Ленин социалист или коммунист – . —

Был ли Ленин коммунистом? | УЧИМСЯ ПОНИМАТЬ ИСТОРИЮ

      Еще год-два назад ответом на этот вопрос в подавляющем случае было бы энергичное сверление пальцем у виска. Типа: «Ну, ты чо, мужик, совсем ужо?!».

      А нынче с полным основанием можно утверждать, что Владимир Ильич всю свою бурную революционную деятельность проводил вне партии. Имеется в виду – коммунистической. Потому как такой партии в царской России отродясь не бывало.

   

   

      А вот в коммунисты он подался только на следующий год после Октября 1917 г. Ну как — «подался»? А так. Организация, у истоков которой Ильич стоял и которой бессменно и мудро руководил, называлась РСДРП – Российская социал-демократическая рабочая партия. С приставкой (большевиков). А уже после того, как революция грянула и Зимний взяли, собрались эти большевички на свой съезд и говорят: «Не хотим больше быть социал-демократами. А хотим быть коммунистами!». И зачем им золотая рыбка, когда, кто в избе хозяин – не вопрос.

      Ну, это, скажем так, сторона анкетная. Но есть и – посущественней.

   

   

      Родоначальники марксизма первыми заметили, что буржуазные революции проходят в три прыжка. Сначала все скопом свергают монархию. Затем флаг мятежа подхватывают левые радикалы. Зачем? Энгельс поясняет: «То, что было завоевано в результате первой победы, становилось прочным лишь благодаря второй победе радикальной партии». А Маркс этот второй революционный прорыв открытым текстом обозначает как «вспомогательный момент самой буржуазной революции». (Третий этап – это когда ход истории отстраняет леваков-фантазеров – «вспомогателей» – от штурвала страны).

      Но это – еще не все метаморфозы Ильича.

      10 лет молодая Россия называла осеннюю встряску 1917 г Октябрьским переворотом. А в 1927 г – дата круглая. Вот снова собрались большевики и говорят. Уж больно название какое-то постное, скучное. Никакого шарма. А давайте назовем это социалистической революцией! Да! И притом – великой!

      На том и порешили.

   

   

      Так десять лет спустя, наш Ильич из лидеров вспомогательного этапа буржуазной революции, посмертно стал вождем социалистической революции.

      Ох, и загадочная она, эта русская душа!

   

      И предстоит нам сегодня определиться, так кем же был на самом деле Владимир Ильич?

   

Благодарим всех участников опроса. Бобер, Пчёлка.   

   

maxpark.com

Был ли Ленин коммунистом?

      Еще год-два назад ответом на этот вопрос в подавляющем случае было бы энергичное сверление пальцем у виска. Типа: «Ну, ты чо, мужик, совсем ужо?!».

      А нынче с полным основанием можно утверждать, что Владимир Ильич всю свою бурную революционную деятельность проводил вне партии. Имеется в виду – коммунистической. Потому как такой партии в царской России отродясь не бывало.

   

   

      А вот в коммунисты он подался только на следующий год после Октября 1917 г. Ну как — «подался»? А так. Организация, у истоков которой Ильич стоял и которой бессменно и мудро руководил, называлась РСДРП – Российская социал-демократическая рабочая партия. С приставкой (большевиков). А уже после того, как революция грянула и Зимний взяли, собрались эти большевички на свой съезд и говорят: «Не хотим больше быть социал-демократами. А хотим быть коммунистами!». И зачем им золотая рыбка, когда, кто в избе хозяин – не вопрос.

      Ну, это, скажем так, сторона анкетная. Но есть и – посущественней.

   

   

      Родоначальники марксизма первыми заметили, что буржуазные революции проходят в три прыжка. Сначала все скопом свергают монархию. Затем флаг мятежа подхватывают левые радикалы. Зачем? Энгельс поясняет: «То, что было завоевано в результате первой победы, становилось прочным лишь благодаря второй победе радикальной партии». А Маркс этот второй революционный прорыв открытым текстом обозначает как «вспомогательный момент самой буржуазной революции». (Третий этап – это когда ход истории отстраняет леваков-фантазеров – «вспомогателей» – от штурвала страны).

      Но это – еще не все метаморфозы Ильича.

      10 лет молодая Россия называла осеннюю встряску 1917 г Октябрьским переворотом. А в 1927 г – дата круглая. Вот снова собрались большевики и говорят. Уж больно название какое-то постное, скучное. Никакого шарма. А давайте назовем это социалистической революцией! Да! И притом – великой!

      На том и порешили.

   

   

      Так десять лет спустя, наш Ильич из лидеров вспомогательного этапа буржуазной революции, посмертно стал вождем социалистической революции.

      Ох, и загадочная она, эта русская душа!

   

      И предстоит нам сегодня определиться, так кем же был на самом деле Владимир Ильич?

   

Благодарим всех участников опроса. Бобер, Пчёлка.   

   

newsland.com

Социалист Зюганов vs коммуниста Ленина

 

«Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными,…»

Ап. Павл 2-е к Кор 6:14

I

 

С первого взгляда политическая палитра Государственной Думы РФ видится вполне себе представительной. Тут, как говорится «всякой твари по паре». Есть и «здоровые» националисты, в виде ЛДПР, социал-демократы изображаются «Справедливой Россией» (СР), в наличии даже коммунисты – КПРФ. Всё это буйство красок, что сродни радужному флагу ЛГБТ — сообщества, «пасёт» правящая «консервативная» «партия власти» — «Единая Россия» (ЕР). И вроде ничего Одновременно и разнообразно и вполне прилично. Даже респектабельно. Без лишних дискуссий, как известно. Если бы не одно но…

Дело в том, что любая государственная политическая система устойчива только в том случае, если большая часть политической «элиты», кабы не вся, держится единого политического государствообразующего идеи-идеала. Т.е. все значимые политические акторы, все кто имеет хоть какой-то политический вес, согласны в основах политического, экономического и социального устройства государства. И это понятно и естественно.

Мы не можем каждые четыре или семь лет на выборах парламента или президента делать выбор между принципиально несовместимыми политическими порядками в государстве. Мы не можем беспрерывно радикально менять республику на монархию и обратно, президентское управление на парламентское, вводить то федеративное устройство, то унитарное или переходить к конфедерации, регулярно национализировать, а затем приватизировать предприятия. Такие повторяемы действия, очень быстро измотают любого и приведут, даже сильное и здоровое государство и само общество, к краху.

Вспомним Французскую республику, которая в 60-х и 80-х годах XX-го века, «развлекалаясь» национализацией и денационализацией промышленных предприятий и банков, подорвала собственную конкурентоспособность. Особенно банковской системы. Ведь частая смена парадигмы бизнес-управления не позволяет развиваться компании, заставляя её лишь выживать непрерывно мучаясь «тошнотой» от частых разворотов по команде «кругом».

Но ситуация резко ухудшается и осложняется, если мы переходим с уровня предприятия, даже крупного, на уровень политической системы государства, даже мелкого. (Заметим, мы исповедуем подход к понятию политического выдающегося немецкого политического философа Карла Шмитта.)

Дело в том, что если предельными критериями, которые выделяют каждую сферу человеческой деятельности на фоне других, для экономики являются «рентабельное» — «нерентабельное», в области морали «добро»-«зло», эстетики «прекрасное»-«безобразное», то для политического такими её собственными растягивающими полюсами будут «друг»-«враг».

Важно, что здесь понимается «друг» и «враг» не в личном, а в политическом, общественном, групповом контексте. С политическим врагом можно по человечески дружить, можно восхищаться его талантами, испытывать симпатии к его личности, в том числе и к его моральным устоям, с ним «может быть выгодно торговать». Но политический враг он иной, чужой. Потому «приятное обращение» с ним никак не отменяет того факта, что в случае острого политического конфликта, проблема может решиться только войной, ибо в политике по-настоящему невозможен ни третейский судья, ни заранее установленные нормы. Несмотря на массовую убеждённость в обратном.

И не только деятельность последних президентов США, начиная, наверное, с Рейгана, тому даёт огромное количество красноречивых примеров. РФ, за последние годы, не раз на своей «шкуре» ощутила, что ООН имеет хоть какую-то устойчивость исключительно в силу наличия у каждого государств-основателя безусловного права вето. В противном случае, ООН давно превратился бы в послушный инструмент достижения политических целей государств, которые, захватив данную организацию, лишь прикрывались бы формальным согласием большинства.

Пример резолюции Совбеза ООН №1973 и последующая судьба Ливии или мгновенный отстрел «Томогавками» по сирийской базе Шайрат, под предлогом «постановочной» газовой атаки в Хан-Шейхдуне – тому подтверждение. Другая наглядная демонстрация – якобы независимый «Международный трибунал для судебного преследования лиц, ответственных за серьёзные нарушения международного гуманитарного права, совершённых на территории бывшей Югославии с 1991 года» (т.н. трибунал по бывшей Югославии). «Суд» сей представляет собой политический репрессивный орган направленный почти исключительно на подавление лидеров Сербии, под «шильдиком» ООН.

Да и в целом деятельность ООН нам даёт реальную картину результатов взаимодействия в государстве политических сил имеющих антагонистические взгляды. Только при решении внутренних вопросов в государстве, в отличие от ООН, ни у кого нет права вето, зато, напротив, у немногих есть формальное и фактическое право силы, которым они быстро приводят к умиротворению несогласных со своей линией.

