Моральная нормативность: Резазадех З., Баянова Л.Ф. Обусловленность психических состояний моральной нормативностью

Содержание

Человек верующий не может прибегать к нормативным приказам на моральные темы — Российская газета

Протодиакон Андрей Кураев, богослов:

— Социальный контроль и вмешательство какой-либо корпорации с целью установить правила для личной жизни человека возможны, но при особых условиях. Например, религиозная община устанавливает у себя правила корпоративного религиозного благочестия. Но люди должны об этом знать заранее при устройстве на работу.

Понятно же, что при поступлении в духовную семинарию могут быть свои правила, отличающиеся от правил поступления в военное училище. Когда вас принимают на работу в епархиальное управление или в какую-нибудь структуру Патриархии, понятно, что там могут быть свои правила жизни, например, постный режим работы. Но, повторяю, люди об этом должны знать заранее.

Однако если организация не декларирует себя как религиозно ориентированную, в ней не должно быть никакого вторжения в личную и религиозную жизнь людей.

В Санкт-Петербурге есть ресторан «Карл и Фридрих», руководство которого требует от персонала отказа от ношения нательных крестиков.

Официантов и менеджеров увольняют или не принимают на работу, если они не согласны с этим требованием.

А одна из фастфудных сетей в Великобритании решила сделать все меню халяльным. Право заказать халяльную еду в ресторане — это нормально, но если все меню сделать халяльным, посетитель-христанин или посетитель-атеист превращается в таком ресторане в людей второго сорта.

Видимо, это все гримасы крайней политкорректности. Ну а в случае распоряжений бизнесмена Бойко-Великого нечто прямо противоположное — гримаса крайней неполиткорректности.

Отношения мужчины и женщины, матери и ребенка — это все не только пространство личной жизни. Но на них влияет и общественный климат. Общество и государство через имеющиеся у него каналы влияния — социальную рекламу, школьное воспитание, государственные массмедиа, культурную политику — должно обеспечивать свое собственное воспроизводство. И те базовые ценности, которые, собственно, делают нас людьми, гражданами России, определенной социокультурной общностью, должны транслироваться и воспроизводиться как «культурный код».

В том числе и государственными структурами.

Должно существовать и то, что называется пропагандой семейных ценностей. А то у нас про семью сегодня вспоминают чаще всего в контексте разговоров о гей-парадах.

Сама жизнь сегодня ставит телевидению, всем массмедиа и их воспитательным усилиям неудовлетворительную оценку. Какую же еще, если у нас продолжается депопуляция населения?!

Речь уже идет не об интересах какой-то корпорации или конфессии. Чтобы люди жили на земле — вот наш общий интерес.

Современный человек в городской цивилизации живет, с одной стороны, в условиях крайней атомизации (мы не знаем и своего соседа по лестничной площадке), а с другой — в условиях нарастающего тотального контроля со стороны государства. Чего стоит инициатива по установлению единого электронного документа, универсальной отмычки к базам данных медицинского, налогового, таможенного и т. п. характера. Однако у нас отсутствует средний уровень самоорганизации и самозащиты людей (вспомним любимую идею Солженицына — о воссоздании «низовой соборности»).

Это все хорошо показала история с летними пожарами. Люди слишком надеялись на больших начальников.

против

Юрий Грымов, кинорежиссер:

— Когда я делал проект по «Казусу Кукоцкого» Людмилы Улицкой, тема запрета абортов у нас не раз всплывала в разговорах. И мы все прекрасно знаем, чем в реальности кончаются такие запреты — по сталинским временам. Тогда от подпольных абортов погибло немалое количество женщин.

Да, аборты — это грех. Это мое стопроцентное убеждение. Но за этим — добровольный выбор человека. И поэтому надо не вводить запреты, но повышать общую культуру.

А она у нас сегодня не то чтобы низкая, такое ощущение, что она просто отсутствует. Достаточно, прилетев из-за границы хоть в Шереметьево, хоть в Домодедово, переступить порог родной страны, чтобы почувствовать себя неуютно.

Любовь, отношения мужчины и женщины имеют «прописку» только в сфере частных отношений. Я считаю, что никакого социального контроля (включая корпоративный) тут быть не должно. Нельзя приказать, чтобы люди повенчались.

Я венчался сам, по своему собственному решению, прожив с женой, наверное, лет 10. Это был мой выбор. И что меня могло к этому подтолкнуть, кроме моего собственного понимания этого Таинства?! А от распоряжений, изданных внутри компании, с требованием, чтобы женатые сотрудники обвенчались, попахивает какой-то шизофренией. Желание сделать мир вокруг себя лучше — это прекрасно, но все-таки делать это надо не такими странными распоряжениями внутри своей компании. Если в компании работают приличные люди, они сами знают, что хорошо, что плохо. Я уж не говорю о том, что делать людям другой веры, глядя на приказ «Всем венчаться!». Им что, увольняться?

Человек верующий не может прибегать к нормативным приказам на моральные темы. Только личным примером он может показать, как нужно жить. А писать распоряжения на моральные темы — это какая-то странность.

Если нас не устраивает наш внутренний «моральный пейзаж», подогретость дурных наклонностей у молодых людей «желтой прессой». .. Знаете, Миттеран сказал: «Нет культуры — нет Франции». Нет культуры — нет России.

Включите телевизор, переберите государственные каналы. Вот оно, культурное лицо нашего государства. И одновременно лицо сегодняшнего зрителя.

Я считаю, самая большая беда в том, что разрушилась преемственность. Все происшедшее с русским кино, например, говорит, что мы уже прошли «точку невозврата». Русское кино больше не существует. Так же как не существует больше, к несчастью, русского автопрома. Представляете, сколько мальчиков в России увлеченно рисуют на бумаге машинки. И ничем бы не хотели заниматься, только деланьем этих машинок. Где им работать? И ровно то же самое в русском кино. Разрушилась преемственность. Недавно умерший режиссер Владимир Мотыль даже не имел своей студии. У мастера не было студии! А он бы мог воспитать целую плеяду молодых художников.

Посмотрите на иерархию сегодняшних российских элит. На первом месте — политики, затем просто богатые люди с непонятно как заработанными деньгами, потом бизнесмены, происхождение чьих капиталов более-менее понятно, потом кто угодно, и лишь в самом конце списка люди культуры — поэты, писатели, деятели кино.

Но в цивилизованном же обществе именно последние являются его основой. Это его духовный гарант. Это те люди, которых мы каждый день должны видеть по телевизору. А он у нас такой, что там нормальному человеку показаться неприлично.

Типовой кодекс этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации

Типовой Кодекс этики и служебного поведения государственных служащих Российской Федерации основан на положениях Конституции Российской Федерации, Международного кодекса поведения государственных должностных лиц (Резолюция 51/59 Генеральной Ассамблеи ООН от 12 декабря 1996 г.), Модельного кодекса поведения для государственных служащих (приложение к Рекомендации Комитета министров Совета Европыот 11 мая 2000 г. № R (2000) 10 о кодексах поведения для государственных служащих), Федерального закона от 25 декабря 2008 г. № 273-ФЗ «О противодействии коррупции», Федерального закона от 27 мая 2003 г.

№ 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации», Указа Президента Российской Федерации от 12 августа 2002 г. № 885 «Об утверждении общих принципов служебного поведения государственных служащих» и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а также на общепризнанных нравственных принципах и нормах российского общества и государства.

Статья 1. Предмет и сфера действияКодекса

1. Кодекс представляет собой свод общих принципов профессиональной служебной этики и основных правил служебного поведения, которыми надлежит руководствоваться государственным служащим Российской Федерации (далее – государственные служащие), независимо от замещаемой должности.

2. Гражданин, поступающий на государственную службу Российской Федерации (далее – государственная служба), знакомится с положениями Кодекса и соблюдает их в процессе своей служебной деятельности.

3. Каждый государственный служащий должен принимать все необходимые меры для соблюдения положений настоящего Кодекса, а каждый гражданин Российской Федерации вправе ожидать от государственного служащего поведения в отношениях с ним в соответствии положениями настоящего Кодекса.

Статья 2. Цель Кодекса

1. Целью Кодекса является установление этических норм и правил служебного поведения государственных служащих для достойного выполнения ими своей профессиональной деятельности, а также содействие укреплению авторитета государственного служащего, доверия граждан к государству и обеспечение единой нравственно-нормативной основы поведения государственных служащих.

Кодекс призван повысить эффективность выполнения государственными служащими своих должностных обязанностей.

2.Кодекс:

а) служит основой для формирования должной морали в сфере государственной службы, уважительного отношения к государственной службе в общественном сознании;

б) выступает как институт общественного сознания и нравственности государственных служащих, их самоконтроля.

3. Знание и соблюдение государственным служащим положений Кодекса является одним из критериев оценки качества его профессиональной деятельности и служебного поведения.

Статья 3. Основные принципыслужебного поведения государственных служащих

1. Основные принципы служебного поведения государственных служащих представляют собой основы поведения, которыми им надлежит руководствоваться при исполнении должностных обязанностей.

2. Государственные служащие, сознавая ответственность перед государством, обществом и гражданами, призваны:

а) исполнятьдолжностные обязанности добросовестно и на высоком профессиональном уровне вцелях обеспечения эффективной работы государственных органов;

б) исходить из того, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина определяют основной смысл и содержание деятельности органов государственной власти и государственных служащих;

в) осуществлять свою деятельность в пределах полномочий соответствующего государственного органа;

г) не оказывать предпочтения каким-либо профессиональным или социальным группам и организациям, быть независимыми от влияния отдельных граждан, профессиональных или социальных групп и организаций;

д) исключать действия, связанные с влиянием каких-либо личных, имущественных (финансовых) и иных интересов, препятствующих добросовестному исполнению должностных обязанностей;

е) уведомлять представителя нанимателя (работодателя), органы прокуратуры или другие государственные органы обо всех случаях обращения к государственному служащему каких-либо лиц в целях склонения к совершению коррупционных правонарушений;

ж) соблюдатьустановленные федеральными законами ограничения и запреты, исполнятьобязанности, связанные с прохождением государственной службы;

з) соблюдать нейтральность, исключающую возможность влияния на их служебную деятельность решений политических партий, иных общественных объединений;

и) соблюдатьнормы служебной, профессиональной этики и правила делового поведения;

к) проявлять корректность и внимательность в обращении с гражданами и должностными лицами;

л) проявлять терпимость и уважение к обычаям и традициям народов России, учитывать культурные и иные особенности различных этнических, социальных групп и конфессий, способствовать межнациональному и межконфессиональному согласию;

м) воздерживаться от поведения, которое могло бы вызвать сомнение в объективном исполнении государственными служащими должностных обязанностей, а также избегать конфликтных ситуаций, способных нанести ущерб их репутации или авторитету государственного органа;

н) принимать предусмотренные законодательством Российской Федерации меры по недопущению возникновения конфликтов интересов и урегулированию возникших конфликтов интересов;

о) не использовать служебное положение для оказания влияния на деятельность государственных органов, организаций, должностных лиц, государственных служащих и граждан при решении вопросов личного характера;

п) воздерживаться от публичных высказываний, суждений и оценок в отношении деятельности государственных органов, их руководителей, если это не входит в должностные обязанности государственного служащего;

р) соблюдатьустановленные в государственном органе правила публичных выступлений ипредоставления служебной информации;

с) уважительно относиться к деятельности представителей средств массовой информации по информированию общества о работе государственного органа, а также оказывать содействие в получении достоверной информации в установленном порядке;

т) воздерживаться в публичных выступлениях, в том числе в средствах массовой информации, от обозначения в иностранной валюте (условных денежных единицах) стоимости на территории Российской Федерации товаров, работ, услуг и иных объектов гражданских прав, сумм сделок между резидентами Российской Федерации, показателей бюджетов всех уровней бюджетной системы Российской Федерации, размеров государственных и муниципальных заимствований, государственного и муниципального долга, за исключением случаев, когда это необходимо для точной передачи сведений либо предусмотрено законодательством Российской Федерации, международными договорами Российской Федерации, обычаями делового оборота.

Статья 4. Соблюдение законности

1. Государственный служащий обязан соблюдать Конституцию Российской Федерации, федеральные конституционные законы, федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации.

2. Государственный служащий в своей деятельности не должен допускать нарушения законов и иных нормативных правовых актов исходя из политической, экономической целесообразности либо по иным мотивам.

3. Государственный служащий обязан противодействовать проявлениям коррупции и предпринимать меры по ее профилактике в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции.

Статья 5. Требования к антикоррупционному поведению государственных служащих

1. Государственный служащий при исполнении им должностных обязанностей не должен допускать личной заинтересованности, которая приводит или может привести к конфликту интересов.

При назначении на должность государственной службы и исполнении должностных обязанностей государственный служащий обязан заявить о наличии или возможности наличия у него личной заинтересованности, которая влияет или может повлиять на надлежащее исполнение им должностных обязанностей.

2. Государственные служащие обязаны представлять сведения о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

3. Государственный служащий обязан уведомлять представителя нанимателя, органы прокуратуры Российской Федерации или другие государственные органы обо всех случаях обращения к нему каких-либо лиц в целях склонения его к совершению коррупционных правонарушений.

Уведомление о фактах обращения в целях склонения ксовершению коррупционных правонарушений, за исключением случаев, когда поданным фактам проведена или проводится проверка, является должностнойобязанностью государственного служащего.

4. Государственному служащему запрещается получать в связи с исполнением должностных обязанностей вознаграждения от физических и юридических лиц (подарки, денежное вознаграждение, ссуды, услуги, оплату развлечений, отдыха, транспортных расходов и иные вознаграждения). Подарки, полученные государственными служащим в связи с протокольными мероприятиями, со служебными командировками и с другими официальными мероприятиями, признаются соответственно федеральной собственностью и собственностью субъекта Российской Федерации и передаются государственным служащим по акту в государственный орган, в котором он замещает должность государственной службы, за исключением случаев, установленных законодательством Российской Федерации.

Статья 6. Обращение со служебной информацией

1. Государственный служащий может обрабатывать и передавать служебную информацию при соблюдении действующих в государственном органе норм и требований, принятых в соответствии с законодательством Российской Федерации.

2. Государственный служащий обязан принимать соответствующие меры для обеспечения безопасности и конфиденциальности информации, за несанкционированное разглашение которой он несет ответственность или (и) которая стала известна ему в связи с исполнением должностных обязанностей.

Статья 7. Этикаповедения государственных служащих, наделенных организационно-распорядительнымиполномочиями по отношению к другим государственным служащим

1. Государственный служащий, наделенный организационно-распорядительными полномочиями по отношению к другим государственным служащим, должен быть для них образцом профессионализма, безупречной репутации, способствовать формированию в коллективе благоприятного для эффективной работы морально-психологического климата.

2. Государственные служащие, наделенные организационно-распорядительными полномочиями по отношению к другим государственным служащим, призваны:

а)принимать меры по предотвращению и урегулированию конфликтов интересов;

б) принимать меры по предупреждению коррупции;

в) не допускать случаев принуждения государственных служащих к участию в деятельности политических партий, иных общественных объединений.

3. Государственный служащий, наделенный организационно-распорядительными полномочиями по отношению к другим государственным служащим, должен принимать меры к тому, чтобы подчиненные ему государственные служащие не допускали коррупционно опасного поведения, своим личным поведением подавать пример честности, беспристрастности и справедливости.

4. Государственный служащий, наделенный организационно-распорядительными полномочиями по отношению к другим государственным служащим, несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за действия или бездействия подчиненных сотрудников, нарушающих принципы этики и правила служебного поведения, если он не принял мер, чтобы не допустить таких действий или бездействий.

Статья 8. Служебное общение

1. В общении государственному служащему необходимо руководствоваться конституционными положениями, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, и каждый гражданин имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту чести, достоинства, своего доброго имени.

2. В общении с гражданами и коллегами со стороны государственного служащего недопустимы:

а) любого вида высказывания и действия дискриминационного характера по признакам пола, возраста, расы, национальности, языка, гражданства, социального, имущественного или семейного положения, политических или религиозных предпочтений;

б) пренебрежительный тон, грубость, заносчивость, некорректность замечаний, предъявление неправомерных, незаслуженных обвинений;

в) угрозы,оскорбительные выражения или реплики, действия, препятствующие нормальномуобщению или провоцирующие противоправное поведение.

