Для ведущих стран мира являющихся воплощением постиндустриального общества – признаки. Характеристика постиндустриального общества :: SYL.ru

Содержание

Ответы@Mail.Ru: Признаки постиндустриального общества?

Постиндустриальное общество [править] Материал из Википедии — свободной энциклопедииПерейти к: навигация, поиск Постиндустриа&#769;льное о&#769;бщество — это общество, в экономике которого в результате научно-технической революции и существенного роста доходов населения приоритет перешёл от преимущественного производства товаров к производству услуг. Производственным ресурсом становятся информация и знания. Научные разработки становятся главной движущей силой экономики. Наиболее ценными качествами являются уровень образования, профессионализм, обучаемость и креативность работника. Постиндустриальными странами называют, как правило, те, в которых на сферу услуг приходится значительно более половины ВВП [1]. Под этот критерий попадают, в частности, США (на сферу услуг приходится 80 % ВВП США, 2002 год) , страны Евросоюза (сфера услуг — 69,4 % ВВП, 2004 год) , Австралия (69 % ВВП, 2003 год) , Япония (67,7 % ВВП, 2001 год) , Канада (70 % ВВП, 2004 год) , Россия (58 % ВВП 2007 год) . Однако некоторые экономисты указывают, что доля услуг в России завышена [2]. Относительное преобладание доли услуг над материальным производством не обязательно означает снижение объёмов производства. Просто эти объёмы в постиндустриальном обществе увеличиваются медленнее, чем увеличиваются объёмы оказанных услуг. Под услугами следует понимать не только торговлю, коммунальное хозяйство и бытовое обслуживание: любая инфраструктура создаётся и содержится обществом для оказания услуг : государство, армия, право, финансы, транспорт, связь, здравоохранение, образование, наука, культура, интернет — это всё услуги. К сфере услуг относится производство и продажа программного обеспечения. Покупатель не обладает всеми правами на программу. Он пользуется её копией на определённых условиях, то есть получает услугу. Близкими к постиндустриальной теории являются концепции информационного общества [3], постэкономического общества, постмодернизма, «третьей волны» , «общества четвёртой формации» , «научно-информационного этапа принципа производства» . Некоторые футурологи считают, что постиндустриализм — это лишь пролог перехода к «постчеловеческой» фазе развития земной цивилизации. Термин «постиндустриализм» был введён в научный оборот в начале XX века учёным А. Кумарасвами, который специализировался на доиндустриальном развитии азиатских стран. В современном значении этот термин впервые был применён в конце 1950-х годов, а широкое признание концепция постиндустриального общества получила в результате работ профессора Гарвардского университета Дэниела Белла, в частности, после выхода в 1973 году его книги «Грядущее постиндустриальное общество» [4]. В основе концепции постиндустриального общества лежит разделение всего общественного развития на три этапа: [5] Доиндустриальное — определяющей являлась сельскохозяйственная сфера, главные структуры — церковь, армия Индустриальное — определяющей являлась промышленность, главные структуры — корпорация, фирма Постиндустриальное — определяющим являются теоретические знания, главная структура — университет, как место их производства и накопления Подробнее по ссылке: <a rel=»nofollow» href=»http://ru.wikipedia.org/wiki/» target=»_blank»>http://ru.wikipedia.org/wiki/</a> в поисковой строке набрать — Постиндустриальное общество

touch.otvet.mail.ru

что послужило началом постиндустриального общества?

Начало перехода к постиндустриальному обществу связано со вторым этапом III-й научно-технической революции, который начался в 70-е годы XX в. С ним связан качественный прорыв в трех сферах микроэлектроники, биотехнологий и информатики. Именно в это время завершился век железа в истории человечества, длившийся около трех тысяч лет. Приоритетными материалами становятся керамика, пластмассы, синтетические смолы, что породило даже понятие синтетическая цивилизация. Бурно развивается порошковая металлургия. Осваиваются принципиально новые технологии. Коренные сдвиги происходят в сфере транспорта и связи. Началась Зеленая революция развитие техносферы обострило экологические проблемы до масштабов глобальных и в то же время открыло качественно новые возможности для их решения. Радикальные перемены произошли в формах организации производства. Индустриальных гигантов все более теснят малые и средние предприятия, объединенные в консорциумы, ассоциации и финансово-промышленные группы. Мелкий и средний бизнес во многих странах уже производит более половины валового национального продукта, обеспечивая дополнительные рабочие места, и отличаясь при этом способностью к гибкой реакции на инновации. Уходят в прошлое машинный строй производства, нараставшая концентрация и централизация власти, превращение человека в винтик огромных технических, экономических и социально-политических систем. В то же время становление постиндустриального общества проходит на фоне сложных интеграционных и дезинтеграционных процессов, которые отражают основные тенденции цивилизационного развития на рубеже XX и XXI веков. <a rel=»nofollow» href=»http://evolutsia.com/content/view/1603/86/» target=»_blank»>http://evolutsia.com/content/view/1603/86/</a>

touch.otvet.mail.ru

концепция, роль знаний, родственные термины

Современное общество переживает процесс деиндустриализации. Это означает, что наиболее развитые государства мира уменьшают свои производственные мощности. Постиндустриальные страны получают доход за счет сферы услуг. К этой группе относят государства, в которых материальное производство уступило место продуцированию новых знаний как источнику развития. Таковы постиндустриальные страны, список которых включает большинство стран ЕС, США, Канаду, Новую Зеландий, Австралию, Израиль и еще ряд других. Данный перечень расширяется с каждым годом.

Признаки постиндустриальных стран

Термин впервые был использован французским социологом Аленом Туреном. Понятие «постиндустриальные страны» тесно связано с информационным обществом и экономикой знаний. Все эти концепции часто используются не только в научных исследованиях, но и в статьях в прессе. Их значение выглядит достаточно размытым. Однако все постиндустриальные страны объединяют следующие признаки:

  • Их экономика преодолела переходной период и переориентировалась с производства товаров на предоставление услуг.
  • Знание становится формой капитала, которая имеет свою стоимость.
  • Рост экономики обеспечивается главным образом за счет продуцирования новых идей.
  • Из-за процесса глобализации и автоматизации ценность и важность «голубых воротничков» для экономики уменьшается, возрастает необходимость в профессиональных работниках (ученых, программистах, дизайнерах).
  • Создаются и внедряются новые отрасли знаний и технологии. Например, поведенческая экономика, информационная архитектура, кибернетика, теория игр.

Происхождение концепции

Впервые термин «постиндустриальные страны» использовал в своей статье Турен. Однако популяризировал его Дэниел Белл. В 1974-м свет увидела его книга «Приход постиндустриального общества». Термин также широко использовал социальный философ Иван Иллич в статье «Инструменты праздности». Иногда он встречался в «левых» текстах середины 1960-х годов. Значение термина расширилось с момента его появления. На сегодняшний день он широко используется не только в научных кругах, но и в СМИ, а также в повседневной жизни.

