказал: «Во-первых, я не сэр, а во-вторых, вы станете хорошим дополнением к нашей команде по извлечению клеток». То, что и без того было неудобной для меня ситуацией, только усугублялось.

Затем сержант сказал мне что-то такое, что я не смог бы забыть, даже если бы попытался. «Помни, мальчик, мы не сотрудники исправительных учреждений, — сказал он. — В этой тюрьме мы ничего не исправим.Мы контролируем и охраняем. В любой момент это место может взорваться и единственное, что у вас есть, это набор ключей, ваши способности, я и эти два офицера. Ты меня понял?»

Я ответил да, но я начал понимать, что нахожусь в мире, к которому я не был готов, и что было только усугублено тем, что было дальше.

Один из офицеров посмотрел на меня и спросил, когда я закончу академию.Когда я ответил, что раньше проходил обучение в другом штате и должен был провести всего несколько занятий в академии, другой офицер посмотрел на меня и сказал: «Ну, что бы ты ни учил, забудь, потому что здесь ты будешь сражаться жизнь на ежедневной основе».

урок выживания

Мое первое задание заключалось в проверке безопасности, подсчете заключенных и гуманитарной доставке средств гигиены. Не было основного этажа с наружными дверями с люками, которые можно было бы открывать и закрывать, как мы видим в современном здании. Не это крыло; это был длинный коридор с подиумом, где мои плечи касались прутьев снаружи и отдельного тюремного блока, в котором находились заключенные, когда я шел по коридору.

Другой офицер открыл дверь ряда и крикнул: «Офицер на палубе». Я предполагаю, что это было предупреждением для сокамерников, чтобы они прекратили то, что они делали , потому что полицейский шел по ряду.Единственное, что мешало заключенному выйти из-за решетки и напасть на меня, это сам заключенный.

Мой переход к тюремной жизни и работе в максимальном и сверхмаксимальном учреждении, где камера смертников также является частью тюрьмы, начался в первый день моей первой недели, и в этот момент мой инстинкт выживания взял верх или то, что мы называем шестым. смысл. Теперь я снова стал студентом. Я видел офицеров и надзирателей, которые были холодны, черствы и пресыщены.Я видел надзирателей и администраторов, которые были оторваны от офицеров и что влияло на их сотрудников.

Тюрьма была отдельным городом. Уважение и доверие были заработаны, а не просто оказаны с обеих сторон тюрьмы – как сокамерники, так и персонал. Я жил и работал в среде, которая была жестокой, жестокой, противной и подлой. Я узнал об ожиданиях и методах выживания, которые будут сопровождать меня на протяжении всей моей карьеры.И то, чему я научился, работая в этой среде, задало мне тон, чтобы пройти путь от офицера до сержанта, лейтенанта в исправительном учреждении и в конечном итоге уйти в отставку с должности начальника полиции.

Так почему именно эта трансформация оказалась такой мощной? Ну, во-первых, у меня появилось острое чувство, когда все нормально, а когда нет. Я также быстро узнал о контроле: вы контролируете только то, что находится в непосредственной близости от вас, и ничего больше.Вы также начинаете понимать, что терпение имеет решающее значение; вещи происходят в последовательности событий, и с каждой из этих последовательностей связано время, так что расслабьтесь и продолжайте.

Я также изучил проксемику, вербальные и невербальные подсказки, искусство манипулирования, а также то, что позже стало известно как словесное дзюдо. Я изучал тактику выживания не с помощью оружия или технологий, а с помощью психологической стойкости, настойчивости и готовности слушать, обучать и развивать сотрудников, которые были профессиональными и этичными.

Я узнал об уважении к человеческой жизни, а не только о положении или авторитете. Я понял, что контролирую свое окружение с помощью профессионального и этического поведения.

Я научился справляться с нападениями и травмами, бунтами, дворовыми драками, операциями в доме смерти, транспортировкой и многими другими боевыми ситуациями, которые я не могу сосчитать. Забота, опека, контроль, безопасность офицеров, выживание, реакция «бей или беги» и динамика человеческого взаимодействия были повседневной частью жизни для меня и моих коллег.

Супермакс жизнь также дала мне опыт, навыки и способности, которые помогли мне стать лучше, а не просто лучшим сотрудником правоохранительных органов. Я до сих пор очень тесно связан с исправительными учреждениями и работаю тренером в исправительной среде.