3. Государственные служащие должны способствовать установлению в коллективе деловых взаимоотношений и конструктивного сотрудничества друг с другом.

Государственные служащие должны быть вежливыми, доброжелательными, корректными, внимательными и проявлять толерантность в общении с гражданами и коллегами.

Статья 9. Внешний видгосударственного служащего

Внешний вид государственного служащего при исполнении им должностных обязанностей должен способствовать уважению граждан к государственным органам, соответствовать общепринятому деловому стилю, который отличают официальность, сдержанность, традиционность, аккуратность.

Статья 10. Ответственность государственного служащего за нарушение Кодекса

За нарушение положений Кодекса государственный служащий несет моральную ответственность, а также иную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Соблюдение государственным служащим норм Кодекса учитывается при проведении аттестаций, формировании кадрового резерва для выдвижения на вышестоящие должности, а также при наложении дисциплинарных взысканий.

Многоуровневый личностный опросник «Адаптивность» (МЛО-АМ) А.Г. Маклакова и С.В. Чермянина

Опросник «Адаптивность»  

Ф. И. О. оцениваемого ___________________________________________________
Возраст (полных лет)

___________________________________________________

Должность

___________________________________________________

Подразделение

___________________________________________________

Дата заполнения

___________________________________________________

 

Инструкция

Ответьте «Да» или «Нет» на приведенные ниже утверждения. Для этого поставьте в  соответствующем столбце знак – «Х».

Тестовое задание

Утверждение Да Нет
1 Бывает, что я сержусь    
2 Обычно по утрам я просыпаюсь свежим и отдохнувшим    
3 Сейчас я примерно так же работоспособен, как и всегда    
4 Судьба определенно несправедлива ко мне    
5 Запоры у меня бывают очень редко    
6 Временами мне очень хотелось покинуть свой дом    
7 Временами у меня бывают приступы смеха или плача, с которыми я никак не  могу справиться    
8 Мне кажется, что меня никто не понимает    
9 Считаю, что если кто-то причинил мне зло, то я должен ответить ему тем же    
10 Иногда мне в голову приходят такие нехорошие мысли, что лучше о них никому  не рассказывать    
11 Мне бывает трудно сосредоточиться на какой-либо задаче или работе    
12 У меня бывают часто странные и необычные переживания    
13 У меня отсутствовали неприятности из-за моего поведения    
14 В детстве я одно время совершал мелкие кражи    
15 Бывает, что у меня появляется желание ломать или крушить все вокруг    
16 Бывало, что я целыми днями или даже неделями ничего не мог делать, потому что  никак не мог заставить себя взяться за работу    
17 Сон у меня прерывистый и беспокойный    
18 Моя семья относится с неодобрением к той работе, которую я выбрал    
19 Бывали случаи, что я не сдерживал обещаний    
20 Голова у меня болит часто    
21 Раз в неделю или чаще я без всякой видимой причины внезапно ощущаю жар во  всем теле    
22 Было бы хорошо, если бы почти все законы отменили    
23 Состояние моего здоровья почти такое же, как у большинства моих знакомых (не  хуже)    
24 Встречая на улице своих знакомых или школьных друзей, с которыми я давно не  виделся, я предпочитаю проходить мимо, если они со мной не заговаривают  первыми    
25 Большинству людей, которые меня знают, я нравлюсь    
26 Я человек общительный    
27 Иногда я так настаиваю на своем, что люди теряют терпение    
28 Большую часть времени настроение у меня подавленное    
29 Теперь мне трудно надеяться на то, что я чего-нибудь добьюсь в жизни    
30 У меня мало уверенности в себе    
31 Иногда я говорю неправду    
32 Обычно я считаю, что жизнь стоящая штука    
33 Я считаю, что большинство людей способны солгать, чтобы продвинуться по  службе    
34 Я охотно принимаю участие в собраниях и других общественных мероприятиях    
35 Я ссорюсь с членами моей семьи очень редко    
36 Иногда я испытываю сильное желание нарушить правила приличия или кому- нибудь навредить    
37 Самая трудная борьба для меня – это борьба с самим собой    
38 Мышечные судороги или подергивания у меня бывают крайне редко (или почти  не бывают)    
39 Я довольно безразличен к тому, что со мной будет    
40 Иногда, когда я себя неважно чувствую, я бываю раздражительным    
41 Часто у меня такое чувство, что я сделал что-то не то или даже что-то плохое    
42 Некоторые люди до того любят командовать, что меня так и тянет делать все  наперекор, даже если я знаю, что они правы    
43 Я часто считаю себя обязанным отстаивать то, что нахожу справедливым    
44 Моя речь сейчас такая же, как всегда (ни быстрее, ни медленнее, нет ни хрипоты,  ни невнятности)    
45 Я считаю, что моя семейная жизнь такая же хорошая, как у большинства моих  знакомых    
46 Меня ужасно задевает, когда меня критикуют или ругают    
47 Иногда у меня бывает чувство, что я просто должен нанести повреждение себе  или кому-нибудь другому    
48 Мое поведение в значительной мере определяется обычаями тех, кто меня  окружает    
49 В детстве у меня была компания, где все старались стоять друг за друга    
50 Иногда меня так и подмывает с кем-нибудь затеять драку    
51 Бывало, что я говорил о вещах, в которых не разбираюсь    
52 Обычно я засыпаю спокойно и меня не тревожат никакие мысли    
53 Последние несколько лет я чувствую себя хорошо    
54 У меня никогда не было ни припадков, ни судорог    
55 Сейчас мой вес постоянен (я не худею и не полнею)    
56 Я считаю, что меня часто наказывали незаслуженно    
57 Я легко плачу    
58 Я мало устаю    
59 Я был бы довольно спокоен, если бы у кого-нибудь из моей семьи были  неприятности из-за нарушения закона    
60 С моим рассудком творится что-то неладное    
61 Чтобы скрыть свою застенчивость, мне приходится затрачивать большие усилия    
62 Приступы головокружения у меня бывают очень редко (или почти не бывают)    
63 Меня беспокоят сексуальные вопросы    
64 Мне трудно поддерживать разговор с людьми, с которыми я только что  познакомился    
65 Когда я пытаюсь что-то сделать, часто замечаю, что у меня дрожат руки    
66 Руки у меня такие же ловкие и проворные, как и прежде    
67 Большую часть времени я испытываю общую слабость    
68 Иногда, когда я смущен, я сильно потею, и меня это очень раздражает    
69 Бывает, что я откладываю на завтра то, что должен сделать сегодня    
70 Думаю, что я человек обреченный    
71 Бывали случаи, что мне было трудно удержаться, чтобы что-нибудь не стащить у  кого-нибудь или где-нибудь, например в магазине    
72 Я злоупотреблял спиртными напитками    
73 Я часто о чем-нибудь тревожусь    
74 Мне бы хотелось быть членом нескольких кружков или обществ    
75 Я редко задыхаюсь, и у меня не бывает сильных сердцебиений    
76 Всю свою жизнь я строго следую принципам, основанным на чувстве долга    
77 Случалось, что я препятствовал или поступал наперекор людям просто из  принципа, а не потому, что дело было действительно важным    
78 Если мне не грозит штраф и машин поблизости нет, я могу перейти улицу там,  где мне хочется, а не там, где положено    
79 Я всегда был независимым и свободным от контроля со стороны семьи    
80 У меня бывали периоды такого сильного беспокойства, что я даже не мог усидеть  на месте    
81 Зачастую мои поступки неправильно истолковывались    
82 Мои родители и (или) другие члены моей семьи придираются ко мне больше, чем  надо    
83 Кто-то управляет моими мыслями    
84 Люди равнодушны и безразличны к тому, что с тобой случится    
85 Мне нравится быть в компании, где все подшучивают друг над другом    
86 В школе я усваивал материал медленнее, чем другие    
87 Я вполне уверен в себе    
88 Никому не доверять – самое безопасное    
89 Раз в неделю или чаще я бываю очень возбужденным и взволнованным    
90 Когда я нахожусь в компании, мне трудно найти подходящую тему для разговора    
91 Мне легко заставить других людей бояться себя, и иногда я это делаю ради  забавы    
92 В игре я предпочитаю выигрывать    
93 Глупо осуждать человека, обманувшего того, кто сам позволяет себя обманывать    
94 Кто-то пытается воздействовать на мои мысли    
95 Я ежедневно выпиваю много воды    
96 Счастливее всего я бываю, когда один    
97 Я возмущаюсь каждый раз, когда узнаю, что преступник по какой-либо причине  остался безнаказанным    
98 В моей жизни был один или несколько случаев, когда я чувствовал, что кто-то  посредством гипноза заставляет меня совершать те или иные поступки    
99 Я редко заговариваю с людьми первым    
100 У меня никогда не было столкновений с законом    
101 Мне приятно иметь среди своих знакомых значительных людей – это как бы  придает мне вес в собственных глазах    
102 Иногда без всякой причины у меня вдруг наступают периоды необычайной  веселости    
103 Жизнь для меня почти всегда связана с напряжением    
104 В школе мне было очень трудно говорить перед классом    
105 Люди проявляют по отношению ко мне столько сочувствия и симпатии, сколько я  заслуживаю    
106 Я отказываюсь играть в некоторые игры, потому что у меня это плохо получается    
107 Мне кажется, что я завожу друзей с такой же легкостью, как и другие    
108 Мне неприятно, когда вокруг меня люди    
109 Мне, как правило, везет    
110 Меня легко привести в замешательство    
111 Некоторые из членов моей семьи совершали поступки, которые меня пугали    
112 Иногда у меня бывают приступы смеха или плача, с которыми я никак не могу  справиться    
113 Мне бывает трудно приступить к выполнению нового задания или начать новое  дело    
114 Если бы люди не были настроены против меня, я в жизни достиг бы гораздо  большего    
115 Мне кажется, что меня никто не понимает    
116 Среди моих знакомых есть люди, которые мне не нравятся    
117 Я легко теряю терпение с людьми    
118 Часто в новой обстановке я испытываю тревогу    
119 Часто мне хочется умереть    
120 Иногда я бываю так возбужден, что мне бывает трудно заснуть    
121 Часто я перехожу на другую сторону улицы, чтобы избежать встречи с тем, кого я  увидел    
122 Бывало, что я бросал начатое дело, так как боялся, что я не справлюсь с ним    
123 Почти каждый день случается что-нибудь, что пугает меня    
124 Даже среди людей я чувствую себя одиноким    
125 Я убежден, что существует лишь одно-единственное правильное понимание  смысла жизни    
126 В гостях я чаще сижу в стороне и разговариваю с кем-нибудь одним, чем  принимаю участие в общих развлечениях    
127 Мне часто говорят, что я вспыльчив    
128 Бывает, что я с кем-нибудь посплетничаю    
129 Часто мне бывает неприятно, когда я пытаюсь предостеречь кого-либо от ошибок,  а меня понимают неправильно    
130 Я часто обращаюсь к людям за советом    
131 Часто, даже тогда, когда для меня складывается все хорошо, я чувствую, что мне  все безразлично    
132 Меня довольно трудно вывести из себя    
133 Когда я пытаюсь указать людям на их ошибки или помочь, они часто понимают  меня неправильно    
134 Обычно я спокоен и меня нелегко вывести из душевного равновесия    
135 Я заслуживаю сурового наказания за свои проступки    
136 Мне свойственно так сильно переживать свои разочарования, что я не могу  заставить себя не думать о них    
137 Временами мне кажется, что я ни на что не пригоден    
138 Бывало, что при обсуждении некоторых вопросов я, особо не задумываясь,  соглашался с мнением других    
139 Меня весьма беспокоят всевозможные несчастья    
140 Мои убеждения и взгляды непоколебимы    
141 Я думаю, что можно, не нарушая закона, попытаться найти в нем лазейку    
142 Есть люди, которые мне настолько неприятны, что я в глубине души радуюсь,  когда они получают нагоняй за что-нибудь    
143 У меня бывали периоды, когда я из-за волнения терял сон    
144 Я посещаю всевозможные общественные мероприятия, потому что это позволяет  побывать среди людей    
145 Можно простить людям нарушение правил, которые они считают неразумными    
146 У меня есть дурные привычки, которые настолько сильны, что бороться с ними  просто бесполезно    
147 Я охотно знакомлюсь с новыми людьми    
148 Бывает, что неприличная и даже непристойная шутка у меня вызывает смех    
149 Если дело у меня идет плохо, мне сразу хочется все бросить    
150 Я предпочитаю действовать согласно собственным планам, а не следовать  указаниям других    
151 Люблю, чтобы окружающие знали мою точку зрения    
152 Если я плохого мнения о человеке или даже презираю его, почти не стараюсь  скрыть это от него    
153 Я человек нервный и легковозбудимый    
154 Все у меня получается плохо, не так, как надо    
155 Будущее кажется мне безнадежным    
156 Люди довольно легко могут изменить мое мнение, даже если до этого оно  казалось мне окончательным    
157 Несколько раз в неделю у меня бывает чувство, что должно случиться что-то  страшное    
158 Чаще всего я чувствую себя усталым    
159 Я люблю бывать на вечерах и просто в компаниях    
160 Я стараюсь уклониться от конфликтов и затруднительных положений    
161 Меня часто раздражает, что я забываю, куда кладу вещи    
162 Приключенческие рассказы мне нравятся больше, чем о любви    
163 Если я захочу сделать что-то, но окружающие считают, что этого делать не стоит,  я легко могу отказаться от своих намерений    
164 Глупо осуждать людей, которые стремятся взять от жизни все, что могут    
165 Мне безразлично, что обо мне думают другие    
       

Спасибо!

Ключ к личностному опроснику «Адаптивность»

Описание

Многоуровневый личностный опросник «Адаптивность» (МЛО-АМ) А. Г. Маклакова и С.В. Чермянина предназначен для диагностики адаптивности испытуемого по параметрам:

  • адаптивные способности;
  • нервно-психическая устойчивость;
  • моральная нормативность.

Соответственно, в тесте используют шкалы оценки:

  • адаптивные способности;
  • нервно-психическая устойчивость;
  • коммуникативные особенности;
  • моральная нормативность.

Ключ к тесту

Проверка достоверности (Д)

«Нет»: 1, 10, 19, 31, 51, 69, 78, 92, 101, 116, 128, 138, 148.

Адаптивные способности (АС = ЛАП)

«Да» на вопросы: 4, 6, 7, 8, 9, 11, 12, 14, 15, 16, 17, 18, 20, 21, 22, 24, 27, 28, 29, 30, 33, 36, 37, 39, 40, 41, 42, 43, 46, 47, 50, 56, 57, 59, 60, 61, 63, 64, 65, 67, 68, 70, 71, 72, 73, 75, 77, 79, 80, 81, 82, 83, 84, 86, 88, 89, 90, 91, 93, 94, 95, 96. 98, 99, 102, 103, 104, 106, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 114, 115, 117, 118 119, 120, 121. 122. 123, 124, 125, 126, 129, 131, 133, 135, 136, 137, 139, 141, 142, 143, 145, 146, 149, 150, 151, 152, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 161, 162, 164, 165.

«Нет» на вопросы: 2, 3, 5, 13, 23, 25, 26, 32, 34, 35, 38, 44, 45, 48, 49, 52, 53, 54, 55, 58, 62, 66, 74, 76, 85, 87, 97, 100, 105, 107, 127, 130, 132, 134, 140, 144, 147, 159, 160, 163.

Нервно-психическая устойчивость (НПУ)

«Да» на вопросы: 4, 6, 7, 8, 11, 12, 15, 16, 17, 18, 20, 21, 28, 29, 30, 37, 39, 40, 41, 47, 57, 60, 63, 65, 67, 68, 70, 71, 73, 75, 80, 82, 83, 84, 86, 89, 94, 95, 96, 98, 102, 103, 108, 109, 110, 111, 112, 113, 115, 117, 118, 119, 120, 122, 123, 124, 129, 131, 135, 136, 137, 139, 143, 146, 149, 153, 154, 155, 156, 157, 158, 161, 162.

«Нет» на вопросы: 2, 3, 5, 23, 25, 32, 38, 44, 45, 49, 52, 53, 54, 55, 58, 62, 66, 87, 105, 127, 132, 134, 140.