Потому политическое единство правящих групп в государстве есть необходимое и естественно условие его выживания. В противном случае, если будут достаточно продолжительное время конкурировать, по крайней мере, два существенно различных государствообразующих политических идеи-идеала, вместо политического мира и конструктивной работы мы получим гражданскую войну. Последняя будет длиться или возобновляться вновь и вновь до окончательной победы одной из сторон, завершаемой уничтожением противника. В этом месте иллюстрацией служит нам Майдан-2004 и Евромайдан-2014. Первый, так и не смог окончательно решить вопрос о власти на Украине, потому потребовался второй, уже полноценный государственный переворот, революция, с настоящей гражданской войной. Слишком уж несовместимы были политические идеи-идеалы русского юго-востока Украины с галицийским национализмом, чтобы они мирно договорились о разводе или, тем паче, могли бы жить в одном государстве. Кто-то должен был «уступить» или своим «Я» или своей жизнью.

Следовательно, чтобы быть в «обойме» политических сил проходящих в Думу РФ, Конгресс США, Бундестаг ФРГ, Парламент Франции, необходимо быть согласным с основными принципами установившейся в государстве системы власти. Т.е., по сути, иметь общую идеологию.

Недаром многим кажется, что различие между Республиканской и Демократической партиями США не носит принципиального антагонистического характера. Или, например, кто бы не приходил во Франции к власти и с какими бы лозунгами не пробился к рулю, общий вектор политики республики меняется несущественно. Так последнюю масштабную национализацию (Франсуа Морис Адриан Мари Миттеран) и наиболее масштабную приватизацию (Лионель Жюспен) проводили именно социалисты, а отнюдь не правые. Представитель которых, Николя Поль Стефан Саркози де Надь-Боча, напротив, не раз повторял, что «с капитализмом надо что-то делать». В том смысле, что в рамках капитализма назревающие региональные и глобальные проблемы не решаются, т.е. придерживался лозунгов, вполне себе социалистских.

Иначе. То, что внутри устойчивого государства серьёзной политики как собственно политики нет, это так не кажется кому-то, это так на самом деле и есть. Вся внутренняя политика здесь сводится и должна сводиться к экономике и социальным вопросам. И выходит она на уровень настоящего драматического напряжения, только во взаимоотношении с другими государствами. Внутри остаются только нюансы пенсионной системы, уголовного законодательства, да налогообложения… Если утрировать.

И глубоко ошибаются меряющие уровень демократичности или свободы наличием чрезвычайного политического разнообразия в обществе, понимая под оным именно сосуществование и свободное распространение антагонистических политических взглядов. Такое разномыслие есть признак не здоровья, а именно болезни и раздвоенности политического сознания общества. Политические свободы в государстве не могут и не должны, распространятся на политических акторов, политические идеи которых несовместимы с государствообразующим политическим идеей-идеалом и ведут к радикальной перемене базовых основ организации общества и государства. Такие акторы должны преследоваться, а такие идеи запрещаться. В отношении и того и другого требуется проведение последовательной политики дискредитации и подавления.

Потому постепенное изжитие, из значимых политических акторов, коммунистических партий, во всех странах т.н. «западной демократии», явление естественное, проистекающее из инстинкта самосохранения правящих в этих государствах групп. В Противном случае, коммунисты прийдя по настоящему к власти, изжили бы буржуазные партии, как им идейно чуждые.

Тот же, кто требуют свободы слова и собраний для всех, включая политических врагов власти, либо дурак, либо преследует личные политические цели – ослабить хватку и посеять разброд в лагере своих политических противников, в руках которых находится государственные органы подавления. После же своего успеха, т.е. после прихода к власти сей вчерашний «борец за свободу» прямо переходит к подавлению своих оппонентов, которых буквально накануне клеймили «душителей свободы слова и собраний». Все т.н. «цветные революции» дают нам неисчерпаемое количество примеров такого поведения. А украинская революция «гидности» в особо циничной форме.

II

Вернёмся к нашей внутриполитической ситуации и нашим думским «политическим» партиям.

В РФ всё ещё по-настоящему сильны социалистические традиции, коммунистические верования и надежды значительной части населения. Социалистическое прошлое ещё живо в нации. Живо не только в мемуарах, но и в конкретных людях «ставших на ноги» при СССР и не понаслышке знающих «как было на самом деле». Следовательно, правящей в РФ группе, идеология которой совершенно чужда идейному основанию управляемого ею общества, необходима контролируемая ею политическая организация-симулякр. Эта организация-симулякр создаёт иллюзию наличия действительно альтернативного политического идеи-идеала, направляя недовольство населения внутренней политикой в «паровозный гудок» якобы ведущейся борьбы за его мечту. Она поддерживает надежду на скорую и безболезненную возможность радикальной перемены социально-политического устройства государства. Только «борьба» эта плотно контролируется сверху и никогда не доходит до реальных дел, до действительного, до серьёзного противостояния.

Ни у кого не вызывает сомнения, что г-н А.Г. Зюганов и вся КПРФ органически встроены в структуру современной политической системы РФ. Они суть законная, своя политическая сила, покрывающая часть левого электората, более серьёзного и опасного, чем электорат СР. Последняя организация, по сути, популистский политический франкенштейн, гальванизируемый только перед выборами, для отвлечения на себя части крайнего, недовольного, но не особенно думающего электората, в том числе и с целью отъёма его от КПРФ.

Давайте начнём с простого – вспомним, каковы основные политические требования коммунистической организации и сравним, с наличествующими в документах КПРФ, чтобы выявить имеется ли в ней что-либо от коммунистов, кроме названия.

Коммунистический политический идеал основывается на социальном равенстве и общественной собственности на средства производства. И то и другое достигается в первую очередь путём ликвидации частной собственности на средства производства. По сути это ключевой параметр – отношение политической организации к частной собственности на средства производства. Если вы в своей социальной и экономической внутригосударственной политике исходите из данной парадигмы – вас можно рассматривать как коммунистическую организацию. Нюансы тут не имеют значения. Вы можете полагать, что мелкая и даже средняя собственность на средства производства в переходном периоде остаётся частной, но основная тенденция ваших действий, как кполитика, должна последовательно вести к её искоренению.

Значит для коммуниста, отличие людей может быть связано только с их личным трудовым вкладом в общее дело. Никаких преференций по социальному и этническому происхождению, либо по финансовым возможностям для него не приемлемо. Люди разделяются по степени служению обществу. И здесь рабочий или техничка нимало не уступают академику или директору завода.

Отсюда, к слову, происходит органическая невозможность, для коммунистической организации, проводить национальные и этнические сегрегации, евгенические биологические эксперименты и т.п., характерные для капитализма эксцессы. Да, на пути к коммунизму характерна позитивная дискриминация трудящихся классов в отношении иных социальных слоёв, но она носит подчинённый и временный характер. Ибо коммунизм это общество без социального расслоения в любом его виде. Этнические, региональные и профессиональные особенности не подвергаются нивелировке, только социальные. Последнее прекрасно продемонстрировал на практике СССР.

Связующим паттерном общества при коммунизме является – служение. Для капиталистического общества, особенно в современном либеральном его изводе, таким связующим паттерном стал – личный успех, обычно выраженный в виде известности (феномен «звезды») и в финансах. Сиё замечательно описано в романе «Атлант расправил плечи» Айн Рэнд (Алисы Зиновьевны Розенбаум).

Сегодняшняя РФ государство явно капиталистическое. В ней продолжительное время проводится последовательная политика укрепления частной собственности на средства производства, расширения прав её владельцев. В 90-е годы прошлого века, была инспирирована и длится по сию пору политика приватизации. В обществе, на момент начала буржуазно-либеральной революции 91-93 годов, социально однородном, постепенно происходит социальное расслоение. По доходам, деление по факту уже произошло. Теперь формируется социальная дифференциация с возрождением соответствующих правовых и традиционных социальных границ. В ближайшие десятилетия, если не произойдёт социальных и политических катаклизмов, социальная дифференциация общества в РФ начнёт оформляться институционально.

III

Что делать в таком случае истинно коммунистической политической организации?

 

Ответ нам даёт программа-максимум РСДРП, принятая на II-ом съезде в августе 1903 года и программа РКП(б) принятая на VIII съезде в марте 1919 года (далее все выделения мои, ОМП).

Первая из них ставила принципиальные рамки, дальние, но конкретные цели деятельности политической организации.

«Заменив частную собственность на средства производства и обращения общественною … социальная революция пролетариата уничтожит деление общества на классы и тем освободит все угнетенное человечество, так как положит конец всем видам эксплуатации одной части общества другою.

Необходимое условие этой социальной революции составляет диктатура пролетариата, т.е. завоевание пролетариатом такой политической власти, которая позволит ему подавить всякое сопротивление эксплуататоров».

Отличие программы 1919 года, от предыдущих и последующих аналогичных документов заключалось в том, что она определяла задачи переходного момента, от капиталистического устройства общества к коммунистическому. Тогда политическая власть уже в руках коммунистах, но общество по своему менталитету и социальной структуре ещё капиталистическое. Задача, по сути, обратная стоящей на сегодняшнем этапе перед КПРФ, буде они коммунисты: общество всё ещё в значительной степени социалистическое и пока социально однородное, но политическая власть в руках капиталистически мыслящей правящей группы.