Всем сотрудникам исправительных учреждений, независимо от того, где вы находитесь в своей карьере, ваш вклад в обеспечение правопорядка, наше будущее уголовного правосудия и восстановление нашей профессии не остался незамеченным. И помните: то, чем мы изо дня в день жертвуем , приведет вас туда, куда вы хотите. То, что много лет назад многие сочли бы не очень желательной должностью, на самом деле превратилось в урок на всю жизнь, который превратил меня в офицера, которым я являюсь сегодня.

ДАЛЕЕ: Как надзиратель привнес гуманность в тюрьму Supermax

В Ва.Самая жесткая тюрьма, жесткий контроль

В самой жесткой тюрьме Вирджинии жесткий контроль
Охранник с автоматом АК-47 охраняет одну из двух башен за двойным забором безопасности, окружающим государственную тюрьму Уолленс-Ридж.
(Роберт А. Ридер – The Washington Post)
Крейг Тимберг
Штатный корреспондент Washington Post
Воскресенье, 18 апреля 1999 г. ; Страница С1

МАЙСКИЙ ОКРУГ, Вирджиния.Ударьте сокамерника, схватите охранника в тюрьме Вирджинии, и вы окажетесь здесь, запертым на 23 часа в сутки в одиночном отделении государственной тюрьмы Ред-Онион, где вынесли «исправления» из Вирджинии. Департамент исправительных учреждений.

Забудьте о занятиях, работе в прачечной, поднятии тяжестей, игре в мяч. Даже случайный дружеский визит бабушки или жены почти всегда запрещен. И что один час в день свободы? Привыкайте носить наручники и ножные кандалы, пока охранник с электрошокером на 50 000 вольт ведет вас в душ с собственной решеткой или в небольшой бетонный дворик для упражнений.

И даже если вы выйдете из одиночки и ваш день будет разбит походами в столовую или несколькими часами в дневной комнате, за каждым вашим движением будет стоять дробовик, заряженный резиновыми пулями.

«Вы выйдете за рамки, вас застрелят», — говорит Джозеф М. Джарратано, 41-летний осужденный убийца, одетый в ярко-оранжевую тюремную форму и черные парусиновые туфли без шнурков. «И это работает… В краткосрочной перспективе это работает».

Тюремные чиновники Вирджинии говорят, что такие строгие ограничения необходимы, чтобы контролировать «худших из худших», заключенных настолько опасны, что лучше забыть о реабилитации и просто отправить их на склад.

Красный Лук, который открылся здесь в августе, и государственная тюрьма Уолленс-Ридж, идентичный близнец, который открывается в соседнем Биг-Стоун-Гэп в этом месяце, являются тюрьмами «сверхмакс», частью масштабной программы строительства тюрем, запущенной тогдашним губернатором. Джордж Аллен (справа). Его программа жесткой борьбы с преступностью увеличила сроки заключения, отменила условно-досрочное освобождение и увеличила количество заключенных.

Два супер-макс рассчитаны на 2400 заключенных, из которых около 700 находятся в одиночных камерах круглосуточно.Те, кто не находится в одиночной камере, могут проводить до нескольких часов в день вне своих камер и подрабатывать на кухне или в прачечной, чтобы заработать деньги. Здесь нет юридической библиотеки, мало профессионального обучения и только один класс.

В то время как правозащитники и криминалисты критикуют отсутствие усилий по реабилитации, чиновники государственных тюрем говорят, что они мало что могут сделать, чтобы навязать реабилитацию заключенным, которые не заинтересованы в самосовершенствовании.

Рональд Энджелоне, директор исправительной колонии Вирджинии, говорящий жестко, является сторонником супер-макс.«Это нехорошее место, — говорит он. «И я спроектировал его не таким хорошим местом».

Многие заключенные находятся в тюрьме пожизненно, но не все. Записи Департамента исправительных учреждений показывают, что около 200 человек из каждых пяти в Red Onion должны быть освобождены в ближайшие 10 лет. Шестьдесят шесть будет 30 или моложе; 184 будет 40 или моложе.

Джарратано, который до того момента находился в камере смертников Вирджинии. Л. Дуглас Уайлдер (D) пощадил свою жизнь, говорит, что обрел покой с помощью дзен-медитации. Но он видит последствия крайних мер безопасности для других, в том числе для тех, кто когда-нибудь выйдет на свободу.

«Они начинают сходить с ума. Они начинают отыгрывать», — говорит он, делая крошечные жесты руками в наручниках. «Что они собираются делать, когда выйдут на улицу?»