Коммуникативные особенности (КС)

«Да» на вопросы: 9, 24, 27, 33, 46, 61, 64, 81, 88, 90, 99, 104, 106, 114, 121, 126, 133, 142, 151, 152.

«Нет» на вопросы: 26, 34, 35, 48, 74, 85, 107, 130, 144, 147, 159.

Моральная нормативность (МН)

«Да» на вопросы: 14, 22, 36, 42, 50, 56, 59, 72, 77, 79, 91, 93, 125, 141, 145, 150, 164, 165.

«Нет» на вопросы: 13, 76, 97, 100, 160, 163.

Обработка результатов

Обработка результатов осуществляется путем подсчета количества совпадений ответов испытуемого с ключом по каждой из шкал.

Начинать обработку следует со шкалы достоверности, чтобы оценить стремление обследуемого представить себя в более социально привлекательном виде.

Если обследуемый набирает по шкале достоверности более 10 баллов, результат тестирования следует считать недостоверным и после проведения разъяснительной беседы необходимо повторить тестирование.

Таблица перевода сырых баллов в стены

Наименование шкал и количество ответов, совпавших с ключом Стены
ЛАП НПУ КС МН
62-> 46-> 27–31 18-> 1
51–61 38–45 22–26 15–17 2
40–50 30–37 17–21 12–14 3
33–39 22–29 13–16 10–11 4
28–32 16–21 10–12 7–9 5
22–27 13–15 7–9 5–6 6
16–21 9–12 5–6 3–4 7
11–15 6–8 3–4 2 8
6–10 4–5 1–2 1 9
1–5 0–3 0 0 10

Интерпретация

Интерпретация основных шкал методики «Адаптивность»

Наименование шкалы Уровень развития качеств
Ниже среднего (1–3 стена) Выше среднего (7–10 стенов)
НПУ Низкий уровень поведенческой регуляции, определенная склонность к нервно-психическим срывам, отсутствие адекватности самооценки и реального восприятия действительности Высокий уровень нервно-психической устойчивости и поведенческой регуляции, высокая адекватная самооценка и реальное восприятие действительности
КС Низкий уровень развития коммуникативных способностей, затруднение в построении контактов с окружающими, проявление агрессивности, повышенная конфликтность Высокий уровень развития коммуникативных способностей, легко устанавливает контакты с сослуживцами, окружающими, не конфликтен
МН Не может адекватно оценить свое место и роль в коллективе, не стремится соблюдать общепринятые нормы поведения Реально оценивает свою роль в коллективе, ориентируется на соблюдение общепринятых норм поведения

Итоговую оценку по шкале «Личностный адаптивный потенциал» (ЛАП) можно получить путем простого суммирования сырых баллов по трем шкалам:

ЛАП = «Нервно-психическая устойчивость» + «Коммуникативные способности» + «Моральная нормативность»;

с последующей интерпретацией по нижеприведенной таблице.

Интерпретация адаптивных способностей по шкале «ЛАП» методики «Адаптивность»

Уровень адаптивных способностей (стены) Интерпретация
5–10 Группы высокой и нормальной адаптации. Лица этих групп достаточно легко адаптируются к новым условиям деятельности, быстро входят в новый коллектив, достаточно легко и адекватно ориентируются в ситуации, быстро вырабатывают стратегию своего поведения. Как правило, не конфликтны, обладают высокой эмоциональной устойчивостью
3–4 Группа удовлетворительной адаптации. Большинство лиц этой группы обладают признаками различных акцентуаций, которые в привычных условиях частично компенсированы и могут проявляться при смене деятельности. Поэтому успех адаптации зависит от внешних условий среды. Эти лица, как правило, обладают невысокой эмоциональной устойчивостью. Возможны асоциальные срывы, проявление агрессии и конфликтности. Лица этой группы требуют индивидуального подхода, постоянного наблюдения, коррекционных мероприятий
1–2 Группа низкой адаптации. Лица этой группы обладают признаками явных акцентуаций характера и некоторыми признаками психопатий, а психическое состояние можно охарактеризовать как пограничное. Возможны нервно-психические срывы. Лица этой группы обладают низкой нервно-психической устойчивостью, конфликтны, могут допускать асоциальные поступки. Требуют наблюдения психолога и врача (невропатолога, психиатра)

Под моральным вредом понимается \ Акты, образцы, формы, договоры \ Консультант Плюс

]]>

Подборка наиболее важных документов по запросу Под моральным вредом понимается (нормативно–правовые акты, формы, статьи, консультации экспертов и многое другое).

Судебная практика: Под моральным вредом понимается Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Подборка судебных решений за 2018 год: Статья 15 «Компенсация морального вреда» Закона РФ «О защите прав потребителей»
(Р.Б. Касенов)Суд отказал в удовлетворении требований истца к жилищно-строительному кооперативу о взыскании компенсации морального вреда. Истец указал, что им была подана заявка об аварии устаревшего оборудования (радиатора) из-за его естественного износа в квартире, собственником которой является истец. Из-за уклонения ответчика от замены оборудования обострилось хроническое заболевание истца. Суд указал, что согласно ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, либо нарушающими имущественные права гражданина. Истцом не представлены доказательства причинно-следственной связи между качеством оказанной услуги и нарушением состояния его здоровья, что не соответствует положениям приведенных норм.

Статьи, комментарии, ответы на вопросы: Под моральным вредом понимается Открыть документ в вашей системе КонсультантПлюс:
Статья: Моральный вред
(Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2021)Более широкое определение привел Верховный Суд РФ в п. 2 Постановления Пленума от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (далее — Постановление Пленума N 10): под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Нормативные акты: Под моральным вредом понимается Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10
(ред. от 06.02.2007)
«Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»2. Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Олег Кожемяко пожелал успехов депутатам седьмого созыва Законодательного Собрания Приморья

8 октября 2021 12:30

Олег Кожемяко пожелал успехов депутатам седьмого созыва Законодательного Собрания Приморья

Первое заседание Законодательного Собрания Приморского края седьмого созыва состоялось в пятницу, 8 октября. Поздравил избранных депутатов со значимым политическим событием Губернатор региона Олег Кожемяко.

Новый созыв парламента был избран во время голосования 17-19 сентября. В нынешнем составе – 30 депутатов-одномандатников и 10 избранных по единому избирательному округу.

Олег Кожемяко назвал первое заседание нового созыва большим политическим событием.

«Все избранные депутаты выдержали конкурентную борьбу, за них проголосовала большая часть населения тех территорий, от которых они избирались. Поэтому сегодня мы можем констатировать, что Законодательное Собрание легитимное и может начинать свою работу», – подчеркнул Олег Кожемяко.

По мнению Губернатора, в Приморье сложилась очень хорошая база для законотворчества, а краевой парламент – один из самых авторитетных органов власти не только в регионе, но и во всем Дальневосточном федеральном округе. Такое доверие сложилось благодаря высокому интересу к заседаниям, качественной работе депутатского корпуса, грамотному взаимодействию со СМИ.

«Но авторитет надо не только заслужить, но и сохранять. Доверие избирателей необходимо оправдывать снова и снова. Вы видите, что в современных реалиях моральная ответственность власти перед гражданами многократно возросла. Людям необходимы те законы, которые позволяют видеть за ними развитие экономики, социальных условий, такие законы действительно будут нести понятные и качественные изменения в жизни нашего края, решать те вопросы, которые звучат всегда на встречах с жителями. И, конечно, Приморью необходима грамотная бюджетная политика, социально ориентированные, но одновременно сбалансированные бюджеты», – добавил Олег Кожемяко.

Обращаясь к депутатам, глава региона также отметил, что реализация социально значимых проектов – это прежде всего выполнение тех обещаний, которые парламентарии озвучили своим избирателям.

«Ни у кого не вызывает сомнений важность законотворческого процесса, к которому вы приступаете. Это и принятие бюджета, внесение тех поправок, которые периодически будут возникать исходя из каких-то дополнительных поступлений, исходя из возникающих горящих вопросов. Мы не будем забывать, что сейчас период пандемии, когда очень много приходится тратить и вносить корректировки. В кратчайшие сроки нам необходимо выработать единое, согласованное видение развития региона. Региона, прежде всего ориентированного на жителей нашего края, на те запросы, которые касаются улучшения их жизни. Не сомневаюсь, что данным Законодательным Собранием проблемные вопросы будут решены», – подчеркнул Олег Кожемяко.

Губернатор Приморья выразил уверенность в том, что депутаты нового состава Законодательного Собрания также продолжат конструктивную работу с органами исполнительной власти, будут проводить сбалансированную политику с муниципальными властями.

«Желаю успехов в работе, оправдать доверие населения ваших территорий. Уверен, наша совместная работа даст положительный результат в развитии Приморского края», – обратился к парламентариям Олег Кожемяко.

На первом заседании депутаты краевого парламента седьмого созыва избрали председателя Законодательного Собрания – этот вопрос был включен в повестку заседания первым. На должность были выдвинуты две кандидатуры: Александр Ролик от фракции «Единая Россия» и Владимира Беспалова от фракции КПРФ. Во время тайного голосования большинство голосов набрал Александр Ролик.

Дарья Тонких, [email protected]

Фото – Диана Шарафулисламова (Правительство Приморского края)

Нормальность в медицине: критический обзор | Философия, этика и гуманитарные науки в медицине

В клинической практике нормальность лежит в основе всех сравнений. [7] От нормальности происходит и здоровье, и болезнь, с последствиями самовосприятия пациента и общения между врачом и пациентом, к цели медицинского вмешательства, полисам медицинского страхования и мерам общественного здравоохранения [2, 8, 9, 14]. Распространение медицинской информации, которая находится в распоряжении широкой общественности, и технические возможности должны идти в ногу с концептуальной и этической грамотностью.Распространяются тревожные толкования в ущерб сбалансированному отношению к вопросам здоровья. Диагностика и лечение для достижения определенной нормы вызывают общественную нестабильность, заслуживающую внимания, поскольку такая изменяющаяся природа здоровья неизбежна, и нормализация параметров не является решением для сбалансированного подхода к жизни. Поскольку существуют инструменты для изменения условий, основное внимание следует уделять определению момента вмешательства.

Медицина считается самой гуманной из наук и самой научной из гуманитарных наук.Как наука, стремящаяся к своей объективности, и как человечество, ищущее понимания, концепции, лежащие в основе медицины, должны быть четко определены [2]. Из-за разнообразия предметов, к которым применяется термин «нормальность», и с разными значениями легко возникают недопонимания.

Философы медицины рассматривают нормальность прямо или косвенно вместе с концепцией здоровья и болезни. В первую очередь необходимо рассмотреть основы теории медицины.

Исторически Платон и Аристотель утверждали, что медицина производит здоровье. Платон понимал здоровье в иерархическом порядке, при котором здоровье означало бы превосходство души над телом, и, таким образом, рациональная часть превосходила бы желающую [10]. С точки зрения Аристотеля, движение — это актуализация потенциальной возможности, здоровье можно интерпретировать как способность достигать целей, будучи здоровее человека с большим количеством вариантов или возможностей [10].

Современная медицина зародилась в девятнадцатом веке, и, согласно точке зрения Кангильема и Фулько, она является продуктом двух революционных изменений в клинической ориентации, которые организовали теорию медицины на онтологическую и физиологическую [3].Онтологическим было попытка соотнести анатомическую патологию с клиническими признаками и симптомами. Затем физиология принесла медицину, основанную на экспериментах, поскольку к 1820-м годам Бруссе заметил, что нормальное и патологическое могут иметь различную интенсивность в количественно измеряемой функции с непрерывными значениями [3, 9, 14]. Пастер в середине девятнадцатого века с его экспериментальной работой по теории микробов соответствует онтологической концепции, тогда как в 20 веке французская и немецкая редукционистские школы были склонны к количественной оценке физиологических процессов [14].

Также стоит отметить влияние модели биологического порядка и функций, которую Дарвин принес с публикацией «Происхождение видов», постулируя постоянно меняющийся вид, который может быть экстраполирован на такие темы, как иммунология [14].

Среди наиболее выдающихся теоретиков современной философии медицины — Кристофер Бурс за его биостатистическую теорию здоровья и Жорж Кангильем, которого часто цитируют за его концепцию здоровья как динамического состояния изменяющихся норм.

Литература по концептуализации нормальности в медицине была проанализирована в рамках этого пересмотра с целью лучшего понимания моделей, предложенных на данный момент, каковы их преимущества и недостатки с точки зрения того, как они подходят для текущего использования и как они способствуют адекватному общению и последующим действиям. решения. Пациенты к этой работе не привлекались.

Модели нормальности

Нормальность не имеет согласованного определения в медицинской литературе. Меняется не только значение, но и способ его осмысления.С упрощенной точки зрения, он может иметь натуралистический или нормативный подход [9]. Первый пытается определить, что этот термин означает для тех, кто его применяет, независимо от оценочных суждений. Нормативное как более конструктивное намерение, где значение устанавливается теоретиками [6].

Из изученных статей были выбраны модели, которые выделялись как более актуальные благодаря силе их аргументов и их популярности среди ученых. Они представляют собой чрезмерные упрощения, чтобы помочь прояснить каждую абстрактную рационализацию, и на этом пути они иногда перекрывают друг друга.

Биостатистическая теория (BST)

BST здоровья — это хорошо зарекомендовавший себя натуралистический анализ Кристофера Бурса, который обсуждается и пересматривается с семидесятых годов [2]. В соответствии с ним здоровье является синонимом нормальности и представляет собой полное отсутствие патологических состояний [2].

Вкратце, здоровье — это нормальная функциональная способность члена эталонного класса. Эта нормальная функция относится к статистически типичному вкладу части или процесса в их индивидуальное выживание [или] воспроизводство.Референс-класс определяется возрастной группой и полом, что выражается в едином функциональном дизайне. Патологическое состояние — это внутреннее состояние, при котором эти нормальные функции нарушены ниже типичной эффективности [2].

Эта теория объединяет несколько концепций, некоторые из которых обсуждаются ниже, и подходит для многих практических контекстов, поскольку ее основными преимуществами являются натуралистический и количественный подход, которые важны для достижения объективности и справедливости. Поскольку эта теория является всеобъемлющей, и автор сделал несколько публикаций и адаптирован для опровержения многих критиков, ее ценят за ее сплоченность и возможность энергичных дебатов [2].

С другой стороны, тот простой факт, что это определение будет означать, что человек является нормальным только тогда, когда он здоров, и что человек с каким-либо заболеванием является ненормальным, следует учитывать в отношении его последствий для взглядов общества на болезнь.

Как указывает Коэслаг, нормальное ассоциируется с обычным [7]. Это означает, что независимо от того, какая функция измеряется, одна и та же доля бессимптомных индивидов будет считаться за пределами диапазона нормы (5% — значение, используемое по умолчанию), а субнормальный хвост считается заболевшим по Боорсу.При 10 независимых тестах для различных функций вероятность наличия хотя бы одного экстранормального значения составляет 42%, тогда как если выполнено 25 тестов, вероятность составляет 75%. И наоборот, все болезни будут иметь одинаковую частоту [7]. Это, конечно, основные ограничения для использования биостатистического подхода, поскольку он не имеет хорошей интеграции вариаций и простого полиморфизма.

Здоровье

Нормальность, понимаемая как здоровье, является преобладающим взглядом в медицинской философии. Эти термины взаимозаменяемы [7].Различные философы придают концепции здоровья некоторые нюансы, которые можно разделить на натуралистические или нормативные.

Норденфельт представляет определение здоровья в своей Холистической теории здоровья (HST), в которой здоровье отождествляется со способностью достигать жизненно важных целей в стандартных условиях [13]. Уэйкфилд представляет анализ вредной дисфункции (HDA), добавляя, что частичной дисфункции недостаточно для того, чтобы рассматривать данное состояние как болезнь [15].

По социальной шкале, определяющей ожидания того, что является нормальным, определяет, например, страховое покрытие [14].Даже если у здоровья нет четкого определения, укрепление здоровья обычно рассматривается как цель клинической медицины [13].

Согласно Уэйкфилду, с HDA, быть нагруженным ценностями необходимо для анализа основ практической деятельности, такой как медицина, в сравнении с чистой наукой, поэтому это непременное условие для любой концепции нормальности как здоровья [15]. Это противоречит натуралистическому подходу, предложенному Бурсом [2].