Читаем в программе РКП(б): «В противоположность буржуазной демократии, скрывавшей классовый характер ее государства, Советская власть открыто признает неизбежность классового характера всякого государства, пока совершенно не исчезло деление общества на классы и вместе с ним всякая государственная власть. Советское государство, по самой своей сущности, направлено к подавлению сопротивления эксплуататоров, и Советская конституция, исходя из того, что всякая свобода является обманом, если она противоречит освобождению труда от гнета капитала, не останавливается перед отнятием у эксплуататоров политических прав…»

В обоих случаях мы наблюдаем чёткий политический подход, однозначно устанавливающий границы между «своими» и «чужими», между политическими «врагами» и политическими «друзьями». Коммунисты (большевики) ясно понимали свою чуждость капиталистическому строю и несовместимость своих целей с какими-либо целями буржуазного государства. Тут нет и не может быть места компромиссу, соглашательству, надеждам на то, что можно о чём-либо договориться с правящей буржуазной группой. Как эта политическая кристальная ясность и политическая определённость отличается уже от «мягкости» и готовности идти на соглашательство, характерные для руководства КПСС начиная с 70-х годов XX века, полагавшей, что поскольку политики нет внутри государства, то её можно потихоньку, переговорами извести и вовне.

Невозможно одновременное существование в одном государстве примата общественной и частной собственности, одновременного существования буржуазного классового и коммунистического бесклассового обществ. Значит невозможно существование в одной политической системе действительно коммунистической и настоящей буржуазной партий.

Именно в этом состоит смысл знаменитой дискуссий об отношении к участию или неучастию РСДРП в Думе. У коммунистов Российской империи, благодаря гению В.И. Ульянова (Ленин), всё здесь совершенно прозрачно и однозначно.

А что мы видим в документах нашей КПРФ?

Вот читаем рубрики на их официальном сайте, в разделе «за что борются коммунисты»: образование для всех, достойную молодежную политику, честные и свободные выборы, народовластие, развитие нашей культуры, за честные и правдивые СМИ, русские, дружба народов, национально-освободительная борьба, за народную армию, за новую индустриализацию, лучшее будущее для детей…» Ну и так далее. Иными словами – чистейшей воды современные социал-демократические лозунги. Сплошные социальные проблемы, вопросы улучшения жизни, условий оплаты труда и т.п. Но никак не цели и задачи коммунистической организации существующей внутри капиталистического государства.

Но, может быть, мы найдём, что-то похожее в программе КПРФ? Отнюдь, нет.

«КПРФ убеждена: спасение Отечества — только в возрождении советского строя и следовании по пути социализма». «Партия борется за единство, целостность и независимость Отечества, за воссоздание братского Союза советских народов, благополучие и безопасность, нравственное и физическое здоровье граждан». Здесь имеется лишь оглядка назад и снова социальные проблемы. Ни осмысления прошлого, ни понимания настоящего, ни виденье будущего.

Но в одну воду дважды не входят…

Дальше – больше: «Добиваясь активизации социально-классовой и национально-освободительной борьбы, КПРФ учитывает, что у неё есть реальные и потенциальные политические союзники. … Все те, кто проявляет заботу о трудовом народе, борется против закабаления России, кто не опорочил себя соглашательством с разрушительным курсом правящего режима. Коммунисты уважают их право на собственные взгляды и не навязывают своих». В тексте сквозит идейная амбивалентность. Попытка угодить и настроению масс, желающих социального облегчения своей участи, с одновременной опаской попасть «под раздачу» Кремля.

В КПРФ «не навязывают своих взглядов»? Вы это серьёзно? И это коммунисты в капиталистическом окружении, в ситуации переделки социалистического общества в буржуазное? Это политическая организация собирающаяся возродить социалистический строй? Или всё таки не собирающаяся, а лишь делающая вид…

Более того, это «политики», «принципиально» противостоящие правящей в стране группе – которую они «смело» клеймят как «правящий режим», при этом в своей программе гласящие: «На референдум будет вынесен вопрос о восстановлении в полном объёме советской системы государственной власти»? Но как они собираются не только провести референдум, это полдела, а заставить правящую в РФ группу решения оного исполнить? Путём уговоров?

Или не собираются ни референдум проводить, ни принуждать власть к исполнению его решений?

Как полагают в КПРФ получить власть? Конечно через выборы! «Партия добивается создания условий для честных выборов всех органов власти и формирования правительства народного доверия».

Т.е. сначала победить на выборах, а потом провести референдум? Для чего здесь референдум? Власть-то уже в руках, надо работать, а не референдумы учинять? Или наоборот, сперва референдум, а потом через выборы власть?

Вспомним, в 1991 году состоялся референдум по сохранению СССР, где более 77% участвующих (при 80% явке) высказались «За», в 1995 году левые имели в Думе почти 50% депутатов, в 1996 Геннадий Андреевич Зюганов мог, а говорят, что выиграл президентские выборы… И? Что дальше?

У КПРФ ,какой-то совершенно непроходимый политический инфантилизм.

Как будто лидер КПРФ сотоварищи не читали, да и не знают по своему опыту, что «Буржуазная демократия ограничивалась формальным распространением политических прав и свобод, как то: права собраний, союзов, печати, одинаково на всех граждан. Но в действительности как административная практика, так и главным образом, экономическое рабство трудящихся всегда ставило последних при буржуазной демократии в невозможность сколько-нибудь широко пользоваться этими правами и свободами». В.И. Ленин думаю, закрыв лицо рукой, «рыдает» глядя на этих – именующих себя «потомками» большевиков.

Кажется, верно здесь привести танка японской поэтессы Ёсано Акико:

«Сказали мне, что эта дорога

Меня приведет к океану смерти,

И я с полпути повернула вспять.

С тех пор все тянутся передо мною

Кривые, глухие окольные тропы…»

Конечно, можно возразить, что если бы они действительно поставили перед собой коммунистические цели, то им пришлось бы взять в руки оружие, а не просиживать штаны в парламентах. А это опасно… Они должны были бы, сходясь в настоящей смертельной схватке, сражаться со своим политическим врагом насмерть. Ибо, какое согласие между трудом и капиталом? Какое соучастие между наёмником и собственником? Какая совместность между пролетарием и буржуа?

Да, серьёзная политика очень опасное дело, поскольку требует провести однозначную и, в действительности, окончательную грань между вами и политическими врагами – людьми с которыми вы готовы, в предельном случае, вести войну. Готовы убить и готовы умереть.

А сегодня КПРФ не только делами, но и документами настроена на мирное сосуществование. Надеется на мирную эволюцию общества, без особого со своей стороны напряжения и без риска. Это не хорошо и не плохо. Это лишь означает, что слово «коммунистическая» в названии КПРФ есть лишь маркетинговая дань тем слоям общества, которые не забыли великого прошлого РСДРП(б)-РКП(б)-ВКП(б)-КПСС и готовы голосовать даже за его тень… Говоря прямо – попытка введения в заблуждение избирателя вселением надежды на исполнение его мечты с целью получения индивидуальных политических дивидендов, без исполнения обещаний. Сиё, суть – политическое мошенничество.

Современная КПРФ – обычные социал-демократы европейского разлива. А с точки зрения политической активности – нанятая, правящей группой РФ (в изложении КПРФ – политический режим направляющий страну по разрушительному курсу), организация призванная «игрой на дудочке» заманивать и отвлекать политически активных граждан левой ориентации от реальных дел. Важно, чтобы весь пыл, порыв и время таких граждан ушли в пшик, в, повторюсь, «паровозный гудок»… И пока КПРФ, с этим вполне справляется, совершенно не претендуя на реальную власть. Даже не желая её.

Впрочем, всё, что сказано про «коммунизм» КПРФ, можно повторить про «национализм» ЛДПР.

anna-news.info

Социалист Зюганов vs коммуниста Ленина

 

Остроменский Михаил Петрович,

Политический любомудр,

МОО «Вече», ВПП «Партия Дела», ОО «Альтернатива»

 

«Не преклоняйтесь под чужое ярмо с неверными,…»

Ап. Павл 2-е к Кор 6:14

I

С первого взгляда политическая палитра Государственной Думы РФ видится вполне себе представительной. Тут, как говорится «всякой твари по паре». Есть и «здоровые» националисты, в виде ЛДПР, социал-демократы изображаются «Справедливой Россией» (СР), в наличии даже коммунисты – КПРФ. Всё это буйство красок, что сродни радужному флагу ЛГБТ — сообщества, «пасёт» правящая «консервативная» «партия власти» — «Единая Россия» (ЕР). И вроде ничего Одновременно и разнообразно и вполне прилично. Даже респектабельно. Без лишних дискуссий, как известно. Если бы не одно но…

Дело в том, что любая государственная политическая система устойчива только в том случае, если большая часть политической «элиты», кабы не вся, держится единого политического государствообразующего идеи-идеала. Т.е. все значимые политические акторы, все кто имеет хоть какой-то политический вес, согласны в основах политического, экономического и социального устройства государства. И это понятно и естественно.

Мы не можем каждые четыре или семь лет на выборах парламента или президента делать выбор между принципиально несовместимыми политическими порядками в государстве. Мы не можем беспрерывно радикально менять республику на монархию и обратно, президентское управление на парламентское, вводить то федеративное устройство, то унитарное или переходить к конфедерации, регулярно национализировать, а затем приватизировать предприятия. Такие повторяемые действия, очень быстро измотают любого и приведут, даже сильное и здоровое государство и само общество, к краху.