Базирующейся в Нью-Йорке группе Human Rights Watch, лидеру расследований в тюрьмах, было отказано в поездках в Red Onion из-за соображений безопасности штата. Основываясь на интервью с заключенными, группировка утверждает, что внутри царит расизм, чрезмерное насилие и бесчеловечные условия.Должностные лица государственной тюрьмы отрицают эти обвинения.

Хьюман Райтс Вотч также утверждает, а тюремные чиновники также отрицают, что Вирджиния и многие другие штаты, переживающие бум сверхмощных зданий, спешат заполнить эти камеры, чтобы оправдать расходы, в результате чего многие менее опасные заключенные, такие как Джарратано, оказываются в излишне экстремальных условиях.

Большинство супер-максов берут только тех, кто плохо себя вел в других тюрьмах, но Вирджиния также отправляет заключенных с пожизненным заключением в Red Onion. Джейми Феллнер из Хьюман Райтс Вотч говорит, что эта политика «явно является попыткой заполнить тюрьму.»

Криминологи встревожены перспективой возвращения в общество выпускников высшего учебного заведения.

Единственные образовательные усилия — это обучение грамоте и курсы, эквивалентные средней школе, которые предлагаются по замкнутому телевидению. Профессиональная подготовка ограничивается навыками, полезными за решеткой, такими как роспись стен или уборка мусора.

«О чем никто не говорит, — говорит Джеймс Алан Фокс, криминалист из Северо-восточного университета, — так это о том, что происходит в будущем, когда все больше бывших заключенных выходят с плохим отношением и небольшими навыками, чтобы сеять хаос на наших улицах.»

Ред-Онион и Уолленс-Ридж расположены на вершине гор в угольной стране Юго-Западной Вирджинии, в сотнях миль от Ричмонда, Северной Вирджинии и других городских районов, которые когда-то называли домом большинство заключенных-супермакс.

Из-за удаленности посетителям иногда приходится ехать семь или восемь часов, чтобы добраться туда, что может разрушить семейные узы. Но новые тюрьмы привнесли экономическую искру в этот депрессивный регион. Строительство каждого обошлось более чем в 70 миллионов долларов. В общей сложности у них будет около 800 рабочих мест, а общий фонд заработной платы составит 27 миллионов долларов в год.

Несмотря на все жалобы на новые тюрьмы супермакс в Вирджинии, они кажутся хорошо оборудованными для контроля очень опасных заключенных, которые в противном случае могли бы напасть на охранников или других заключенных или попытаться сбежать.

Анджелоне говорит, что дешевле и безопаснее содержать «худших из худших» в Ред-Онион или Уолленс-Ридж, чем в других тюрьмах штата, которые обычно называют «исправительными учреждениями».

По словам Анджелоне, в других тюрьмах, избавившихся от своих нарушителей спокойствия, лучше работает и облегчается реабилитация.Даже угроза супер-макс, добавляет он, заставляет заключенных в других местах вести себя лучше. Поскольку заключенные со сверхстрогим режимом могут вернуться в тюрьмы с более низким уровнем безопасности всего за два года при условии хорошего поведения, Анджелоне надеется, что заключенные по всей системе будут напуганы рассказами о жестокости тюрем.

«Вы касаетесь офицера, и вы идете в Red Onion», — говорит он.

Побег из Red Onion, признают многие заключенные, почти невозможно представить. Заключенные живут в камерах размером 11 на 8 футов с прорезями шириной пять дюймов для окон и прорезями в стальных дверях толщиной 1 дюйм для доставки еды или почты.

Внутри тюрем камеры спартанские. Унитаз и раковина без ручек или ручек, которые можно было бы превратить в оружие, представляют собой единое целое из нержавеющей стали. Стол, кровати и небольшая полка — это просто стальные плиты, прикрученные к стене. Матрасы и маленькие подушки тонкие и пластиковые.

Охранники в диспетчерской открывают и закрывают все двери со свистом и грохотом, который является безошибочным саундтреком тюремной жизни. А за общими помещениями, также запертыми снаружи, постоянно наблюдают охранники с дробовиками, обученные стрелять нелетальными патронами по заключенным, которые плохо себя ведут.

То же самое можно сказать и о дворе, где заключенные, не находящиеся в одиночном заключении, могут заниматься спортом и общаться с другими заключенными. Единственное место для отдыха — это единственная баскетбольная площадка, где пересечение одной из нескольких линий, окрашенных в красный цвет, вызывает немедленный огонь из орудийного порта наверху.

