Что такое верховенство права – его законность, принципы и признаки

Содержание

его законность, принципы и признаки

Добавлено в закладки: 0

Что такое верховенство права? Описание и определение термина.

Верховенство права – является одним из основных элементов правового государства, обозначающий подчиненность всех актов правоприменения и подзаконных актов закону. Верховенство закона обозначает иерархичность законодательства.  Все подзаконные нормативно-правовые акты соответствуют нормам закона, которые имеют высшую юридическую силу, а также  требованиям нормативно-правовых актов соответствуют все правоприменительные акты. Верховенство закона гарантирует защиту, которая обеспечена основным законом страны, включая все права и свободы человека если в стране присутствует Верховенство закона это подтверждает присутствие в стране  соответствующих ценностей и приоритета в развитии правoвого государства.

Современная философия права подразумевает, что верховенство права противопоставлено идее, что некоторые должностные лица или органы власти поднимаются выше закона либо обладают чрезмерно широкими полномочиями и таким образом осуществляют произвол. Методика верховенства права подразумевает, что нормы должны быть опубликованы, стабильны и предсказуемы в своём применении. Важным требованием является доступность системы правосудия и её независимость от исполнительной и законодательной ветвей власти. Таким образом судья выносит решение основываясь только на  фактах и законах. Доктрина в современном варианте говорит, что у членов общества должна быть возможность создавать и изменять законы, регулирующие их поведение.

Концепция верховенства права

Обратим внимание на две основные концепции верховенства закона: формальную и содержательную. По английской традиции их называют «тонкой» и «толстой», в их основе лежат теории правового позитивизма и естественного права, соответственно. Если посмотреть рационально, то верховенство закона не дает оценки справедливости самих норм, а скорее устанавливает процедурные атрибуты, которыми должна обладать правовая система. Этот подход ставит во главу угла эффективность и предсказуемость работы системы, а не отвечает на этические вопросы об её ответственности за результат. Более расширенные с дополнениями трактовки верховенства права могут выдвигать требования к содержанию законов. Они подразумевают фундаментальные права человека, которые, по утверждениям этих концепций, происходят из высших неписаных принципов законности, морали и справедливости. Данные трактовки особенно получили распространение после Нюрнбергского процесса, который вынес приговор руководству нацистской Германии, признав их преступниками, хотя формально они действовали согласно своим законам, а также после правозащитной деятельности Махатмы Ганди и Мартина Лютера Кинга. Поэтому термины «верховенство закона» и «верховенство права» – разные, так как Парламентская ассамблея Совета Европы рекомендует применять первое понятие к формальной трактовке, а второе – к содержательной.

Таким образом, понятия «правовое государство» и «верховенство права»  на законном основании заняли место не только в теории, но и в правовой системе России. Однако эти понятия и, те которые вытекают из них правовые стандарты производства правосудия и правила поведения судей вызывают много вопросов.
Самым главным представляется вопрос: «правовое государство», «верховенство» права — останутся лишь красивыми словами, мечтами многих поколений, которые оторваны от жизни, не имеющие никаких реальных возможностей, либо — основание, на котором будет создаваться конституционный строй государства и его правовая система, определяться статус личности в государстве, а также будут действовать все ветви государственной власти? Если сказать коротко: эти понятия останутся в мечтах, написанными на бумаге или должны воплощаться в жизнь?
На эту тему имеется немало серьезных научных исследований.

Признаки верховенства права

Обратим снимание на опыт зарубежных государств, обьявивших себя правовыми и посмотрим, как у них реализована Концепция правового государства.
Признаков правового государства очень много и они очень широки. В качестве самых важных, определяющих все остальные, следoвало бы выделить три:

  • приoритетность прав и интересов личности над правами и интересами государства;
  • связь государства и права;
  • приоритетность права над закoном.

Первый признак четко выражается в Конституции РФ, рассматривая положения о том, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, а признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства.
Посмотрев на содержание этих конституционных положений, можно прийти к выводу, что в Конституции РФ приоритет отдается человеку, его правам и свободам перед государством, государство обязывается служить интересам человека.
Это значит, что Конституция РФ, обязывает законодателя издавать, а суды — применять только правовые законы. Закон может признаваться правовым, только при условии, что он отвечает целям и задачам, которые определены Конституцией РФ. Правовым может называться закон, который  возведен в степень нравственности, разумности и справедливости. Законы и  другие нормативные акты,кото не отвечающие целям и задачам Конституции РФ, не могут признаваться источниками права.
Конечно, то что в  Конституции РФ указано, что Россия — это правовое государство, это скорее — цель, к которой нужно стремиться, чем действительный факт. Правовое государство не может быть создано одним лишь голосованием по поводу принятия Конституции РФ, поскольку для этого недостаточно самых хороших и справедливых законов, а необходимо обеспечить соответствующий уровень правопорядка, жизни людей и реальное соблюдение их прав и свобод. Однако это обстоятельство вовсе не лишает указанное положение практического значения и необходимости основывать на нем, соизмерять с ним законодательные и правоприменительные акты.

Принцип верховенства права

Конституционное положение «Россия — правовое государство» при всей его декларативности не только может, но и должно реально действовать, как должны действовать и применяться все другие положения Конституции РФ. Его практическое значение должно проявляться в том, чтобы:

  • деятельность всех органов государственной власти и их должностных лиц была подчинена праву;
  • принимаемые в Российской Федерации законы, указы и другие нормативные акты не противоречили праву;
  • правоприменительная практика судов обеспечивала защиту нарушенных прав, пресечение неправомерных действий и решений государственных органов и должностных лиц, юридических и физических лиц, а также исключала возможность применения противоречащих праву законов, указов и других нормативных актов.

Принципы и критерии, основываясь на которых суды в требуемых случаях разграничивают право и закон, обеспечивают действие права и его верховенство над законом, создают правовую основу для разрешения тех или иных дел, содержатся в ст. ст. 1, 2, 7, 17, 18, 55 и некоторых других статьях Конституции РФ.

Это означает,что то, что в Конституции РФ сказано, будто Россия — правовое государство, не стоит рассматривать только как цель; это, занимается определением границ поля, в котором могут действовать органы государственной власти,  должностными лицами и которые они не  имеют права переходить, это — границы правового поля, кроме того, создаются критерии, в которых должны оцениваться деятельность органов государственной власти, качество и содержание законов, правоприменительная практика.

Законность верховенства права

Таким же образом, обращая внимание на указанные постановления Пленума Верховного Суда РФ, судам общей юрисдикции должно  быть разрешены коллизии между федеральными законами, с одной стороны, и общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Рoссийской Федерации — с другой.

Судебная практика знает немало примеров разрешения судами дел основываясь на прямом применении положений Конституции РФ, принципы, которые общепризнаны,  и нормы международного права, международные договора Российской Федерации, то есть позитивного подхода судов к реализации принципа верховенства права, осуществляя правосудие.

Таким образом, в Российской Федерации на кoнституционном уровне существуют юридические основы, на которых могут действовать суды, основываясь на принципе верховенства права. Согласно ч. 1 ст. 120 Конституции РФ суд является независимым и подчиняется только Конституции и федеральному закону. Это положение, учитывая изложенное выше, требует утoчнения: судья подчиняется не любому федеральному закону, а лишь тому, который не противоречит Конституции РФ, oбщепризнанным принципам и нормам международного права, международным договорам Российской Федерации. В суде нельзя слепо, бездумно и бездушно применять любой закон; его важнейшая задача, которая вытекает из Конституции РФ, защищать человека от произвола, от ошибок, глупостей, злонамерений законодателя.
Учитывая это, необходимо произвести серьезную корректировку в понимании принципа законности в судопроизводстве,  ведь законность может быть очень разная.

Проблемы верховенства права

Жизнь показала, что только одних, пусть и самых совершенных юридических основ будет мало для того, чтобы суды и вправду стали носителями судебной власти, которые способны осуществить настоящее правосудие, а не были второстепенными государственными органами, как это было раньше; чтобы судьи на самом деле были независимыми и подчиненялись только Конституции РФ и законам, то есть чтобы суды и судьи везде и на самом деле могли основать свою деятельность, руководствуясь принципом Верховенства права.

Основной проблемой в реализации принципа верхoвенства права является для подавляющего большинства граждан невозможность выплатить. Понятно, что любое наказание, и самое строгое в  том числе, должно быть разумным  и исполнимым. В РФ же получается, что отбыть самое строгое уголовное наказание (пожизненное заключение) — возможно, а самое мягкое (штраф) — нет.

Выводы

Такое явление вызывает сложно обьяснить. Уголовная ответственность за клевету была установлена, но в то же время считалась  мертворожденной (практически не применялась) по следующей причине.Так как клевета – это распространение заведомо ложных сведений, которые порочат честь и достоинство другого лица или его репутацию, то загвоздка в этом определении. Получается, лицо, которое распространяет сведения, которые порочат честь, достоинство или деловую репутацию другого лица, может понести уголовную ответственность за клевету только в тoм случае, когда будет доказано, что оно знало или сознательно допускало, будто сведения, которые он распространяет, являются ложными. Однако вся сложность в том, что доказать это практически невозможно, точно так же, как и опровергнуть утверждение обвиняемого в том, что он был убежден в достоверности указанных сведений либо добросовестно заблуждался в этом.

Мы коротко рассмотрели понятие верхoвенства права, его принципы, законность, проблемы верховенства права. Оставляйте свои комментарии или дoпoлнения к материалу.

biznes-prost.ru

📌 Верховенство права — это… 🎓 Что такое Верховенство права?

Верхове́нство пра́ва (верхове́нство зако́на[прим. 1], англ. rule of law) — правовая доктрина, согласно которой никто не выше закона, все равны перед законом, и никто не может быть наказан государством иначе как за нарушение закона и в установленном законом порядке.

Основные положения

В современной философии права, верховенство права противостоит идее, что отдельные должностные лица или органы власти могут быть выше закона либо обладать чрезмерно широкими полномочиями и таким образом осуществлять произвол. Доктрина верховенства права требует, чтобы нормы были опубликованными, стабильными и предсказуемыми в своём применении. Она требует доступности системы правосудия и её независимости от исполнительной и законодательной ветвей власти с тем, чтобы судьи выносили решения только на основании фактов и законов[1]. В современных вариантах доктрины также утверждается, что члены общества должны иметь возможность участвовать в создании и изменении законов, которые регулируют их поведение.

Можно выделить две основные концепции верховенства закона: формальную и содержательную («тонкую» и «толстую» в английской традиции; связанные с теориями правового позитивизма и естественного права, соответственно). Формальная трактовка верховенства закона не делает суждения о справедливости самих норм, а определяет процедурные атрибуты, которые должна иметь правовая система. Данный подход стремится изолировать эффективность и предсказуемость работы системы от этических вопросов об её ответственности за результат. Содержательные трактовки верховенства права выдвигают требования к содержанию законов и явным образом включают фундаментальные права человека, которые, как утверждают эти концепции, вытекают из высших неписаных принципов законности, морали и справедливости. Такие интерпретации значительно усилили своё влияние после Нюрнбергского процесса, который признал руководство нацистской Германии преступниками вопреки их формальному соблюдению законов, а также после правозащитной деятельности Махатмы Ганди и Мартина Лютера Кинга. Чтобы не путать формальную трактовку с содержательной, Парламентская ассамблея Совета Европы рекомендует для первой использовать термин «верховенство закона», а для последней «верховенство права»[2].