Роль знаний

Главной особенностью постиндустриальных обществ, к которым принадлежат Канада, Америка (главным образом Канада и США), является появление нового типа капитала. Знание становится главной ценностью, у него появляется своя стоимость. Об этом писал еще Дэниел Белл. Он считал, что новый постиндустриальный тип общества приведет к увеличению занятости в третичном и четвертичном секторах. Именно они будут приносить основной доход странам. Традиционные же отрасли, напротив, перестанут играть ведущую роль. Основой экономического роста в постиндустриальных странах являются новые знания. Белл писал, что превалирование третичного и четвертичного секторов приведет к изменению образования. В постиндустриальном обществе возрастает роль университетов и исследовательских институтов. Появление все новых технологий и отраслей знаний приводит к тому, что обучение становится процессом, который длится всю жизнь. Основой нового общества являются молодые профессионалы, которые активно участвуют в политической жизни страны и заботятся об окружающей среде. Ален Бэнкс и Джим Фостер в своем исследовании выдвигали гипотезу, что это приведет к уменьшению бедности. Пол Ромер также занимался изучением знаний как ценного актива. Он считал, что его наращивание приведет к увеличению экономического роста.

Творчество как основополагающая черта

Постиндустриальные страны, среди которых Канада, Америка, большинство стран ЕС, Австралия, Новая Зеландия, Израиль, начинают развивать новые отрасли. Поэтому появляется новый импульс к творчеству. Образование становится уже не простым заучиванием готовых фактов, а чем-то большим. Оно помогает молодым людям в самовыражении. Успешными становятся те, кто могут создать нечто новое. В постиндустриальном обществе информация становится главной силой, а технологии — только инструментом. Поэтому на первый план выходит творчество, в ходе которого создается новое знание. Для того чтобы стать успешным в постиндустриальном обществе, необходимо уметь обрабатывать большие объемы информации и делать на их основе выводы. Что касается первичного и вторичного секторов экономики, то они также модернизируются в соответствии с требованиями времени. Новые технологии делают сельское хозяйство и промышленность гораздо более производительными, что позволяет задействовать в этих сферах все меньше людей.

Критика

Многие исследователи изначально выступали против введения данного термина. Они говорили о том, что новое общество должно иметь название. Раньше основой было сельское хозяйство, затем – промышленность. Так возникли термины «информационное общество» и «экономика знаний». Иван Иллич выступал за понятие «бездеятельность». Он считал, что этот термин наиболее ярко отражает процессы в постиндустриальном обществе. Также многие ученые заявляли, что промышленность все равно остается главной отраслью, ведь знания только модернизируют материальное производство.

Родственные термины

Наряду с понятием постиндустриальных стран широко используются синонимичные концепции. Среди них пост-фордизм, общество постмодерна, экономика знаний, информационная революция, «жидкая современность». Эти термины во многом похожи, а различия состоят в нюансах либо сфере применения. Поэтому каждая концепция заслуживает отдельного изучения.

fb.ru

Постиндустриализм — Традиция

Постиндустриа́льное о́бщество — это общество, в экономике которого в результате научно-технической революции приоритет перешёл от преимущественного производства товаров к производству услуг, доминирующим производственным ресурсом является информация и знания, научные разработки становятся главной движущей силой экономики, наиболее ценными качествами являются уровень образования, профессионализм, обучаемость и креативность работника.

Постиндустриальными странами называют, как правило, те, в которых на сферу услуг приходится значительно более половины ВВП. Сейчас к постиндустриальным странам относят США (на сферу услуг приходится 80 % ВВП США, 2002 год), страны Евросоюза (сфера услуг — 69,4 % ВВП, 2004 год), Японию (67,7 % ВВП, 2001 год).

Близкими к постиндустриальной теории являются концепции информационного общества, постэкономического общества, постмодернизма, «третьей волны», «общества четвёртой формации», «научно-информационного этапа принципа производства». Некоторые футурологи считают, что постиндустриализм — это лишь пролог перехода к «постчеловеческой» фазе развития земной цивилизации.

Термин «постиндустриализм» был введен в научный оборот в начале XX века ученым Анандой Кумарасвами, который специализировался на доиндустриальном развитии азиатских стран. В современном значении этот термин впервые был применен в конце 1950-х годов, а широкое признание концепция постиндустриального общества получила в результате работ профессора Гарвардского университета Дэниела Белла, в частности, после выхода в 1973 г. его книги «Грядущее постиндустриальное общество».

Постиндустриальная теория, во многом, была подтверждена практикой. Как и было предсказано её создателями, общество массового потребления породило сервисную экономику, а в её рамках наиболее быстрыми темпами стал развиваться информационный сектор хозяйства.

В постиндустриальной экономике наибольший вклад в стоимость материальных благ вносит конечная составляющая производства — торговля, реклама, маркетинг, то есть сфера услуг, а также информационная составляющая в виде патентов, НИОКР и т. д.

Кроме того, всё бо́льшую роль играет производство информации. Этот сектор экономически эффективнее материального производства, так как достаточно изготовить первоначальный образец, а затраты на копирование несущественны.

Особенности инвестиционного процесса[править]

Индустриальная экономика основывалась на аккумулировании инвестиций (в виде сбережений населения либо через деятельность государства) и последующем их вложении в производственные мощности. В постиндустриальной экономике накопление капитала резко падает (например, в США объем сбережений меньше объема долгов населения), а потребление — возрастает. Данная тенденция объясняется тем, что основной производственный ресурс — квалификацию людей — невозможно увеличить через рост инвестиций в производство. Этого можно добиться только через увеличение инвестиций в человека и усиление потребления — в том числе потребления образовательных услуг, вложений в здоровье человека и т. д. Кроме того, рост потребления позволяет удовлетворить насущные потребности человека, в результате чего у людей появляется время на личностный рост, развитие творческих способностей и т. п., то есть те качества, которые наиболее важны для постиндустриальной экономики.

Превалирование знаний над капиталом[править]

В индустриальном обществе, имея капитал, практически всегда можно было организовать массовое производство какого-либо товара и занять соответствующую нишу на рынке. В постиндустриальных секторах экономики капитал не может автоматически обеспечить появление ноу-хау, необходимых для экономического успеха. И наоборот, наличие ноу-хау позволяет легко привлечь капитал.

Например, нынешняя IT-индустрия развилась из мелких фирм, не имеющих существенных финансовых ресурсов, но быстро привлекших их со стороны (причем даже мощная корпорация IBM не смогла удержать лидерство, несмотря на сильную финансовую базу).

Стоимость корпораций в постиндустриальном обществе обусловлена, главным образом, нематериальными активами — ноу-хау, квалификацией работников, эффективностью бизнес-структуры и т. д. Например, капитализация фирмы Microsoft соответствует капитализации крупнейших добывающих компаний, хотя Microsoft имеет на порядки меньше материальных активов.

Усиление роли малого бизнеса[править]

Снижается значение массового производства, усиливается роль малого бизнеса, производится всё больше мелкосерийных товаров со множеством модификаций и вариантов услуг с целью удовлетворить потребности разных групп потребителей.

В постиндустриальном обществе получает развитие новый тип инвестиционного бизнеса — венчурный. Его суть заключается в том, что одновременно финансируется множество разработок и перспективных проектов, причем сверхприбыльность небольшого количества удачных проектов покрывает неуспех остальных.

Технологические изменения[править]

Технологический прогресс в индустриальном обществе достигался, в основном, благодаря работе изобретателей-практиков, часто не имевших научной подготовки (например Т.Эдисон). В постиндустриальном обществе резко возрастает прикладная роль научных исследований, в том числе фундаментальных. Основным двигателем технологических изменений стало внедрение в производство научных достижений.

В постиндустриальном обществе наибольшее развитие получают наукоёмкие, ресурсосберегающие и информационные технологии («высокие технологии»). Это, в частности, микроэлектроника, программное обеспечение, телекоммуникации, робототехника, производство материалов с заранее заданными свойствами, биотехнологии и др. Информатизация пронизывает все сферы жизни общества: не только производство благ и услуг, но и домашнее хозяйство, а также культуру и искусство.

К особенностям современного научно-технического прогресса теоретики постиндустриального общества относят замену механических взаимодействий электронными технологиями; миниатюризацию, проникающую во все сферы производства; изменение биологических организмов на генном уровне.

Главный тренд изменения технологических процессов — возрастание автоматизации, замена неквалифицированного труда работой машин и компьютеров.

Социальная структура[править]

Важная черта постиндустриального общества — усиление роли и значения человеческого фактора. Меняется структура трудовых ресурсов: уменьшается доля физического и растет доля умственного высококвалифицированного и творческого труда. Увеличиваются инвестиции в человека: расходы на обучение и образование, повышение квалификации и переквалификации работников.

По данным ведущего российского специалиста по постиндустриальному обществу В. Иноземцева, в «экономике знаний» занято около 70% всей рабочей силы в США.

«Класс профессионалов»[править]

Ряд исследователей характеризуют постиндустриальное обществе, как «общество профессионалов», где основным классом является «класс интеллектуалов», а власть принадлежит меритократии — интеллектуальной элите. Как писал основоположник постиндустриализма Д. Белл, «постиндустриальное общество… предполагает возникновение интеллектуального класса, представители которого на политическом уровне выступают в качестве консультантов, экспертов или технократов». При этом уже сейчас отчетливо проявляются тенденции «имущественного расслоения по признаку образования».

Изменение статуса наёмного труда[править]

В постиндустриальном обществе основным «средством производства» является квалификация сотрудников. В этом смысле средства производства принадлежат самому работнику, поэтому ценность сотрудников для компании резко возрастает. В результате отношения между компанией и интеллектуальными работниками становятся более партнерскими, резко снижается зависимость от работодателя. При этом корпорации переходят от централизованной иерархической к иерархическо-сетевой структуре с повышением самостоятельности сотрудников.

Усиление значения творческого и снижение роли неквалифицированного труда[править]

По мнению некоторых исследователей (в частности, В.Иноземцева), постиндустриальное общество переходит в постэкономическую фазу, поскольку в перспективе в нём преодолевается господство экономики (производство материальных благ) над людьми и основной формой жизнедеятельности становится развитие человеческих способностей. Уже сейчас в развитых странах материальная мотивация частично уступает место самовыражению в деятельности.

С другой стороны, постиндустриальная экономика испытывает всё меньше потребности в неквалифицированном труде, что создает трудности для населения с низким образовательным уровнем. Впервые в истории возникает ситуация, когда рост населения (в его неквалифицированной части) снижает, а не увеличивает экономическую мощь страны.

Историческая периодизация[править]

Согласно концепции постиндустриального общества, история цивилизации делится на три большие эпохи: доиндустриальную, индустриальную и постиндустриальную. При переходе от одной стадии к другой новый тип общества не вытесняет предшествующие формы, но делает их второстепенными.

Доиндустриальный способ организации общества основан на

  • трудоёмких технологиях,
  • использовании мускульной силы человека,
  • не требующих длительного обучения навыков,
  • эксплуатации природных ресурсов (в частности, сельскохозяйственных земель).

Индустриальный способ основан на

  • машинном производстве,
  • капиталоёмких технологиях,
  • использовании внемускульных источников энергии,
  • требующей длительного обучении квалификации.

Постиндустриальный способ основан на

  • наукоёмких технологиях,
  • информации и знаниях, как основном производственном ресурсе,
  • творческом аспекте деятельности человека, непрерывном самосовершенствовании и повышении квалификации в течение всей жизни.

Основой могущества в доиндустриальную эпоху были земля и количество зависимых людей, в индустриальную — капитал и источники энергии, в постиндустриальную — знания, технологии и квалификация людей.

Слабостью постиндустриальной теории называют то, что она рассматривает переход от одной стадии к другой как объективный (и даже неизбежный) процесс, но мало анализирует необходимые для этого общественные условия, сопутствующие противоречия, культурные факторы и т. д.

Постиндустриальная теория оперирует, в основном, терминами, характерными для социологии и экономики. Соответствующий «культурологический аналог» получил название концепции постмодернизма (в соответствии с которым историческое развитие идет от традиционного общества к современному и далее — к «постмодернити»).

Место постиндустриальных обществ в мире[править]

В результате относительного снижения значения материального производства экономика постиндустриальных стран стала меньше зависеть от поставок сырья. Например, беспрецедентный рост цен на нефть в 2004—2005 гг. не вызвал кризиса, подобному нефтяным кризисам в 1970-х годах.

За последние десятилетия доля постиндустриальных и новых индустриальных стран в мировой торговле, инвестициях, инновациях выросла, а остальных стран — снизилась. Идет замыкание товарных, денежных, а главное информационных потоков внутри развитого мира (в смысле сокращения удельной доли потоков, приходящихся на остальные страны).

По мнению В.Иноземцева, «постиндустриальный мир входит в XXI век вполне автономным социальным образованием, контролирующим мировое производство технологий и сложных высокотехнологичных товаров, вполне обеспечивающим себя промышленной и сельскохозяйственной продукцией, относительно независимым от поставок энергоносителей и сырья, а также самодостаточным с точки зрения торговли и инвестиций». [1]

Сам термин подвергается критике согласно которой правильнее было-бы говорить не о постиндустриальизации а о деиндустриализации индустриальных стран в результате переноса производства в страны с дешёвой рабочей силой и слабыми экологическими нормами например Китай, Индия, Польша. [Источник?] Однако указанные страны развиваются в соответствии постиндустриальной теорией, в частности, доля сферы услуг в их экономике растёт.

  • Д. Белл Грядущее постиндустриальное общество. — М.: Академия, 1999. — ISBN 5 87444 070 4>
  • Новая постиндустриальная волна на Западе/Под ред. В. Иноземцева. — М.: Академия, 1999. — ISBN 5 87444 067 4>
  • В. Иноземцев Современное постиндустриальное общество: природа, противоречия, перспективы. — М.: Логос, 2000.>
  • Гринин Л. Е. Периодизация истории: теоретико-математический анализ // История и Математика: Проблемы периодизации исторических макропроцессов. — М.: КомКнига, 2006. — С. 53-79.>
  • Якунин В.И., Сулакшин С.С., Багдасарян В.Э., Кара-Мурза С.Г., Деева М.А., Сафонова Ю.А. Постиндустриализм. Опыт критического анализа. — М.: Научный эксперт, 2012. — С. 288. — ISBN 978 5 91290 163 8>

См. также в других словарях Традиции

traditio.wiki

Каким американским социологом была разработана концепция постиндустриального общества

В 1924—1928 гг. выдающийся русский экономист В. А. Базаров-Руднев, один из плеяды блестящих российских умов первой трети XX в. (А. Богданов, К. Циолковский, Чижевский и др.) , выступил с серией статей, в которых сформулировал принципиально новый подход к будущему. Ему, в те годы научному сотруднику Госплана СССР, пришлось участвовать в предплановых разработках первой советской пятилетки (1928—1932). И ему первому пришла в голову мысль, сделавшаяся впоследствии, уже после его смерти, одним из наиболее значительных научных открытий XX в. Ему предстояло дать прогноз-предсказание (иного подхода тогда не знали, да и сейчас подавляющее большинство политиков и экономистов не знает) , как будет выглядеть Россия через 10—20 лет. И вот его одолели сомнения: если он дает такую “картину будущего”, то тогда к чему планирование? Ведь достаточно просто ориентироваться на этот “маяк”. И наоборот, если разрабатывается план — к чему какие-то предсказания? Результатом его размышлений стало предложение заменить прогноз-предсказание двумя качественно новыми типами прогнозов — генетическим (впоследствии ставшим известным под названием эксплораторного, или поискового) : выявлением назревающих проблем путем логического продолжения в будущее тенденций, закономерности которых в прошлом и настоящем достаточно хорошо известны; а также телеологическим (впоследствии — нормативным) — выявлением оптимальных путей решения перспективных проблем на основе заранее заданных критериев. Работы Базарова были не поняты современниками, остались неизвестными на Западе и были введены в научный оборот только более полувека спустя, в 80-х гг. Но спустя 30 лет в точно такой же ситуации оказались американские эксперты (Т. Гордон, О. Гелмер и др.) , которым поручили разрабатывать прогноз-предсказание, какими станут США и мир через 15 лет, после реализации разрабатывавшейся в конце 50-х — начале 60-х гг. программы “Аполлон”, предусматривавшей высадку американских космонавтов на Луну, а фактически закладывавшей основу превосходства ракетного потенциала США в космосе, что и привело в конечном счете к выигрышу США в гонке вооружений, составлявшей суть третьей (“холодной”) мировой войны и капитуляции в ней СССР (1989 г. ) Американские ученые, понятия не имевшие о трудах Базарова, тоже долго им учились с диалектикой соотношения предвидения (прогноза) и управления (плана, программы, проекта) . И, наконец, пришли к тому же выводу, что и Базаров: предложили концепцию эксплораторного и нормативного прогнозирования. Но, разумеется, технологическое прогнозирование создавалось не на пустом месте. Заторможенное Второй мировой войной развитие концепций будущего постепенно вновь набрало силу и развернулось с конца 40-х и на протяжении 50-х годов. Три фактора (в отношении стран Запада) способствовали этому. Во-первых, появление концепции научно-технической революции (НТР) и ее далеко идущих социально-экономических последствий, сформулированной в трудах Дж. Бернала, Н. Винера, а затем популяризированной в массе книг, статей и брошюр, в частности в книге австрийского публициста Р. Юнгка “Будущее уже началось” (1952), выдержавшей до 1970 г. десятки изданий. Во-вторых, разработка техники поискового и нормативного прогнозирования, которое поставило прогностику на службу управлению. В-третьих, становление соответствующей философской базы как основы новых концепций будущего (индустриализм, экзистенциализм, структурализм, неопозитивизм, социал-реформизм, тейярдизм, теория конвергенции и т. д.) . Концепция НТР подняла вопрос о революционных, качественных изменениях в жизни человечества на протяжении ближайших десятилетий. Соподчинение прогнозирования и управления вызвало к жизни второй по счету (после 20-х годов) “бум прогнозов” — появление в первой половине 60-х годов сотен научных учреждений или отделов, специально занимавшихся разработкой “технологических прогнозов”.

touch.otvet.mail.ru

Социальная структура современного постиндустриального общества

Социальная структура современного постиндустриального общества

ГОСУДАРСТВЕННОЕ АВТОНОМНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ ГОРОДА МОСКВЫ

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ИНСТИТУТ ИНДУСТРИИ ТУРИЗМА

имени Ю. А. Сенкевича

КАФЕДРА СОЦИОЛОГИИ И ПРАВА

Контрольная работа

Дисциплина: Социология

Тема «Социальная структура современного постиндустриального общества»

ПЛАН

Введение

1. Современное постиндустриальное общество как объективная реальность

2. Социальная структура постиндустриального общества

3. Политические трансформации в современном (постиндустриальном) обществе

Заключение

Список литературы

Приложение

ВВЕДЕНИЕ

Тема работы — «Социальная структура современного постиндустриального общества».

Актуальность исследования данной проблемы определяется тем, что в настоящее время для наиболее развитых стран мира характерен переход к новому типу общества — постиндустриальному, или информационному. При этом принципиально меняются общественные приоритеты. Одним из основных индикаторов, позволяющих оценить направленность трансформационных процессов в любом обществе, является характер его социальной стратификации, поскольку последний выступает продуктом конкретной системы социальных и экономических отношений.

Уровень разработанности темы: ограниченность современных теоретико-методологических исследований заключается в отсутствии целостного рассмотрения проблемы человека в системе зачастую разнонаправленных процессов трансформации социальных иерархий в современных обществах.

Цель работы: рассмотреть, что представляет собой современное постиндустриальное общество с точки зрения социологии.

Задачи работы:

2) рассмотреть современное постиндустриальное общество как объективную реальность;

) пояснить социальную структуру постиндустриального общества;

) описать политические трансформации в современном (постиндустриальном) обществе.