Nordenfelt утверждает, что здоровье ненормально, поскольку состояния не являются болезнями потому, что они ненормальны.Рак является заболеванием не потому, что он ненормален, а потому, что он влечет за собой физиологические дисфункции [13].

Учитывая, что случайные случаи гриппа — это нормально, но не для здоровья, здоровье можно рассматривать как частный случай нормального состояния [9]. Это приводит к первостепенной задаче разграничения нормального и патологического.

Ideal

Везалий изобразил анатомию, которой нет ни у одного живого человека. Уменьшение, которое влечет за собой эти изображения, имеет большое дидактическое значение.Кроме того, медицинское вмешательство влечет за собой достижение целей [9]. Упрощение является важным мероприятием, когда решаются сложные вопросы, поскольку сокращение до категорий позволяет предпринимать действия [11]. Он позволяет формулировать руководящие принципы, алгоритмы принятия решений и, следовательно, также может иметь юридические функции. Это натуралистическая модель нормальности, поскольку определение идеальных приличий определяется оптимальной функцией, а не личным суждением.

С другой стороны, этот идеальный атрибут не имеет самостоятельного значения.Ничто не может быть универсально оптимальным. Лучшее для одной функции может действовать в ущерб другим [7]. Это неуловимые ожидания, заложенные в коллективное сознание, которые на самом деле являются нереалистичными требованиями [14].

Процесс

Согласно Кангуилхему, который противопоставляет нормальное и патологическое состояние здоровью и болезни, нормальность — это процесс, отражающий способность адаптироваться к определенному контексту, внутреннему и внешнему [9]. Организм структурирует эту среду, а не подчиняется ей.Есть самоорганизация [14]. Люди сами принимают решения относительно того, что они считают лучшим для своей жизни [12]. Обратите внимание, что в этой модели нормальность не является ни статистической, ни отсутствием болезни [12].

Нормальность как процесс имеет то преимущество, что интегрирует изменчивость. Рудник предполагает, что определенные виды инвалидности настолько распространены в жизни, что их можно интерпретировать как нормальные варианты [9]. Они могут быть полностью компенсированы механизмами самоорганизации, при которых обнаруживаются альтернативы нарушенным структурам и функциям.С этой точки зрения инвалидность представляет собой патологию только тогда, когда нарушается самоорганизация и возникает инвалидность [9]. Эта точка зрения согласуется с нормой, рассматриваемой как конец медицинского вмешательства, поскольку, хотя медицинские технологии направлены на предотвращение и лечение заболеваний, они также изменяют то, что считается нормальным [12].

Если нормальность рассматривается как процесс, то с ним связана неотъемлемая непрерывность. Это подразумевает проведение границы между здоровьем и болезнью, что неизбежно в некоторой степени произвольно [11].Однако его нельзя сводить к произвольному субъективному предпочтению, поскольку намеченный результат — адаптация к контексту [12]. Кроме того, это может быть труднее подать заявление в юридическом контексте. Справедливость в области здравоохранения предполагает, что болезнь препятствует равенству возможностей и что усилия общественного здравоохранения должны создавать механизмы для ее защиты [11].

Биологическое преимущество

Медицина и биология взаимосвязаны, и их концепции взаимосвязаны. Теория естественного отбора Дарвина — одна из важнейших концепций биологии, и она утверждает, что унаследованные вариации, которые увеличивают способность человека конкурировать, выживать и воспроизводиться, являются движущей силой эволюции.Это натуралистический подход, который отвергает формулировку теоретического смысла. Аналогия с нормальным состоянием человека заключается в том, что функции, не способствующие достижению цели эволюции, были бы ненормальными. Иммунология является примером расширения этой модели биологического преимущества. В своих принципах «я» не является заданной сущностью, а, скорее, является результатом идентификации «я» и динамического взаимодействия с внешним миром и адаптации к нему, являясь наилучшей адаптацией того, к чему стремится [14].

Ключевой особенностью этой модели является ее универсальность, поскольку она применяет концепцию нормальности к человеческому виду, как и к любому другому [14]. Другой аспект — соответствие теориям разума [14].

Однако, если меняется и личность, и окружающая среда, то же самое происходит и с описанием того, что составляет биологическое преимущество [14]. Если эволюция представляет собой непрерывный процесс, человеческие функции будут различаться по своей цели на протяжении всей истории, и нормальность может быть описана только в привязке к определенному периоду времени [7].

Другая проблема заключается в том, что естественный отбор является центральным механизмом эволюции и преобладает лучшая адаптация. Аналогия со здоровьем означала бы, что со временем можно было бы ожидать снижения показателей патологии, даже без лекарств, что неверно [9].

Примеры

Принимая во внимание эти модели, следующий раздел будет содержать несколько примеров, цель которых — понять, как определенные объекты могут быть проанализированы с точки зрения нормальности.

Анемия

Согласно критериям Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ), анемия определяется как концентрация гемоглобина (Hb) в крови <130 г / л (<13 г / дл) или гематокрита (Hct) <39% у взрослых мужчин; Hb <120 г / л (<12 г / дл) или Hct <37% у взрослых женщин.Признаки и симптомы зависят от уровня и от времени.

Разграничение здесь объективное и количественное, параметр варьируется только в зависимости от пола. BST кажется подходящей моделью для применения. Конечная функция — перенос кислорода по всему телу, что важно для выживания. Анемия является приоритетом во всем мире, политика разрабатывается, ресурсы выделяются, промышленность вращается вокруг этой темы, а дезинформация изобилует. Более того, при 32,9% -ной распространенности среди населения в целом общество в целом сильно больно [1, 14]..

Это определение анемии носит количественный характер и не включает признаки и симптомы, которые создают проблемы для клинической ценности диагноза. Люди со значениями гемоглобина за пределами этого диапазона могут жить без каких-либо других признаков или симптомов, что создает проблему определения диагноза в соответствии со структурой BST. Рассуждения, которые объясняют, как значения за пределами этого диапазона определяют потерю функции и как можно измерить это отсутствие функции (в отношении воспроизводства или выживания в соответствии с BST-состояниями), по-видимому, остаются без ответа ключевым вопросом в рамках этого типа структуры.

Интересно, что структура процесса позволяет использовать подход, который подчеркивает изменения во времени у одного и того же человека в соответствии с его / ее клиническим состоянием. Больше, чем абсолютное значение, основное внимание уделяется интерпретации его вариаций.

Психиатрические болезни

Диагностическое и статистическое руководство по психическим расстройствам (DSM) — это американский справочник по диагностике психических заболеваний, и его достоверность постоянно подвергается сомнению. Являются ли психические заболевания нормальным явлением — вопрос, требующий серьезного анализа в мире, где правят стигма и индустрия.Границы, которые определяют, является ли кто-то просто человеком и сложным человеком или, с другой стороны, тревожно дисфункциональным, нуждающимся в серьезной терапии, размыты.

Обсессивно-компульсивное поведение может быть поводом для гордости и успеха для одних и настоящим кошмаром для других. Их собственное восприятие проблемы так часто является критерием ее возникновения. Используя концепцию «нормальность как здоровье», некоторые из этих повторяющихся форм поведения можно рассматривать как нормальные, если не воспринимать их как дисфункциональные и / или вызывающие психологические страдания.

При обсуждении в свете концепции Процесса нормальность концептуально достигается путем устранения либо самой дисфункции, либо самоорганизации субъекта вокруг нее. Другими словами, этот уровень субъективности предполагает, что либо врач помогает с изменением навязчивой идеи, либо, почему бы и нет, скорее изменяет восприятие пациента в отношении его / ее собственной жизни, полное паттернов, которые настолько специфичны для него, что предназначены для некому судить нормально. Трудно (если не невозможно) провести эту диагностику без оценочных значений.

В том же ключе работы Фрида и Агасси по паранойе, например, отделяют нормальное от патологического с точки зрения дефицита когнитивной самокоррекции, поскольку психотический человек не признает различия между своим искаженным взглядом и реальностью [5, 9 ] ..

Психопатия

Психопатия, такая как антисоциальное поведение и нарушение эмпатии, угрызения совести и эгоистические черты могут быть не менее чем уместными в контексте, где царит несправедливость, где неравенство очевидно, и где страдание, если не замечено на наших глазах , широко известна по всему миру.

Уэйкфилд ставит своей целью отличить нормальное страдание от психического расстройства, так что есть прочное основание для критики чрезмерно обширного психиатрического диагноза, который патологизирует нормальные вариации [15]. Нормальность можно рассматривать как процесс адаптации к определенному контексту с самоорганизацией в терминах ценностей, которые могут представлять биологическое преимущество в том смысле, что его можно рассматривать как механизм преодоления суровых реалий.

Этика моделирования в мире, где больше не существует нормальности

(эта статья была первоначально написана на французском языке — часть первая и вторая — и опубликована в Risques)

Механизм покрытия стихийных бедствий во Франции был создан для компенсации «прямого не подлежащего страхованию материального ущерба, причиненного ненормальной интенсивностью действия природного агента» (статья L.125-1 п. 3 Страхового кодекса). Еще на юридическом уровне Кассационный суд сформулировал в ноябре 1986 года принцип, согласно которому «никто не должен причинять другим ненормальные беспорядки в районе». А для того, чтобы иметь право на компенсацию после предварительного заключения, истцу необходимо доказать, что задержание причинило ему «явно ненормальный и особо серьезный вред» (статья 149 Гражданского процессуального кодекса). Но что означает эта «ненормальность» во всех этих статьях? Согласно словарю, ненормальность определяется как «противоречащая обычному порядку вещей» (здесь можно увидеть эмпирическое, статистическое понятие), «противоречащая справедливому порядку вещей» (это понятие «справедливый», вероятно, требует нормативное определение), но также «не соответствует модели».Определение стандарта уже непросто, если нас интересует только описательный, эмпирический аспект, что актуарии могут делать при построении модели (особенно в больших измерениях, где, как мы увидим, нормальности больше не существует), но если мы также интегрировать измерение справедливости и этики, мы задаемся вопросом, не является ли задача невыполнимой…

В 19 веке, если несколько астрономов измерили скорость одного и того же небесного объекта, они получили (часто) несколько разных измерений.2 \ rbrace, который показывает важность метода наименьших квадратов. Адольф Кетле был, кажется, первым, кто применил этот расчет средних значений к человеческим меркам, представив свою знаменитую концепцию «среднего человека». Если мы определим среднее значение с помощью минимизации квадратичной ошибки, у нас будет интерпретация с точки зрения прогноза: средний размер — это размер, который должен измерить случайно выбранный человек (с точностью до случайного и непредсказуемого изменения). В 1846 году в письме Адольф Кетле использовал изображение статуи гладиатора, чтобы объяснить, кем может быть средний человек:

Предположим, что тысячи статуй были использованы для копирования гладиатора со всей возможной осторожностью.Ваше Высочество, конечно же, не думает, что каждая тысяча сделанных копий будет воспроизводить в точности модель, и что, измеряя их последовательно, тысяча мер, которые я получу, будут такими согласованными, как если бы я снял их все на статуе. самого гладиатора. К первым шансам на ошибку прибавятся неточности переписчиков; так что вероятная ошибка, возможно, будет очень большой. Несмотря на это, если переписчики не работали с предвзятыми идеями, преувеличивая или уменьшая определенные пропорции в соответствии со школьными предрассудками, и если их неточности являются лишь случайными, тысяча мер, сгруппированных по порядку величины, все равно будет представлять замечательную закономерность и последует за ней. друг друга в порядке, установленном для них законом возможности.Я вижу, как ваше высочество улыбается; она, несомненно, скажет мне, что такие утверждения меня не скомпрометируют, поскольку мы не захотим проводить эксперимент. И почему бы нет? Возможно, я его удивлю, сказав, что опыт уже готов. Да, действительно, было измерено более тысячи экземпляров статуи, и я не гарантирую, что это копия гладиатора, но что, в любом случае, недалеко от этого: эти копии были даже живыми, так что размеры были взяты со всеми возможными ошибками: более того, я бы добавил, что копии могли быть искажены по множеству случайных причин.Следовательно, здесь следует ожидать обнаружения очень чувствительной вероятной ошибки.

Этот средний человек в то время очень нравился, особенно в английской школе евгеники, которой руководил Фрэнсис Гальтон, даже если последний в основном интересовался отклонениями от этой нормы (отклонением вверх и отклонением вниз). Как вспоминает Балмер [2004], «отклонения от этого среднего — вверх к гениальности и вниз к глупости — должны соответствовать закону, который регулирует отклонения от всех истинных средних».Работа Гальтона была направлена ​​на понимание этих отклонений. Если Флоренс Найтингейл заявила, что «средний человек — это Божья воля», Гальтона больше интересовал наследственный характер отклонения, чем в среднем. Но означает ли это что-нибудь для этого среднего человека?

Роуз [2016] представляет два примера в своей книге «Тирания нормы» Конец среднего. Первый основан на проблемах, с которыми столкнулись американские военные в 1950-х годах. При проектировании кабины истребителя инженеры использовали размеры более 4000 пилотов, чтобы оптимально расположить сиденье относительно педалей, джойстика, высоты лобового стекла, а также формы сиденья, шлема и т. Д.Эти измерения позволили рассчитать размеры «медианного» пилота примерно в десяти измерениях. Например, средний размер пилота составлял 179 см, что позволило определить средний размер пилота от 175 до 185 см. Хотя большинство пилотов были среднего роста, ни один из 4000 пилотов не был «средним» по всем параметрам. Как заявил Дэниэлс [1952], «проектирование кабины для среднего пилота на самом деле не означало проектирование кабины для любого пилота.

Второй пример связан с двумя статуями Нормы и Нормана (исторически выставленными в Кливленде, теперь в Гарвардской библиотеке).Художник Абрам Бельски и акушер Роберт Лату Дикинсон сделали эти статуи вместе в 1943 году. Их особенность в том, что не было представлено ни одной модели. Фактически, он должен был представлять женщину и мужчину, у которых были средние измерения времени (из измерений, проведенных на тысячах испытуемых). После того, как эти статуи были изготовлены, был проведен конкурс, чтобы выяснить, кого эти статуи могут представлять. Несколько тысяч человек из Огайо прислали свои измерения, но ни один из них не соответствовал измерениям статуй.Конечно, несколько сотен были одинакового размера. У нескольких сотен была такая же окружность груди. Но ни у кого не было подходящих размеров. Потому что, как объясняет Тодд Роуз, человек не одномерен: мы измеряем его в нескольких измерениях. И попытка резюмировать это в одномерном масштабе слишком упрощает. Это то, что он показывает, например, в своей книге о тестах интеллекта, где один и тот же IQ может быть связан с двумя очень разными людьми. При принятии решения о найме нет смысла сосредотачиваться на одном индикаторе.2), например, вес, рост, окружность груди и т. Д. Можно сказать, что норма — это интервал [\ mu \ pm1.5 \ sigma]. Если у нас нормальный закон, такая ситуация встречается в 85% случаев. А 15%, не попадающие в этот диапазон, будут рассматриваться как «ненормальные». Размеры могут быть аномально маленькими или аномально большими. Это рисунок 1 вверху. Теперь мы можем посмотреть на два измерения, например, вес и высоту. Нормой здесь будет то, что в обоих измерениях мы находимся в интервале [\ mu \ pm1.2 \ сим 0,75

Другими словами, во втором измерении 75% наблюдений в целом нормальны, а 25% — ненормальны. В измерении 3 мы переходим к 65%, то есть к более чем трети аномальных наблюдений (внизу на рисунке 1 красные точки являются аномальными точками).


Рис. 1 Доля «средних» лиц в измерениях 1, 2 и 3

В пятом измерении мы опускаемся ниже 50%, другими словами, нормальное положение в пяти измерениях больше не является случаем большинства.А в двадцатом измерении те, которые являются нормальными, довольно нетипичны, с долей порядка 5%. Таким образом, в больших измерениях нормальность больше не ассоциируется с идеей большинства. Это проблема, с которой сегодня сталкиваются актуарии при использовании очень больших объемов данных, например, при ценообразовании: становится очень трудно охарактеризовать тарифный класс (говоря, как выглядит средний застрахованный в этом классе).