Вспомним Французскую республику, которая в 60-х и 80-х годах XX-го века, «развлекаясь» национализацией и денационализацией промышленных предприятий и банков, подорвала собственную конкурентоспособность. Особенно банковской системы. Ведь частая смена парадигмы бизнес-управления не позволяет развиваться компании, заставляя её лишь выживать, непрерывно мучаясь «тошнотой» от частых разворотов по команде «кругом».

Но ситуация резко ухудшается и осложняется, если мы переходим с уровня предприятия, даже крупного, на уровень политической системы государства, даже мелкого. (Заметим, мы исповедуем подход к понятию политического выдающегося немецкого политического философа Карла Шмитта.)

Дело в том, что если предельными критериями, которые выделяют каждую сферу человеческой деятельности на фоне других, для экономики являются «рентабельное» — «нерентабельное», в области морали «добро»-«зло», эстетики «прекрасное»-«безобразное», то для политического такими её собственными растягивающими полюсами будут «друг»-«враг».

Важно, что здесь понимается «друг» и «враг» не в личном, а в политическом, общественном, групповом контексте. С политическим врагом можно по-человечески дружить, можно восхищаться его талантами, испытывать симпатии к его личности, в том числе и к его моральным устоям, с ним «может быть выгодно торговать«. Но политический враг, он иной, чужой. Потому «приятное обращение» с ним никак не отменяет того факта, что в случае острого политического конфликта, проблема может решиться только войной, ибо в политике по-настоящему невозможен ни третейский судья, ни заранее установленные нормы. Несмотря на массовую убеждённость в обратном.

И не только деятельность последних президентов США, начиная, наверное, с Рейгана, тому даёт огромное количество красноречивых примеров. РФ, за последние годы, не раз на своей «шкуре» ощутила, что ООН имеет хоть какую-то устойчивость исключительно в силу наличия у каждого государств-основателя безусловного права вето. В противном случае, ООН давно превратился бы в послушный инструмент достижения политических целей государств, которые, захватив данную организацию, лишь прикрывались бы формальным согласием большинства.

Пример резолюции Совбеза ООН №1973 и последующая судьба Ливии или мгновенный отстрел «Томагавками» по сирийской базе Шайрат под предлогом «постановочной» газовой атаки в Хан-Шейхдуне – тому подтверждение. Другая наглядная демонстрация – якобы независимый «Международный трибунал для судебного преследования лиц, ответственных за серьёзные нарушения международного гуманитарного права, совершённых на территории бывшей Югославии с 1991 года» (т.н. трибунал по бывшей Югославии). «Суд» сей представляет собой политический репрессивный орган направленный почти исключительно на подавление лидеров Сербии под «шильдиком» ООН.

Да и в целом деятельность ООН нам даёт реальную картину результатов взаимодействия в государстве политических сил имеющих антагонистические взгляды. Только при решении внутренних вопросов в государстве, в отличие от ООН, ни у кого нет права вето, зато, напротив, у немногих есть формальное и фактическое право силы, которым они быстро приводят к умиротворению несогласных со своей линией.

Потому политическое единство правящих групп в государстве есть необходимое и естественно условие его выживания. В противном случае, если будут достаточно продолжительное время конкурировать, по крайней мере, два существенно различных государствообразующих политических идеи-идеала, вместо политического мира и конструктивной работы мы получим гражданскую войну. Последняя будет длиться или возобновляться вновь и вновь до окончательной победы одной из сторон, завершаемой уничтожением противника. В этом месте иллюстрацией служит нам Майдан-2004 и Евромайдан-2014. Первый так и не смог окончательно решить вопрос о власти на Украине, потому потребовался второй, уже полноценный государственный переворот, революция, с настоящей гражданской войной. Слишком уж несовместимы были политические идеи-идеалы русского юго-востока Украины с галицийским национализмом, чтобы они мирно договорились о разводе или, тем паче, могли бы жить в одном государстве. Кто-то должен был «уступить» своим «Я» или своей жизнью.

Следовательно, чтобы быть в «обойме» политических сил проходящих в Думу РФ, Конгресс США, Бундестаг ФРГ, Парламент Франции, необходимо быть согласным с основными принципами установившейся в государстве системы власти. Т.е., по сути, иметь общую идеологию.

Недаром многим кажется, что различие между Республиканской и Демократической партиями США не носит принципиального антагонистического характера. Или, например, кто бы не приходил во Франции к власти и с какими бы лозунгами не пробился к рулю, общий вектор политики республики меняется несущественно. Так последнюю масштабную национализацию (Франсуа Морис Адриан Мари Миттеран) и наиболее масштабную приватизацию (Лионель Жюспен) проводили именно социалисты, а отнюдь не правые. Представитель последних, Николя Поль Стефан Саркози де Надь-Боча, напротив, не раз повторял, что «с капитализмом надо что-то делать«. В том смысле, что в рамках капитализма назревающие региональные и глобальные проблемы не решаются, т.е. придерживался лозунгов, вполне себе социалистических.

Другими словами. То, что внутри устойчивого государства серьёзной политики как собственно политики нет, это так не кажется кому-то, это так на самом деле и есть. Вся внутренняя политика здесь сводится и должна сводиться к экономике и социальным вопросам. И выходит она на уровень настоящего драматического напряжения только во взаимоотношении с другими государствами. Внутри остаются только нюансы пенсионной системы, уголовного законодательства, да налогообложения… Если утрировать.

И глубоко ошибаются меряющие уровень демократичности или свободы наличием чрезвычайного политического разнообразия в обществе, понимая под оным именно сосуществование и свободное распространение антагонистических политических взглядов. Такое разномыслие есть признак не здоровья, а именно болезни и раздвоенности политического сознания общества. Политические свободы в государстве не могут и не должны, распространяться на политических акторов, политические идеи которых несовместимы с государствообразующим политическим идеей-идеалом и ведут к радикальной перемене базовых основ организации общества и государства. Такие акторы должны преследоваться, а такие идеи запрещаться. В отношении и того и другого требуется проведение последовательной политики дискредитации и подавления.

Потому постепенное изжитие из значимых политических акторов коммунистических партий во всех странах т.н. «западной демократии» — явление естественное, проистекающее из инстинкта самосохранения правящих в этих государствах групп.

Тот же, кто требуют свободы слова и собраний для всех, включая политических врагов власти, либо дурак, либо преследует личные политические цели – ослабить хватку и посеять разброд в лагере своих политических противников, в руках которых находится государственные органы подавления. После же своего успеха, т.е. после прихода к власти сей вчерашний «борец за свободу» прямо переходит к подавлению своих оппонентов, которых буквально накануне клеймил как «душителей свободы слова и собраний». Все т.н. «цветные революции» дают нам неисчерпаемое количество примеров такого поведения. А украинская революция «гидности» — в особо циничной форме.

II

Вернёмся к нашей внутриполитической ситуации и нашим думским «политическим» партиям.

В РФ всё ещё по-настоящему сильны социалистические традиции, коммунистические верования и надежды значительной части населения. Социалистическое прошлое ещё живо в нации. Живо не только в мемуарах, но и в конкретных людях, «ставших на ноги» при СССР и не понаслышке знающих «как было на самом деле». Следовательно, правящей в РФ группе, идеология которой совершенно чужда идейному основанию управляемого ею общества, необходима контролируемая ею политическая организация-симулякр. Эта организация-симулякр создаёт иллюзию наличия действительно альтернативного политического идеи-идеала, направляя недовольство населения внутренней политикой в «паровозный гудок» якобы ведущейся борьбы за его мечту. Она поддерживает надежду на скорую и безболезненную возможность радикальной перемены социально-политического устройства государства. Только «борьба» эта плотно контролируется сверху и никогда не доходит до реальных дел, до действительного, до серьёзного противостояния.

Ни у кого не вызывает сомнения, что г-н А.Г. Зюганов и вся КПРФ органически встроены в структуру современной политической системы РФ. Они суть законная, своя политическая сила, покрывающая часть левого электората, более серьёзного и опасного, чем электорат СР. Последняя организация, по сути, популистский политический франкенштейн, гальванизируемый только перед выборами для отвлечения на себя части крайнего, недовольного, но не особенно думающего электората, в том числе и с целью отъёма его от КПРФ.

Давайте начнём с простого – вспомним, каковы основные политические требования коммунистической организации и сравним с наличествующими в документах КПРФ, чтобы выявить, имеется ли в ней что-либо от коммунистов, кроме названия.

Коммунистический политический идеал основывается на социальном равенстве и общественной собственности на средства производства. И то и другое достигается в первую очередь путём ликвидации частной собственности на средства производства. По сути, это ключевой параметр – отношение политической организации к частной собственности на средства производства. Если вы в своей социальной и экономической внутригосударственной политике исходите из данной парадигмы, вас можно рассматривать как коммунистическую организацию. Нюансы тут не имеют значения. Вы можете полагать, что мелкая и даже средняя собственность на средства производства в переходном периоде остаётся частной, но основная тенденция ваших политических действий как коммуниста должна последовательно вести к её искоренению.

Значит, для коммуниста отличие людей может быть связано только с их личным трудовым вкладом в общее дело. Никаких преференций по социальному и этническому происхождению, либо по финансовым возможностям для него не приемлемо. Люди разделяются по степени служению обществу. И здесь рабочий или техничка нимало не уступают академику или директору завода.