Предмет: социальная стратификация.

Объект: современное постиндустриальное общество.

1. СОВРЕМЕННОЕ ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОЕ ОБЩЕСТВО КАК ОБЪЕКТИВНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

постиндустриальный общество социальный классовый

Эпоха постиндустриального общества — это эпоха научно-технической революции, когда наука перестает стоять на обочине реальной экономической жизни и становится непосредственной производительной силой. Наука отныне — это тот рычаг, которым поднимают экономику. Передаточное звено — новые технологии; они обеспечивают сцепление между собой теоретического знания и экономического ресурса, превращают знание в ресурс, в капитал, в инвестиции, последовательно толкающие вперед национальное и мировое хозяйство.

Рыночная система в постиндустриальном обществе включает в себя науку. Пределы знания и пределы рынка совмещаются между собой, «граница познанного становится потенциальным рынком», а знание и информация становятся основным товаром, предназначенным для обмена в рыночной системе. Это ведет и к общему изменению в структуре распределения технологий. Если доиндустриальное (традиционное) хозяйство характеризуется преобладанием трудоемких технологий, а индустриальное хозяйство — капиталоемких, то постиндустриальное хозяйство — это, прежде всего, наукоемкие технологии. Не труд, не капитал, а наука и научное знание (умноженные на быстрое, эффективное их использование) образуют «кровеносную систему» постиндустриальной экономики. Недостаток же в научном знании ведет к появлению диспропорций и «слабых мест» в такой экономике. Потому первый важнейший дефицит постиндустриального хозяйства — дефицит в (научном) знании и информации.

Подробно этот вопрос рассматривает американский ученый Д. Белл в своей работе «Грядущее постиндустриальное общество». Он выделяет по этой проблеме четыре пункта:

) колоссальный рост объема информации не ведет к росту ее полноты; наоборот, «увеличение количества данных делает информацию всё менее и менее полной»;

) информация становится всё более специфической; «объект и событие, попадающие в фокус внимания, необходимо изучать более тщательно, чем когда-либо в прошлом»;

) информация и знания нуждаются во всё большем и большем осмыслении;

) ограниченность объема информации, которую может усвоить каждый отдельный человек. В результате Д. Белл делает следующий неутешительный вывод: «Всё о большем и большем мы знаем меньше и меньше».

Вторым существенным дефицитом постиндустриальной экономики, вероятно, станет дефицит времени. Время в грядущую экономическую эпоху будет цениться как никогда дорого, — более того, оно, по-видимому, превратится в один из основных экономических ресурсов. Помимо увеличения «цены» на время, произойдет также его «ускорение», «убыстрение» — в одни и те же промежутки времени человек там будет испытывать большее давление социальных сил и совершать больше социальных действий, чем в настоящем. «Связать себя с новым постиндустриальным обществом — значит, попасть в мир, движущийся быстрее, чем раньше», отмечает Э. Тоффлер.

Д. Белл углубляет этот взгляд, рассматривая время уже как один из «ресурсов»: «В отличие от остальных экономических ресурсов, оно (время) не может накапливаться. Говоря экономическим языком, предложение времени ограничено. И подобно любому ограниченному благу, оно имеет цену». Американский исследователь здесь же указывает, что существует прямо пропорциональная связь между производительностью труда и ценой на время: чем ниже в данном конкретном социуме производительность труда, тем ниже ценится время и, наоборот, чем выше производительность труда, тем время ценится дороже.

Постиндустриальная стадия развития приведет, вероятно, и к пересмотру представления о целях экономического развития. Если ранее, при индустриальном обществе, такие цели включали в себя, прежде всего технологический момент — повышение производительности труда, увеличение валового и чистого национального дохода и т. п., то в постиндустриальную эру эти показатели станут относительными и неполными. Д. Белл в связи с этим различает два понятия: «богатство» (wealth) и «благосостояние» (welfare). Понятие «богатство» тесно связано с ВНП, с материально-вещественной стороной экономики. Но существует огромное количество благ, которые невероятно трудно учесть при подсчете ВНП: это, прежде всего, такие общественные блага, как «образование», «здравоохранение», «безопасность» (в том числе и экологическая безопасность), а также доходы, доставляемые личными (домашними) хозяйствами. Именно их доля участия в экономическом развитии и должна отражаться в термине «благосостояние». А главной целью экономического развития должно стать в таком случае увеличение всего «благосостояния» граждан (а не только «богатства»), включая повышение образовательного уровня в стране, улучшения показателей медицинского обслуживания, снижения экологической опасности и т. п. — всё это вместе можно суммировать понятием постэкономические цели экономической стратегии. Экономика в постиндустриальном обществе приобретет новое, постматериалистическое (можно даже в некотором смысле сказать — духовное) измерение, она перестанет быть просто «экономикой», а станет «экономикой постматериалистических ценностей» или «экономикой постматериалистического изобилия».

Свои трансформации претерпит в постиндустриальную эпоху и собственность.

Согласно испанскому экономисту Манэулю Кастельсу, «сетевое общество» — это общество, основанное на такой форме распределения знания и вещества, где средства производства новых ресурсов составляются «путем пересечения сегментов автономных систем целей», т. е., говоря другими словами, сетевое общество устроено по принципу децентрализованной сети, где каждая ячейка (или единица) функционирует как бы сама по себе, но, образуя общую с другими ячейками (или единицами) структуру, способно придавать сети функции интегрального целого.

Классический пример такой сети — сеть Интернет. У этой сети нет собственника, и любой элемент этой сети может функционировать как автономно, так и во взаимодействии с другими элементами. Сетевая структура — это самоуправляемая и саморегулируемая структура без управляющего центра, способная безгранично развиваться и «размножаться», не теряя при этом своих качественных свойств.

В условиях доминирования корпоративной («групповой» в широком смысле) собственности, огромного многообразия ее форм и большой «размытости» правомочий временами практически невозможно с точностью указать конкретных лиц, отвечающих за те или иные права: скорее, перед нами имеется многоячеистая сеть собственников, связанных между собой определенной системой взаимных обязательств.

Основой «сетевой собственности» в постиндустриальную эпоху будет «сетевое предприятие», которое, согласно Кастельсу, «составляет материальную основу культуры в информациональной/глобальной экономике: оно превращает сигналы в товары, обрабатывая знания».

2. СОЦИАЛЬНАЯ СТРУКТУРА СОВРЕМЕННОГО (ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОГО) ОБЩЕСТВА

Качественные изменения претерпит и социальная структура индустриального общества при трансформации его в постиндустриальное. Несмотря на определенные различия во взглядах у классиков постиндустриальной волны, в принципе, их позиции по этому вопросу можно полагать достаточно схожими. Прежде всего, это резкое противопоставление стратифиционных систем индустриального и постиндустриального обществ, указание на возрастание значимости класса «собственников знания и информации», трансформацию среднего класса, изменение социальных функций бюрократии и т. д.