С эмпирической, описательной точки зрения быть в пределах нормы означает не что иное, как быть в пределах среднего, не слишком далеко от этого среднего.Затем мы будем определять норму как частоту того, что происходит чаще всего, как наиболее часто встречающееся отношение или наиболее часто выражаемое предпочтение. Но эта нормальность не является нормативностью, и «быть в норме», чтобы быть образцом, тогда представляет собой другое измерение, которое на этот раз больше не связано с описанием реальности, а с определением того, к чему она должна стремиться. Итак, мы переходим от регистра бытия к регистру бытия, от «есть» к «должно», используя терминологию Юма [1739].Действительно, трудно представить себе модель (или нормальность), не скатываясь ко второму значению, которое можно найти в концепции стандарта, который, в свою очередь, имеет строго нормативное измерение. Такое видение приводит к путанице между нормами и законами, даже если не вся нормативность исчерпывается законами. Таким образом, Юм отмечает, что во всех моральных системах авторы переходят от утверждений факта, то есть утверждений типа «есть», к предложениям, которые включают нормативные выражения, такие как «нужно», «нужно».Юм оспаривает переход от одного типа утверждений к другому: для него это два типа утверждений, которые не имеют ничего общего друг с другом и, следовательно, не могут быть логически связаны друг с другом, в частности, от эмпирической нормы к другой. нормативное правило. По Юму, утверждение, которое не является нормативным, не может привести к нормативному выводу. Утверждение Юма вызвало многочисленные комментарии и интерпретации, особенно потому, что в нынешнем виде оно кажется препятствием для любых попыток натурализации морали, как подробно описали Макинтайр [1959] или Решер [1990].В этом смысле существует сильное различие между нормой в регулярности (нормальность) и правилом (нормативность).

Статистический закон говорит о том, что «есть», потому что это наблюдается (например, «люди выше собак»). Человеческий закон (божественный или судебный) — это то, что «есть», потому что он установлен, и, следовательно, «должен быть» («Люди свободны и равны» или «Человек хорош»). Наконец, физический закон касается того, что «есть», потому что мы можем это показать («планеты притягиваются друг к другу»), часто в рамках гипотез.Мы видим, что эти три концепции можно связать. Например, закон Кеплера исторически был установлен с использованием наблюдений (и исторически попал в первую категорию), прежде чем был продемонстрирован в модели Коперника (а затем перешел к третьей). С этим законом, с этой «нормой» может быть связано и понятие баланса. Однако, как указывает Хильпинен [1971], вероятностные законы задают много вопросов, нужно только думать о бросках игральных костей или ожиданиях: что имеется в виду под «нормально ждать пять минут, пока автобус остановится» или, что более этично беспокоит, что «заключенный под стражу находится в заключении на восемнадцать месяцев — это нормально»?

Норма может рассматриваться как закономерность случаев, наблюдаемая с использованием частот (или средних значений), например, размера людей, продолжительности сна, другими словами, данных, составляющих описание людей.Таким образом, антропометрические данные позволили определить средний размер особей в данной популяции в соответствии с их возрастом; по сравнению с этим средним размером разница в 20% более или менее определяет гигантизм или карликовость. Если мы думаем о дорожно-транспортных происшествиях, то дорожно-транспортное происшествие в конкретном году на индивидуальном (микро) уровне можно считать ненормальным, поскольку большинство водителей не попадают в аварии. Тем не менее, с (макро) точки зрения страховщика нормой является то, что 10% водителей попадают в аварию.Поэтому было бы ненормальным, если бы никто не попал в аварию.

Тем не менее, с точки зрения страховщика (макро), нормой является то, что 10% водителей попадают в аварию. Поэтому было бы ненормальным, если бы никто не попал в аварию. Это аргумент, найденный у Дюркгейма [1897]. Если рассматривать единичный акт самоубийства с точки зрения индивидуума, который его совершает, Дюркгейм пытается рассматривать его как социальный акт, а затем как реальную закономерность в данном обществе. С тех пор, по мнению Дюркгейма, самоубийство стало нормальным явлением.Таким образом, статистика позволяет количественно оценить склонность к самоубийству в данном обществе, как только мы больше не наблюдаем нерегулярность, проявляющуюся в необычности индивидуальной истории, а наблюдаем социальную нормальность самоубийства.

Если мы придерживаемся эволюционной точки зрения, то, что нормально, является то, что наиболее способно адаптироваться, реагировать на потребности, обеспечивать модель для разрешения ситуаций (природа заставляет ненормальность исчезать), а нормальность стремится к нормативности, и это становится трудным. чтобы различать два аспекта.Фактически, Дэвид Хьюм обращается к этому вопросу на хорошо известном примере гребцов, которые садятся в одну лодку, чтобы пересечь реку и гребут в ритме (этот пример подробно обсуждается в Mackie [1980]). Два гребца постепенно корректируют свои гребки, один относительно другого, и нет необходимости получать явное соглашение (которое сформулировало бы стандарт), которое они будут уважать. Закон, заключающийся в установлении стандарта, может быть полезен в случае конфликта (если один из гребцов отказывается грести или два гребца с очень разными физическими возможностями), но очень часто нет необходимости в явной формулировке этого стандарта. к их поведению.Внешний наблюдатель будет наблюдать закономерность (при достижении крейсерского ритма), которую он может моделировать, но этот нормальный наблюдаемый ритм не обязательно определяется законом. В случае гребцов мы находим понятие баланса, упомянутое ранее. Построение модели означает выделение сигнала из шума (используя различие Силвер [2015]), это означает поиск стандарта в статистическом смысле. Но это идет дальше, если построена прогнозная модель, и тогда реальность должна соответствовать модели, на что часто надеются актуарии.

Патрик Блэкберн, Мартен де Рийке и Иде Венема, Modal Logic, Cambridge University Press, 2002.

Балмер М., Фрэнсис Гальтон: пионер наследственности и биометрии . Johns Hopkins University Press, 2004.

.

Дэниэлс Г., «Средний человек», Лаборатория аэрокосмических медицинских исследований ВВС США, т. 53, № 7, 1952 г.

Дюркгейм Э., Le suicide, 1897.

Хилпинен Р., Деонтическая логика: вводные и систематические материалы , 1971, Дордрехт, Д.Издательская компания «Рейдель».

Хьюм Д., Traité de la nature humaine. Том III: моральный дух , 1739.

Макинтайр, округ Колумбия, «Юм об« есть »и« что-то »», The Philosophical Review , vol. 68, n ° 4, 1959, стр. 451-468, Duke University Press.

Маки Дж. Л., Моральная теория Юма , Routledge & Kegan Paul Books, 1980.

Решер Н., «Насколько велик разрыв между фактами и ценностями ?», Философские и феноменологические исследования , том.50, 1990, стр. 297-319.

Сильвер Н., Сигнал и шум: почему так много прогнозов не оправдываются, а некоторые — нет, Penguin Press, 2015.

Роуз Т., Конец среднего: как мы достигли успеха в мире, который ценит единообразие , HarperOne, 2016.

Шейнин О., «Математическая обработка астрономических наблюдений (исторический очерк)». Архив истории точных наук , т. 11, 1973, стр. 97–126.

Шталь С., «Эволюция нормального распределения», Mathematics Magazine , vol.79, 2006, стр. 96-113.


Релятивизм морали и нормальности — Реализм

Последнее обновление среда, 16 дек.2020 г. | Реализм

Это также проникло в релятивизм антрополога Рут Бенедикт, одной из первых, кто открыто выступил за релятивизм как нормальности, так и морали. В классическом изложении релятивистской позиции Бенедикт утверждал:

Ни одна цивилизация не может использовать в своих нравах весь потенциальный диапазон человеческого поведения.. . . Возможность организованного поведения любого рода, от местной моды в одежде и домах до диктата народной этики и религии, зависит от подобного выбора среди возможных черт поведения. В области признанных экономических обязательств или табу пола этот выбор является таким же нерациональным и подсознательным процессом, как и в области фонетики. Это процесс, который продолжается в группе в течение длительных периодов времени и исторически обусловлен бесчисленными случайностями изоляции или контакта между людьми.. . .

Каждое общество. . . переносит свои предпочтения все дальше и дальше, все более и более интегрируя себя на выбранной основе и отбрасывая те типы поведения, которые не подходят. Большинство из тех организаций личности, которые кажутся нам наиболее неопровержимо ненормальными, использовались различными цивилизациями в самих основах их институциональной жизни. И наоборот, наиболее ценные черты нормальных людей рассматривались в культурах с иной организацией как отклоняющиеся от нормы.Короче говоря, нормальность в очень широком диапазоне определяется культурой. Это в первую очередь термин для обозначения социально развитого сегмента человеческого поведения в любой культуре; и ненормальность, термин для сегмента, который эта конкретная цивилизация не использует. . . .

Это вопрос, который чаще высказывался в отношении этики, чем в отношении психиатрии. Мы больше не совершаем ошибку, выводя мораль нашей местности и нашего десятилетия непосредственно из неизбежной конституции человеческой природы.Мы не возводим его в ранг первопринципа. Мы признаем, что мораль различается в каждом обществе и является удобным термином для обозначения социально одобренных привычек7.

Моральный релятивизм не был чем-то новым, когда Бенедикт представил этот аргумент в 1934 году. Как этическая теория, она существует, по крайней мере, со времен греческого софиста Протагора (около 481–411 гг. До н. Э.), Который «был первым, кто утверждал, что в каждом вопросе есть две стороны, противоположные друг другу, и он даже рассуждал таким образом, будучи первым, кто это сделал.Кроме того, он начал работу таким образом: «Человек есть мера всего, того, что есть, то, что они есть, и того, что не является, то, чего нет». 8

В 1960 году — первом году третьего воплощения «Голого города» — хотя большинство американцев не слышали о Рут Бенедикт, моральный релятивизм приобрел последователей. Вторая мировая война была тусклым воспоминанием пятнадцатилетней давности, Корея была исчезающим пятном на экране радара, Вьетнам был едва заметен, и времена были хорошими. К 1962 году, когда Мэрилин Монро спела песню «Happy Birthday» президенту Джону Ф.Кеннеди — популярность морального релятивизма росла вместе с популярностью «Голого города».

Фундаментальное утверждение морального релятивизма состоит в том, что вся мораль относительна, то есть не существует реального правильного или неправильного, реального хорошего или плохого, реального «должно» или «не должно» происходить или происходить. Мораль просто связана с некоторым набором стандартов, и ни один из них не превосходит или не более верен, чем другой. В конечном счете, согласно моральному релятивизму, в отношении морали не существует абсолютов: все может быть моральным и все может быть аморальным — все относительно.Является ли действие моральным или аморальным, зависит просто от стандартов, к которым относится действие или тип действия.

Утверждая, что истинность морального суждения, скажем «м», относится к определенному набору стандартов, релятивист имеет в виду, что, учитывая конкретный набор моральных стандартов (плюс, возможно, некоторые эмпирические предложения, плюс, возможно, некоторые определения), одно может правильно вывести «m.» И в то же время, учитывая другой набор моральных стандартов (плюс, возможно, некоторые эмпирические предложения, плюс, возможно, некоторые определения), можно достоверно вывести «не-м».«

С чисто логической точки зрения это, безусловно, правда. Но в то же время было бы логически несовместимым утверждать, что все посылки в этих двух аргументах являются или могут быть истинными, в то время как оба аргумента являются действительными. Релятивист решает непреодолимую логическую проблему, просто заявляя, что когда дело доходит до самих стандартов (которые функционируют как предпосылки), они не являются ни истинными, ни ложными, что ни один набор стандартов не превосходит или более истинен, чем другой — они просто другие.

Хотя таким способом можно решить чисто логическую проблему, остается серьезная двусмысленность в отношении того, какие стандарты релятивист считает важными для обоснования моральных суждений. В зависимости от того, как устраняется двусмысленность, мы обычно получаем ту или иную из двух самых популярных форм морального релятивизма — культурный релятивизм или индивидуальный релятивизм. Как моральная теория, культурный релятивизм утверждает, что правильность или неправильность действий человека зависит исключительно от стандартов культуры актера, в то время как индивидуальный релятивист утверждает, что правильность или ошибочность действий человека зависит исключительно от стандартов отдельного актера. себя.Безусловно, самой популярной из этих теорий всегда был культурный релятивизм.

Читать дальше: Культурный релятивизм

Была ли эта статья полезной?

Что такое «нормально»? | Философский разговор

Что нормально? Почему то, что нормально для одного человека, ненормально для другого? Уместны ли стандарты нормальности с культурной точки зрения? Кто решает, что нормально? Эти вопросы направляют этот выпуск Philosophy Talk с гостем Чарльзом Э.Скотт, профессор философии Университета Вандербильта.

Джон и Кен начинают дискуссию, проводя различие между значением нормального в статистическом и нормативном смысле. Статистически нормальным считается среднее значение или медиана набора данных. В нормативном смысле нормы — это стандарты, по которым измеряется наше поведение, такие как мораль и разум. Кен предполагает, что то, что люди обычно делают, становится тем, что они должны делать; Другими словами, статистически нормальное поведение становится социальной нормой поведения.С другой стороны, общие привычки и стратегии, которые используют успешные люди (те, что находятся на переднем крае статистической колоколообразной кривой), часто становятся социальными нормами, которым, как ожидается, будут соответствовать другие.

Профессор Чарльз Скотт присоединяется к разговору и начинает с поиска происхождения слова «нормальный». Древнегреческие корни нормального, значит общеизвестные. Нормальный также означал правило, такое как квадрат плотника. В английском языке термин normal впервые был использован для описания спряжения правильных и неправильных глаголов.Как норма достигла своего современного обихода? Скотт сомневается в ценности нормальности, особенно в религии, психическом здоровье и морали — почему нормальное лучше ненормального? Скотт утверждает, что положительная ценность нормальности заключается в том, что нормы обеспечивают социальную согласованность и организацию. Отрицательная сторона нормальности — маргинализация тех, кто не вписывается в норму.

Абоненты вмешиваются, указывая на то, что артисты более креативны, потому что они действуют за пределами нормальной, господствующей культуры.Скотт предполагает, что творческое напряжение движет обществом и трансформации социальных норм происходят из-за расхождений и противоречий с существующими нормами. Социальные изменения происходят, когда предлагаются варианты поведения, которые отклоняются от авторитета нормальных стандартов или нарушают их. Другой звонящий спрашивает, зависит ли нормальность от контекста, ссылаясь на изменение отношения к черным и гомосексуалистам в Америке. Это контекстно-зависимое определение нормальности указывает на относительность и изменчивость наших представлений о нормальности.

  • Бродячий философский репортер (Стремитесь к 6:09): Репортер Джилл Реплогл опрашивает общественность о нормальности, спрашивая, что нормально, кто решает, нормально ли это хорошо и к чему мы должны стремиться?
  • 60-секундный философ (Стремитесь к 48:53): Ян Шоулз обсуждает нормальность и распространенность психологических расстройств, а затем обращается к историческим примерам нормальности во время президентства Уоррена Г. Хардинга «Возвращение к нормальности».

Мораль нормальности

В прошлом месяце президент Обама возложил венок к Мемориалу мира в Хиросиме, выступая перед аудиторией, в которую входили выжившие в США.Атомная бомбардировка С. в 1945 году, такая разрушительная технология, как ядерное оружие, требует «моральной революции». Далее он сказал, что технический прогресс без эквивалентного прогресса в человеческих институтах может обречь нас на гибель.

Название: Народная радиационная маска Фукусимы, | Автор: Суриан Соосай | Источник: ssoosay | Лицензия: CC BY

Использование атомной энергии свидетельствует о том, что технология аморальна. Его можно применять к лучшему или к худшему. Я могу использовать Facebook, чтобы оставаться на связи с моими друзьями, или я могу использовать его, чтобы запугивать, унижать или разоблачать людей, которые мне могут не нравиться.Я могу найти в Google любой вопрос, который только могу представить, и мгновенно узнать мнение тысяч людей по всему миру. И хотя некоторые мнения могут быть бесполезными, ненавистными или даже вредными, я могу также обнаружить в этом шуме жемчужину истины. Я могу использовать свой iPhone, чтобы делать снимки, прокладывать маршруты, вызывать такси, оплачивать счета и разговаривать с людьми в любой точке мира; или я могу использовать его, чтобы избежать значимого личного разговора.