Вирджиния — одна из трех тюремных систем в стране, где за решеткой используется огнестрельное оружие, и оно используется в супермаксах, предназначенных для обеспечения прямой видимости для оружия, гораздо чаще, чем в других тюрьмах.За первые девять месяцев Red Onion выстрелы были произведены 63 раза. Большинство из них были предупредительными, но 15 были связаны с дробинками, называемыми «стингерными снарядами», которые иногда проникали под кожу.

Федеральные тюрьмы и большинство государственных тюрем избегают попыток контролировать заключенных с помощью огнестрельного оружия, как потому, что многие считают эту практику бесчеловечной, так и из-за опасений, что оружие может попасть в руки заключенных. Но надзиратель Red Onion Джордж Дидс говорит, что такая возможность маловероятна, потому что оружие, хотя и направлено через решетку в места общего пользования, остается в запертых диспетчерских.

«Заключенные никак не могут заполучить это оружие, — говорит Дидс, — если только не произойдет серьезная ошибка».

Периметры обеих тюрем защищены колючей проволокой и двойным забором с датчиками. Охранники в двух башнях, вооруженные боевыми патронами, следят за попытками побега. Каждую тюрьму постоянно объезжает патрульная машина.

«Я никогда не выйду из тюрьмы», — говорит 53-летний заключенный Билли Р. Келли, изможденный, бородатый и скованный тремя разными способами, когда он разговаривает с посетителем; он отбывает 72-летний срок за убийство. «Вы должны продолжать изобретать причину, чтобы жить каждый день».

Для многих других мысль о выходе из тюрьмы не столь абстрактна. 30-летний заключенный Реджинальд Йелвертон вырос на юго-востоке Вашингтона, но провел в тюрьме 12 лет по обвинению в убийстве второй степени. Департамент исправительных учреждений округа Колумбия оплачивает размещение 69 заключенных, таких как Йелвертон в Red Onion. Он рассчитывает впервые посетить комиссию по условно-досрочному освобождению в следующем году.

«Красный лук», — говорит он, — «очень ужасный, очень расистский» — распространенная жалоба афроамериканских заключенных, таких как Йелвертон.Хотя тюремные чиновники говорят, что работают над борьбой с расизмом, большинство охранников, как и большая часть населения Юго-Западной Вирджинии, белые.

Еще один заключенный, который может представить себе свободу, — это 29-летний Роберт Л. Смит-младший, который также вырос в Вашингтоне, но был отправлен в Red Onion по обвинению в похищении людей и хранении оружия в округе Фэрфакс. Смит говорит, что получил аттестат о среднем образовании, находясь в другой тюрьме, и был на пути к досрочному освобождению за хорошее поведение, когда ударил агрессивного сокамерника во время работы.Тюремные чиновники, которые не раскрывают дисциплинарных историй заключенных, отправили Смита в Red Onion.

Инцидент отодвинул его возможную дату освобождения, но даже без права досрочного освобождения его 12-летний срок заканчивается в декабре 2003 года, когда Смиту исполнится 34 года.

Существует мало исследований, чтобы предсказать, что будут делать Йелвертон, Смит или другие заключенные, когда покинут Red Onion. Согласно новому федеральному исследованию, проведенному Чейзом Ривелэндом, бывшим директором исправительных учреждений в штатах Вашингтон и Колорадо, в стране насчитывается не менее 30 тюрем строгого режима.Однако данных об их эффективности немного.

«В долгосрочной перспективе, — говорит Ривленд, — решение действительно не принимается».

Но Крейг Хейни, психолог из Калифорнийского университета в Санта-Круз, изучающий одиночное заключение, говорит, что в тюрьмах сверхмаксимального режима может быть больше насилия, поскольку заключенные становятся одновременно эмоционально отстраненными и разгневанными.

«Некоторые люди реагируют на это лишение гневом и негодованием, а иногда и неконтролируемым гневом и негодованием», — говорит Хейни.«Вам не обязательно беспокоиться, если вы не выпустите их».

Майкл Боном, 36-летний убийца из Анакостии, разделяет эту мысль. «В вас будет ярость», — говорит Бонхом, который ищет новое испытание в надежде на освобождение. «Все, что нужно, это секунда, — он щелкает пальцами, — и ты взорвешься».

© Copyright 1999 Компания Вашингтон Пост

Вернуться к началу

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.