История

Термин используется с начала XVII века (петиция Якову I со стороны Палаты общин в 1610 году; несколько раньше эта идея прозвучала в решении Суда общих тяжб[3] под председательством Эдварда Кока, хотя сам король считал подобный взгляд на свою власть «изменой»). Следует отметить, что сама концепция значительно старше и далеко не всегда связана с представлениями о демократии в современном смысле. Например, Аристотель настаивал, что «закон должен править»[4]. Схожих взглядов придерживался Цицерон, который говорил: «Все мы — рабы законов»[5]. Закон абсолютизировали древнекитайские «легисты» — приверженцы школы фацзя, в период нахождения у власти устанавливавшие в государстве, как правило, очень суровые наказания за многочисленные проступки. Однако, с точки зрения легистов, закон должен был быть не средством народа обуздывать властителей, а скорее средством для властителей управлять народом[6]. Напротив, в XIII веке Фома Аквинский утверждал, что именно верховенство закона представляет собой установленный Богом «естественный порядок»[7].

Идея, что свобода действий обладающих властью лиц должна иметь правовые ограничения, характерна прежде всего для англосаксонской правовой традиции (в XVIII в. — Джон Локк, Сэмюэл Джонсон, Томас Пейн, Джон Адамс). Во многом, несмотря на некоторые различия в акцентах, верховенство права близко к развивавшемуся в романо-германской правовой философии понятию «правовое государство» (нем. Rechtsstaat, фр. État de droit). Использование той или иной терминологии связано главным образом с различиями в правовых обычаях и их истории[8][9].

Измерение уровня верховенства права

Проект World Justice Project публикует ежегодный индекс по странам мира[10], который включает 8 показателей: ограничение власти государства, отсутствие коррупции, порядок и безопасность, фундаментальные права, открытость правительства, правоприменение, гражданское правосудие и уголовное правосудие. В 2012 году страны Скандинавии, Финляндия, Нидерланды и Новая Зеландия заняли верхние позиции в рейтинге почти по всем показателям (по сумме баллов Швеция набрала 7,12 из 8 возможных). Позиция России зависит от показателя[11][12] и варьируется между 65-м и 92-м местом в общем списке из 97 стран, между 15-м и последним местом среди 21 страны Восточной Европы и Центральной Азии, и между 21-м и 29-м местом из 30 стран в своей группе по доходам.

Примечания

  1. Естественно-правовые теории делают различие между верховенством закона и верховенством права, причём последнее понимается более широко и связано с содержательной трактовкой доктрины.

Сноски

  1. Stein R. Rule of Law: What Does it Mean? (англ.) / / Minn. J. Int’l L. 2009. Vol. 18. P. 293.
  2. Jurgens E. The principle of the Rule of Law (англ.) // Council of Europe Parliamentary Assembly. Doc. 11343. 2007-07-06; см. также Resolution 1594 (англ.)
  3. 12 Co Rep 64, 77 ER 1342, [1607] EWHC KB J23 (англ.)
  4. Аристотель. Политика. Кн. 3, 16
  5. Цицерон М. Т. Речь в защиту Авла Клуенция Габита. LIII, 146. 66 г.
  6. Xiangming, Zhang. On Two Ancient Chinese Administrative Ideas: Rule of Virtue and Rule by Law, The Culture Mandala: Bulletin of the Centre for East-West Cultural and Economic Studies (2002): «Although Han Fei recommended that the government should rule by law, which seems impartial, he advocated that the law be enacted by the lords solely. The lords place themselves above the law. The law is thereby a monarchical means to control the people, not the people’s means to restrain the lords. The lords are by no means on an equal footing with the people. Hence we cannot mention the rule by law proposed by Han Fei in the same breath as democracy and the rule of law advocated today.»
    Bevir, Mark. The Encyclopedia of Political Theory, page 162.
    Munro, Donald. The Concept of Man in Early China. Page 4.
    Guo, Xuezhi. The Ideal Chinese Political Leader: A Historical and Cultural Perspective. Page 152.
  7. Фома Аквинский. Сумма теологии. Часть II-I. Вопросы 90-114. К.: Ника-Центр, 2010. ISBN 978-966-521-518-9
  8. Heuschling L. État de droit, Rechtsstaat, Rule of Law. Paris: Dalloz, 2002. ISBN 978-2247044948
    Grote R. Rule of Law, Rechtsstaat and „Etat de droit“ // Constitutionalism, Universalism and Democracy: A Comparative Analysis / Christian Starck (Ed.). Nomos Publishers, 1999. P. 269. ISBN 978-3789059179
  9. Доклад о верховенстве права / 86-я пленарная сессия Венецианской комиссии. Венеция, 25-26 марта 2011.
  10. Rule of Law Index. The World Justice Project
  11. Russia. Rule of Law Index. The World Justice Project
  12. «Диктатура закона»: Россия оказалась в хвосте очередного рейтинга о верховенстве права

Литература

  • Дайси А. В. Основы государственного права Англии. Введение в изучение английской конституции. 2-е изд. СПб.: Тип. тов-ва И. Д. Сытина, 1907.
  • Дворкин Р. О правах всерьез. — М.: РОССПЕН, 2005. — ISBN 5-8243-0569-2
  • Ролз Дж. Теория справедливости. М.: ЛКИ, 2010. ISBN 5-382-01051-9
  • Фуллер Л. Мораль права. — М.: Ирисэн, 2007. ISBN 5-91066-011-8
  • Хайек Ф. Право, законодательство и свобода: Современное понимание либеральных принципов справедливости и политики. — М.: ИРИСЭН, 2006. ISBN 5-91066-010-1
  • Харт Г. Л. А. Понятие права. СПб.: Изд-во СПБГУ, 2007. ISBN 5-288-04211-9
  • Allan T. R. S. Rule of law (Rechtsstaat) (англ.) // Routledge Encyclopedia of Philosophy. London: Routledge, 1998. См. также Routledge Encyclopedia of Philosophyв Google Books (англ.)
  • Rule of law (англ.) // West’s Encyclopedia of American Law. Eagan, Minnesota: West, 1997.

См. также

Ссылки

dic.academic.ru

Верховенство права — Википедия. Что такое Верховенство права

Верхове́нство пра́ва (верхове́нство зако́на[прим. 1], англ. rule of law) — правовая доктрина, согласно которой никто не может быть выше закона, все равны перед законом, никто не может быть наказан иначе как в установленном законом порядке и только за его нарушение. Верховенство закона подразумевает, что все подзаконные акты и акты правоприменения подчиняются и не противоречат закону. Согласно естественно-правовой теории верховенство права требует, чтобы все нормативные правовые акты (в том числе, конституция и законодательство) и вся деятельность государственной власти были подчинены защите достоинства, свободы и прав человека[1][2]. Государство, в котором реализовано верховенство права, называют правовым.

Концепция верховенства права известна ещё с давних времён, когда древнегреческий философ Аристотель писал: «Править должен закон»[1].

Основные положения

В современной философии права, верховенство права противостоит идее, что отдельные должностные лица или органы власти могут быть выше закона либо обладать чрезмерно широкими полномочиями и таким образом осуществлять произвол. Доктрина верховенства права требует, чтобы нормы были опубликованными, стабильными и предсказуемыми в своём применении. Она требует доступности системы правосудия и её независимости от исполнительной и законодательной ветвей власти с тем, чтобы судьи выносили решения только на основании фактов и законов[3]. В современных вариантах доктрины также утверждается, что члены общества должны иметь возможность участвовать в создании и изменении законов, которые регулируют их поведение.

Можно выделить две основные концепции верховенства закона: формальную и содержательную («тонкую» и «толстую» в английской традиции; связанные с теориями правового позитивизма и естественного права, соответственно). Формальная трактовка верховенства закона не делает суждения о справедливости самих норм, а определяет процедурные атрибуты, которые должна иметь правовая система. Данный подход стремится изолировать эффективность и предсказуемость работы системы от этических вопросов об её ответственности за результат. Содержательные трактовки верховенства права выдвигают требования к содержанию законов и явным образом включают фундаментальные права человека, которые, как утверждают эти концепции, вытекают из высших неписаных принципов законности, морали и справедливости. Такие интерпретации значительно усилили своё влияние после Нюрнбергского процесса, который признал руководство нацистской Германии преступниками вопреки их формальному соблюдению законов, а также после правозащитной деятельности Махатмы Ганди и Мартина Лютера Кинга. Чтобы не путать формальную трактовку с содержательной, Парламентская ассамблея Совета Европы рекомендует для первой использовать термин «верховенство закона», а для последней «верховенство права»[4].

Согласно определению, данному в 2004 году в докладе Генерального секретаря ООН «Господство права и правосудие переходного периода в конфликтных и постконфликтных обществах», «Господство права — это понятие, составляющее саму суть миссии ООН. Речь идет о таком принципе управления, в соответствии с которым все лица, учреждения и структуры, государственные и частные, в том числе само государство, функционируют под действием законов, которые были публично приняты, в равной степени исполняются и независимо реализуются судебными органами и которые совместимы с международными нормами и стандартами в области прав человека[5]».

Украинский ученый-юрист А.Н.Костенко, исходя из теории социального натурализма, предложил интерпретировать принцип верховенства права как «принцип верховенства законов естественного права».

История

Термин используется с начала XVII века (петиция Якову I со стороны Палаты общин в 1610 году; несколько раньше эта идея прозвучала в решении Суда общих тяжб[6] под председательством Эдварда Кока, хотя сам король считал подобный взгляд на свою власть «изменой»). Следует отметить, что сама концепция значительно старше и далеко не всегда связана с представлениями о демократии в современном смысле. Например, Аристотель настаивал, что «править должен закон»[1]. Схожих взглядов придерживался Цицерон, который говорил: «Все мы — рабы законов»[7]. Закон абсолютизировали древнекитайские «легисты» — приверженцы школы фацзя, в период нахождения у власти устанавливавшие в государстве, как правило, очень суровые наказания за многочисленные проступки. Однако, с точки зрения легистов, закон должен был быть не средством народа обуздывать властителей, а скорее средством для властителей управлять народом[8]. Напротив, в XIII веке Фома Аквинский утверждал, что именно верховенство закона представляет собой установленный Богом «естественный порядок»[9].

Идея, что свобода действий обладающих властью лиц должна иметь правовые ограничения, характерна прежде всего для англосаксонской правовой традиции (в XVIII в. — Джон Локк, Сэмюэл Джонсон, Томас Пейн, Джон Адамс). Во многом, несмотря на некоторые различия в акцентах, верховенство права близко к развивавшемуся в романо-германской правовой философии понятию «правовое государство» (нем. Rechtsstaat, фр. État de droit). Использование той или иной терминологии связано главным образом с различиями в правовых обычаях и их истории[10][11].

Самый древний источник, в котором утверждается идея подчинения власти закону, — Тора (часть Святого Писания) Моисея, согласно традиционной точке зрения жившего в XIII в. до н. э.[12]:

Когда он (царь) сядет на престоле царства своего, должен списать для себя список закона сего с книги, находящейся у священников левитов, и пусть он будет у него, и пусть он читает его во все дни жизни своей, дабы научался бояться Господа, Бога своего, и старался исполнять все слова закона сего и постановления сии; чтобы не надмевалось сердце его пред братьями его, и чтобы не уклонялся он от закона ни направо, ни налево, дабы долгие дни пребыл на царстве своём он и сыновья его посреди Израиля[13].