Отсюда, к слову, происходит органическая невозможность для коммунистической организации проводить национальные и этнические сегрегации, евгенические биологические эксперименты и т.п., характерные для капитализма эксцессы. Да, на пути к коммунизму характерна позитивная дискриминация трудящихся классов в отношении иных социальных слоёв, но она носит подчинённый, временный и характер. Ибо коммунизм — это общество без социального расслоения в любом его виде. Этнические, региональные и профессиональные особенности не подвергаются нивелировке, только социальные. Последнее прекрасно продемонстрировал на практике СССР.

Связующим паттерном общества при коммунизме является служение. Для капиталистического общества, особенно в современном либеральном его изводе, таким связующим паттерном стал личный успех, обычно выраженный в виде известности (феномен «звезды») и в финансах. Сиё прекрасно описано в романе «Атлант расправил плечи» Айн Рэнд (Алисы Зиновьевны Розенбаум).

Сегодняшняя РФ — государство явно капиталистическое. В ней продолжительное время проводится последовательная политика укрепления частной собственности на средства производства, расширения прав её владельцев. В 90-е годы прошлого века была инспирирована и продолжается по сию пору политика приватизации. В обществе, на момент начала буржуазно-либеральной революции 91-93 годов социально однородном, постепенно происходит социальное расслоение. По доходам деление по факту уже произошло. Теперь формируется социальная дифференциация с возрождением соответствующих правовых и традиционных социальных границ. В ближайшие десятилетия, если не произойдёт социальных и политических катаклизмов, социальная дифференциация общества в РФ начнёт оформляться институционально.

III

Что делать в таком случае истинно коммунистической политической организации?

Ответ нам даёт программа-максимум РСДРП, принятая на II-ом съезде в августе 1903 года и программа РКП(б) принятая на VIII съезде в марте 1919 года (далее все выделения мои, ОМП).

Первая из них ставила принципиальные рамки, дальние, но конкретные цели деятельности политической организации.

«Заменив частную собственность на средства производства и обращения общественною … социальная революция пролетариата уничтожит деление общества на классы и тем освободит все угнетенное человечество, так как положит конец всем видам эксплуатации одной части общества другою.

Необходимое условие этой социальной революции составляет диктатура пролетариата, т.е. завоевание пролетариатом такой политической власти, которая позволит ему подавить всякое сопротивление эксплуататоров».

Отличие программы 1919 года от предыдущих и последующих аналогичных документов заключалось в том, что она определяла задачи переходного момента: от капиталистического устройства общества к коммунистическому. Тогда политическая власть уже в руках коммунистов, но общество по своему менталитету и социальной структуре ещё капиталистическое. Задача, по сути, обратная стоящей на сегодняшнем этапе перед КПРФ, буде они коммунисты: общество всё ещё в значительной степени социалистическое и социально однородное, но политическая власть в руках капиталистически мыслящей правящей группы.

Читаем в программе РКП(б): «В противоположность буржуазной демократии, скрывавшей классовый характер ее государства, Советская власть открыто признает неизбежность классового характера всякого государства, пока совершенно не исчезло деление общества на классы и вместе с ним всякая государственная власть. Советское государство, по самой своей сущности, направлено к подавлению сопротивления эксплуататоров, и Советская конституция, исходя из того, что всякая свобода является обманом, если она противоречит освобождению труда от гнета капитала, не останавливается перед отнятием у эксплуататоров политических прав…»

В обоих случаях мы наблюдаем чёткий политический подход, однозначно устанавливающий границы между «своими» и «чужими», между политическими «врагами» и политическими «друзьями». Коммунисты (большевики) ясно понимали свою чуждость капиталистическому строю и несовместимость своих целей с какими-либо целями буржуазного государства. Тут нет и не может быть места компромиссу, соглашательству, надеждам на то, что можно о чём-либо договориться с правящей буржуазной группой. Как эта политическая кристальная ясность и политическая определённость отличается уже от «мягкости» и готовности идти на соглашательство, характерных для руководства КПСС начиная с 70-х годов XX века, полагавшего, что поскольку политики нет внутри государства, то её можно потихоньку, переговорами извести и вовне.

Невозможно одновременное существование в одном государстве примата общественной и частной собственности, одновременного существования буржуазного классового и коммунистического бесклассового обществ. Значит невозможно существование в одной политической системе действительно коммунистической и настоящей буржуазной партий.

Именно в этом состоит смысл знаменитой дискуссий об отношении к участию или неучастию РСДРП в Думе. У коммунистов Российской империи, благодаря гению В.И. Ульянова (Ленин), всё здесь совершенно прозрачно и однозначно.

А что мы видим в документах нашей КПРФ?

Вот читаем рубрики на их официальном сайте в разделе «за что борются коммунисты»: образование для всех, достойную молодежную политику, честные и свободные выборы, народовластие, развитие нашей культуры, за честные и правдивые СМИ, русские, дружба народов, национально-освободительная борьба, за народную армию, за новую индустриализацию, лучшее будущее для детей…» Ну и так далееИными словами – чистейшей воды современные социал-демократические лозунги. Сплошные социальные проблемы, вопросы улучшения жизни, условий оплаты труда и т.п. Но никак не цели и задачи коммунистической организации существующей внутри капиталистического государства.

Но, может быть, мы найдём, что-то похожее в программе КПРФ? Отнюдь, нет.

«КПРФ убеждена: спасение Отечества — только в возрождении советского строя и следовании по пути социализма». «Партия борется за единство, целостность и независимость Отечества, за воссоздание братского Союза советских народов, благополучие и безопасность, нравственное и физическое здоровье граждан«. Здесь имеется лишь оглядка назад и снова социальные проблемы. Ни осмысления прошлого, ни понимания настоящего, ни виденья будущего.

Но в одну воду дважды не входят…

Дальше – больше: «Добиваясь активизации социально-классовой и национально-освободительной борьбы, КПРФ учитывает, что у неё есть реальные и потенциальные политические союзники. … Все те, кто проявляет заботу о трудовом народе, борется против закабаления России, кто не опорочил себя соглашательством с разрушительным курсом правящего режима. Коммунисты уважают их право на собственные взгляды и не навязывают своих«. В «политике» здесь сквозит идейная амбивалентность. Попытка угодить и настроению масс, желающих социального облегчения своей участи с одновременной опаской попасть «под раздачу» Кремля.

В КПРФ «не навязывают своих взглядов«? Вы это серьёзно? И это коммунисты в капиталистическом окружении, в ситуации переделки социалистического общества в буржуазное? Это политическая организация, собирающаяся возродить социалистический строй? Или всё таки не собирающаяся, а лишь делающая вид…

Более того, это «политики», «принципиально» противостоящие правящей в стране группе, которую они «смело» клеймят как «правящий режим», при этом в своей программе гласящие: «На референдум будет вынесен вопрос о восстановлении в полном объёме советской системы государственной власти«? Но как они собираются не только провести референдум (это полдела), а заставить правящую в РФ группу решения оного исполнить? Путём уговоров?

Или не собираются ни референдум проводить, ни принуждать власть к исполнению его решений?

Как полагают в КПРФ получить власть? Конечно через выборы! «Партия добивается создания условий для честных выборов всех органов власти и формирования правительства народного доверия«.

Т.е. сначала победить на выборах, а потом провести референдум? Для чего здесь референдум? Власть-то уже в руках, надо работать, а не референдумы учинять? Или наоборот, сперва референдум, а потом через выборы власть?

Вспомним, в 1991 году состоялся референдум по сохранению СССР где более 77% участвующих (при 80% явке) высказались «За», в 1995 году левые имели в Думе почти 50% депутатов, в 1996 Геннадий Андреевич Зюганов мог, а говорят, что выиграл президентские выборы… И? Что дальше?

Какой-то совершенно непроходимый политический инфантилизм.

Как будто лидер КПРФ сотоварищи не читали, да и не знают по своему опыту, что «буржуазная демократия ограничивалась формальным распространением политических прав и свобод, как то: права собраний, союзов, печати, одинаково на всех граждан. Но в действительности как административная практика, так и главным образом, экономическое рабство трудящихся всегда ставило последних при буржуазной демократии в невозможность сколько-нибудь широко пользоваться этими правами и свободами«. В.И. Ленин думаю, закрыв лицо рукой, «рыдает» глядя на этих, именующих себя «потомками» большевиков.

Кажется, верно здесь привести танка японской поэтессы Ёсано Акико:

«Сказали мне, что эта дорога

Меня приведет к океану смерти,

И я с полпути повернула вспять.

С тех пор все тянутся передо мною

Кривые, глухие окольные тропы…«

Конечно, можно возразить, что если бы они действительно поставили перед собой коммунистические цели, то им пришлось бы взять в руки оружие, а не просиживать штаны в парламентах. А это опасно… Они должны были бы, сходясь в настоящей смертельной схватке, сражаться со своим политическим врагом насмерть. Ибо, какое согласие между трудом и капиталом? Какое соучастие между наёмником и собственником? Какая совместность между пролетарием и буржуа?

Да, серьёзная политика очень опасное дело, поскольку требует провести однозначную и, в действительности, окончательную грань между вами и политическими врагами – людьми ,с которыми вы готовы, в предельном случае, вести войну. Готовы убить и готовы умереть.