Социальная структура индустриального общества в XVIII — XIX вв. была структурой в основном двух классов — капиталистов и наемных рабочих. К. Маркс в «Капитале» дал глубокий анализ места и роли этих классов в системе капиталистического (западного индустриального) общественного производства. Определенное значение в этой системе имели также другие классы и социальные слои — землевладельцы, крестьяне, интеллигенция. Однако уже после смерти Маркса, в XX веке, стратификационная система капитализма претерпела серьезные изменения, большинство из которых способствовали значительному смягчению прежних социальных антагонизмов. Более того, рост среднего класса с его достаточно размытыми и конформистскими ценностями фактически устранил полностью то глобальное противоречие капитализма, на которое указывал К. Маркс — между предпринимателями и наемными рабочими, переведя его в мирное русло социального партнерства и сотрудничества. Социологов и философов западного общества ныне куда больше заботят иные социальные конфликты — этнические, религиозные, расовые, возрастные, гендерные и т. п., и многие из этих ученых предсказывают возможное обострение подобных конфликтов в постиндустриальную эпоху.

Как отмечает Э. Тоффлер, в индустриальную эпоху «большинство людей двигались по одной и той же стандартной жизненной траектории: воспитанные в малых семьях, они шли в потоке через школы фабричного типа, а затем поступали на службу в крупную корпорацию, частную или государственную». В постиндустриальном обществе картина резко меняется: семья размывается — как, впрочем, и сами семейные ценности; система образования дифференцируется, и значение образования резко возрастает; а методы продвижения по службе, методы, при помощи которых человек делает свою карьеру, становятся самыми разнообразными. С одной стороны, любой человек в постиндустриальном обществе может, например, делать карьеру предпринимателя или менеджера, т. е. работать в частной сфере хозяйства. Энергичные, обладающие высокими деловыми качествами, личности могут здесь добиться необыкновенных успехов, причем для этого совсем необязательно окончить престижный университет или иметь богатых родителей. Другая сфера, которая привлекает многих индивидов, — это государственная служба, карьера чиновника. Хотя возможности быстрого продвижения здесь более ограничены, чем в частном секторе, способный служащий также в достаточно короткие сроки может занять пост выше среднего. Также надо учесть и то, что положение чиновника, в отличие от положения предпринимателя, более стабильно и имеет ряд государственных гарантий. Люди, не склонные к риску и более расчетливые, вполне удовлетворятся карьерой государственного или муниципального служащего, а самые «храбрые» из них, возможно, сделают и политическую карьеру.

Но и это еще далеко не все варианты продвижения вверх в обществе постиндустриального типа. Остаются еще «свободные профессии» — это, как правило, профессии интеллектуального характера: журналистика, юриспруденция, деятельность в сфере искусств. Относительно «свободными» можно также полагать и еще две очень большие области, основанные на высококвалифицированном интеллектуальном труде, — науку и преподавательскую деятельность. Эти сферы также с каждым годом привлекают всё больше и больше людей. При наличии особых талантов здесь также можно попасть в самую высокооплачиваемую элиту общества и блестящая карьера многих знаменитых «звезд» искусства, талантливых журналистов и адвокатов этот наш тезис уверенно подтверждает.

Постиндустриальное общество предлагает каждому индивиду множество вариантов его движения вверх, в ряды элиты и высшего класса; но вместе с тем оно приносит и некоторые проблемы, которые уже сейчас становятся насущными для ведущих капиталистических стран.

В первую очередь, западных социологов беспокоит проблема среднего класса в постиндустриальном обществе. Именно этот класс все последние десятилетия являлся гарантом стабильности капиталистического социума; однако сейчас его судьба представляется им весьма неопределенной.

Во-первых, возрастает до уровня критической черты разрыв между доходами высшего класса и среднего класса, а некоторые из исследователей даже говорят о возрастании степени социального неравенства во всем западном обществе. Элита капиталистического общества получает доходы и прибыли, несоизмеримые ни с какими средними показателями, и возможность достигнуть таких же отметок у среднего класса с каждым годом всё меньше и меньше. Т. Стюарт объясняет это тем, что «экономика перестала быть индустриальной, а рынок труда не успел приспособиться к происходящим в ней изменениям», однако, по нашему мнению, такой возрастающий разрыв в доходах между верхушкой общества и средними слоями вызывается в большинстве случаев монетаристко-консервативной политикой, которую проводят правительства многих западных держав. Принципами этой политики являются: сворачивание значительной части социальных программ; необходимость низкооплачиваемых работников больше надеяться на себя, чем на помощь государства; волна приватизации в промышленности и т. п. Вследствие этого растет и социальное неравенство в социуме и опасность социальных конфликтов.

Во-вторых, меняется и сам состав среднего класса. Раньше его базой были в основном мелкие предприниматели, высококвалифицированные рабочие, служащие со средним управленческим статусом. Теперь на смену «старому среднему классу» приходит «новый средний класс» — менеджеры, программисты, бухгалтеры, экономисты, — в котором число наемных работников еще более возрастает, а значит, возрастает и зависимость их судьбы от воли и прихотей руководящих ими лиц. Это также создает определенную проблему, хотя, видимо, более психологическую, чем экономическую.

Рассуждения о путях развития среднего класса на рубеже постиндустриальной эпохи нам хотелось завершить обширной цитатой из выступления известного американского профессора Й. Валлерстайна, которая резюмирует всё вышесказанное о среднем классе: «Они оказались в наибольшем выигрыше в период 1945-1967/73 годах: их численность резко возросла как абсолютно, так и относительно. Поднялся — и значительно — их уровень жизни. Они стали важным социальным амортизатором, обеспечивающим стабильность общества. Конечно, за эту экспансию среднего класса пришлось расплачиваться повышением стоимости продукции, вековой инфляцией и серьезным сдерживанием накопления капитала. Отныне же следует ожидать упорного стремления сократить в абсолютном смысле численность среднего класса в производственных процессах и сфере услуг. Продолжатся нынешние попытки урезать государственные бюджеты, которые, в конечном счете, будут угрожать большинству этого среднего класса. Политические последствия этого могут оказаться весьма значимыми: образованный, привыкший к комфорту средний класс не согласится пассивно с ухудшением своего статуса и доходов. Мы уже видели, как грозно он показал свои зубы во время «революции 1968 г.». Тогда для его умиротворения понадобились экономические уступки 1970-1985 гг., за которые ряд стран расплачивается до сих пор. В любом случае выбор между ограничением накопления капитала и потрясениями и потрясений от политических и экономических возмущений среднего класса окажется для капиталистической мировой экономики крайне тяжелым».