В Средние века эта идея получает силу государственного закона и в нееврейском мире, когда высшим источником истины в нём также становится Святое Писание. Согласно этому источнику, «закон (бога) — истина»[14]. Этот закон был общей основой всех политических и правовых доктрин Средневековья[15]. Но ещё ранее, во время христианизации Римской империи, в 390 г. христианский император Феодосий I уже был вынужден подчиниться закону и принести публичное покаяние[16].

В 1215 г. английский король, признавая над собой главенство Христа[17], подписал Великую хартию вольностей, устанавливавшую принцип подчинения власти праву[18]. В том же веке придворный судья Генри Брэктон (англ. Henry de Bracton, ум. в 1268 г.) впервые систематизировал основные нормы английского права. Его работа De legibus et consuetudinibus Anglia («О законах и судебных установлениях Англии») сыграла важнейшую роль в становлении средневековой Англии[19]. Он утверждал, что «король должен быть не под человеком, а под богом и законом, потому что закон делает короля королём»[20].

И в дальнейшем законодательные акты средневековой Европы регулировали власть монархов, опираясь на главенство Христа и верховенство Святого Писания. Так в 1221—1225 гг. судья Эйке фон Репков составил Саксонское зерцало — старейший правовой сборник Германии, который послужил основой для Швабского зерцала[21] и для права города Магдебурга (см. Магдебургское городское право), откуда распространился в Голландии, Лифляндии и Польше[22][23].

В 1525 г. крестьянами Швабии был принят манифест Реформации Двенадцать статей[24].

В 1571 г. Парламентским Актом в Англии были утверждены 39 статей (см. ст. 37).

Билль о правах 1689 г. ещё более ограничил власть английских монархов[25] и декларировал права и свободы подданных[26].

Так, опираясь на имя Христа и высоту его закона, идея верховенства права получила силу государственного закона в средневековой Европе, а абсолютная монархия, унаследованная от Римского права, превратилась в монархию, ограниченную законами[27].

В дальнейшем нормативно-правовые акты демократических государств перестали признавать главенство Христа и верховенство Святого Писания. Однако эти государства не перестали строить свои законодательства на принципе верховенства права, но продолжили развитие этого принципа в своём законотворчестве, положив его основой современного мироустройства[28].

Измерение уровня верховенства права

Проект World Justice Project публикует ежегодный индекс по странам мира[29], который включает 8 показателей: ограничение власти государства, отсутствие коррупции, порядок и безопасность, фундаментальные права, открытость правительства, правоприменение, гражданское правосудие и уголовное правосудие. В 2012 году страны Скандинавии, Финляндия, Нидерланды и Новая Зеландия заняли верхние позиции в рейтинге почти по всем показателям (по сумме баллов Швеция набрала 7,12 из 8 возможных). Позиция России зависит от показателя[30][31] и варьируется между 65-м и 92-м местом в общем списке из 97 стран, между 15-м и последним местом среди 21 страны Восточной Европы и Центральной Азии, и между 21-м и 29-м местом из 30 стран в своей группе по доходам.

См. также

Примечания

  1. ↑ Естественно-правовые теории делают различие между верховенством закона и верховенством права, причём последнее понимается более широко и связано с содержательной трактовкой доктрины.

Источники

  1. 1 2 3
    … And it is more proper that law should govern than any one of the citizens: upon the same principle, if it is advantageous to place the supreme power in some particular persons, they should be appointed to be only guardians, and the servants of the laws. … И это более правильно, что править должен закон нежели кто-то из граждан: исходя из того же принципа, если выгоднее наделить верховной властью определённую группу лиц, то они должны быть назначены только для защиты и служения закону.
  2. Мучник А. Г. (укр.)русск. Философия достоинства, свободы и прав человека. К.: Парламентское изд-во, 2009. ISBN 978-966-611-679-9
  3. Stein R. Rule of Law: What Does it Mean? (англ.) / / Minn. J. Int’l L. 2009. Vol. 18. P. 293.
  4. Jurgens E. The principle of the Rule of Law Архивная копия от 9 марта 2013 на Wayback Machine (англ.) // Council of Europe Parliamentary Assembly. Doc. 11343. 2007-07-06; см. также Resolution 1594 Архивная копия от 21 марта 2013 на Wayback Machine (англ.)
  5. Аннан, Кофи. Создание общего понятийного аппарата в области правосудия для Организации Объединенных Наций. Господство права и правосудие переходного периода в конфликтных и постконфликтных обществах. Доклад Генерального секретаря. Организация Объединенных Наций (23 August 2004). Проверено 11 апреля 2016.
  6. ↑ 12 Co Rep 64, 77 ER 1342, [1607] EWHC KB J23 (англ.)
  7. Цицерон М. Т. Речь в защиту Авла Клуенция Габита. LIII, 146. 66 г.
  8. Xiangming, Zhang. On Two Ancient Chinese Administrative Ideas: Rule of Virtue and Rule by Law, The Culture Mandala: Bulletin of the Centre for East-West Cultural and Economic Studies (2002): «Although Han Fei recommended that the government should rule by law, which seems impartial, he advocated that the law be enacted by the lords solely. The lords place themselves above the law. The law is thereby a monarchical means to control the people, not the people’s means to restrain the lords. The lords are by no means on an equal footing with the people. Hence we cannot mention the rule by law proposed by Han Fei in the same breath as democracy and the rule of law advocated today.»
    Bevir, Mark. The Encyclopedia of Political Theory, page 162.
    Munro, Donald. The Concept of Man in Early China. Page 4.
    Guo, Xuezhi. The Ideal Chinese Political Leader: A Historical and Cultural Perspective. Page 152.
  9. Фома Аквинский. Сумма теологии. Часть II—I. Вопросы 90-114. К.: Ника-Центр, 2010. ISBN 978-966-521-518-9
  10. Heuschling L. État de droit, Rechtsstaat, Rule of Law. Paris: Dalloz, 2002. ISBN 978-2247044948
    Grote R. Rule of Law, Rechtsstaat and «Etat de droit» // Constitutionalism, Universalism and Democracy: A Comparative Analysis / Christian Starck (Ed.). Nomos Publishers, 1999. P. 269. ISBN 978-3789059179
  11. ↑ Доклад о верховенстве права Архивная копия от 20 апреля 2012 на Wayback Machine / 86-я пленарная сессия Венецианской комиссии. Венеция, 25-26 марта 2011.
  12. ↑ Электронная еврейская энциклопедия
  13. ↑ Второзаконие 17:18-20
  14. ↑ Псалом 118:142
  15. ↑ История политических и правовых учений МГУ им. М. В. Ломоносова / Учебник / Под ред. доктора юридических наук, профессора О. Э. Лейста. — М. : Издательство «Зерцало», 2000. — С.80,81.
  16. ↑ Казаков, Михаил Михайлович, Христианская церковь и Римская империя в IV веке.
  17. ↑ Текст хартии
  18. ↑ Крашенинникова Н. А. Великая хартия вольностей 1215 г. (современная интерпретация) // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11, Право. — 2002. — № 3. — С. 86—107
  19. ↑ Bracton, H., On the Laws and Customs of England, Vol. U, Harvard University Press, Cambridge, MA, p. 25, 1968.
  20. ↑ Генри Брэктон, «О законах и обычаях Англии» Архивная копия от 14 ноября 2016 на Wayback Machine
  21. ↑ Юридический словарь. — М.: Госюриздат. Главный редактор С. Н. Братусь и др.. 1953.
  22. ↑ Саксонское зерцало: Памятник, комментарии, исследования / Отв. ред. В. М. Корецкий; авт. ст. Л. И. Дембо, Г. А. Аксененок, В. А. Кикоть; Институт государства и права АН СССР. — М.: Наука, 1985. — 272 с.
  23. ↑ Саксонское зерцало, ст. 42, § 4.
  24. ↑ Текст статей Архивная копия от 4 марта 2016 на Wayback Machine
  25. ↑ ЭСБЕ/Билль прав
  26. ↑ Билль о правах 1689 г.
  27. ↑ Tamanaha, B.Z., On The Rule of Law: History, Politics, Theory, Cambridge University Press, Cambridge, UK, p. 23, 2004.
  28. ↑ ООН и верховенство права
  29. ↑ Rule of Law Index. The World Justice Project
  30. ↑ Russia. Rule of Law Index. The World Justice Project
  31. ↑ «Диктатура закона»: Россия оказалась в хвосте очередного рейтинга о верховенстве права

Литература

  • Вишневский Г. А. Верховенство права и проблемы его обеспечения в процессе судебного правоприменения // Право и политика. 2012. № 2 (146). С. 294—299.
  • Дайси А. В. Основы государственного права Англии. Введение в изучение английской конституции. 2-е изд. СПб.: Тип. тов-ва И. Д. Сытина, 1907.
  • Дворкин Р. О правах всерьез. — М.: РОССПЕН, 2005. — ISBN 5-8243-0569-2
  • Морозова Л. А. Теория государства и права. 4-е изд. М.: Эксмо, 2010. 31.2. Признаки правового государства
  • Нестерович В.Ф. Верховенство права та забезпечення прав людини на тимчасово окупованих територіях України / В.Ф. Нестерович. Наукові записки НаУКМА. 2017. Т. 200. Юридичні науки. С. 85-92.
  • Общая теория права и государства / Под ред. Лазарева В. В. 3-е изд. М.: Юристъ, 2001. 7.3. Воздействие права на государство. Принцип связанности государства правом (верховенство права)
  • Ролз Дж. Теория справедливости. М.: ЛКИ, 2010. ISBN 5-382-01051-X
  • Фуллер Л. Мораль права. — М.: Ирисэн, 2007. ISBN 978-5-91066-011-8 (ошибоч.)
  • Хайек Ф. Право, законодательство и свобода: Современное понимание либеральных принципов справедливости и политики. — М.: ИРИСЭН, 2006. ISBN 5-91066-010-1
  • Харт Г. Л. А. Понятие права. СПб.: Изд-во СПБГУ, 2007. ISBN 978-5-288-04211-9
  • Allan T. R. S. Rule of law (Rechtsstaat) (недоступная ссылка) (англ.) // Routledge Encyclopedia of Philosophy. London: Routledge, 1998. См. также Routledge Encyclopedia of Philosophy в «Книгах Google» (англ.)
  • Rule of law (англ.) // West’s Encyclopedia of American Law. Eagan, Minnesota: West, 1997.

Ссылки

wiki.sc

Верховенство права

Понятие верховенства права

Определение 1

Верховенство права (верховенство закона, англ. «ruleoflaw») – правовая доктрина, согласно которой никто не может становится превыше закона, все являются равными перед законом, никто не может наказываться иначе, как в учрежденном законом порядке и лишь за его нарушение.

Верховенство закона также подразумевает, что все подзаконные акты и акты правоприменительного типа подчинены основному закону и не входят в противоречие с ним.

В соответствии с естественно-правовой теорией для верховенства права является необходимым, чтобы все нормативно-правовые акты, в их числе, законодательство и конституция, и вся деятельность власти государства были подчинены цели защиты достоинства, прав и свобод каждого человека.

Определение 2

Государство, всецело реализовавшее принцип верховенства права, именуют правовым государством.

Концепт верховенства права известен ещё с давнейших времён, недаром философ древнегреческого происхождения Аристотель писал: «Управлять должен закон».

Основные положения принципа

Замечание 1

В философии права настоящего времени, верховенство права противопоставляется идее, что конкретные должностные лица или властные органы могут стоять выше закона или иметь чрезмерно широкие полномочия и таким образом творить произвол.

Доктрина верховенства права требует, чтобы его нормы публиковались, являлись стабильными и предсказуемыми в собственном применении.

Она так же требует доступности системы правосудия и её независимости от законодательной и исполнительной властных ветвей с тем, чтобы судьи вершили приговоры лишь на основании законодательства и непреложных фактов.

В современных вариациях доктрины также утверждено, что члены общества должны обладать возможностью участия в образовании и внесении изменений в законы, регулирующие их поведение.

Традиционно выделяют следующие основные концепты верховенства закона:

  1. Формальный;
  2. Содержательный.

Формальное понимание верховенства закона не производит суждений о справедливости норм, а выделяет процедурные атрибуты, которыми должна обладать система права. Этот подход призван изолировать предсказуемость и эффективность работы системы от вопросов этики об её ответственности за результаты.

Содержательные трактовки верховенства права выдвигают требования к содержанию законов и главными объявляют фундаментальные человеческие права, которые, по утверждению этих концептов, проистекают из верховных неписаных принципов морали, законности и справедливости.

Такие интерпретации верховенства права значительным образом усилили свое влияние после Нюрнбергского процесса, признавшего руководителей нацистской Германии преступниками без соблюдения некоторых формальностей, а также после правозащитной деятельности Махатмы Ганди и Мартина Лютера Кинга.

Замечание 2

Чтобы не смешивать формальную трактовку означенного принципа с содержательной, Парламентская ассамблея Совета Европы советует для первой применять терминологию «верховенство закона», а для последней использовать понятие «верховенство права».

Согласно определению, озвученному в 2004 году в докладе Генерального секретаря ООН «Господство права и правосудие переходного периода в конфликтных и постконфликтных обществах», господство права представляется понятием, которое составляет саму сущность миссии ООН.

Речь в данном случае идет о таком принципе управления, согласно которому все лица, структуры, учреждения государственные и частные, в том числе и само государство, осуществляют жизнедеятельность под воздействием законов, публично принятых, которые в равной степени выполняются и независимым образом реализуются судебными органами, и которые являются совместимыми с международными нормативами и стандартами в сфере человеческих прав».

Ученый-юрист украинского происхождения А.Н.Костенко, отталкиваясь оттеории социального натурализма, выдвинул предложение интерпретировать принцип верховенства права как «принцип верховенства законов естественного права».

История верховенства права

Данный термин применяется с начала 17 века (петиция Якову Первому со стороны Палаты общин в 1610 г. Несколько ранее данная идея была озвучена в решении Суда общих тяжб под председательством Эдварда Кока, хоть сам король оценивал подобный взгляд на собственную власть в форме «измены»).

Важно заметить, что концепт значительно старше и далеко не всегда связан с представлениями о демократии в современном ее понимании. К примеру, Аристотель настаивал, что «управлять должен закон». Похожих взглядов придерживался Цицерон, говоривший: «Все мы являемся рабами законов».

Закон абсолютизировали древнекитайские «легисты», которые представлялись приверженцами школы «фацзя», в период нахождения у власти учреждающие в государстве, как правило, слишком суровые наказания за множественные проступки. Но, с точки зрения легистов, закон должен являться не средством народа по обузданию властителей, а больше средством для властителей по управлению народом. Противоположно, в 13 веке Фома Аквинский утверждал, что конкретно верховенство закона представляет собой учрежденный Богом «естественный порядок».

Идеология, утверждающая, что свобода действий обладающих властью лиц должна находить правовые ограничения, является характерной прежде всего для англосаксонской традиции права. В 18 веке ее представляли:

  • Дж. Локк;
  • С. Джонсон;
  • Т. Пейн;
  • Дж. Адамс.

Во множестве, невзирая на некие разногласия в акцентировании, верховенство права приближается к развивавшемуся в романо-германской философии правового типа термину «правовое государство» (нем. Rechtsstaat, фр. Étatdedroit). Применение какой-либо терминологии связывается основным образом с различиями в обычаях правового характера и их исторических аспектов.

Наиболее древний источник, в котором учреждается идеология подчиненности власти закону, — из Торы (часть Святого Писания) Моисея.

spravochnick.ru

Статья 8. Верховенство права

1. Суд при решении дела руководствуется принципом верховенства права, согласно которому в частности человек, его права и свободы признаются наивысшими ценностями и определяют содержание и направленность деятельности государства.

2. Суд применяет принцип верховенства права с учетом судебной практики Европейского Суда по правам человека.

3. Обращение в административный суд для защиты прав и свобод человека и гражданина непосредственно на основании Конституции Украины гарантируется.

4. Запрещается отказ в рассмотрении и разрешении административного дела по мотивам неполноты, неясности, противоречивости или отсутствия законодательства, регулирующего спорные отношения.

Комментарий :

Предмет регулирования и цели статьи

1. Статья определяет отдельные требования верховенства права как принципа административного судопроизводства. Это первая попытка на законодательном уровне определить основное содержание принципа верховенства права.

Правовая основа статьи

2. Верховенство права закреплены в части первой статьи 8 Конституции Украины как общеправовой принцип: «В Украине признается и действует принцип верховенства права». По содержанию это один из самая многогранная правовых принципов. Один из элементов принципа верховенства права воплощены в статье 3 Конституции Украины:

«Человек, его жизнь и здоровье, честь и достоинство, неприкосновенность и безопасность признаются в Украине наивысшей социальной ценностью.

Права и свободы человека и их гарантии определяют содержание и направленность деятельности государства. Государство отвечает перед человеком за свою деятельность. Утверждение и обеспечение прав и свобод человека является главной обязанностью государства «.

Связанность государства правами человека

3. В части первой комментируемой статье предпринята попытка дать определение содержания принципа верховенства права через призму положений статьи 3 Конституции Украины: согласно принципу верховенства права человек, его права признаются наивысшими ценностями и определяют содержание и направленность деятельности государства. Понятно, что такое определение не отражает всего многообразия и проявлений верховенства права, а дает лишь самый ориентир направленности административного судопроизводства.

Поэтому в административном судопроизводстве принцип верховенства права обязывает суд, в частности, предоставлять закона толкование способом, который обеспечивает приоритет прав человека при решении дела. Толкование в коем случае не может вызвать несправедливых ограничений таких прав.

4. Противоположностью верховенства права является произвол. Государство не может действовать произвольно, она ограничена правом. И не только созданным ею законодательством, но и правом, которое существует априори, независимо от его усмотрению — естественным правом, или естественными правами каждого человека.

Верховенство права в решениях Конституционного Суда Украины

5. Конституционный Суд в своих решениях нередко ссылается на принцип верховенства права. Впервые характеристику требований принципа верховенства права представлен в Решении Конституционного Суда по делу о назначении судом более мягкого покарання42. Согласно пониманию Конституционного Суда «верховенство права требует от государства его воплощения в правотворческую и правоприменительную деятельность, в частности в законы, которые по своему содержанию должны быть проникнуты прежде всего идеями социальной справедливости, свободы, равенства и т. д.. Одним из проявлений верховенства права является то, что право не ограничивается лишь законодательством как одной из его форм, а включает и другие социальные регуляторы, в частности нормы морали, традиции, обычаи и т. д., которые легитимировано обществом и обусловлены исторически достигнутым культурным уровнем общества. Все эти элементы права объединяются качеством, соответствующим идеологии справедливости , идеи права, которая в значительной степени получила отражение в Конституции Украины.

Такое понимание права не дает оснований для его отождествления с законом, который иногда может быть и несправедливым, в том числе ограничивать свободу и равенство лица. Справедливость — одна из основных принципов права, является решающей в определении его как регулятора общественных отношений, одним из общечеловеческих измерений права. Обычно справедливость рассматривают как свойство права, выраженное, в частности, в равном юридическом масштабе поведения и в пропорциональности юридической ответственности содеянному правонарушению.

В сфере реализации права справедливости проявляется, в равенстве всех перед законом, соответствия преступления и наказания, целях законодателя и средствах, которые избираются для их достижения «.

Поэтому Конституционный Суд, характеризуя принцип верховенства права, рассматривает право не как закон или систему нормативных актов, а как воплощение справедливости. Неслучайно право и справедливость имеют один корень.

6. В другом решении — по делу о рассмотрении судом отдельных постановлений следователя и прокурора — Конституционный Суд Украины, руководствуясь принципом верховенства права, пришел к выводу: «Правосудие по своей сути признается таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах» 43.

7. Исходя из мотивации решений Конституционного Суда Украины, можно утверждать, что верховенство права как принцип административного судопроизводства определяет направленность судопроизводства на достижение справедливости и предоставления эффективной защиты. Справедливым и эффективным должен быть как судебный процесс, так и результат судопроизводства.

Верховенство права в решениях Европейского Суда по правам человека

8. Часть вторая комментируемой статьи обязывает суд применять принцип верховенства права с учетом судебной практики Европейского Суда по правам человека, действующего на основе Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод. В преамбуле Конвенции верховенство права признан принцип, объединяющий страны — участницы Совета Европы. В своих решениях Суд неоднократно обращается к указанному в преамбуле Конвенции принципа и, считая его одним из основополагающих принципов функционирования стран-участниц, дает ему толкование при решении дел.

Конвенция о защите прав человека и основных свобод является частью национального законодательства Украины. Законом Украины «О ратификации Конвенции о защите прав и основных свобод 1950 года, Первого протокола и протоколов N 2, 4, 7 и 11 к Конвенции» 44 (пункт 1) Украина признала обязательной юрисдикцию Европейского суда по правам человека во всех вопросах , касающиеся толкования и применения Конвенции.

9. Европейский Суд по правам человека раскрывает содержание принципа верховенства права через формулирование требований, которые он выводит из этого принципа. Одним из таких требований является требование о качестве закона. Под законом здесь имеется в виду положения нормативно-правового акта. Во-первых, закон должен быть доступен лицу, т. е. содержать понятные и четкие формулировки, которые бы давали возможность лицу самостоятельно или с соответствующей консультацией регулировать свое поведение. Во-вторых, он должен быть предсказуемым, то есть таким, чтобы лицо могло предвидеть последствия его применения. В-третьих, закон должен соответствовать всем другим требованиям верховенства права, в частности он с достаточной четкостью должен устанавливать пределы дискреционных полномочий, предоставленных субъектам властных полномочий, и способ их осуществления. Это необходимо, чтобы лицо было защищенным от своеволия субъектов властных полномочий (п. 27 решения Европейского Суда по правам человека по делу «Круслен против Франции» от 24 апреля 1990 року45).

Отсюда еще одно требование принципа верховенства права — защита от произвола — значит, что вмешательство субъектов властных полномочий в права человека должно подлежать эффективному контролю. Как минимум это должно быть судебный контроль, который наилучшим образом обеспечивает гарантии независимости, беспристрастности и надлежащей правовой процедуры. Государство также должно обеспечивать наличие достаточных и эффективных гарантий против злоупотреблений (п. 55 решения по делу «Класс и другие против Германии» от 6 сентября 1978 року46).

В связи с судебным контролем важным является требование о доступе к суду. Среди прочего, она означает, что из юрисдикции судов нельзя изымать любые иски, так же нельзя предоставлять определенным категориям лиц иммунитеты от судебных исков. С требованием о доступе к суду несовместимыми являются чрезмерные задержки с осуществлением правосудия и исполнения судебных решений (п. 65 решения по делу «Файед против Соединенного Королевства» от 21 сентября 1994 року47).

Составной принципа верховенства права является также требование юридической определенности. Согласно ей, в частности, окончательное решение суда в решенной им деле не может подвергаться сомнению, даже в случае изменения законодательства. Должны быть исключены любые попытки со стороны несудебных органов власти подвергать сомнению судебное решение, препятствовать его выполнению, лишать их юридической силы или безосновательно задерживать его выполнения. Это требование обязывает государство и любой орган выполнять судебные предписания или решения, в том числе и принятые против государства или органа. Следовательно, требование о юридической определенности одновременно включает и требование об обязательности судебных решений (п. 51, 52 решения по делу «Рябых против России» от 24 июля 2003 року48).

Проявлением принципа верховенства права является требование о невмешательстве законодательной власти в осуществление правосудия. Вмешательство со стороны законодательного органа в процесс осуществления правосудия с целью повлиять на решения судом спора является недопустимым, кроме случаев, когда для этого существуют неопровержимые основания, вытекающие из общего интереса (п. 30 решения по делу «Агудимос и судоходная компания» Сефаллониан скай » против Греции «от 28 июня 2001 року49).

Названные требования не исчерпывают содержание принципа верховенства права. Европейский суд по правам человека при решении конкретных дел постоянно обогащает его новым содержанием.

Недопустимость отказа в рассмотрении административного дела

10. Части третья и четвертая комментируемой статьи закрепляют гарантии права на доступ к суду, который является элементом принципа верховенства права.

11. Каждому гарантируется право обратиться в административный суд для защиты своих прав и свобод непосредственно на основании Конституции Украины, если спор относится к административной юрисдикции. Это право вытекает из положений части третьей статьи 8 Конституции Украины о том, что: «Нормы Конституции Украины являются нормами прямого действия. Обращение в суд для защиты конституционных прав и свобод человека и гражданина непосредственно на основании Конституции Украины гарантируется».

12. Право на обращение за защитой в административный суд гарантируется и в случае неполноты, неясности, противоречивости или отсутствия законодательства, регулирующего спорные отношения. Обязанность преодолеть неполноту, неясности, противоречивости или отсутствия законодательства возлагается на суд.

Неполнота или отсутствие законодательства преодолевается применением аналогии закона или аналогии права (см. часть седьмую статьи 9 КАСУ). Неясность (нечеткость, неясность, неоднозначность) и противоречивость законодательства суд отстраняет толкованием положения нормативно-правового акта способом, утверждает верховенство права. Такое толкование должно быть наиболее разумным при данных обстоятельствах и учитывать цели акта. В случае противоречивости правовых актов одинаковой юридической силы или их отдельных положений в регулировании тех же отношений суд применяет положения акта, который является специальным, в отличие от общего положения акта, регулирующего то же, но шире круг отношений. Если невозможно определить, какое положение является специальным, а какое общим, тогда суд применяет положения, которое вступило в силу позже.

13. Как яркий пример устранения неполноты законодательства можно привести решение Верховного Суда Украины от 3 декабря 2004 года о признании действий Центральной избирательной комиссии по установлению результатов повторного голосования по выборам Президента Украины и составлению протокола о результатах повторного голосования по выборам Президента Украины от 24 ноября 2004 года неправомерным. Этим решением Верховный Суд отменил результаты повторного голосования по выборам Президента, установленные Центральной избирательной комиссией, хотя действующий в то время Закон Украины «О выборах Президента Украины» предусматривал возможность признания недействительным голосования только на избирательном участке. Вместе Верховный Суд восстановил права субъектов избирательного процесса путем проведения повторного голосования, хотя закон о выборах прямо не устанавливал такого способа защиты избирательных прав.

Значение принципа верховенства права

14. Принцип верховенства права открывает путь к творческому, а не бездумного применения закона. Судебные решения, учитывая верховенство права по своему содержанию должны утверждать справедливость и права человека, укреплять доверие в административные суды. Однако в любом случае этот принцип не может стать оправданием для злоупотреблений со стороны суда, судейского произвола.

Рекомендуемая литература

Головатый С. П. Верховенство права: Монография: В 3-х кн. — М.: Издательство «Феникс», 2006. — LXIV; 1747 с. (Библиография, дополнение: глоссарий; рез. Англ.).

Козюбра М. И. Принцип верховенства права и отечественная теория и практика / / Украинское право: Материалы международной конференции «Верховенство права: вопросы теории и практики» — 2006. — N 1. — С. 15 — 23.

Пухтецька А. А. Эволюция доктринального толкования принципа верховенства права: от зарубежной доктрины отечественному правопонимания / / Юридический журнал. — 2007. — N 4.

Таманага Б. Верховенство права: история, политика, теория / Перев. с англ. А. Ищенко. — М.: Изд. дом «Киево-Могилянская академия», 2007. — 208 с.

juristoff.com

Верховенство права — Википедия (с комментариями)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Верхове́нство пра́ва (верхове́нство зако́на[прим. 1], англ. rule of law) — правовая доктрина, согласно которой никто не может быть выше закона, все равны перед законом, и никто не может быть наказан государством иначе как за нарушение закона и в установленном законом порядке. Верховенство закона означает, что все подзаконные акты и акты правоприменения подчиняются закону. В естественно-правовых теориях, верховенство права также включает в себя требование, чтобы все нормативные правовые акты (в том числе, конституция и законодательство) и вся деятельность государственной власти были подчинены защите достоинства, свободы и прав человека[1]. Государство, в котором реализовано верховенство права, называют правовым.

Основные положения

В современной философии права, верховенство права противостоит идее, что отдельные должностные лица или органы власти могут быть выше закона либо обладать чрезмерно широкими полномочиями и таким образом осуществлять произвол. Доктрина верховенства права требует, чтобы нормы были опубликованными, стабильными и предсказуемыми в своём применении. Она требует доступности системы правосудия и её независимости от исполнительной и законодательной ветвей власти с тем, чтобы судьи выносили решения только на основании фактов и законов[2]. В современных вариантах доктрины также утверждается, что члены общества должны иметь возможность участвовать в создании и изменении законов, которые регулируют их поведение.

Можно выделить две основные концепции верховенства закона: формальную и содержательную («тонкую» и «толстую» в английской традиции; связанные с теориями правового позитивизма и естественного права, соответственно). Формальная трактовка верховенства закона не делает суждения о справедливости самих норм, а определяет процедурные атрибуты, которые должна иметь правовая система. Данный подход стремится изолировать эффективность и предсказуемость работы системы от этических вопросов об её ответственности за результат. Содержательные трактовки верховенства права выдвигают требования к содержанию законов и явным образом включают фундаментальные права человека, которые, как утверждают эти концепции, вытекают из высших неписаных принципов законности, морали и справедливости. Такие интерпретации значительно усилили своё влияние после Нюрнбергского процесса, который признал руководство нацистской Германии преступниками вопреки их формальному соблюдению законов, а также после правозащитной деятельности Махатмы Ганди и Мартина Лютера Кинга. Чтобы не путать формальную трактовку с содержательной, Парламентская ассамблея Совета Европы рекомендует для первой использовать термин «верховенство закона», а для последней «верховенство права»[3].

Согласно определению, данному в 2004 году в докладе Генерального секретаря ООН «Господство права и правосудие переходного периода в конфликтных и постконфликтных обществах», «Господство права — это понятие, составляющее саму суть миссии ООН. Речь идет о таком принципе управления, в соответствии с которым все лица, учреждения и структуры, государственные и частные, в том числе само государство, функционируют под действием законов, которые были публично приняты, в равной степени исполняются и независимо реализуются судебными органами и которые совместимы с международными нормами и стандартами в области прав человека[4]».

История

Термин используется с начала XVII века (петиция Якову I со стороны Палаты общин в 1610 году; несколько раньше эта идея прозвучала в решении Суда общих тяжб[5] под председательством Эдварда Кока, хотя сам король считал подобный взгляд на свою власть «изменой»). Следует отметить, что сама концепция значительно старше и далеко не всегда связана с представлениями о демократии в современном смысле. Например, Аристотель настаивал, что «закон должен править»[6]. Схожих взглядов придерживался Цицерон, который говорил: «Все мы — рабы законов»[7]. Закон абсолютизировали древнекитайские «легисты» — приверженцы школы фацзя, в период нахождения у власти устанавливавшие в государстве, как правило, очень суровые наказания за многочисленные проступки. Однако, с точки зрения легистов, закон должен был быть не средством народа обуздывать властителей, а скорее средством для властителей управлять народом[8]. Напротив, в XIII веке Фома Аквинский утверждал, что именно верховенство закона представляет собой установленный Богом «естественный порядок»[9].

Идея, что свобода действий обладающих властью лиц должна иметь правовые ограничения, характерна прежде всего для англосаксонской правовой традиции (в XVIII в. — Джон Локк, Сэмюэл Джонсон, Томас Пейн, Джон Адамс). Во многом, несмотря на некоторые различия в акцентах, верховенство права близко к развивавшемуся в романо-германской правовой философии понятию «правовое государство» (нем. Rechtsstaat, фр. État de droit). Использование той или иной терминологии связано главным образом с различиями в правовых обычаях и их истории[10][11].

Самый древний источник, в котором утверждается идея подчинения власти закону, — Тора (часть Святого Писания) Моисея, согласно традиционной точке зрения жившего в XIII в. до н. э.[12]:

Когда он (царь) сядет на престоле царства своего, должен списать для себя список закона сего с книги, находящейся у священников левитов, и пусть он будет у него, и пусть он читает его во все дни жизни своей, дабы научался бояться Господа, Бога своего, и старался исполнять все слова закона сего и постановления сии; чтобы не надмевалось сердце его пред братьями его, и чтобы не уклонялся он от закона ни направо, ни налево, дабы долгие дни пребыл на царстве своём он и сыновья его посреди Израиля[13].

В Средние века эта идея получает силу государственного закона и в нееврейском мире, когда высшим источником истины в нём также становится Святое Писание. Согласно этому источнику, «закон (бога) — истина»[14]. Этот закон был общей основой всех политических и правовых доктрин Средневековья[15]. Но ещё ранее, во время христианизации Римской империи, в 390 г. христианский император Феодосий I уже был вынужден подчиниться закону и принести публичное покаяние[16].

В 1215 г. английский король, признавая над собой главенство Христа[17], подписал Великую хартию вольностей, устанавливавшую принцип подчинения власти праву[18]. В том же веке придворный судья Генри Брэктон (англ. Henry de Bracton, ум. в 1268 г.) впервые систематизировал основные нормы английского права. Его работа De legibus et consuetudinibus Anglia («О законах и судебных установлениях Англии») сыграла важнейшую роль в становлении средневековой Англии[19]. Он утверждал, что «король должен быть не под человеком, а под богом и законом, потому что закон делает короля королём»[20].

И в дальнейшем законодательные акты средневековой Европы регулировали власть монархов, опираясь на главенство Христа и верховенство Святого Писания. Так в 1221—1225 гг. судья Эйке фон Репков составил Саксонское зерцало — старейший правовой сборник Германии, который послужил основой для Швабского зерцала[21] и для права города Магдебурга (см. Магдебургское городское право), откуда распространился в Голландии, Лифляндии и Польше[22][23].

В 1525 г. крестьянами Швабии был принят манифест Реформации Двенадцать статей[24].

В 1571 г. Парламентским Актом в Англии были утверждены 39 статей (см. ст. 37).

Билль о правах 1689 г. ещё более ограничил власть английских монархов[25] и декларировал права и свободы подданных[26].

Так, опираясь на имя Христа и высоту его закона, идея верховенства права получила силу государственного закона в средневековой Европе, а абсолютная монархия, унаследованная от Римского права, превратилась в монархию, ограниченную законами[27].

В дальнейшем нормативно-правовые акты демократических государств перестали признавать главенство Христа и верховенство Святого Писания. Однако эти государства не перестали строить свои законодательства на принципе верховенства права, но продолжили развитие этого принципа в своём законотворчестве, положив его основой современного мироустройства[28].

Измерение уровня верховенства права

Проект World Justice Project публикует ежегодный индекс по странам мира[29], который включает 8 показателей: ограничение власти государства, отсутствие коррупции, порядок и безопасность, фундаментальные права, открытость правительства, правоприменение, гражданское правосудие и уголовное правосудие. В 2012 году страны Скандинавии, Финляндия, Нидерланды и Новая Зеландия заняли верхние позиции в рейтинге почти по всем показателям (по сумме баллов Швеция набрала 7,12 из 8 возможных). Позиция России зависит от показателя[30][31] и варьируется между 65-м и 92-м местом в общем списке из 97 стран, между 15-м и последним местом среди 21 страны Восточной Европы и Центральной Азии, и между 21-м и 29-м местом из 30 стран в своей группе по доходам.

См. также

Напишите отзыв о статье «Верховенство права»

Примечания

  1. Естественно-правовые теории делают различие между верховенством закона и верховенством права, причём последнее понимается более широко и связано с содержательной трактовкой доктрины.

Напишите отзыв о статье «Верховенство права»

Примечания

  1. Мучник А. Г. (укр.)русск. Философия достоинства, свободы и прав человека. К.: Парламентское изд-во, 2009. ISBN 978-966-611-679-9
  2. Stein R. [www.law.umn.edu/uploads/kt/j1/ktj1SiAeuvdPv-_oeK2UdA/Stein-Introduction-Final-Online-PDF-03.30.09.pdf Rule of Law: What Does it Mean?] (англ.) / / Minn. J. Int’l L. 2009. Vol. 18. P. 293.
  3. Jurgens E. [assembly.coe.int/ASP/Doc/XrefViewHTML.asp?FileID=11593&Language=EN The principle of the Rule of Law] (англ.) // Council of Europe Parliamentary Assembly. Doc. 11343. 2007-07-06; см. также [assembly.coe.int/main.asp?Link=/documents/adoptedtext/ta07/eres1594.htm Resolution 1594] (англ.)
  4. Аннан, Кофи. [documents-dds-ny.un.org/doc/UNDOC/GEN/N04/395/31/PDF/N0439531.pdf?OpenElement Создание общего понятийного аппарата в области правосудия для Организации Объединенных Наций]. Господство права и правосудие переходного периода в конфликтных и постконфликтных обществах. Доклад Генерального секретаря. Организация Объединенных Наций (23 August 2004). Проверено 11 апреля 2016.
  5. [www.bailii.org/ew/cases/EWHC/KB/1607/J23.html 12 Co Rep 64, 77 ER 1342, [1607] EWHC KB J23] (англ.)
  6. Аристотель. Политика. Кн. 3, 16
  7. Цицерон М. Т. [ancientrome.ru/antlitr/cicero/oratio/cluent.htm#53 Речь в защиту Авла Клуенция Габита. LIII, 146.] 66 г.
  8. Xiangming, Zhang. [www.international-relations.com/wbcm5-1/wbrule.htm On Two Ancient Chinese Administrative Ideas: Rule of Virtue and Rule by Law], The Culture Mandala: Bulletin of the Centre for East-West Cultural and Economic Studies (2002): «Although Han Fei recommended that the government should rule by law, which seems impartial, he advocated that the law be enacted by the lords solely. The lords place themselves above the law. The law is thereby a monarchical means to control the people, not the people’s means to restrain the lords. The lords are by no means on an equal footing with the people. Hence we cannot mention the rule by law proposed by Han Fei in the same breath as democracy and the rule of law advocated today.»
    Bevir, Mark. [books.google.com/books?id=wVIoCtB3m74C&pg=PA162 The Encyclopedia of Political Theory], page 162.
    Munro, Donald. [books.google.com/books?id=nBerAAAAIAAJ&pg=PA4 The Concept of Man in Early China]. Page 4.
    Guo, Xuezhi. [books.google.com/books?id=6vG-MROnr7IC&pg=PA152 The Ideal Chinese Political Leader: A Historical and Cultural Perspective]. Page 152.
  9. Фома Аквинский. Сумма теологии. Часть II—I. Вопросы 90-114. К.: Ника-Центр, 2010. ISBN 978-966-521-518-9
  10. Heuschling L. État de droit, Rechtsstaat, Rule of Law. Paris: Dalloz, 2002. ISBN 978-2247044948
    Grote R. Rule of Law, Rechtsstaat and «Etat de droit» // Constitutionalism, Universalism and Democracy: A Comparative Analysis / Christian Starck (Ed.). Nomos Publishers, 1999. P. 269. ISBN 978-3789059179
  11. [www.venice.coe.int/docs/2011/CDL-AD%282011%29003rev-rus.asp Доклад о верховенстве права] / 86-я пленарная сессия Венецианской комиссии. Венеция, 25-26 марта 2011.
  12. [www.eleven.co.il/article/12813 Электронная еврейская энциклопедия]
  13. [azbyka.ru/biblia/?Deut.17:18-20&ri&rus&num Второзаконие 17:18-20]
  14. [azbyka.ru/biblia/?Ps.118:142&ri&rus&num#sel=103:6,103:7 Псалом 118:142]
  15. [www.read.virmk.ru/HISTORY/LEIST/005.htm#_ftnref2 История политических и правовых учений] МГУ им. М. В. Ломоносова / Учебник / Под ред. доктора юридических наук, профессора О. Э. Лейста. — М. : Издательство «Зерцало», 2000. — С.80,81.
  16. Казаков, Михаил Михайлович, [ancientrome.ru/publik/article.htm?a=1405376377#sel=89:1,91:97 Христианская церковь и Римская империя в IV веке.]
  17. [ru.wikisource.org/wiki/%D0%92%D0%B5%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D1%85%D0%B0%D1%80%D1%82%D0%B8%D1%8F_%D0%B2%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D0%BD%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B5%D0%B9 Текст хартии]
  18. Крашенинникова Н. А. Великая хартия вольностей 1215 г. (современная интерпретация) // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 11, Право. — 2002. — № 3. — С. 86—107
  19. Bracton, H., On the Laws and Customs of England, Vol. U, Harvard University Press, Cambridge, MA, p. 25, 1968.
  20. [www.osh.ru/pedia/history/justice/Europa/Brekton.shtml Генри Брэктон, «О законах и обычаях Англии»]
  21. Юридический словарь. — М.: Госюриздат. Главный редактор С. Н. Братусь и др.. 1953.
  22. Саксонское зерцало: Памятник, комментарии, исследования / Отв. ред. В. М. Корецкий; авт. ст. Л. И. Дембо, Г. А. Аксененок, В. А. Кикоть; Институт государства и права АН СССР. — М.: Наука, 1985. — 272 с.
  23. [www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Germany/XIII/Sachsenspiegel/frametext3.htm Саксонское зерцало, ст. 42, § 4.]
  24. [history.kemsu.ru/oldversion/ISV/Vasutin/POZD/source/361.htm Текст статей]
  25. [ru.wikisource.org/wiki/%D0%AD%D0%A1%D0%91%D0%95/%D0%91%D0%B8%D0%BB%D0%BB%D1%8C_%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2 ЭСБЕ/Билль прав]
  26. [ru.wikisource.org/wiki/%D0%91%D0%B8%D0%BB%D0%BB%D1%8C_%D0%BE_%D0%BF%D1%80%D0%B0%D0%B2%D0%B0%D1%85_(1689) Билль о правах 1689 г.]
  27. Tamanaha, B.Z., On The Rule of Law: History, Politics, Theory, Cambridge University Press, Cambridge, UK, p. 23, 2004.
  28. [www.un.org/ru/ruleoflaw/ ООН и верховенство права]
  29. [www.worldjusticeproject.org/rule-of-law-index/ Rule of Law Index. The World Justice Project]
  30. [worldjusticeproject.org/country/russia Russia. Rule of Law Index. The World Justice Project]
  31. [newsru.com/russia/28nov2012/reiting.html «Диктатура закона»: Россия оказалась в хвосте очередного рейтинга о верховенстве права]

Литература

  • Вишневский Г. А. Верховенство права и проблемы его обеспечения в процессе судебного правоприменения // Право и политика. 2012. № 2 (146). С. 294—299.
  • Дайси А. В. Основы государственного права Англии. Введение в изучение английской конституции. 2-е изд. СПб.: Тип. тов-ва И. Д. Сытина, 1907.
  • Дворкин Р. О правах всерьез. — М.: РОССПЕН, 2005. — ISBN 5-8243-0569-2
  • Морозова Л. А. Теория государства и права. 4-е изд. М.: Эксмо, 2010. [oprave.ru/?p=451 31.2. Признаки правового государства]
  • Общая теория права и государства / Под ред. Лазарева В. В. 3-е изд. М.: Юристъ, 2001. [oprave.ru/?p=25037 7.3. Воздействие права на государство. Принцип связанности государства правом (верховенство права)]
  • Ролз Дж. Теория справедливости. М.: ЛКИ, 2010. ISBN 5-382-01051-X
  • Фуллер Л. Мораль права. — М.: Ирисэн, 2007. ISBN 978-5-91066-011-8 (ошибоч.)
  • Хайек Ф. Право, законодательство и свобода: Современное понимание либеральных принципов справедливости и политики. — М.: ИРИСЭН, 2006. ISBN 5-91066-010-1
  • Харт Г. Л. А. [www.nsu.ru/classics/law/interest.htm Понятие права.] СПб.: Изд-во СПБГУ, 2007. ISBN 978-5-288-04211-9
  • Allan T. R. S. [www.rep.routledge.com/article/T022SECT1P2.26 Rule of law (Rechtsstaat)] (англ.) // Routledge Encyclopedia of Philosophy. London: Routledge, 1998. См. также [books.google.com/books?id=NfRXYYhpLekC&pg=PA388 Routledge Encyclopedia of Philosophy] в Google Книгах (англ.)
  • [www.answers.com/topic/rule-of-law Rule of law] (англ.) // West’s Encyclopedia of American Law. Eagan, Minnesota: West, 1997.

Ссылки

  • Протасов В. Н. Теория права и государства. Проблемы теории права и государства: вопросы и ответы. М.: Новый Юрист, 1999. [www.pravo.vuzlib.org/book_z917_page_54.html Гл. 52. Верховенство права и закона.]
  • [lecs-center.hse.ru/images/lecs/rule_of_lawdigest_2009_ru.pdf Верховенство права и проблемы его обеспечения в правоприменительной практике] / под ред. Новиковой Е. В. — М.: Статут, 2009. — 608 с. — ISBN 978-5-8354-0616-6
  • [www.un.org/ru/ruleoflaw/ Организация Объединённых Наций и верховенство права]
  • [worldjusticeproject.org/rule-of-law-index WJP Rule of Law Index | The World Justice Project] (англ.)

Отрывок, характеризующий Верховенство права

– Он, верно, оставит что нибудь Борису, – сказала графиня.
– Бог знает, chere amie! [милый друг!] Эти богачи и вельможи такие эгоисты. Но я всё таки поеду сейчас к нему с Борисом и прямо скажу, в чем дело. Пускай обо мне думают, что хотят, мне, право, всё равно, когда судьба сына зависит от этого. – Княгиня поднялась. – Теперь два часа, а в четыре часа вы обедаете. Я успею съездить.
И с приемами петербургской деловой барыни, умеющей пользоваться временем, Анна Михайловна послала за сыном и вместе с ним вышла в переднюю.
– Прощай, душа моя, – сказала она графине, которая провожала ее до двери, – пожелай мне успеха, – прибавила она шопотом от сына.
– Вы к графу Кириллу Владимировичу, ma chere? – сказал граф из столовой, выходя тоже в переднюю. – Коли ему лучше, зовите Пьера ко мне обедать. Ведь он у меня бывал, с детьми танцовал. Зовите непременно, ma chere. Ну, посмотрим, как то отличится нынче Тарас. Говорит, что у графа Орлова такого обеда не бывало, какой у нас будет.

– Mon cher Boris, [Дорогой Борис,] – сказала княгиня Анна Михайловна сыну, когда карета графини Ростовой, в которой они сидели, проехала по устланной соломой улице и въехала на широкий двор графа Кирилла Владимировича Безухого. – Mon cher Boris, – сказала мать, выпрастывая руку из под старого салопа и робким и ласковым движением кладя ее на руку сына, – будь ласков, будь внимателен. Граф Кирилл Владимирович всё таки тебе крестный отец, и от него зависит твоя будущая судьба. Помни это, mon cher, будь мил, как ты умеешь быть…

– Ежели бы я знал, что из этого выйдет что нибудь, кроме унижения… – отвечал сын холодно. – Но я обещал вам и делаю это для вас.

Несмотря на то, что чья то карета стояла у подъезда, швейцар, оглядев мать с сыном (которые, не приказывая докладывать о себе, прямо вошли в стеклянные сени между двумя рядами статуй в нишах), значительно посмотрев на старенький салоп, спросил, кого им угодно, княжен или графа, и, узнав, что графа, сказал, что их сиятельству нынче хуже и их сиятельство никого не принимают.

– Мы можем уехать, – сказал сын по французски.

– Mon ami! [Друг мой!] – сказала мать умоляющим голосом, опять дотрогиваясь до руки сына, как будто это прикосновение могло успокоивать или возбуждать его.

Борис замолчал и, не снимая шинели, вопросительно смотрел на мать.

– Голубчик, – нежным голоском сказала Анна Михайловна, обращаясь к швейцару, – я знаю, что граф Кирилл Владимирович очень болен… я затем и приехала… я родственница… Я не буду беспокоить, голубчик… А мне бы только надо увидать князя Василия Сергеевича: ведь он здесь стоит. Доложи, пожалуйста.

Швейцар угрюмо дернул снурок наверх и отвернулся.

– Княгиня Друбецкая к князю Василию Сергеевичу, – крикнул он сбежавшему сверху и из под выступа лестницы выглядывавшему официанту в чулках, башмаках и фраке.

Мать расправила складки своего крашеного шелкового платья, посмотрелась в цельное венецианское зеркало в стене и бодро в своих стоптанных башмаках пошла вверх по ковру лестницы.

– Mon cher, voue m’avez promis, [Мой друг, ты мне обещал,] – обратилась она опять к Сыну, прикосновением руки возбуждая его.

Сын, опустив глаза, спокойно шел за нею.

Они вошли в залу, из которой одна дверь вела в покои, отведенные князю Василью.

В то время как мать с сыном, выйдя на середину комнаты, намеревались спросить дорогу у вскочившего при их входе старого официанта, у одной из дверей повернулась бронзовая ручка и князь Василий в бархатной шубке, с одною звездой, по домашнему, вышел, провожая красивого черноволосого мужчину. Мужчина этот был знаменитый петербургский доктор Lorrain.

– C’est donc positif? [Итак, это верно?] – говорил князь.

– Mon prince, «errare humanum est», mais… [Князь, человеку ошибаться свойственно.] – отвечал доктор, грассируя и произнося латинские слова французским выговором.

– C’est bien, c’est bien… [Хорошо, хорошо…]

Заметив Анну Михайловну с сыном, князь Василий поклоном отпустил доктора и молча, но с вопросительным видом, подошел к ним. Сын заметил, как вдруг глубокая горесть выразилась в глазах его матери, и слегка улыбнулся.

– Да, в каких грустных обстоятельствах пришлось нам видеться, князь… Ну, что наш дорогой больной? – сказала она, как будто не замечая холодного, оскорбительного, устремленного на нее взгляда.

Князь Василий вопросительно, до недоумения, посмотрел на нее, потом на Бориса. Борис учтиво поклонился. Князь Василий, не отвечая на поклон, отвернулся к Анне Михайловне и на ее вопрос отвечал движением головы и губ, которое означало самую плохую надежду для больного.

– Неужели? – воскликнула Анна Михайловна. – Ах, это ужасно! Страшно подумать… Это мой сын, – прибавила она, указывая на Бориса. – Он сам хотел благодарить вас.

Борис еще раз учтиво поклонился.

– Верьте, князь, что сердце матери никогда не забудет того, что вы сделали для нас.

– Я рад, что мог сделать вам приятное, любезная моя Анна Михайловна, – сказал князь Василий, оправляя жабо и в жесте и голосе проявляя здесь, в Москве, перед покровительствуемою Анною Михайловной еще гораздо большую важность, чем в Петербурге, на вечере у Annette Шерер.

– Старайтесь служить хорошо и быть достойным, – прибавил он, строго обращаясь к Борису. – Я рад… Вы здесь в отпуску? – продиктовал он своим бесстрастным тоном.

– Жду приказа, ваше сиятельство, чтоб отправиться по новому назначению, – отвечал Борис, не выказывая ни досады за резкий тон князя, ни желания вступить в разговор, но так спокойно и почтительно, что князь пристально поглядел на него.

– Вы живете с матушкой?

– Я живу у графини Ростовой, – сказал Борис, опять прибавив: – ваше сиятельство.

– Это тот Илья Ростов, который женился на Nathalie Шиншиной, – сказала Анна Михайловна.

– Знаю, знаю, – сказал князь Василий своим монотонным голосом. – Je n’ai jamais pu concevoir, comment Nathalieie s’est decidee a epouser cet ours mal – leche l Un personnage completement stupide et ridicule.Et joueur a ce qu’on dit. [Я никогда не мог понять, как Натали решилась выйти замуж за этого грязного медведя. Совершенно глупая и смешная особа. К тому же игрок, говорят.]

– Mais tres brave homme, mon prince, [Но добрый человек, князь,] – заметила Анна Михайловна, трогательно улыбаясь, как будто и она знала, что граф Ростов заслуживал такого мнения, но просила пожалеть бедного старика. – Что говорят доктора? – спросила княгиня, помолчав немного и опять выражая большую печаль на своем исплаканном лице.

– Мало надежды, – сказал князь.

– А мне так хотелось еще раз поблагодарить дядю за все его благодеяния и мне и Боре. C’est son filleuil, [Это его крестник,] – прибавила она таким тоном, как будто это известие должно было крайне обрадовать князя Василия.

Князь Василий задумался и поморщился. Анна Михайловна поняла, что он боялся найти в ней соперницу по завещанию графа Безухого. Она поспешила успокоить его.

– Ежели бы не моя истинная любовь и преданность дяде, – сказала она, с особенною уверенностию и небрежностию выговаривая это слово: – я знаю его характер, благородный, прямой, но ведь одни княжны при нем…Они еще молоды… – Она наклонила голову и прибавила шопотом: – исполнил ли он последний долг, князь? Как драгоценны эти последние минуты! Ведь хуже быть не может; его необходимо приготовить ежели он так плох. Мы, женщины, князь, – она нежно улыбнулась, – всегда знаем, как говорить эти вещи. Необходимо видеть его. Как бы тяжело это ни было для меня, но я привыкла уже страдать.

Князь, видимо, понял, и понял, как и на вечере у Annette Шерер, что от Анны Михайловны трудно отделаться.

– Не было бы тяжело ему это свидание, chere Анна Михайловна, – сказал он. – Подождем до вечера, доктора обещали кризис.

– Но нельзя ждать, князь, в эти минуты. Pensez, il у va du salut de son ame… Ah! c’est terrible, les devoirs d’un chretien… [Подумайте, дело идет о спасения его души! Ах! это ужасно, долг христианина…]

Из внутренних комнат отворилась дверь, и вошла одна из княжен племянниц графа, с угрюмым и холодным лицом и поразительно несоразмерною по ногам длинною талией.

Князь Василий обернулся к ней.

– Ну, что он?

– Всё то же. И как вы хотите, этот шум… – сказала княжна, оглядывая Анну Михайловну, как незнакомую.

– Ah, chere, je ne vous reconnaissais pas, [Ах, милая, я не узнала вас,] – с счастливою улыбкой сказала Анна Михайловна, легкою иноходью подходя к племяннице графа. – Je viens d’arriver et je suis a vous pour vous aider a soigner mon oncle . J`imagine, combien vous avez souffert, [Я приехала помогать вам ходить за дядюшкой. Воображаю, как вы настрадались,] – прибавила она, с участием закатывая глаза.

Княжна ничего не ответила, даже не улыбнулась и тотчас же вышла. Анна Михайловна сняла перчатки и в завоеванной позиции расположилась на кресле, пригласив князя Василья сесть подле себя.

– Борис! – сказала она сыну и улыбнулась, – я пройду к графу, к дяде, а ты поди к Пьеру, mon ami, покаместь, да не забудь передать ему приглашение от Ростовых. Они зовут его обедать. Я думаю, он не поедет? – обратилась она к князю.

– Напротив, – сказал князь, видимо сделавшийся не в духе. – Je serais tres content si vous me debarrassez de ce jeune homme… [Я был бы очень рад, если бы вы меня избавили от этого молодого человека…] Сидит тут. Граф ни разу не спросил про него.

Он пожал плечами. Официант повел молодого человека вниз и вверх по другой лестнице к Петру Кирилловичу.

Пьер так и не успел выбрать себе карьеры в Петербурге и, действительно, был выслан в Москву за буйство. История, которую рассказывали у графа Ростова, была справедлива. Пьер участвовал в связываньи квартального с медведем. Он приехал несколько дней тому назад и остановился, как всегда, в доме своего отца. Хотя он и предполагал, что история его уже известна в Москве, и что дамы, окружающие его отца, всегда недоброжелательные к нему, воспользуются этим случаем, чтобы раздражить графа, он всё таки в день приезда пошел на половину отца. Войдя в гостиную, обычное местопребывание княжен, он поздоровался с дамами, сидевшими за пяльцами и за книгой, которую вслух читала одна из них. Их было три. Старшая, чистоплотная, с длинною талией, строгая девица, та самая, которая выходила к Анне Михайловне, читала; младшие, обе румяные и хорошенькие, отличавшиеся друг от друга только тем, что у одной была родинка над губой, очень красившая ее, шили в пяльцах. Пьер был встречен как мертвец или зачумленный. Старшая княжна прервала чтение и молча посмотрела на него испуганными глазами; младшая, без родинки, приняла точно такое же выражение; самая меньшая, с родинкой, веселого и смешливого характера, нагнулась к пяльцам, чтобы скрыть улыбку, вызванную, вероятно, предстоящею сценой, забавность которой она предвидела. Она притянула вниз шерстинку и нагнулась, будто разбирая узоры и едва удерживаясь от смеха.

– Bonjour, ma cousine, – сказал Пьер. – Vous ne me гесоnnaissez pas? [Здравствуйте, кузина. Вы меня не узнаете?]

– Я слишком хорошо вас узнаю, слишком хорошо.

– Как здоровье графа? Могу я видеть его? – спросил Пьер неловко, как всегда, но не смущаясь.

– Граф страдает и физически и нравственно, и, кажется, вы позаботились о том, чтобы причинить ему побольше нравственных страданий.

– Могу я видеть графа? – повторил Пьер.

– Гм!.. Ежели вы хотите убить его, совсем убить, то можете видеть. Ольга, поди посмотри, готов ли бульон для дяденьки, скоро время, – прибавила она, показывая этим Пьеру, что они заняты и заняты успокоиваньем его отца, тогда как он, очевидно, занят только расстроиванием.

Ольга вышла. Пьер постоял, посмотрел на сестер и, поклонившись, сказал:

– Так я пойду к себе. Когда можно будет, вы мне скажите.

Он вышел, и звонкий, но негромкий смех сестры с родинкой послышался за ним.

На другой день приехал князь Василий и поместился в доме графа. Он призвал к себе Пьера и сказал ему:

– Mon cher, si vous vous conduisez ici, comme a Petersbourg, vous finirez tres mal; c’est tout ce que je vous dis. [Мой милый, если вы будете вести себя здесь, как в Петербурге, вы кончите очень дурно; больше мне нечего вам сказать.] Граф очень, очень болен: тебе совсем не надо его видеть.

С тех пор Пьера не тревожили, и он целый день проводил один наверху, в своей комнате.

В то время как Борис вошел к нему, Пьер ходил по своей комнате, изредка останавливаясь в углах, делая угрожающие жесты к стене, как будто пронзая невидимого врага шпагой, и строго взглядывая сверх очков и затем вновь начиная свою прогулку, проговаривая неясные слова, пожимая плечами и разводя руками.

– L’Angleterre a vecu, [Англии конец,] – проговорил он, нахмуриваясь и указывая на кого то пальцем. – M. Pitt comme traitre a la nation et au droit des gens est condamiene a… [Питт, как изменник нации и народному праву, приговаривается к…] – Он не успел договорить приговора Питту, воображая себя в эту минуту самим Наполеоном и вместе с своим героем уже совершив опасный переезд через Па де Кале и завоевав Лондон, – как увидал входившего к нему молодого, стройного и красивого офицера. Он остановился. Пьер оставил Бориса четырнадцатилетним мальчиком и решительно не помнил его; но, несмотря на то, с свойственною ему быстрою и радушною манерой взял его за руку и дружелюбно улыбнулся.

– Вы меня помните? – спокойно, с приятной улыбкой сказал Борис. – Я с матушкой приехал к графу, но он, кажется, не совсем здоров.

– Да, кажется, нездоров. Его всё тревожат, – отвечал Пьер, стараясь вспомнить, кто этот молодой человек.

Борис чувствовал, что Пьер не узнает его, но не считал нужным называть себя и, не испытывая ни малейшего смущения, смотрел ему прямо в глаза.

– Граф Ростов просил вас нынче приехать к нему обедать, – сказал он после довольно долгого и неловкого для Пьера молчания.

– А! Граф Ростов! – радостно заговорил Пьер. – Так вы его сын, Илья. Я, можете себе представить, в первую минуту не узнал вас. Помните, как мы на Воробьевы горы ездили c m me Jacquot… [мадам Жако…] давно.

– Вы ошибаетесь, – неторопливо, с смелою и несколько насмешливою улыбкой проговорил Борис. – Я Борис, сын княгини Анны Михайловны Друбецкой. Ростова отца зовут Ильей, а сына – Николаем. И я m me Jacquot никакой не знал.

Пьер замахал руками и головой, как будто комары или пчелы напали на него.

– Ах, ну что это! я всё спутал. В Москве столько родных! Вы Борис…да. Ну вот мы с вами и договорились. Ну, что вы думаете о булонской экспедиции? Ведь англичанам плохо придется, ежели только Наполеон переправится через канал? Я думаю, что экспедиция очень возможна. Вилльнев бы не оплошал!

Борис ничего не знал о булонской экспедиции, он не читал газет и о Вилльневе в первый раз слышал.

wiki-org.ru

📌 ВЕРХОВЕНСТВО ПРАВА — это… 🎓 Что такое ВЕРХОВЕНСТВО ПРАВА?



ВЕРХОВЕНСТВО ПРАВА
— принцип конституционного строя РФ, означающий связанность государства, его органов и должностных лиц правом, основными правами и свободами человека и гражданина. В.п. проявляется в верховенстве закона — одном из важнейших принципов правовой системы, определяющем приоритет, господствующее положение закона в системе правовых актов государства, обеспечиваемые системой материальных и юридических средств. Наиболее полным практическим выражением верховенства закона является его особая юридическая сила. Высшая юридическая сила закона обеспечивается тем, что принятие закона — это прерогатива высшего представительного органа государственной власти; никакой другой орган не вправе приостановить или упразднить закон; правовые акты должны соответствовать закону; в случае коллизий между законом и иными правовыми актами приоритет принадлежит закону.


Принцип верховенства закона утверждает принадлежность власти народу и осуществление ее непосредственно народом или представительными органами народа. Закон выполняет роль фундаментальной (базовой) конструкции правовой системы. В Концепции национальной безопасности РФ — программном документе укрепления российской государственности отмечается, что единое правовое пространство страны размывается вследствие несоблюдения принципа приоритета норм Конституции РФ над иными правовыми нормами, федеральных правовых норм над нормами субъектов Федерации, недостаточной отлаженности государственного управления на различных уровнях.

На обеспечение принципа В.п. направлены положения Указа Президента РФ от 10 августа 2000 г. «О дополнительных мерах по обеспечению единства правового пространства Российской Федерации». Указом предусмотрено создание федерального банка нормативных правовых актов субъектов РФ (федерального регистра). Высшим должностным лицам исполнительных органов государственной власти субъектов РФ предписано обеспечивать направление в Министерство юстиции РФ копий нормативных актов субъектов РФ в 7-дневный срок после их принятия, а также официальных изданий, в которых публикуются нормативно-правовые акты субъектов РФ. Для осуществления намеченных Указом мероприятий предусмотрено увеличение предельной численности работников центрального аппарата Министерства юстиции.

(В.Ч.)

Энциклопедический словарь «Конституционное право России». — М.: Юридическая литература.
В. И. Червонюк, И. В. Калинский, Г. И. Иванец.
2002.

  • ВЕРХОВЕНСТВО КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
  • ВЕРХОВЕНСТВО ФЕДЕРАЛЬНОГО ПРАВА

Смотреть что такое «ВЕРХОВЕНСТВО ПРАВА» в других словарях:

  • Верховенство права — Английская Великая хартия вольностей (1215 год) обязала короля соблюдать ряд надлежащих правовых процедур. Верховенство права (верховенство закона[прим. 1], англ …   Википедия

  • Верховенство права — один из важнейших принципов права, в соответствии с которым в демократическом государстве должен быть учрежден суд на основании закона, обязанный осуществлять правосудие по строго установленным процессуальным правилам. Впервые верховенство права… …   Большой юридический словарь

  • Права человека — (Human rights) Понятие прав человека, конституционные права и свободы Информация о понятии прав человека, конституционные права и свободы Содержание Содержание Раздел 1. Становление и развитие правового статуса человека и гражданина в… …   Энциклопедия инвестора

  • Верховенство закона — Либерализм Идеи Свобода Капитализм · Рынок …   Википедия

  • ВЕРХОВЕНСТВО ЗАКОНА — господство нормативного акта, принимаемого высшим законодательным органом страны, над иными подзаконными актами. В данном случае В.з. рассматривается как принцип законности, под которым понимается соответствие подзаконных нормативных актов и… …   Энциклопедия юриста

  • ВЕРХОВЕНСТВО ГОСУДАРСТВЕННОЙ ВЛАСТИ — неограниченность государственной власти ничем, кроме Конституции, естественного права и законов. В.г.в. означает, что на территории государства нет другой, конкурирующей власти, что над ней не стоит и не может стоять никакая другая власть. Таким… …   Энциклопедический словарь «Конституционное право России»

  • ВЕРХОВЕНСТВО КОНСТИТУЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ — юридическое свойство Основного закона, означающее господствующее (верховенствующее) положение его норм во всей национальной системе права. В.К. РФ означает, что она имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории… …   Энциклопедический словарь «Конституционное право России»

  • ВЕРХОВЕНСТВО ФЕДЕРАЛЬНОГО ПРАВА — конституционный принцип федеративного устройства, означающий, что федеральные законы и иные нормативные правовые акты, принимаемые федеральными органами власти, обладают высшей силой по отношению к законодательству субъектов РФ. Данный принцип… …   Энциклопедический словарь «Конституционное право России»

  • Философия права —    1) Рус. философско правовая мысль берет свое начало в период формирования государства Киевской Руси. Имея в своей основе духовный синкретизм, сочетавший языческие и христианские представления, правовые идеи развивались первоначально в форме… …   Русская Философия. Энциклопедия

  • ФИЛОСОФИЯ ПРАВА — рус. философско правовая мысль берет свое начало в период формирования государства Киевской Руси. Имея в своей основе духовный синкретизм, сочетавший языческие и христианские представления, правовые идеи развивались первоначально в форме… …   Русская философия: словарь

Книги

  • Верховенство права как фактор экономики, Субботин М. А., Федотов А. Г., Ясин Евгений Григорьевич, Настоящая книга продолжает цикл исследований, начатый коллективной монографией «Верховенство права и проблемы его обеспечения в правоприменительной практике» (2009). Авторы исследуют феномен… Категория: Экономика Издатель: Мысль, Подробнее  Купить за 994 руб
  • Верховенство права как фактор экономики, Субботин М. А., Федотов А. Г., Ясин Евгений Григорьевич, Настоящая книга продолжает цикл исследований, начатый коллективной монографией Верховенство права и проблемы его обеспечения в правоприменительной практике (2009). Авторы исследуют феномен… Категория: Экономика предприятия Издатель: МЫСЛЬ, Производитель: МЫСЛЬ, Подробнее  Купить за 891 грн (только Украина)
  • Верховенство права как фактор экономики, Субботин М. А., Федотов А. Г., Ясин Евгений Григорьевич, Настоящая книга продолжает цикл исследований, начатый коллективной монографией Верховенство права и проблемы его обеспечения в правоприменительной практике (2009). Авторы исследуют феномен… Категория: Экономика предприятия Издатель: МЫСЛЬ, Производитель: МЫСЛЬ, Подробнее  Купить за 891 грн (только Украина)

Другие книги по запросу «ВЕРХОВЕНСТВО ПРАВА» >>

constitutional_law_russia.academic.ru

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о