Проблема в том, что люди слишком часто рассматривают технологию как самоцель, а не как средство, способствующее революциям в человеческом, организационном и экологическом плане.Если мы начнем с самого обширного контекста и сформируем дедуктивные требования для каждого из них, мы сможем представить себе, как на самом деле будет выглядеть моральная революция. И когда быть нормальным, значит быть моральным.

«Windfarm», мастер Вэнь через Unsplash

По иронии судьбы, когда я поискал в Интернете «моральную революцию», я нашел веб-сайт, описывающий компанию, которая продвигала «голую правду о сексуальности». К сожалению, он не совсем предлагал освободительные идеи о нашей сексуальной жизни. Вместо этого он предположил, что религия является лучшим источником истины.Ой !! Позвольте мне не отвлекаться.

В разделе СМИ New Criterion есть статья Джеймса Боумена под названием «Мораль нормальности» (31 марта 2012 г.). Я обнаружил это, когда использовал Google, чтобы узнать, писал ли кто-нибудь еще на эту конкретную тему.

В статье Боумен размышляет о работе Альфреда Кинси, который предположил, что идея «нормального» дает социальное одобрение и социальное одобрение.

«Все грехи — ничьи грехи», — сказал д-р.Лозунг Кинси в подсчете всех видов сексуального поведения, считающихся греховным, которые, как он обнаружил, находятся в пределах математической нормальности. Короче говоря, все нормальное должно быть моральным только потому, что это нормально. И это как раз и резюмирует главную тему этого поста: просто потому, что что-то нормально, это не значит, что это морально. Но, чтобы было ясно, этот пост не о сексе. Речь идет о трех моральных революциях, которые должны произойти, если мы хотим избежать катастрофы даже более ужасной, чем Хиросима.

В приведенной ниже таблице показаны моральные революции, которые должны произойти, чтобы изменить среду, в которой мы живем, организации, в которых мы работаем, образ жизни, в котором мы живем, и технологии, которые мы используем. Я докажу, что злоупотребление окружающей средой, эксплуатация рабочих, исключение групп людей и злоупотребление технологиями стало слишком нормальным явлением. Тот факт, что такое поведение теперь является частью нашего нормального существования, не делает его моральным.

Обычный Мораль
Окружающая среда Грубое насилие Устойчивое развитие
Организационные Эксплуатация Помолвка
Человек Эксклюзивность Инклюзивность
Технологии Неправильное использование Возможность

На мой взгляд, первой революцией, которая ставит под сомнение мораль нормальности, должна быть экологическая революция. Очевидно, что рынки приносят пользу нескольким самым богатым гражданам мира, но неравенство и рабство продолжают расти. В недавней статье указывалось, что в настоящее время по всему миру порабощены 45 миллионов человек. А рынок — лишь один из аспектов окружающей среды. Мы тоже не очень хорошо справляемся с изменением климата. Глобальное потепление, экстремальные погодные условия, повышение уровня CO2 и повышение уровня Мирового океана — все это убедительно и тревожно свидетельствует о том, что наши нынешние методы не являются устойчивыми.

Похоже, злоупотребления — это «нормальное» ожидание в современном мире.

В книге Sapiens, Краткая история человечества Юваль Ной Харари резюмирует двухмиллионную историю человечества на этой планете, уделяя особое внимание 200000 лет, в течение которых здесь развился Homo sapiens. Он подчеркивает, что за время нашего относительно короткого пребывания мы сделали больше для нарушения окружающей среды, убийства других видов и жестокого обращения с животными, чем любой другой вид за четыре миллиарда лет истории планеты. Что еще более важно, он предполагает, что основным отличительным фактором между нами и другими видами является наша способность воображать вещи, которых не существует, и создавать мифы и системы убеждений, которые делают возможным массовое сотрудничество и изменение культуры. Поскольку мы не можем эволюционировать достаточно быстро биологически (образцы ДНК), чтобы изменить нынешний пагубный курс, наша единственная надежда — представить и создать новые нормы и ценности, которые защищают, сохраняют и поддерживают окружающую среду.

Другие животные могут производить потомство, но мы уникальны в своей способности производить потомство.

Вопрос только в том, что мы собираемся создать — здоровые, продуктивные системы или жестокие, деструктивные системы? Потребуется моральная революция, чтобы изменить окружающую среду на такую, которая полностью сосредоточена на устойчивом развитии.

Одна из основных тем, которые я почерпнул из книги Sapiens , заключалась в том, что люди перешли от бесплатного фуражирования к разочарованному сельскому хозяйству и к безумному фрилансу. Я не уверен, что это эволюция или деволюция. Это означает, что древние люди формировали небольшие группы племен для охоты и собирательства.Они бродили из Азии и Африки в Австралию в одном направлении и через Сибирь и Аляску в другом направлении, в конечном итоге заселяя Северную и Южную Америку. Масштабы их новаторских усилий ошеломляют. И я уверен, что они немало пошатнулись по пути, учитывая длительность пути и серьезность препятствий, с которыми они столкнулись — например, лед, снег и очень крупных хищников.

После того, как эти кочевые племена открыли для себя сельское хозяйство, они были по существу привязаны к своим землям из-за объема работы, необходимой для расчистки, посадки, прополки и защиты их полей.Хотя сельское хозяйство позволяло формировать более крупные общины, оно также создавало условия для манипулирования и эксплуатации. Правящие классы организовали большие группы населения, а затем забрали прибыль себе. Фермеры оказались в ловушке необходимости сажать и ухаживать за своими овцами, рогатым скотом, козами и цыплятами; периодически их опустошали засухи, пожары или наводнения; и, в довершение всего, они облагались высокими налогами, чтобы поддерживать праздный класс. Если это не расстраивает, я не знаю, что.

Перенесемся в настоящее.

Вместо 90% людей, работающих на фермах, теперь у нас есть 90% людей, которые по сути живут своей жизнью как неистовые фрилансеры.

Психологический контракт изменился с верности ради безопасности на возможность развития.

Рабочие больше не имеют гарантии занятости. Если экономические условия изменятся, их уволят. Если происходят технологические сбои, их рабочие места автоматизируются. Когда глобализация приводит к заключению соглашений о свободной торговле, некоторые из их рабочих мест переводятся в страны с самой низкой заработной платой.Пока происходят все эти изменения, люди продолжают работать усерднее и усерднее в более ограниченных пространствах. Цыплят выращивают в клетках, коров содержат в ограниченных зонах кормления, а людей помещают в небольшие стойла и ждут, что они будут весь день смотреть в экраны своих компьютеров. Я знаю это, потому что провожу много времени, гуляя по офису. Меня всегда удивляло, сколько людей можно разместить в таких маленьких помещениях и как мало движения я вижу в любой из кабинок. Люди сидят ошеломленные данными на своих компьютерах и редко даже поднимают глаза.Понятно, что нет танцев в коридорах или пения у кулеров с водой.

Таким образом, вторая революция, ставящая под сомнение мораль нормальности, должна быть организационной революцией. В предыдущем посте «Вовлечение или эксплуатация» я спросил, правильно ли описывать рабочую среду как вовлекающую или эксплуатирующую. Исходя из вышесказанного, я уверен, что неудивительно, что я склоняюсь к последнему. Я не столько наклоняюсь, сколько наклоняюсь над столом, изучая текстовые документы, электронные таблицы или презентации PowerPoint.Многие организации делают искренние попытки создать более здоровую и инновационную рабочую среду, но я ожидаю увидеть восстание, прежде чем я увижу настоящую революцию.

Для меня восстание — это протест против текущей ситуации, когда у вас нет плана, что произойдет в первый день, если вы выиграете. Например, «Захвати Уолл-стрит» (#Occupy) и Black Lives Matter (#BlackLivesMatter) — это бунты. Революция требует всеобъемлющей, интегрированной системы для замены существующего порядка после его свержения.Например, сельскохозяйственная революция и промышленная революция заменили старую систему совершенно новой. Бунт без системы — лишь еще один шаг на марше безумия.

Согласно книге Sapiens , для достижения революции необходим новый воображаемый порядок. В 1754 году Хаммурапи представил себе порядок, основанный на социальном статусе. Были «начальники», «простолюдины» и рабы. Кодекс Хаммурапи состоял из 282 законов с масштабными наказаниями, такими как «око за око», в зависимости от вашего социального статуса.Таким образом, если начальник убил жену другого начальника, его собственная жена была бы убита. Если же он убьет жену простолюдинца или жену раба, то на него будет наложен штраф. Для того, чтобы этот приказ «работал», людям нужно было поверить в то, что система была установлена ​​Богом, как их убедил Хаммурапи.

Хорошая новость заключается в том, что люди могут представить себе системы, которые приводят к революционным изменениям, которые кажутся нормальными. Плохая новость в том, что эти системы иногда бывают злыми, и люди по-прежнему верят, что они представляют то, что правильно и истинно.Задача состоит в том, чтобы создать новые моральные системы, которые полностью изменят существующий порядок, но это означает, что людям необходимо изменить свои убеждения. Это требует организационного перехода от эксплуатации к справедливости, вовлечению и развитию — непростая задача.

Третья революция, ставящая под сомнение мораль нормальности, должна быть человеческой революцией. Чтобы ответить на вызовы этой революции, я сошлюсь на книгу The Captive Mind , опубликованную в 1953 году польским писателем и лауреатом Нобелевской премии Чеславом Милошем.

The Captive Mind опирается на опыт автора как подпольного писателя во время Второй мировой войны и его положение в политической и культурной элите Польши. В книге обсуждается интеллектуальная привлекательность сталинизма и соблазн сотрудничать с советским режимом среди интеллектуалов. Милош обращается к ослаблению интеллекта, вызванному западным потреблением. Он обрисовывает в общих чертах практику на словах о власти, скрывая личную оппозицию.

Книга развивает идею «порабощения через сознание» и оценивает судьбы балтийских народов.

Книга описывается как разрушительное исследование, полностью дискредитирующее культурный и психологический механизм коммунизма.

Причина, по которой я ссылаюсь на эту книгу, состоит в том, чтобы указать на коварную природу убеждений и на то, как трудно представить себе новый социальный порядок, построенный на инклюзивности и исключительности — сердце третьей революции. В наших нынешних условиях большой процент людей считает вполне «нормальным» называть мусульман террористами, а мексиканцев насильниками. И буквально на этой неделе народ Великобритании проголосовал за выход из Европейского Союза. Для меня основными причинами голосования были суверенитет, иммиграция и антиэлитарность. Граждане Великобритании за пределами Лондона хотели вернуться к тому, что было в прошлом. Думаю, это означает возврат к империализму, колониализму и исключительности. Во-вторых, работники среднего класса считали приток иммигрантов в Великобританию угрозой своему благополучию.В-третьих, «нелондонские» люди восстали против элитарности и политкорректности правящего класса.

Проблема в том, что Brexit представляет собой движение вниз по шкале от взаимозависимости и сотрудничества к независимости и конкуренции.

Моральная революция в человеческой сфере требует прямо противоположного — перехода от независимости и личных интересов к сотрудничеству и взаимозависимости.

Что действительно должно произойти в человеческой революции, так это чтобы люди думали, относились и верили по-другому. Я предлагаю революцию, которая заменит наше стремление к исключительности страстью к инклюзивности, основанной на вере в то, что все мы произошли из общего источника и что все мы участвуем в этом вместе.

Все три революции (экологическая, организационная и человеческая) представляют собой революцию моральную. Поднятие вопросов морали и нормальности требует некоторого внимания к идее о том, что такое зло и как мы реагируем на зло. В конце концов, дискуссии о морали обычно вращаются вокруг того, что есть добро и зло.Для меня зло ограничивает добро, а добро — это справедливость, сострадание, открытость, гостеприимство и участие. Противодействие злу представляет собой более серьезные проблемы. Наш «нормальный» способ ответа на зло — это насильственные военные действия, чтобы уничтожить злую силу. Этот подход не сработал. Например, ответ США на 9/11 и более поздние террористические события заключался в уничтожении Аль-Кведы и ИГИЛ. В результате мы убили сотни тысяч людей, в то время как терроризм дал метастазы.Как и рак, он появляется везде без предупреждения.

Возможно, решение состоит в том, чтобы сосредоточить больше внимания на страданиях жертв, чем на виновных в преступлениях.

T Это не означает, что мы откажемся от борьбы с терроризмом ; это просто означает, что мы больше сосредотачиваемся на помощи людям, которые стали невинными жертвами, например обучение девочек на Ближнем Востоке. Но ответ на зло будет темой более поздних публикаций.

Итак, президент Обама был прав, призывая к моральной революции, которая была эквивалентна технологической революции, которая принесла нам атомную бомбу и Интернет вещей.Моральная революция должна быть вызвана технологиями, которые продвигают личные связи, инклюзивные сообщества и конструктивные разговоры. Единственный способ превратить эти революции в нечто большее, чем бунты, — это представить себе будущее устойчивого развития, полной вовлеченности и открытости для всех. Чтобы дать нашему воображению шанс изменить реальность, нам нужно изменить наши убеждения или отказаться от убеждений, которые блокируют прогресс. Как Homo Sapiens, мы обладаем уникальной способностью придумывать новые нормы, ценности и убеждения.Таким образом, в наших силах совершить моральную революцию. Однако для этого нам нужна новая норма — моральная и подтвержденная доказательствами.

В заключение этого поста позвольте мне внести ясность… и немного провокационность. Точно так же, как быть нормальным не обязательно означает быть моральным, верно и обратное: быть «ненормальным» не означает быть моральным. По своему опыту, однако, я обнаружил большую ценность в «аномальных» источниках (за пределами трех стандартных отклонений от среднего), чем в «нормальных» источниках (прямо и точно под кривой Белла) перспективы и возможностей.Перефразируя известного японского кинорежиссера Акиры Куросавы, в сошедшем с ума мире, тот, кто кажется сумасшедшим, может быть нормальным . Я знаю, что между гением и безумием есть тонкая грань, но «нормальное» мышление не приведет к революциям, которые необходимы нам для выживания и процветания. Я бы предпочел связать свою судьбу с явно сумасшедшими. Возможно, это наша единственная надежда.


Также опубликовано на Medium.

Тэги: «Пленница ум» # BlackLivesMatter # Занимайте # OccupyWallStreetA Краткая история HumankindAlfred KinseyBarack ObamaBlack Lives Mattercivilizationclimate CHANGECODE из Hammurabicorporate culturecorporate культуры reformcreating лучшего futurecultural normscultureculture changeCzesław Miłoszemployee healthemployee rightsemployee welfareenvironmentenvironmentalismevolutionHammurabi Codehistoryhistory из humanityhistory из lawideologyJames Bowmanlawlaw и religionlegal historyMoralityNew CriterionNobel PrizenormsOccupy стены Streetorganizational здравоохранениеорганизационная реформаOWРелигия и законрелигиозное правореволюционное мышлениеSapiensSapiens Краткая история человечестваSapiens книгисоциальные нормыобществоустойчивое развитиеустойчивое развитиетехнологииценности прав рабочих

Зарегистрируйтесь сейчас, чтобы получать уведомления о новых сообщениях на E-mail

Подписывайся

История психических заболеваний | Noba

Ссылки на психические заболевания можно найти на протяжении всей истории.Однако развитие психических заболеваний не было линейным или прогрессивным, а скорее циклическим. Считается ли поведение нормальным или ненормальным, зависит от контекста, окружающего поведение, и, таким образом, изменяется в зависимости от определенного времени и культуры. В прошлом необычное поведение или поведение, которое отклонялось от социокультурных норм и ожиданий определенной культуры и периода, использовалось как способ заставить замолчать или контролировать определенных лиц или группы. В результате менее культурный релятивистский взгляд на ненормальное поведение вместо этого сосредоточился на том, представляет ли поведение угрозу для него самого или других или вызывает столько боли и страданий, что оно мешает выполнению рабочих обязанностей или отношениям с семьей и друзьями.