Еще одна существенная проблема, волнующая классиков постиндустриальной волны, — это рост численности и влияния в будущем обществе так называемых «собственников знания и информации» — прежде всего ученых, преподавателей, работников СМИ, технократов и др. Сам этот рост во многом вызывает симпатию и считается одной из положительных черт постиндустриальной трансформации. Вполне позитивно, хотя и не без скепсиса, воспринимают западные ученые и рост политического влияния «интеллектуального класса». Однако здесь встает следующий вопрос: не вызовет ли подобная волна «интеллектуальной экспансии» ослабление позиций других, не менее важных социальных групп постиндустриального общества — предпринимателей, менеджеров, простых (неквалифицированных) работников производства и сферы услуг?

Не окажется ли в эпоху постиндустриализма «интеллектуальный класс» своеобразным эксплуататором других слоев? Не отделит ли высшее образование и высокий уровень интеллектуального капитала этот класс от других, менее образованных и менее интеллектуальных, классов и групп? Д. Белл в связи с этим обсуждает проблему меритократии — общества, где отбор идет по способностям, по уровню интеллекта, но к точно определенным выводам так и не приходит. С одной стороны, он признает, что постиндустриальное общество в «разрезе статуса и власти является логическим продолжением меритократии; оно узаконивает новое социальное устройство, основывающееся, в принципе, на приоритете образованного таланта», а с другой, учитывая многочисленные возражения против меритократии, указывает на возможные дефекты в таком устройстве социума. Применение меритократических принципов в обществе требует, по мнению американского ученого, серьезного пересмотра самого понятия «меритократия» с учетом всех последних достижений морального и политического знания. Более основательно о возможном социальном конфликте с участием «интеллектуального класса» высказываются Г. Кан, У. Браун и Л. Мартин: «превратившись в обширную прослойку, они приобретут большую уверенность в себе, станут активно защищать свои интересы и открыто претендовать на руководство обществом. По мере того, как общественный статус этой группы будет ухудшаться, а ее численность будет возрастать, различные ее элементы будут организовываться иногда в те или иные правительственные органы или другие общественные институты. Таким образом, возникнет новый социальный конфликт».

Можно предположить, что в таком случае социальная структура постиндустриального общества представляет собой как бы «мозаику», составленную из пересечения «горизонтальных» и «вертикальных» осей (или «структур»). Ученые, например, могут работать как на коммерческих предприятиях, так и в университетах или исследовательских институтах; служащие могут также служить где угодно — в армии, в социальной сфере, в правительстве, в бизнесе. Д. Белл подчеркивает, что «в повседневной деятельности взаимодействие и конфликт интересов происходят скорее между организациями, к которым относятся люди, нежели между расплывчатыми классами или статусными группами». Очевидно это нужно понимать в том смысле, что классово-статусная картина постиндустриального общества оказывается сильно размытой и неопределенной, и наше внимание должно быть в первую очередь приковано к институциональным аспектам социальной структуры. Наша позиция совпадает здесь с позицией американского исследователя лишь частично: мы уверены, что классы и статусные группы еще сохранят свое значение в постиндустриальную эру и потому институциональный аспект изучения будущей социальной стратификации всё же не должен заслонять классовый аспект.

3. ПОЛИТИЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ В СОВРЕМЕННОМ (ПОСТИНДУСТРИАЛЬНОМ) ОБЩЕСТВЕ

Политическая борьба в постиндустриальную эпоху, по мнению большинства ученых, исследующих будущий социум, будет отражать экономическую борьбу за основной ресурс постиндустриального общества — знание и информацию. Владение знанием и информацией как собственностью будет источником как политической, так и экономической власти. «В постиндустриальном обществе», — пишет Белл, — «технические знания становятся основой, а образование — средством достижения власти; те (элитная часть общества), кто выдвигается на первый план, представлены исследователями и учеными. Но это не значит, что ученые монолитны и действуют как корпоративная группа». Всё это возвращает нас к уже рассматривавшейся проблеме «возрастания роли интеллектуального класса в постиндустриальном обществе». Однако, в подавляющем большинстве случаев западные ученые едины в том, что роль этого класса, безусловно, возрастает, но при этом интеллектуалы вовсе не становятся правящим классом при постиндустриализме. Политическая власть и в будущем опять, по всей видимости, будет находиться в руках политической бюрократии и выходцев из большого бизнеса; влияние же интеллектуального класса никогда не превысит определенного уровня. Сильное сомнение вызывает также возможность интеллектуалов консолидироваться и создать свое «политическое лобби» на уровне правительства и парламента — такое же, какое, например, имеют предприниматели, банкиры, фермеры и т. п.

Кто же будет, в таком случае, править в постиндустриальную эру? Несмотря на некоторую разноголосицу во мнениях западных исследователей, общий вывод здесь примерно одинаков: те же, кто правил и в индустриальном мире. Естественно, поднимется влияние интеллектуального класса, упадет роль бюрократии (так, впрочем, считают, не все), возможно, всё же возрастет роль среднего класса, — но вот политическое влияние низшего класса — и без того незначительное — может еще больше упасть. Но и здесь у классиков постиндустриальной волны нет единого мнения: ведь принципы будущей демократии — «демократии участия» — предполагают привлечение подавляющего большинства граждан к управлению государством, включая, разумеется, и тех, кто имеет низкие доходы.

Вообще, на совершенствование демократических принципов устройства социума делается значительный акцент во всех работах, посвященных постиндустриальному обществу. Все авторы едины в том, что нынешняя политическая организация капиталистических государств еще достаточно несовершенна и может быть еще более улучшена. Рецепты тут предлагаются самые разные: «демократия участия» (Д. Белл, Й. Масуда), «добровольные общины» (Й. Масуда), «разнообразие субкультур» (Э. Тоффлер) и т. п. По всей видимости, постиндустриальному обществу еще предстоит самому выработать для себя наиболее подходящую модель демократии — такую, чтобы, — с одной стороны, она была проста и убедительна для каждого гражданина, а, — с другой, успешно обеспечивала решение внутренних проблем внутри самого постиндустриального государства. Только тогда постиндустриальное государство станет устойчивым в политических аспектах своего бытия.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Обобщая вышеизложенное, можно сделать следующие выводы.

Социальная структура общества в узком смысле слова это социально-классовая структура общества, совокупность классов, социальных слоев и групп, которые находятся в единстве и взаимодействии. Изменение технологического базиса сказывается и на организации всей системы социальных связей и отношений. Если в индустриальном обществе массовый класс составляли рабочие, то в постиндустриальном — служащие, управленцы. При этом значение классовой дифференциации ослабевает, вместо статусной социальной структуры формируется функциональная. Вместо руководства принципом управления становится согласование, а на смену представительной демократии идет непосредственная демократия и самоуправление. В результате вместо иерархии структур создается новый тип сетевой организации, ориентированной на быстрое изменение в зависимости от ситуации.

Правда, при этом некоторые социологи обращают внимание на противоречивые возможности, с одной стороны, обеспечение в информационном обществе более высокого уровня свободы личности, а с другой, — на появление новых, более скрытых и потому более опасных форм социального контроля над ней.

Причиной, затруднившей рассмотрение темы в полном объёме, явилось то, что практически любое структурированное общество может быть представлено как совокупность взаимосвязанных и взаимообусловленных областей социальной жизни: экономической, политической, духовной, общественной, в которой иногда выделяют семейно-бытовую сферу. В каждой из указанных сфер социальной жизни имеет место собственное социальное расслоение, собственная структура.

В ходе выполнения работы было рассмотрено современное постиндустриальное общество как объективную реальность; пояснена социальная структура постиндустриального общества; описаны политические трансформации в современном (постиндустриальном) обществе. Таким образом, была достигнута цель работы, состоявшая в рассмотрении современного постиндустриального общества с точки зрения социологии.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1.Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. М., 2009

.Иноземцев В.Л. Современное постиндустриальное общество: природа, противоречия, перспективы. М., 2006

.Кастельс М. Информационная эпоха: экономика, культура, общество. М., 2011

.Масуда Й. Компьюутопия // Философская и социологическая мысль. 2003, № 6

.Тоффлер О. Метаморфозы власти. М., 2011

.Тоффлер Э. Третья волна. М., 2009

.Туроу Л. Будущее капитализма. Новосибирск, 2010

.Уэбстер Ф. Теории информационного общества. М., 2008

ПРИЛОЖЕНИЕ

СЛОВАРЬ ПРИСУТСТВУЮЩИХ В РАБОТЕ ТЕРМИНОВ

ТерминЗначениеПостиндустриальное общество следующая стадия развития после индустриального общества, в экономике которого преобладает инновационный сектор экономики с высокопроизводительной промышленностью, индустрией знаний, с высокой долей в ВВП высококачественных и инновационных услуг.Система образования совокупность образовательных учреждений, реализующих преемственные образовательные программы и государственные образовательные стандарты различного уровня и направленностиСоциальное неравенство форма социальной дифференциации, при которой отдельные индивиды, социальные группы, слои, классы находятся на разных ступенях вертикальной социальной иерархии и обладают неравными жизненными шансами и возможностями удовлетворения потребностей.Социум большая устойчивая социальная общность, характеризуемая: — единством условий жизнедеятельности людей; и — общностью культуры, культурного наследия и традиций.Средний класс класс, занимающий промежуточное положение между основными классами в системе социальной стратификации. Средний класс характеризуется неоднородностью положения, противоречивостью интересов, сознания и политического поведения.Субкультура система ценностей, моделей поведения, жизненного стиля какой-либо социальной группы, представляющая собой самостоятельное целостное образование в рамках доминирующей культуры. Субкультура возникает как позитивная или негативная реакция на господствующую в обществе культуру и социальную структуру среди различных социальных слоев и возрастных группТехнократ высококвалифицированный специалист в области техники и технологии, участвующий в управлении организацией и в осуществлении правительственной экономической политики


diplomba.ru

Научно-техническая революция, формирование постиндустриального общества в ведущих странах мира.

ТОП 10:

За последние 50 лет во всех странах мира наблюдалось снижение удельного веса занятых и доли промышленности в ВВП. В среднем по миру за 1960—2007 гг. доля промышленности в ВВП сократилась с 40 % до 28 %, а доля занятых — до 21 %. Деиндустриализация в первую очередь затрагивает экономически развитые страны и старые отрасли, такие как металлургия, текстильная промышленность. Закрытие заводов приводит к увеличению безработицы и появление региональных социально-экономических проблем. Но параллельно деиндустриализации происходит процесс реиндустриализации — развитие новых, высокотехнологичных производств, замещающих старые отрасли.

Новые индустриальные страны первой волны, обладавшие такими конкурентными преимуществами как дешевая рабочая сила и более низкое налоговое бремя, привлекли на свою территорию новые отрасли промышленности. Это привело к глобальному переносу промышленного производства в Юго-Восточную Азию. Во многих странах этого региона и в других развивающихся странахтранснациональные корпорации создают предприятия неполного цикла, производящие полуфабрикаты или осуществляющие сборку готовой продукции из импортных деталей.[9]

Характерное для постиндустриальных стран снижение доли занятых в промышленности не свидетельствует об упадке развития промышленного производства. Напротив, промышленное производство, как и сельское хозяйство в постиндустриальных странах развиты чрезвычайно сильно, в том числе за счёт высокой степени разделения труда, что обеспечивает высокую производительность. Дальнейшего наращивания занятости в данной сфере просто не требуется. Например, в США в сельском хозяйстве уже давно работает около 5 % занятого населения.[10] При этом США являются одним из крупнейших мировых экспортёров зерновых. В то же время в отраслях транспортировки, переработки и хранения сельхозпродукции занято ещё свыше 15 % работников США.[11] Разделение труда сделало этот труд «несельскохозяйственным» — этим занялись сфера услуг и промышленность, которые дополнительно увеличили свою долю в ВВП за счёт снижения доли сельского хозяйства. В то же время в СССР не было столь подробной специализации хозяйственных субъектов. Сельхозпредприятия занимались не только выращиванием, но и хранением, перевозкой, первичной переработкой урожая. Получалось, что в селе работало от 25 до 40 % работников. В то время, когда доля сельского населения составляла 40 %, СССР обеспечивал себя всем зерном (и другими продуктами сельского хозяйства, вроде мяса, молока, яиц и др.) сам, а вот когда доля сельскохозяйственного населения снизилась до 25 % (к концу 1960-х годов), возникли потребности в импорте продовольствия, и наконец, при снижении этой доли до 20 % (к концу 1970-х годов), СССР стал крупнейшим импортёром зерна.

В постиндустриальной экономике наибольший вклад в стоимость материальных благ, которые производятся именно внутри этой экономики, вносит конечная составляющая производства — торговля,реклама, маркетинг, то есть сфера услуг, а также информационная составляющая в виде патентов, НИОКР и т. д.

Кроме того, всё бо́льшую роль играет производство информации. Этот сектор экономически эффективнее материального производства, так как достаточно изготовить первоначальный образец, а затраты на копирование несущественны. Но он не может существовать без:

1. Развитой юридической защиты прав интеллектуальной собственности. Не случайно именно постиндустриальные страны в наибольшей степени отстаивают эти вопросы.

Права на информацию, которые подлежат юридической защите, должны носить монопольный характер. Это является не только необходимым условием для превращения информации в товар, но и позволяет извлекать монопольную прибыль, увеличивая рентабельность постиндустриальной экономики.

Наличия огромного количества потребителей информации, которым выгодно её продуктивно использовать и которые готовы предложить за неё «неинформационные» товары.

 




infopedia.su

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о