А сегодня КПРФ не только делами, но и документами настроена на мирное сосуществование. Надеется на мирную эволюцию общества, без особого со своей стороны напряжения и без риска. Это не хорошо и не плохо. Это лишь означает, что слово «коммунистическая» в названии КПРФ есть лишь маркетинговая дань тем слоям общества, которые не забыли великого прошлого РСДРП(б)-РКП(б)-ВКП(б)-КПСС и готовы голосовать даже за его тень… Говоря прямо, это попытка введения в заблуждение избирателя вселением надежды на исполнение его мечты с целью получения индивидуальных политических дивидендов без исполнения обещаний. Сиё, суть политическое мошенничество.

Современная КПРФ – обычные социал-демократы европейского разлива. А с точки зрения политической активности – нанятая правящей группой РФ (в изложении КПРФ – политический режим направляющий страну по разрушительному курсу) организация, призванная «игрой на дудочке» заманивать и отвлекать политически активных граждан левой ориентации от реальных дел. Важно, чтобы весь пыл, порыв и время таких граждан ушли в пшик, в, повторюсь, «паровозный гудок»… И пока КПРФ с этим вполне справляется, совершенно не претендуя на реальную власть. Даже не желая её.

Впрочем, всё, что сказано про «коммунизм» КПРФ, можно повторить про «национализм» ЛДПР.

xn--80aaollp3age.xn--p1ai

Коммунизм Ленина и Ефремова — Информационно-аналитический Центр (ИАЦ)

22 апреля 1870 года в Симбирске (ныне Ульяновск) родился Владимир Ильич Ульянов, которого все в мире сегодня знают как Ленин.

22 апреля 1908 года в деревне Вырица Царскосельского уезда Петербургской губернии в семье купца-лесопромышленника родился палеонтолог и писатель-фантаст Иван Ефремов.

Оба эти человека связали свою жизнь с одной Идеей, которая в то время стала движущей силой огромной страны — это коммунизм. Поговорим в статье о коммунизме вообще, и о его восприятии Лениным и Ефремовым.

О Ленине написано много, если не сказать — чудовищно много. Однако авторы в зависимости от своих политических предпочтений чаще всего гальванизируют культовые мифы прошлого о Ленине, впрочем, это касается и Сталина, характеризуя его то как верного марксиста — продолжателя дела Маркса, Энгельса; то как фашиста, прикрывшего идеалами коммунизма, политику построения безраздельной диктатуры; то как агента немецкой разведки; или как-то иначе: в зависимости от того, насколько автор публикации сам силён в знании фактов истории и насколько дееспособен в реальной политике, как деятельности по планированию и осуществлению ещё только предстоящей истории.

И большинство писателей и читателей публикаций на эту тему не задаются вопросами:

  • марксизм и коммунизм — это одно и то же, существующее под разными именами?
  • а если это не одно и то же, то в чем разница и что чему предшествовало?
  • коммунист и член РСДРП-РСДРП(б)-РКП(б)-ВКП(б)-КПСС-КПРФ/РКРП это одно и то же, либо были и есть настоящие коммунисты вне официально коммунистической партии, а в партии, и особенно в её руководстве, были и есть настоящие антикоммунисты, что и объясняет промежуточные итоги (1991 г.) в деле коммунистического строительства в СССР?
  • большевизм — это русская разновидность марксизма и партийная принадлежность либо это нечто русское, что существовало до марксизма, существовало в российском марксизме, как-то существует ныне и будет существовать и впредь?

Хотя авторы публикаций эти вопросы прямо не ставят, но каждый из них какие-то ответы на них подразумевает. И в зависимости от того, что каждый из авторов подразумевает, у него получается либо то, либо иное видение и понимание личностей В.И.Ленина, И.В.Сталина или любого другого деятеля и об их роли в исторической эпохе. Поэтому определимся в ответах на эти вопросы.

Марксизм и коммунизм — это не одно и то же. Эти слова стали синонимами благодаря специфике краткосрочной эпохи с середины XIX века по середину ХХ.

Что такое коммунизм?

Коммунизм в переводе с латыни на русский язык — общинность, общность; кроме того в латинском языке это слово однокоренное с «коммуникацией», т.е. со связью, в том числе и с информационной связью между людьми, что по-русски именуется «со-ВЕСТЬ». Иначе говоря

Коммунизм — общность людей на основе совести: всё остальное в коммунизме — следствие единства совести у разных лиц.

Приверженность коммунизму подразумевает согласие с тем, что далеко не всё, что связано с жизнью человека и общества, может находиться в безраздельной личной (частной) собственности кого-либо; многое может быть в коллективной собственности и, будучи достоянием каждого, оно не может быть исключительным достоянием никого из них персонально.

Хотя общий смысл этого положения ясен, но в практике жизни разногласия между коммунистами возникают при составлении перечня того, что может быть в личной (частной — персональной или корпоративной) собственности, а что может быть исключительно в общественной. Подразумевается, что если в обществе господствует право коллективной собственности, то в обществе исключается тем самым зависимость большинства от меньшинства, стяжавшего в личную (част­ную) собственность достояние, как данное природой, так и созданное в общественном объединении труда.

Коммунизм, как идеал, к которому должно стремиться человечество в своём развитии, пропагандируется издревле, и история знает попытки его осуществления как на принципах организации общественной жизни государством (инки), так и в сообществе единомышленников, ведущих жизнь в соответствии с принципами коммунизма, в обществе, где государство поддерживает право частной собственности (ессеи в древней Иудее) на всё без исключения.

Что такое марксизм?

Марксизм — это наименование мировоззренческой системы и проистекающего из неё понимания законов развития общества и его перспектив, данное по имени одного из основоположников.

Марксизм представлялся как научная теория построения коммунистического общества на основе использования законов общественно-исторического развития, якобы открытых его основоположниками, что и привело к отождествлению в сознании многих коммунизма и марксизма. При этом почему-то не коммунистов называют марксистами, а марксистов называют коммунистами, что неверно по сути, если даже исходить из существа «научных» теорий марксизма, способных быть только ширмой для прикрытия далеко идущего политического аферизма и лицемерия, но не научной основой политики построения коммунистического общества, а равно и какой-либо иной политики.

Что такое большевизм?

Большевизм, как учит история КПСС, возник в 1903 г. на II съезде РСДРП. Как утверждали его противники, большевики до 1917 г. никогда не представляли собой действительного большинства членов партии. Но, как заявляли сами большевики, именно они выражали в политике стратегические интересы трудового большинства населения страны, вследствие чего только они и имели право именоваться большевиками. Потому можно дать такое определение.

Большевизм — это общность людей, старающихся выразить в своей деятельности стратегические интересы трудового большинства, вне зависимости от того насколько само это большинство осознаёт свои стратегические интересы и верно им в жизни. Суть большевизма не в численном превосходстве приверженцев неких идей над приверженцами других идей и бездумной толпой, а именно в искреннем стремлении выразить и воплотить в жизнь долговременные стратегические интересы трудового большинства, желающего, чтобы никто не паразитировал на его труде и жизни.

http://2.bp.blogspot.com//-Quuaao3Ca4k/U23skzCL7_I/AAAAAAAABHY/zNVm8UFd0Lk/s1600/4hG_JD3ZvZA.jpg

Насколько последнее утверждение соответствует действительности, — это вопрос многогранный, поскольку и само трудовое большинство может ложно понимать свои долговременные интересы, и те, кто заявляет о своей такого рода роли в политике, могут быть не только в заблуждении, но и нагло лицемерить, прикрывая своекорыстие якобы защитой интересов трудового большинства.

Но наряду с трудовым большинством, которое считает нормальной жизнью жизнь в созидательном труде, есть ещё и меньшинство, которое считает для себя нормальным пожинать там, где пахали и сеяли другие, и видит в этом свое призвание. В доведённом до предела случае оно отказывается от эпизодической жатвы там, где сеяли другие, и настаивает на своем системообразующем праве организовать других на пахоту, сев и жатву, узурпируя при этом и право на «честное» распределение «урожая».

Распределение же это меньшинство осуществляет по пропорциям куда худшим, нежели пиратские: у большинства пиратов нормой было по две доли выделять капитану и штурману, все же остальные работники ножа и абордажного топора получали по одной доле (http://ciwar.ru/novoe-vremya/piraty-1660-1730/piratskie-zakony/).

Говард Пайл. Пираты делят на берегу награбленные сокровища. http://2.bp.blogspot.com//_vkk2FcCia14/TN2MLSPzpUI/AAAAAAAAAKM/SMvFOYFNac4/s1600/HowardPyle3.jpg
Гюстав ЛеБон

Основной принцип порабощения человечества этим паразитическим меньшинством реализуется исходя из использования монополии на знание. Небольшая кучка людей наверху социальной пирамиды обладает всей полнотой знаний человечества, а чем ближе к основанию этой пирамиды, тем меньше знаний даётся людям. По сути можно рассмотреть две условные пирамиды: одна — пирамида власти с вершиной направленной вверх, другая –— пирамида знаний с вершиной обращённой вниз.

Такое устройство общества описал ещё в конце XIX в. французский социолог Гюстав ЛеБон в своей работе «Психология народов и масс» и назвал его — толпо-«элитарным» (crowd-”elitizm”). Название явления говорит само за себя: толпо-«элитаризм» подразумевает разделение общества на толпу и т.н. «элиту».

В.Г. Белинский

 

По определению В.Г. Белинского:

Толпа есть собрание людей, живущих по преданию и рассуждающих по авторитету.

«Элита» в силу большей информированности об общественных процессах, удерживает в повиновении подавляющее большинство — толпу. Владение информацией означает и более высокое качество управления, обеспечиваемое «элитой», что позволяет «элите» брать за свои услуги монопольно высокую цену и тем самым эксплуатировать толпу.

Толпо-«элитаризм» функционирует по принципу:

Каждый в меру своего понимания общего хода вещей работает на себя, а в меру непонимания на того, кто понимает больше.

 

https://inance.ru//wp-content/uploads/2014/10/tolpo-elitarizm.jpg

Мы писали о том, что явление превышения скорости смены технологических поколений над скоростью смены поколений людей, произошедшее в середине XX века и получившее название «Закон времени», которое вызвало смену логики социального поведения (см. статью: https://inance.ru/2015/03/smena-logiki/), приводит к краху эту систему пирамид.

Крупнее: http://newyouthpolicy.org//images/ARTDLYASTATEJ/zapisi/%20%202.png

Современному рабовладельцу, хозяину рабочих (слово «рабочий» однокоренное со словом «раб»), чтобы его рабы лучше работали и приносили «прибыль», необходимо непрерывно давать новые знания. Но если рабы будут всё больше и больше знать, то они перестанут быть рабами. Сегодня знания любой степени сложности доступны любому, было бы желание их освоить. Поэтому наиболее ценным становится умение учиться самостоятельно, а также умение учить учиться.

И проблему, с которой сталкиваются многие люди, вставшие на путь расширения своего мировоззрения, Козьма Прутков описал так:

Многие вещи нам непонятны не потому, что наши понятия слабы; но потому, что сии вещи не входят в круг наших понятий.

http://mtdata.ru//u24/photo44BF/20587321658-0/original.jpg

Ефремов в своём знаменитом романе «Час Быка» постарался сравнить два общества: одно — толпо-«элитарное» общество планеты Торманс, а второе — свободное от эксплуатации общество коммунизма, основанное на просвещении и самообразовании, как он его видел и ощущал в 1960-ых. Сравнение получилось настолько удачным и прозорливым, что роман актуален и по сей день, поскольку в толпо-«элитарном» обществе Торманса угадывается как сегодняшнее толпо-«элитарное» общество олигархического капитализма, так и выродившееся в псевдо-социализм, после государственного переворота 1953 года, советское общество (см. статью «Государственный переворот 1953 года и его прикрытие на XX съезде (часть1)» https://inance.ru/2015/02/iuda/). Чтобы не быть голословными — представим вашему вниманию экранизированный отрывок из романа «Час быка»:

— Мы люди Земли и говорим от имени нашей планеты, — ответила Фай Родис.

— Я вижу, что вы люди Земли, но кто велел вам говорить так, a не иначе?

— Мы не можем говорить иначе, — возразила Родис, — мы здесь частица человечества. Каждый из людей Земли говорил бы то же самое, только, может быть, в других выражениях или яснее.

— Человечество? Это что такое?

— Население нашей планеты.

— То есть народ?

— Понятие народа у нас было в древности, пока все народы планеты не слились в одну семью. Но если пользоваться этим понятием, то мы говорим от имени единого народа Земли.

— Как может народ говорить помимо законных правителей? Как может неорганизованная толпа, тем более простонародье, выразить единое и полезное мнение?

— А что вы подразумеваете под термином «простонародье»? — осторожно спросила Фай Родис.

— Неспособную к высшей науке часть населения, используемую для воспроизводства и самых простых работ.

— У нас нет простонародья, нет толпы и правителей. Законно же у нас лишь желание человечества, выраженное через суммирование мнений. Для этого есть точные машины.

— Я не уяснил себе, какую ценность имеет суждение отдельных личностей, темных и некомпетентных.

— У нас нет некомпетентных личностей. Каждый большой вопрос открыто изучается миллионами ученых в тысячах научных институтов. Результаты доводятся до всеобщего сведения. Мелкие вопросы и решения по ним принимаются соответствующими институтами, даже отдельными людьми, а координируются Советами по главным направлениям экономики.

— Но есть же верховный правящий орган?

— Его нет. По надобности, в чрезвычайных обстоятельствах, власть берет по своей компетенции один из Советов. Например, Экономики, Здоровья, Чести и Права, Звездоплаванья. Распоряжения проверяются Академиями.

— Я вижу у вас опасную анархию и сомневаюсь, что общение народа Ян-Ях с вами принесет пользу. Наша счастливая и спокойная жизнь может быть нарушена… Я отказываюсь принять звездолет. Возвращайтесь на свою планету анархии или продолжайте бродяжничать в безднах вселенной!

Если представить себе человечество в виде пирамиды, то чем выше она, тем острее — и малочисленней — верхушка, состоящая из активной части людей, и шире основание. Если раньше отдельная личность была многогранна и крепка, то с ростом пирамиды, с потерей интереса к жизни она становилась слабее и неспособнее. Многие мыслители ЭРМ (эра разобщённого мира — это сегодняшняя Земля в романе — наше примечание) считали скуку, потерю интереса к жизни опаснее атомной войны! Какова бы ни была «элита» верхних слоев, всё тяжелее становилось нижним и углублялось инферно. При такой тенденции цивилизация, выросшая из технократического капитализма, должна была рухнуть — и рухнула!

Иерархическая пирамида власти на Тормансе представлялась Родис как ступенчатое нагромождение резко расширяющихся книзу слоев. Оно опиралось на широкое «основание» — миллиард «кжи» (короткоживущие), необразованных, малоспособных, удостоенных «счастья» умереть молодыми.

«Наши ученые и мой Кин Рух были совершенно правы, — подумала Родис, — говоря об умножении инферно, раз нет выхода для нижних слоев пирамиды. Она должна быть разрушена! Но ведь пирамида — самая устойчивая из всех построек! Устранение верхушки ничего не решает: на месте убранных сейчас же возникнет новая вершина из нижележащего слоя. У пирамиды надо развалить основание, а для этого необходимо дать нужную информацию именно «кжи».

Родис вызвала «Темное Пламя» — надо было посоветоваться с Грифом.

Гриф Рифт возник перед ней в трех, увы, непереходимых шагах — он был обрадован внепрограммной встречей. Родис рассказала про пирамиду, и Гриф Рифт задумался.

— Да, единственный выход. Кстати, это давняя методика всех подлинных революций. Приспеет время, и пирамида рухнет, но только когда внизу накопятся силы, способные на организацию иного общества.

Пусть поймет ваш инженер, что для этого нужен союз «джи» (долгоживущие — учёные Торманса) с «кжи». Иначе Торманс не выйдет из инферно. Разрыв между «джи» и «кжи» — осевой стержень олигархии. Они не могут обойтись без тех и без других, но сами существуют лишь за счёт их разобщения. «Кжи» и «джи» одинаково бьются в крепчайшей клетке, созданной усилиями обоих классов. Чем сильнее они враждуют, тем прочнее и безвыходнее клетка.

http://kob-media.ru//wp-content/uploads/2013/12/04_krushnie.jpg

Представители правящих «элит» на протяжении всей истории не ограничиваются в своем потреблении хотя бы двукратным превышением доли простого труженика от совокупного продукта, произведённого в общественном объединении труда, будь она в натуральном (иметь в своем распоряжении труд и тела тысяч душ крепостных православные «христиане» не считали зазорным) или в стоимостном выражении (кратность отношения прямых и косвенных расходов по обеспечению семьи из состава «элиты» и семьи из состава простонародья).

Мировоззрение большевизма отрицает право на монопольно высокие цены, в том числе и на продукт управленческого труда, в чём бы эти цены ни выражались в конкретных исторических условиях. Это противники большевизма называют «уравни­лов­кой» и совершенно справедливо указывают на то, что при господстве уравниловки для большинства тружеников исчезает стимул к труду и профессиональному совершенствованию. Это действитель­но так: по отношению к уравниловке.

Но большевизм не призывает к уравниловке, а настаивает на том, чтобы кратность отношения «максимальные доходы»/«ми­ни­маль­ные доходы» была достаточной для стимулирования труда и профессионального совершенствования, исключая как системообразующий фактор общественной в целом значимости паразитизм одних на труде других.

И большевизм в этом вопросе прав. По дан­ным «Ин­же­нер­ной га­зе­ты» (№ 45, 1992 г., «Не за­гля­ды­вай в кар­ман на­чаль­ст­ва») к 1980 г. со­от­но­ше­ние зар­пла­ты выс­шей ад­ми­ни­ст­ра­ции к сред­не­ста­ти­сти­че­ской со­став­ля­ло:

  • в США — 110 раз;
  • в ФРГ — 21 раз;
  • в Япо­нии — 17 раз.

По ка­че­ст­ву управ­ле­ния, вы­ра­жаю­ще­му­ся в про­из­во­ди­тель­но­сти тру­да, тем­пах рос­та про­из­вод­ст­ва и ка­че­ст­ве се­рий­ной про­дук­ции, эти стра­ны сле­до­ва­ли в об­рат­ном по­ряд­ке. Это дан­ные поч­ти 20-лет­ней дав­но­сти. За про­шед­шее вре­мя Япо­ния уп­ро­чи­ла свое по­ло­же­ние и про­дол­жа­ет на­ра­щи­вать свою зна­чи­мость в ми­ре, ие­на вы­рос­ла по от­но­ше­нию к дол­ла­ру вдвое. ФРГ впа­ла в за­тяж­ной кри­зис вслед­ст­вие ско­ро­па­ли­тель­но­го по­гло­ще­ния ГДР. США, от­ставая от Япо­нии и За­пад­ной Ев­ро­пы, пы­та­ют­ся удер­жать свое по­ло­же­ние скуп­кой моз­гов за ру­бе­жом и под­дер­жа­ни­ем бро­со­вых цен на сы­рье и энер­го­но­си­те­ли на ми­ро­вом рын­ке. При этом европейский средний класс брезгует американскими автомобилями, предпочитая им более совершенные европейские, а японцы, закупая некоторые марки американских автомобилей, сразу же с причала отправляют их на заводы для полной разборки, после чего собирают их уже как надо.

Это оз­на­ча­ет, что в этих стра­нах ошиб­ки управ­ле­ния, обусловленные квалификацией управленцев, по сво­ей тя­же­сти про­пор­цио­наль­ны их зар­пла­те. На дру­гих ис­то­ри­че­ских приме­рах так­же мож­но по­ка­зать, что, чем вы­ше уро­вень жизни (потребления, прежде всего) се­мей управ­лен­че­ско­го кор­пу­са по от­но­ше­нию к сред­не­му в об­ще­ст­ве, — тем боль­ше труд­но­стей ис­пы­ты­ва­ет это об­ще­ст­во по срав­не­нию с дру­ги­ми, ему со­вре­мен­ны­ми об­ще­ст­ва­ми, по при­чи­не низ­ко­го ка­че­ст­ва управ­ле­ния.

Разобравшись с тем, что такое коммунизм — общность на основе единства совести — стоит задать себе вопрос: а кто такой я, конкретный человек с планеты Земля? Ответить себе по совести и определиться со своим местом в Жизни.

После ответа станет ясно не только куда двигаюсь я сам, но и в сопоставлении будет ясна роль таких личностей как — Ленин, Сталин или Ефремов, которые служили и были верны своему делу всю сознательную жизнь.

inance.ru

Что такое коммунизм? Определение Сталина мне кажется наиболее удачным.

Ф.Энгельс, 1847 г.: «…(вопрос) — Какова цель коммунистов? (ответ Энгельса) — Преобразовать общество так, чтобы каждый его член мог совершенно свободно развивать и применять все свои способности и силы, не посягая при этом на основные условия этого общества…»

Манифест компартии, 1848 г.: «…На место старого буржуазного общества с его классами и классовыми противоположностями приходит ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех…».

А.Богданов, 1904: «…Но если человеком мы признаем существо развитое, а не эмбриональное, целостное, а не дробное, то наш вывод будет такой: Человек еще не пришел, но он близко, и его силуэт ясно вырисовывается на горизонте…».

В.Ленин, 1920 г.: «…Коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество…».

А.Луначарский, 1928 г.: «…[о новом человеке] Сознайтесь, что его [педагога] руками вы растите ту здоровую ветку, ради которой мы боремся, ради которой мы существуем, без которой нам не стоило бы жить и бороться. Это самое важное, что есть в нашей борьбе».

А.Экзюпери, 1930-ее: «…Меня мучает то, что не может излечить даровая похлебка для бедняков… Меня мучает, что в каждом человеке, быть может, убит Моцарт…».

И.Сталин, 1952 г.: «…Для того, чтобы подготовить действительный, а не декларативный переход к коммунизму, нужно осуществить по крайней мере три основных предварительных условия…
    Необходимо, добиться такого культурного роста общества, который бы обеспечил всем членам общества всестороннее развитие их физических и умственных способностей, чтобы члены общества имели возможность получить образование, достаточное для того, чтобы стать активными деятелями общественного развития, чтобы они имели возможность свободно выбирать профессию, а не быть прикованными на всю жизнь, в силу существующего разделения труда, к одной какой-либо профессии…».

Н.Бердяев, 1955 г., «…Марксизм есть не только учение исторического или экономического материализма о полной зависимости человека от экономики, марксизм есть также учение об избавлении, о мессианском призвании пролетариата, о грядущем совершенном обществе, в котором человек не будет уже зависеть от экономики, о мощи и победе человека над иррациональными силами природы и общества.
   Душа марксизма тут, а не в экономическом детерминизме. Человек целиком детерминирован экономикой в капиталистическом обществе, это относится к прошлому. Определимость человека экономикой может быть истолкована как грех прошлого. Но в будущем может быть иначе, человек может быть освобожден от рабства…
».

И.Бродский, 1967 г.: «…Труд не является товаром рынка. Так говорить — оскорблять рабочих. Труд — это смысл бытия и форма. Деньги — как бы его платформа. Нечто помимо путей прокорма…
         Буде указанный выше способ всеми правильно будет понят, общество лучших сынов нагонит, факел разума не уронит, осчастливит любую особь…».

Э.Фромм, 1976 г.: «…По Марксу, роскошь — такой же порок, как и нищета; цель человека — быть многим, а не обладать многим. (Я упоминаю здесь об истинном Марксе — радикальном гуманисте, а не о той фальшивой вульгарной фигуре, которую сделали из него советские коммунисты)…».
         [Фромм атакует низведение представления о коммунизме до уровня материального благосостояния, сделанное при Хрущёве].

С.Кургинян, 2011 г.: «…Коммунизм – раскрепощение и пробуждение в каждом человеке высших творческих способностей. Коммунисты считали, что они есть в каждом. Коммунизм это общество, в котором гениален каждый. Для меня коммунизм это священная идея. Самая великая человеческая идея. Идея, без надежного торжества которой я не хочу жить. Коммунизм – это Красная Весна человечества…».

О чём говорят эти люди, эти цитаты? Коммунизм это не о том, как больше потреблять. Экономика — только средство. Главное — Человек.

Оригинал взят у ebrk

alexandr3.livejournal.com

«Ленин верил в коммунизм, который обещал»

– Как какую?

– Она была похожа на комету. Ее хвост – это самые разные маргинальные слои. В 1917 году большевизм становился партией городских низов, солдат и деревенских низов. Большевики опирались на бедняков, а бедняки даже после аграрной реформы – люди неустроенные. Это маргинализированная Россия. Страна, осуществлявшая тяжелый переход от традиционного аграрного к индустриальному городскому обществу, была полна маргинальности: люди потеряли старые социальные ниши и еще не встроились в новые. Это очень взрывоопасная масса. И рабочий класс Петрограда тоже, конечно, был маргинализирован.

Кто прежде всего страдает от роста цен? Чернорабочие страдают. Не верхи рабочего класса, а низы. Не случайно у Ленина была целая теория, почему Британия не идет к социализму, хотя там уже передовой капитализм: потому что капитал подкупает верхи рабочего класса.

Большевизм стал делать ставку на низы. На городские низы. Ну что, мы оттолкнем человека, если тот верит в большевистскую идею, но он не с завода, а из лавки? Ну, значит, он батрачил на хозяина лавки.

А еще большевизм стал партией солдат. Солдат, стремящихся к миру, но готовых при этом диктовать свою волю политическим силам. Россия была милитаризирована, солдаты тоже маргинальный слой вчерашних горожан и крестьян. Но ядро партии – интеллигенция.

– Что это за интеллигенция?

– Партийная интеллигенция также была маргинализирована, она перестала выполнять свою прежнюю социальную функцию именно интеллигенции. Это бывшие студенты, преподаватели, журналисты, но теперь они – в тужурках, с наганами и назад пути нет: они станут либо технократами, либо трупами. Как говорил один из лидеров Баварской советской республики Евгений Левине, «мы, коммунисты, все покойники в отпуске». Ожесточение борьбы было таким, что назад дороги не было.

Интеллигенция вообще в этот период не целостна. Интеллигенция – она и у кадетов, интеллигенция – она и у эсеров, и у эсдеков (социал-демократов), во всех партиях. В ходе этой революции интеллигенция раскололась и либо становилась выразителем воли какого-то существовавшего класса, либо сама формировалась в новый класс.

Скажем, кадетская интеллигенция – это скорее выразитель интересов буржуазии, хотя кадеты и не считали себя буржуазной партией, как их называли. Но они боролись за общество, в котором господствует буржуазия. А Ленин и его окружение – они хотели построить невиданное общество, где не только исчезнет крестьянство, но исчезнут и пролетарии, а будет новый рабочий класс, которого сейчас еще нет, – образованный, трудящийся на общее благо. Большевистская интеллигенция стремилась к форсированной индустриальной модернизации. Кто господствует на фабрике? Технократия, социальный слой управленцев. Директора, инженеры предприятий. Вот этот слой директоров и других производственных управленцев, менеджеров, который в марксистской классовой оптике отсутствует, позволяет нам говорить, например, о таком эффекте, как революция менеджеров на Западе, когда менеджеры начинают контролировать фирмы, которые формально принадлежат акционерам.

Собственно, в Советском Союзе и произошла революция менеджеров. То есть индустриальная модернизация, которую проводили технократы – социальный слой управленцев-производственников. Они действовали от имени рабочего класса, но они подавляли рабочий класс, скручивали его в бараний рог, и Ленин в статье «Очередные задачи Советской власти» говорит о рабочих иногда как директор о нерадивом работнике.

Так что в своем ядре большевики были партией технократических интересов. Но они втянули в хвост этой «кометы» маргинальные массы и создали общество с колоссальной вертикальной мобильностью. Кто был ничем, тот мог стать всем: компетентность управленцев низкая, но перспективы колоссальные. Грубо говоря, у крестьян отбирали хлеб, но зато крестьянин мог стать комиссаром.

xn--h1aagokeh.xn--p1ai

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о