Гравюры 1525 года, показывающие трепанацию. Считалось, что сверление отверстий в черепе может вылечить психические расстройства. [Изображение: Питер Треверис, CC0 Public Domain, https://goo.gl/m25gce]

На протяжении всей истории существовало три общие теории этиологии психических заболеваний: сверхъестественная, соматогенная и психогенная. Сверхъестественные теории связывают психические заболевания с одержимостью злыми или демоническими духами, недовольством богов, затмениями, планетарной гравитацией, проклятиями и грехом. Соматогенные теории идентифицируют нарушения физического функционирования в результате болезни, генетической наследственности, повреждения или дисбаланса мозга.Психогенные теории сосредотачиваются на травматических или стрессовых переживаниях, неадаптивных усвоенных ассоциациях и познаниях или искаженном восприятии. Этиологические теории психических заболеваний определяют уход и лечение, которые получают психически больные люди. Как мы увидим ниже, человек, которого считает одержимый дьяволом, будет рассматриваться и лечиться иначе, чем человек, который, как считается, страдает от избытка желтой желчи. Их методы лечения также будут разными — от изгнания нечистой силы до кровопускания.Однако теории остаются прежними. Они сосуществуют, а со временем перерабатываются.

Трепанация — это пример самого раннего сверхъестественного объяснения психических заболеваний. Изучение доисторических черепов и наскального искусства еще с 6500 г. до н.э. выявило хирургическое просверливание отверстий в черепах для лечения травм головы и эпилепсии, а также для освобождения злых духов, застрявших в черепе (Restak, 2000). Примерно в 2700 году до нашей эры концепция китайской медицины о дополнительных положительных и отрицательных телесных силах («инь и янь») приписывала психические (и физические) заболевания дисбалансу между этими силами.Таким образом, гармоничная жизнь, допускающая правильный баланс инь и ян и движение жизненного воздуха, была необходима (Tseng, 1973).

Месопотамские и египетские папирусы 1900 г. до н.э. описывают женщин, страдающих психическим заболеванием, вызванным блуждающей маткой (позднее названной греками истерией): матка могла смещаться и прикрепляться к частям тела, таким как печень или грудная полость, предотвращая их правильное функционирование или появление разнообразных, а иногда и болезненных симптомов. В результате египтяне, а затем и греки также использовали соматогенное лечение с помощью сильно пахнущих веществ, чтобы вернуть матку в ее надлежащее место (приятные запахи для соблазнения и неприятные для устранения).

На протяжении всей классической древности мы видим возвращение к сверхъестественным теориям демонической одержимости или божественного недовольства для объяснения ненормального поведения, которое было вне контроля человека. Посещение храма с религиозными церемониями исцеления и заклинаниями богам использовалось для помощи в процессе исцеления. Евреи рассматривали безумие как наказание от Бога, поэтому лечение заключалось в признании грехов и покаянии. Однако считалось, что врачи могут утешить и излечить безумие.

Греческие врачи отвергли сверхъестественные объяснения психических расстройств. Примерно в 400 г. до н.э. Гиппократ (460–370 до н. желчь, черная желчь и мокрота — были причиной физических и психических заболеваний. Например, слишком темпераментный человек страдал от слишком большого количества крови, и поэтому кровопускание было бы необходимым лечением.Гиппократ классифицировал психические заболевания в одну из четырех категорий — эпилепсия, мания, меланхолия и лихорадка мозга — и, как и другие выдающиеся врачи и философы своего времени, он не считал, что психическое заболевание является постыдным или что психически больные люди должны нести ответственность за свои поведение. За душевнобольными ухаживают дома члены семьи, и государство не несет ответственности за их уход. Юморизм оставался повторяющейся соматогенной теорией вплоть до 19 века.

Многие медицинские теории Гиппократа сегодня больше не применяются. Однако он стал пионером медицины как эмпирической практики и выступил с «клятвой Гиппократа», которую все врачи должны поклясться перед тем, как присоединиться к профессии (т. Е. Обещание никогда намеренно не причинять вред пациенту). [Изображение: Wellcome Images, https://goo.gl/dX21yj, CC BY 4.0, https://goo.gl/FJIuOM]

В то время как греческий врач Гален (130–201 гг. души, он согласился с мнением, что дисбаланс четырех телесных жидкостей может вызвать психическое заболевание.Однако он также открыл дверь для психогенных объяснений психических заболеваний, допустив переживание психологического стресса как потенциальную причину аномалии. Однако психогенные теории Галена веками игнорировались, поскольку на протяжении большей части тысячелетия врачи приписывали психические заболевания физическим причинам.

К концу средневековья экономические и политические потрясения угрожали власти Римско-католической церкви. Между 11-м и 15-м веками в Европе снова доминировали сверхъестественные теории психических расстройств, подпитываемые стихийными бедствиями, такими как эпидемии и голод, которые миряне считали вызванными дьяволом.Приняли участие суеверия, астрология и алхимия, и обычные методы лечения включали молитвенные обряды, прикосновение к реликвиям, исповеди и искупление. Начиная с 13 века психически больных, особенно женщин, начали преследовать как одержимых ведьм. На пике охоты на ведьм в 15-17 веках, когда протестантская Реформация погрузила Европу в религиозную рознь, два доминиканских монаха написали Malleus Maleficarum (1486) как окончательное руководство по охоте на ведьм.Иоганн Вейер и Реджинальд Скот пытались убедить людей в середине — конце 16 века, что обвиняемые ведьмы на самом деле были женщинами с психическими заболеваниями и что психическое заболевание было вызвано не одержимостью демонами, а нарушенным метаболизмом и болезнью, но церковная инквизиция запретила и то, и другое. их сочинений. Охота на ведьм не уменьшалась до 17-18 веков, после того как более 100 000 предполагаемых ведьм были сожжены на костре (Schoeneman, 1977; Zilboorg & Henry, 1941).

Современные методы лечения психических заболеваний чаще всего связаны с открытием больниц и приютов, начиная с 16 века.Задача таких учреждений заключалась в том, чтобы содержать и удерживать психически больных, бедных, бездомных, безработных и преступников. Война и экономическая депрессия породили огромное количество нежелательных лиц, которые были отделены от общества и отправлены в эти учреждения. Два самых известных учреждения, Св. Марии Вифлеемской в ​​Лондоне, известное как Бедлам, и Госпиталь Général в Париже, в состав которых входили Ла Сальпетриер, Ла Питье и Ла Бисетр, начали принимать психически больных пациентов в середине XVI века. и 17 века.Поскольку законы о лишении свободы были сосредоточены на защите населения от психически больных, правительства взяли на себя ответственность за обеспечение жильем и кормление неугодных в обмен на их личную свободу. Большинство заключенных были помещены в лечебные учреждения против своей воли, жили в грязи и прикованы к стенам и обычно выставлялись на всеобщее обозрение за плату. Тем не менее психическое заболевание рассматривалось соматогенно, поэтому лечение было аналогично лечению соматических заболеваний: чистки, кровотечения и рвотные средства.

Несмотря на то, что по сегодняшним меркам это было бесчеловечно, представление о безумии в то время сравнивало душевнобольных с животными (т.д., анимализм), которые не обладали способностью рассуждать, не могли контролировать себя, были способны к насилию без провокации, не обладали такой же физической чувствительностью к боли или температуре и могли жить в ужасных условиях без жалоб. Таким образом, внушение страха считалось лучшим способом восстановить разум.

К 18 веку поднялись протесты по поводу условий, в которых жили психически больные, а в 18 и 19 веках наблюдался рост более гуманного взгляда на психические заболевания.В 1785 году итальянский врач Винченцо Кьяруги (1759–1820) снял цепи с пациентов в своей больнице Св. Бонифация во Флоренции, Италия, и призвал к хорошей гигиене, а также к рекреационной и профессиональной подготовке. Более известный французский врач Филипп Пинель (1745–1826) и бывший пациент Жан-Батиз Пуссен в 1793 и 1795 годах создали в Ла-Бисетре и Сальпетриере «мораль традиций», которая также включала освобождение пациентов от кандалов, переводя их в хорошо проветриваемые, здоровые условия. -освещенные комнаты и поощрение целенаправленной деятельности и свободы передвижения по территории (Micale, 1985).

В Англии гуманитарные реформы выросли из религиозных соображений. Уильям Тьюк (1732–1822) призвал Йоркширское общество друзей (квакеров) в 1796 году основать Йоркширский ретрит, где пациенты были гостями, а не заключенными, и где уровень ухода зависел от достоинства и вежливости, а также терапевтических и моральных качеств. ценность физического труда (Bell, 1980).

Доротея Дикс работала над изменением негативного восприятия людей с психическими заболеваниями и помогла создать учреждения, где они могли бы получить милосердную помощь.[Изображение: Государственный архив Северной Каролины, https://goo.gl/wRgGsi, никаких известных ограничений авторских прав нет]

В то время как в Америке были приюты для душевнобольных, такие как больница Пенсильвании в Филадельфии и больница Вильямсбург, основанная в 1756 году и 1773 год — соматогенная теория психических заболеваний того времени — особенно продвигаемая отцом американской психиатрии Бенджамином Рашем (1745–1813) — привела к таким методам лечения, как кровопускание, гираторы и кресла с транквилизаторами. Когда Tuke’s York Retreat стал образцом для половины новых частных приютов, созданных в Соединенных Штатах, однако, психогенные методы лечения, такие как сострадательный уход и физический труд, стали отличительными чертами новых американских приютов, таких как приют для друзей во Франкфорде, штат Пенсильвания, и приют Блумингдейл в Нью-Йорке, основанный в 1817 и 1821 годах (Grob, 1994).

Однако во второй половине XIX века в Америке пришлось отказаться от морального обращения, когда эти приюты стали переполненными, и в них больше не было ни места, ни внимания. Когда школьная учительница на пенсии Доротея Дикс обнаружила халатность, вызванную такими условиями, она выступила за создание государственных больниц. Между 1840 и 1880 годами она помогла основать более 30 психиатрических учреждений в США и Канаде (Viney & Zorich, 1982).К концу 19 века нравственное лечение уступило место движению за психическую гигиену, основанному бывшим пациентом Клиффордом Бирсом после публикации его мемуаров 1908 года Разум, который нашел себя . Опираясь на революционную теорию микробов Пастера 1860-х и 1870-х годов и особенно на открытия вакцин от холеры, сифилиса и тифа в начале 20-го века, движение за психическую гигиену вернулось к соматогенной теории психических заболеваний.

Европейская психиатрия в конце 18 века и на протяжении всего 19 века, однако, боролась между соматогенными и психогенными объяснениями психических заболеваний, особенно истерии, которая вызывала физические симптомы, такие как слепота или паралич, без очевидного физиологического объяснения.Франц Антон Месмер (1734–1815), находившийся под влиянием современных открытий в области электричества, приписывал истерические симптомы дисбалансу универсальной магнитной жидкости, обнаруживаемой у людей, а не блуждающей матке (Forrest, 1999). Джеймс Брэйд (1795–1860) сместил эту веру в месмеризм на веру в гипноз, тем самым предложив психогенное лечение для устранения симптомов. В то время знаменитый невролог больницы Сальпетриер Жан-Мартен Шарко (1825–1893), Амбруаз Огюст Лиебо (1823–1904) и Ипполит Бернхейм (1840–1919) из школы Нанси во Франции вели ожесточенную этиологическую битву за истерия, при этом Шарко утверждал, что гипнотическая внушаемость, лежащая в основе истерии, была неврологическим состоянием, в то время как Лиебо и Бернхейм полагали, что это общая черта, которая варьируется в популяции.Йозеф Брейер (1842–1925) и Зигмунд Фрейд (1856–1939) разрешили этот спор в пользу психогенного объяснения психического заболевания путем лечения истерии с помощью гипноза, что в конечном итоге привело к катартическому методу, который стал предшественником психоанализа во время первого половина 20 века.

Психоанализ был доминирующим психогенным лечением психических заболеваний в первой половине 20-го века, обеспечивая стартовую площадку для более чем 400 различных школ психотерапии, существующих сегодня (Magnavita, 2006).Большинство этих школ объединяются вокруг более широких поведенческих, когнитивных, когнитивно-поведенческих, психодинамических и ориентированных на клиента подходов к психотерапии, применяемых в индивидуальном, супружеском, семейном или групповом форматах. Однако между всеми этими подходами были обнаружены незначительные различия; их эффективность в лечении психических заболеваний обусловлена ​​факторами, общими для всех подходов (а не конкретными элементами, специфичными для каждого подхода): альянс терапевт-пациент, приверженность терапевта терапии, компетентность терапевта и эффекты плацебо (Luborsky et al., 2002; Messer & Wampold, 2002).

Напротив, ведущее соматогенное лечение психических заболеваний можно найти в создании первых психотропных препаратов в середине 20 века. Сдерживающие средства, электроконфульсивная шоковая терапия и лоботомия продолжали применяться в американских государственных учреждениях до 1970-х годов, но они быстро уступили место растущей фармацевтической промышленности, которая рассматривала и лечила психические заболевания как химический дисбаланс в головном мозге.

Обе этиологические теории сегодня сосуществуют в том, что психологическая дисциплина считает биопсихосоциальной моделью объяснения человеческого поведения.Хотя люди могут родиться с генетической предрасположенностью к определенному психологическому расстройству, для развития расстройства у них должны присутствовать определенные психологические стрессоры. Социокультурные факторы, такие как социально-политические или экономические волнения, плохие условия жизни или проблемные межличностные отношения, также рассматриваются как способствующие факторы. Как бы сильно мы ни хотели верить в то, что мы выше описанных выше методов лечения или что настоящее всегда является наиболее просвещенным временем, давайте не будем забывать, что наше сегодняшнее мышление продолжает отражать те же лежащие в основе соматогенные и психогенные теории психических заболеваний, которые обсуждались на протяжении всей книги. краткая 9000-летняя история.

До 1970-х годов гомосексуальность был включен в DSM как психологическое расстройство. К счастью, общество и клиническое понимание изменились, и они пришли к выводу, что это не принадлежит им. [Изображение: Рене Уолтер, https://goo.gl/CcJAA1, CC BY-NC-SA 2.0, https://goo.gl/Toc0ZF]

Прогресс в лечении психических заболеваний обязательно предполагает улучшение диагностики психических заболеваний. болезнь. Стандартизированная система диагностической классификации с согласованными определениями психических расстройств создает общий язык среди специалистов в области психического здоровья и помогает в клинических исследованиях.Хотя диагнозы были признаны еще греками, только в 1883 году немецкий психиатр Эмиль Крепелин (1856–1926) опубликовал всеобъемлющую систему психологических расстройств, сосредоточенную вокруг набора симптомов (т.е. причина. Другие клиницисты также предлагали популярные системы классификации, но потребность в единой общей системе проложила путь для публикации Американской психиатрической ассоциацией в 1952 году первого диагностического и статистического руководства (DSM).

DSM подвергся различным пересмотрам (в 1968, 1980, 1987, 1994, 2000, 2013), и именно версия DSM-III 1980 года положила начало многоосной системе классификации, которая учитывала всех отдельных лиц, а не только конкретных проблемное поведение. Оси I и II содержат клинические диагнозы, включая умственную отсталость и расстройства личности. В осях III и IV перечислены все соответствующие медицинские состояния, психосоциальные стрессоры или факторы окружающей среды, соответственно. Axis V обеспечивает глобальную оценку уровня функционирования человека.Самая последняя версия — DSM-5 — объединила первые три оси и удалила две последние. Эти изменения отражают попытку помочь клиницистам упростить диагностику и лучше работать с другими диагностическими системами, такими как медицинские диагнозы, изложенные Всемирной организацией здравоохранения.

Хотя DSM предоставила врачам необходимый общий язык, помогала в клинических исследованиях и позволяла страховым компаниям получать компенсацию за их услуги, она не обходится без критики.DSM основан на клинических и исследовательских результатах западной культуры, в первую очередь Соединенных Штатов. Это также медицинская категориальная система классификации, которая предполагает, что неупорядоченное поведение различается не по степени, а по типу, в отличие от размерной системы классификации, которая отображает неупорядоченное поведение по континууму. Наконец, количество диагностируемых расстройств утроилось с момента его первой публикации в 1952 году, так что почти половина американцев будет иметь диагностируемое расстройство в течение своей жизни, что способствует постоянным опасениям навешивать ярлыки и клеймить психически больных людей.Эти опасения кажутся актуальными даже в версии DSM-5, вышедшей в мае 2013 года.

Симпозиум Kavli Futures 2016: Этические основы новых нейротехнологий: идентичность, действие и нормальность

Авторы: Шон Батыр (1), Рафаэль Юсте (1), Сара Геринг (2) и Лора Спекер Салливан (2)
Изображение с симпозиума Kavli Futures
(1) Центр нейротехнологий, Институт мозговых исследований Кавли, Департамент биологических наук, Колумбийский университет, Нью-Йорк, штат Нью-Йорк 10027.

(2) Департамент философии и Центр сенсомоторной нейронной инженерии, Вашингтонский университет, Сиэтл, WA 98195

Подробные биографии каждого автора находятся в конце этого поста Часто называемые «двумя культурами», немногие будут отрицать разделение между гуманитарными и естественными науками.Этот разрыв необходимо устранить, если мы хотим добиться гуманистического прогресса в будущем преобразующих технологий. Симпозиум Kavli Futures 2016, проведенный доктором Рафаэлем Юсте и доктором Сарой Геринг в Центре нейротехнологий Колумбийского университета, обратил внимание на разрыв между гуманитарными и естественными науками, организовав междисциплинарный диалог между ведущими нейробиологами, нейроинженерами и биоэтиками по трем широким темам: беседа. Эти три темы включают беседы об идентичности и чтении мыслей, агентстве и стимуляции мозга, а также определения нормальности в контексте улучшения мозга.Смысл такого события ясен: диалог между нейротехнологиями и этикой необходим, потому что новые нейротехнологии готовы произвести глубокие преобразования в нашем обществе.
С появлением технологий, которые могут читать модели мозга на интимном уровне, возникли вопросы о том, как эти методы могут раскрыть ядро ​​человеческой идентичности — разум. Джек Галлант из Калифорнийского университета в Беркли сообщил о нейронном декодере, который может идентифицировать визуальные образы, используемые людьми (1).Когда испытуемые в исследованиях Галланта смотрели видео, декодер определял, как определить, какие видео они смотрят, на основе данных фМРТ. Галлант убежден, что «технологически повсеместное неинвазивное декодирование мозга произойдет. Единственный способ, которым этого не произойдет, — это если общество перестанет финансировать науку и технологии ». Другие участники симпозиума разделили уверенность Галланта в появлении технологии, которая может декодировать содержание умственной деятельности, и обсудили, как двигательные намерения могут быть декодированы и использованы для управления внешними объектами, такими как компьютерный курсор или роботизированная рука.Например, Мигель Николелис из Университета Дьюка обсудил сеть мозга, которая объединяет нейронные команды из мозга трех обезьян «в коллективное усилие, ответственное за перемещение виртуальной руки». Как руководитель одной из лабораторий, занимающихся улучшением интерфейсов мозг-компьютер для управления протезами, Николелис поднял вопрос о том, «следует ли использовать такие технологии в военных целях». Помимо специализированного использования, Николелис выразил обеспокоенность тем, что доступ к новым технологиям может быть ограничен — кто будет использовать декодеры мозга или несколько интерфейсов мозговой машины и почему? Нейронные технологии, которые получают доступ к нашим внутренним ментальным процессам, могут иметь потенциал изменить наше понимание человеческой идентичности и наше восприятие себя как отдельных агентов.Размышляя об идентичности, философ Франсуаза Бейлис из Университета Далхаузи обсудила устройства нейромодуляции, приведя в качестве примера методы глубокой стимуляции мозга (DBS). Она заявила: «DBS не является вызовом или угрозой личности. Я думаю, что люди путают изменения личности с изменениями в личности. Я не думаю, что это одно и то же … в конце концов, личность покоится в памяти, принадлежности и признании ». Бейлис утверждал, что наша идентичность всегда динамична и связана с отношениями, а нейронные технологии — это еще один способ, с помощью которого наши отношения идентичности могут измениться, не угрожая тем, кто мы есть.Тем не менее, некоторые считали, что нейронные устройства могут поставить под сомнение наше чувство свободы воли и ответственность за свои действия. При рассмотрении вопросов, поднятых в ходе этой дискуссии, Патрисия Черчленд из UCSD подчеркнула, что в 15 сенсационных отчетах об ограничениях, которые новые технологии налагают на свободный выбор и ответственность за действия, она заявила, что ключевой вопрос о новых нейротехнологиях звучит так: «Что подойдет ли это для нас? » Необходим сбалансированный подход между размышлениями о будущих возможностях, размышлениями о том, что наука и технологии уже делают, и как это повлияет на общество в краткосрочной перспективе.Поскольку сложные технологии стимуляции мозга уже способны вызывать сложное поведение у низших млекопитающих, специалисты по этике обсудили ряд проблем, связанных с агентностью: как мы можем узнать, действительно ли наши действия и поведение являются результатом наших собственных намерений, когда адаптивные нейронные устройства взаимодействуют с нашим мозгом? Пим Хазелагер из Университета Радбауд исследовал наше «чувство свободы воли» в экспериментах, направленных на то, чтобы отделить нашу веру в нашу свободу действий от нашей фактической причинной эффективности в действиях (2).Его работа предполагает, что «чем усерднее вы работаете, тем больше свободы вы чувствуете», и он отмечает, что поддержание сильного чувства свободы воли при использовании BCI может быть связано с относительно высоким уровнем усилий со стороны пользователя. Хазелагер охарактеризовал чувство свободы воли как многогранное — пока мы узнаем больше об измерениях свободы воли, межличностные и психосоциальные проблемы все еще возникают с нейротехнологическими исследованиями. Эд Бойден из Массачусетского технологического института, чья лаборатория разрабатывает инструменты для картирования и управления мозгом с помощью оптогенетики, продолжил рассуждения о многогранной природе агентности, задав вопрос: «Можно ли реконструировать детальные модели [ментальных] черт человека до такой степени, чтобы возможно ли моделирование? » Он предположил, что по мере расширения возможностей исследовать нейронные цепи мы будем сталкиваться со все более сложными вопросами о себе и наших приоритетах.Если бы можно было разработать симуляцию, похожую на человека, возникла бы у нее та же внутренняя дилемма свободы воли, которая сохраняется у любого человека, принимающего решения? Ли Хохберг из Университета Брауна, чья лаборатория специализируется на интерфейсах мозг-компьютер для пациентов с параличом нижних конечностей и клинических испытаниях технологии BrainGate, предположила, что то, как и почему устанавливается конфиденциальность нейронных данных, зависит от того, что, по нашему мнению, содержится в данных — о чем они говорят. нас? Это влияет на то, как он оценивает риск и пользу в своей собственной работе — в испытании с небольшим количеством участников клинические данные могут быть легко идентифицированы.Для этого требуется то, что Хохберг назвал «экстраординарным процессом согласия». С доказательствами безопасности и эффективности BCI, увеличением числа участников клинических испытаний BCI и изменениями требований согласия, необходимо больше думать о том, как обрабатываются нейронные данные и безопасность. Наконец, Марта Фара из Пенсильванского университета подняла важные концептуальные вопросы об агентстве. Она предположила, что свобода воли является этически значимой, поскольку она необходима для свободы и автономии, которые лежат в основе здравого смысла понятий моральной ответственности.Вопрос в нейротехнологии и агентстве заключается не в том, находится ли вмешательство «в голове», а в том, отличается ли оно количественно от предшествующих технологий, таких как фармацевтика — позволяет ли оно значительно усилить контроль над людьми и их действиями? Фара предположила, что новые нейронные технологии могут позволить более детальный контроль человеческих мыслей и поведения, возможность, которая поднимает экономические и нормативные проблемы в краткосрочной перспективе, вопросы равенства и возможностей в среднесрочной перспективе и экзистенциальные вопросы о человечестве в долгосрочной перспективе. срок.Само существование технологий, улучшающих сознание и мозг, опровергает тонкое и фундаментальное предположение, которое, по мнению специалистов по этике, и нейробиологов, должно быть рассмотрено: что именно означает быть нормальным, и является ли достижение нормальности разумной целью? Блез Агера из Google открыл слово, начав обсуждение гендера как примера социальной тенденции навязывать структуру нормальности (например, бинарный пол), когда доступен гораздо более широкий спектр гендерных возможностей — даже не только в спектре, но через «многомерное векторное пространство.«Нейронные технологии не должны непреднамеренно разрабатываться таким образом, чтобы усугублять существующие предубеждения, такие как пол или ограниченное понимание разнообразия способов существования в мире. Напротив, Агера утверждал, что «те из нас, кто создает эти системы» улучшения человека, должны «изучить деонтологию» с «чем-то вроде науки, благополучия, справедливости, свободы и прогресса» в качестве исходных руководящих принципов. Затем Полина Аникеева из Массачусетского технологического института поделилась своей работой над новыми устройствами, которые соответствуют свойствам гибкого материала мозга, объяснив свою мотивацию сделать устройства менее инвазивными, поскольку «этическое значение состоит в том, что, когда мы вводим жесткое устройство, мы разрушаем окружающую ткань, «Создание глиальных рубцов, которые« взаимодействуют не так, как нейроны.Ее работа показывает, как даже разработка материалов электродов для нейронных технологий может оказать значительное влияние на восприятие технологии конечными пользователями. Грегор Вулбринг из Университета Калгари расширил разговор о нормальности и улучшении, затронув «привилегию способностей», которая заключается в том, что «люди, пользующиеся преимуществами, не желают отказываться от своих преимуществ», потому что для многих людей оценка способностей является неотъемлемая часть самоидентификации и безопасности.Он задал вопросы о том, как мы определяем ожидания способностей и как эти ожидания меняют отношение к людям, чьи тела нетипичны. Захотят ли инвалиды нейротехнологии? Возможно, если их понимать как инструменты для достижения благополучия, а не как способы «исправить» людей. Когда его спросили о роли нейропротезирования в мире людей с ограниченными возможностями, Вольбринг ответил: «Инструмент, да. Личность, нет ». Дэвид Вассерман из NIH обратил внимание на нейроразнообразие и движение за переосмысление некоторых нейроатипичных форм обработки информации как форм ценного разнообразия.Таким людям может потребоваться не медицинская техника, а лучшее социальное жилье. Таким образом, Вассерман выступал за более денежную направленность, подчеркивая, что «необходимо выделить больше средств на… биомедицинские исследования, которые увеличили бы процветание» людей, живущих с различными нейроатипическими состояниями. Вассерман предлагает, чтобы такие исследования были менее сосредоточены на медицинских «исправлениях», даже несмотря на то, что общественность, как правило, тронута обоснованием исследований, ориентированных на медицинский прогресс. Последний пункт был подтвержден Галлантом, который отметил, что «хотя ученые плохо объясняют, как работает наука, общественность знает, что они болеют, и они попадают в больницу.Вот почему бюджет NIH в 10 раз больше, чем NSF … Медикаментозные исследования имеют хороший эффект для привлечения финансирования биомедицинских исследований ». При наличии этих знаний начинает вырисовываться немного более ясная картина, где исследования на переднем крае нейротехнологии могут быть вынуждены рассматривать нормализацию в медицинском контексте ради финансирования дальнейших исследований, если структура финансирования не изменится. Открытая дискуссия, проведенная в конце симпозиума Kavli Futures со всеми докладчиками и членами рабочей группы NIH BRAIN Neuroethics Workgroup, синтезировала отдельные ядра знаний, которыми делились на протяжении всего мероприятия.Это включало в себя ощущение безотлагательности финансирования этической и юридической работы, чтобы направлять развитие новых технологий, способных радикально преобразовать человеческий опыт. Необходимо обеспечить совместную работу множества заинтересованных сторон, включая ученых, людей с ограниченными возможностями, представителей широкой общественности и специалистов по этике, над рассмотрением этических аспектов научных и технологических разработок. Эти этические аспекты наиболее очевидны в краткосрочной перспективе, например, вопросы о приоритетах финансирования, институциональном пространстве для этики, трансляционных целях и социальной поддержке людей, использующих новые технологии.Также могут быть подняты долгосрочные вопросы, в том числе о ценности сохранения обособленности людей с личным ментальным пространством, о возможности объединения сознания для выполнения общих задач и о значении потенциальных улучшений, которые радикально изменяют то, что мы можем напрямую контролировать с помощью нашего мозга.

Изучая коллективную сеть мыслей, которая связывает гуманитарные и естественные науки, было выявлено несколько глубоких проблем. Обращение к этим вопросам должно побудить соответствующие государственные и частные организации более полно уделять внимание интеграции нейротехнологических исследований с общечеловеческими ценностями.


Биографии авторов

Рафаэль Юсте — профессор биологических и нейробиологических наук Колумбийского университета. Юсте заинтересован в понимании функции и патологии коры головного мозга, используя визуализацию кальция и оптогенетику, чтобы «взломать код» и расшифровать связь между группами нейронов. Юсте получил множество наград за свою работу, в том числе от мэра Нью-Йорка, Общества неврологии и директора Национального института здоровья.Он является членом Королевской академии науки и медицины Испании. Юсте также возглавлял исследователей, которые предложили карту активности мозга, предшественницу инициативы BRAIN, и в настоящее время участвует в помощи в запуске глобального проекта BRAIN и Комиссии по нейроэтическим руководствам. Он родился в Мадриде, где получил медицинскую степень в Автономном университете. Затем он присоединился к лаборатории Сиднея Бреннера в Кембридже, Великобритания. Он занимался докторантурой. учился у Ларри Каца в лаборатории Торстена Визеля в Университете Рокфеллера и был докторантом Дэвида Танка в Bell Labs.В 2005 году он стал исследователем в Медицинском институте Говарда Хьюза и содиректором Института мозговых цепей Кавли. С 2014 года он является директором Центра нейротехнологий в Колумбии. Шон Батыр в настоящее время является докторантом и работает в лаборатории доктора Рафаэля Юсте. Ранее он участвовал в создании двух компаний в районе залива и Бостоне, которые разрабатывали незаметные носимые устройства и дополненную реальность. Он также работал разработчиком программного обеспечения в Oracle Corporation, создавая унифицированные архивы, которые могли развертывать облачные базы данных в виртуальной зоне, и веб-приложения, которые обеспечивали удобную визуализацию функций системы Oracle Supercluster. В учебе он получил степень магистра биоинженерии в Имперском колледже Лондона, в лаборатории нейронного кодирования доктора Саймона Шульца. Он разработал новый метод сложной классификации спайков в мозжечке. До своей магистерской работы Шон изучал оптогенетическое исследование цепи миндалина-гиппокамп и внес свой вклад в создание автоматического зажимного устройства для пластыря, разработанного в группе синтетической нейробиологии доктора Эда Бойдена в Массачусетском технологическом институте. В качестве летнего научного сотрудника SENS в Институте старения Бака Шон также охарактеризовал терапевтические эффекты лития как предварительное средство лечения болезни Паркинсона. Шон стремится разрабатывать преобразующие технологии, которые меняют определение того, что значит быть человеком. Он считает, что инновации происходят через междисциплинарный диалог как внутри академических кругов, так и за их пределами, и стремится облегчить взаимодействие, которое стимулирует творчество. Лаура Спекер Салливан — научный сотрудник по нейроэтике в Центре сенсомоторной нейронной инженерии Вашингтонского университета. Она работает совместно с Национальным ядром нейроэтики Университета Британской Колумбии.Она проводит концептуальные исследования по вопросам практической этики, относящиеся к обоснованию и целям биомедицинских практик, а также эмпирические исследования отношения и восприятия заинтересованных сторон к новым технологиям, таким как интерфейсы мозг-компьютер. В ее работах часто используется кросс-культурный подход, с упором на японские и буддийские взгляды. Она получила докторскую степень на факультете философии Гавайского университета в Маноа в 2015 году.

Сара Геринг — адъюнкт-профессор философии Вашингтонского университета, Сиэтл, член Программы ценностей и Программы исследований в области инвалидности.Она возглавляет этические направления в Центре сенсомоторной нейронной инженерии.






Ссылки

1. Naselaris et al. 2015. Воксельная модель кодирования для ранних зрительных областей декодирует мысленные образы запомненных сцен. Neuroimage 105 (15): 215-228.

2. Haselager, W.F.G. 2013. Я это сделал? Интерфейс мозг-компьютер и чувство свободы воли. Мысли и машины 23 (3): 405-418.

Хотите процитировать этот пост?

Батыр С., Юсте Р., Геринг С. и Спекер Салливан Л. (2016). Симпозиум Kavli Futures 2016: Этические основы новых нейротехнологий: идентичность, действие и нормальность. Блог о нейроэтике.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *