Основные отрасли производства в традиционном обществе: Основные отрасли производства в индустриальном обществе. Доиндустриальное общество

Содержание

Медиа: история экспансии. Цикл лекций. Часть II. История медиа: Industrial – Гуманитарный портал

В XV–XVIII веках в Европе происходит формирование индустриальных обществ.

Индустриальное общество

Как говорилось в предыдущей части, в период Возрождения произошло тотальное изменение масштабов человеческой деятельности. Начинается гонка производства, наступает эпоха повышения скоростей — а она предполагает «чистое», а не мистическое, ритуальное время. Важную роль в формировании индустриального общества сыграла торговля. Купцы своими путешествиями создали целые сети, связав разные части мира. Они создали устойчивые пути для коммуникации. Крупные партии товаров, привозимые в страну, стимулировали торговлю, денежное обращение и производство. Индустриальное общество — это эпоха производства, в которой ориентация происходит не на традиции, а на выгоду.

Производство

«Производство — это экономический процесс создания хозяйственных благ путём сочетания сил природы, труда человека и капитала», — гласит статья в словаре Брокгауза.

Всего за полтора столетия, с 1750 по 1900 год, производство, основанное на умении, навыках и мастерстве, мистике, сменилось на производство, основанное на технике, технологических знаниях и капитале, и завоевало весь мир. Такое производство изначально ориентировано на воспроизводство, а также на массовость, на богатство, на вещность. Экономическая подсистема общества растёт быстрыми темпами и становится центральной. Эта гипертрофированная область производства и воспроизводства товаров и богатств оказывает сильнейшее воздействие на все другие сферы деятельности общества. Такая ситуация и позволяет рассматривать экономику и складывающиеся в ней общественные отношения как базисную структуру капиталистического общества (как это делал Карл Маркс).

Человек

Место маленьких мастерских занимают цеха, гигантские фабрики, заводы. Человек, работник, попадает в систему экономических и технических связей (вместо родовых, традиционных связей). Человек теперь оценивается не как носитель традиционной роли, как представитель того социального места, которое он занимает благодаря традиции (как раньше), а как индивидуальный субъект, носитель энергии, которой он может распоряжаться по-своему усмотрению.

В общем, как работник, которого можно нанять. Зависимость, свойственная ранним этапам развития цивилизации, разрушена. Человек теперь зависит не от табу, запретов, традиции или социальных связей (только опосредованно), а от технической реальности. Прежняя зависимость заменена на новую, прежде неизвестную. Человек впервые начинает зависеть от техники, от машин.

Машины

В этот период впервые появляются машины в привычном для нас смысле этого слова. Прежде любые технологические изобретения использовались лишь в узких рамках отрасли, в которой они были разработаны. Например, гончарный круг применялся в Средиземноморье ещё в 1500 году до новой эры. Но принцип гончарного круга стал применяться в прядении лишь к началу 1000 года новой эры. Машины же, изобретённые в ходе индустриальной революции, незамедлительно внедрялись повсюду, где только это было возможно, и мгновенно распространялись. Они с самого начала рассматривались именно как технологии, — благодаря новому отношению к знанию.

Питер Друкер — «Менеджмент в эпоху перемен»: Знание впервые стало сферой действия, видом ресурсов. Впервые стало возможным существование и использование знания в практических целях. Никто ранее не пытался рассуждать о применении науки в производстве. Об этой перемене свидетельствует как появление «Энциклопедии» XVIII века Дидро и д’Аламбера, где были систематизированы знания обо всех ремёслах, так и основание первых технических учебных заведений — «Школа дорог и мостов» во Франции в 1747 году, «Школа сельского хозяйства» (1770) и «Школа горного дела» (1776), Германия. Каков был традиционный путь овладения практическим знанием? — поступить в подмастерья к мастеру, чтобы в течение десятка лет освоить на практике, буквально тактильно запомнить, перенять от мастера все приёмы. А теперь стало возможным пойти в школу и получить там применяемые практически абстрактные знания. Оппозиция учёный — ремесленник была разрушена. Знание и техника освободились от мистики, культа «иного» — и мгновенно заняли центральную позицию.

Машины, благодаря слиянию со знанием, благодаря поддержке знания, стали мгновенно распространяться и внедряться повсюду, где это только было возможно.

Между 1765 и 1776 годом Джеймс Уатт усовершенствовал паровую машину, превратив её в выгодный источник энергии. Сам Уатт использовал машину для откачки воды из шахт, — именно с этой целью её и изобрёл Томас Ньюкомен в начале века. Главный производитель металла в Англии быстро понял, что машину можно использовать для подачи воздуха в домну и сделал заказ на вторую машину Уатта. Партнёр Уатта Мэтью Боултон придумал, как использовать машину в качестве источника энергии в любых видах промышленного производства, прежде всего в крупнейших текстильных. Всего через 35 лет Роберт Фултон пустил по Гудзону первый пароход. А ещё через 20 лет был создан паровоз с паровым двигателем. К 1850 году паровой двигатель изменил все виды производства — от печати до виноделия. К середине XIX века паровая машина уже была известна всему миру.

Быстрыми темпами развивается производство и машины: ткацкие, кожевенные, гончарные, литейные, котельные, писчебумажные и другие. Чем отличаются машины от ремесленных орудий? Карл Маркс — «Развитие машин»: Развитая машина состоит из трёх частей: двигательного механизма, передаточного механизма и исполнительного механизма. Двигательный механизм выдаёт энергию, передаточный — передаёт, а исполнительный исполняет с помощью этой энергии некую работу. Ремесленные орудия представляют собой только третью часть, исполнительный механизм машины. Постепенно ремесленное орудие перешло от человека к механизму, за человеком осталась роль поставщика двигательной энергии.

Настоящая промышленная революция произошла тогда, когда человек передал машине и функции поставщика энергии, — с изобретением паровой машины, с применением энергий пара, — а потом и электричества. Этот процесс растянулся на несколько веков. Сначала простейшие машины использовались как ремесленные орудия (простейшие ткацкие станки). Они зависели и от мускульной силы людей, от быстроты их работы, от верности глаза, от индивидуального искусства ремесленника.

Машинное производство развивалось на базисе, на основе ремесленного производства. Форма машины тоже зависела от привычки человека, она была скоординирована с традиционными типами ремесленной работы (так, у одного из первых вариантов локомотива, построенного в Мамфорде, было две ноги, которые он по очереди поднимал). Постепенно машины приобрели свободную форму, которая определяется теперь исключительно техническими задачами и эффективностью и порывает со своим ремесленным образцом.

Жан Бодрийяр в произведении «Символический обмен и смерть» сравнивает два типа машин: автомат и робот. Автомат — театральная подделка человека. Такая техника служит эффекту аналогии. Автомат должен быть похож на человека, он должен быть естественнее его. Автомат соревнуется с реальностью, с человеком. Это — театр. В роботе же машина берёт верх, здесь господствует техническое начало. Эта техника уже больше не ориентируется на сходство с человеком. Ей уже не нужно соревноваться с человеческой реальностью.

В тех аспектах, которые ей необходимы, эта машина уже победила. Реальность ликвидирована. Машина уже не заботится о проблемах сходства, — она просто устроена по другому принципу. Её принцип — это принцип операциональной логики производства.

Отношения людей и машин

Первое время люди боролись против нашествия машин. Выступления луддитов, стихийные убийства (так, жители одного немецкого городка, специализировавшегося на производстве лент, просто утопили изобретателя машины по производству лент, — а через десяток лет эта машина всё равно пришла к ним в город). Но помимо прямого убытка, приносимого ремесленникам машинами, были и куда более глубоко идущие последствия. Машины образуют некий предметный слой реальности. И эта предметность, машины, изначально созданные людьми, начинают обратно влиять на людей и общество. Они становятся определяющим условием социальной жизни людей, их отношений с обществом, природой, государственностью. Глобальные технологические процессы образуют некоторые связи, в которые втягивается и человек.

Природа предстаёт в виде сырья. Производство ставит перед природой требование быть поставщиком энергии, которую можно запасти и хранить. Природа под воздействием техники меняет облик. Техника превращает все существование в действие некоего технического механизма, всю планету — в единую фабрику. Происходит окончательный отрыв человека от его почвы, от естественности. Техника сама становится средой человека в полном смысле этого слова.

Да и человек тоже полностью вовлечён в производство, он обслуживает производство. Сами люди предстают в виде сырья, в виде однородных масс (отсюда выражения типа «человеческий материал», «личный состав» и тому подобные). «Общественное производство превращается в производство вещей, включающее и производство человека как подвида вещей, как товара с определёнными качествами и потребительскими свойствами». Человек приставлен к процессу поставки целлюлозы, которая заставляет производить потребность в бумаге, предоставляемой газетам и журналам, которые заставляют общественное мнение «проглатывать» напечатанное, чтобы люди могли встать на позиции поставляемой ими мировоззренческой установки.

Человек начинает культивировать в себе свойства, которые не столько являются свойствами его личности, сколько свойствами тех производящих систем, которые он обслуживает, в которые он включён в своей деятельности, в ходе своей жизни.

Экономика крупного индустриального производства устроена так, чтобы выпускать массы вещей, — серии товаров. Эти товары заполняют рынки и формируют массовое потребление. Логика вещей внедряется в науку, образование, право и политику. Производство придаёт всему «вещный» вид. В качестве образца начинает доминировать механический образец. Производство придаёт всему и «вещный» способ проявления. Все явления теперь рассматриваются как однородные серии. Все реализуется по принципу производства — расширение и типизация. Наиболее важное явление этого времени — это центральное понятие, разработанное К. Марксом, — понятие отчуждения. Это понятие существовало в философии и гуманитарной традиции довольно давно. С отчуждением были связаны многие процессы человеческой деятельности: осмысление себя как личности, как индивида; самосознание — отчуждение от рода и так далее.

Маркс же придал отчуждению более конкретный социальный смысл, связав его с экономической подсистемой общества. Маркс сделал акцент на предметной самореализации людей:

  1. Продукт труда есть труд, закреплённый в некотором предмете, овеществлённый в нём, это есть опредмечивание труда. Осуществление труда есть опредмечивание труда. То есть в предмете, произведённом трудом, заключён сам труд.
  2. Но опредмечивание труда на производстве происходит как утрата труда. Здесь опредмечивание выступает как утрата предмета; закабаление предметом. То есть начинается отчуждение.
  3. Сам предмет, произведённый трудом, начинает противостоять человеку как некое чуждое существо, как сила, не зависящая от производителя.

Общество изменилось, фабрики и рабочие переродились, а отчуждение укрепилось и умножилось, несколько видоизменившись. Сейчас процесс отчуждения идёт не только на уровне отчуждения от физических сил и результатов деятельности, но и на уровне индивидуальности, личностного процесса; отчуждение как отнятие способности к самостоятельной уникальной человеческой жизни, отнятие идентичности — посредством новых технологий, применяемых властью. Сегодня ощущение винтика в механизме сменилось на ощущение лоскутка, капли в море информации. Подробнее об этом — в четвёртой части.

В это время техника и медиа-технологии жёстко разделены. Техника — центр промышленности, центр производства, труда. Медиа-технологии работают с информацией, в те времена ещё не столь значимой в общественной жизни, и заключены в основном в области культуры. Развитие медиа напрямую связано с успехами в развитии техники. Но медиа-технология всё ещё остаё подчинённой частью техники в целом. При этом сохраняются разграничения в области функционирования. Одна из революционных медиа-технологий этого времени:

Фотография

Фотография стала осуществимой, когда соединились три различных направления: химия, оптика и механика.

История фотографии:

Ещё Аристотель (336–323) описал традиционный способ безболезненно смотреть на солнечный диск: если проделать маленькую дырочку в металлическом диске, то солнечные лучи, проходя через неё, создадут соответствующее изображение на песке. В 1038 году араб по имени Алхазан (также известен под именами Хасан аль Хасан, ибн аль Хайтан) описал принцип действия камеры обскура: это ящик с одним отверстием, через которое в него попадает солнечный свет. Лучи, проходящие через отверстие, проецируют на стенку ящика изображение внешнего мира. Хоть Алхазан и не создал само устройство, но его записи прочитал средневековый философ Роджер Бэкон, создавший камеру в 1267 году. Тогда это была целая комната. Распространено мнение, будто Леонардо да Винчи использовал камеру для рисования. Это не совсем верно. Как физиолог, он использовал камеру при изучении строения человеческого глаза, но не применял её при рисовании. Без линзы камера не могла особенно служить средством наблюдения за миром. Тем более, не существовало её переносного варианта. В 1568 году Даниеле Барбаро описал строение камеры обскура с линзой и диафрагмой. Такая камера больше не нуждалась в целой комнате и становилась переносной. В 1685 году монах Иохан Занн усовершенствует камеру: он использует два типа линз — для дальних и близких расстояний, и красит внутренность камеры в чёрный цвет, чтобы избежать внутренних отражений. За исключением механической задвижки, его аппарат — точный прототип сегодняшнего, но понадобилось ещё 150 лет на изобретение необходимых химических веществ.

В XVII и XVIII веках идут эксперименты с серебряными соединениями и нитратами. Своим возникновением фотографическая химия отчасти обязана бабочкам. Страстный коллекционер бабочек, Том Ведгвуд хотел увековечить их красоту. Он начинает ряд экспериментов с соединениями серебра: покрывая кожу солями серебра и прижимая к ней крылья бабочек, он получает в некотором роде первые фотографические снимки (1796 год). К сожалению, они были ещё более недолговечны, чем оригинальный материал. Итак, в 1816 году: Джозеф Ньепс впервые запечатлевает изображение с выдержкой 8 часов. Однако фото в массовом сознании более связано с именем Дагера. Луи Жак Манде Дагер был театральным художником, известным своим крайним реализмом. Он был довольно успешен, показывая свои картины в диораме, но был одержим идеей запечатления реального и минутного. В 1829 году он объединился с Ньепсом. Ньепс вскоре умер, так и не разбогатев. Зато Дагер развернулся. В 1837 году он сокращает фото-выдержку до 20 минут и называет новый тип изображения дагерротипом, вводя усовершенствования химического характера. В 1839 году он официально заявляет о своём изобретении, и в этом же году Вильям Тэлбот в Англии объявляет об изобретении процесса, который он называет фотографией. Дагерротипы были единичны и очень хорошего качества, их хранили в специальных футлярах. Фото Тэлбота — плохого качества, но дешевы и доступны массам. Тэлбот начинает печать с негативов. К 1850-м годам выдержка сокращается до двух минут, и все уже приветствуют новую форму искусства.

Фотография и жизнь:

Фотография произвела серьёзные изменения. Вот как Маклюэн характеризует некоторые из них:

  1. Фотография изолирует единичные моменты во времени, записывает жесты. Эра фотографии стала эрой жеста, танца, позы, мимики. В эру фотографии произошёл возврат богатства пластики. «Камера вновь открыла человечеству грамматику жеста». До этого, в печатной культуре, тело имело мало выразительной ценности. Именно фотография впервые сделала шаг к уничтожению галактики Гутенберга и вступлению в новую фазу развития цивилизации и культуры.
  2. Одна из самых больших революций, произведённых фотографией, случилась в искусствах. Художник больше не мог точно изображать реальность, так как она могла с лёгкостью быть запечатлена фотографией: появились импрессионизм, экспрессионизм и абстрактное искусство.
  3. Развитие некоторых наук (ядерная физика, изучение бактерий) было заморожено вследствие того, что не было невербальных средств для фиксации опыта и наблюдений, для передачи информации. «Новый толчок получили также науки о человеке: эра фотографии — это эра Фрейда, Юнга. Раньше никто не обратил бы внимания на оговорку». А теперь люди обратились к мгновенности, к случайности, к минимальному.
  4. Фотография впервые визуально создаёт псевдособытие. Камера превращает человека в вещь; теперь псевдособытие заслоняет собой событие реальное.

Но есть изменения и более крупные, значимые, о которых очень долго никто не мог сказать ничего существенного.

Поль Валери — «Об искусстве»: Становление искусств и практическая фиксация их видов происходили в эпоху, существенно отличавшуюся от нашей, и осуществлялась людьми, чья власть над вещами была незначительной по сравнению с той, которой обладаем мы. Однако удивительный рост наших технических возможностей, приобретённые ими гибкость и точность позволяют утверждать, что в скором будущем в древней индустрии прекрасного произойдут глубокие изменения. Во всех искусствах есть физическая часть, которую уже нельзя рассматривать и которой нельзя больше пользоваться так, как раньше; она больше не может находиться вне влияния современной теоретической и практической деятельности. Ни вещество, ни пространство, ни время в последние 20 лет не стались тем, чем были всегда. Нужно быть готовым к тому, что столь значительные новшества преобразят всю технику искусств, оказывая тем самым влияние на сам процесс творчества, и, возможно, даже изменят чудесным образом само понятие искусства.

Одним из первых исследователей, предложивших работающее объяснение, интерпретацию изменений, происходящих с обществом и культурой в техническую эру, стал немецкий теоретик Вальтер Беньямин, фигура более чем интересная. Беньямин близок русским читателям почти пространственно, — будучи влюблён в латышскую большевичку Асю Лацис, он около года провёл в Москве, где вёл «Московский дневник». Позднее он стал членом франкфуртской школы и нелепо погиб в 1940 году. Вальтер Беньямин — «Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости» (1935 год): Произведение искусства всегда в принципе поддавалось воспроизведению. Сделанное одним человеком в принципе может быть повторено другими. Копированием занимались ученики художников в процессе овладения мастерством. Копированием занимались и сами художники для распространения своих произведений. Копированием занимались и с целью наживы. Греки могли создавать копию лишь с помощью литья или штамповки. Статуи и монеты могли быть воспроизведены, — всё остальное было уникальным. С появлением гравюры на дереве впервые стали воспроизводить графику. Затем в течение Средних веков к гравюре на дереве прибавилась гравюра на меди и офорт, а в начале XIX века — литография (перевод рисунка на камень очень дёшев, это первый шаг к массовости). С книгопечатанием то же самое стало возможным для текстов. Но никогда репродукционная техника не поднималась до таких высот, не достигала таких масштабов и такой массовости. «На рубеже XIX и XX веков средства технической репродукции достигли уровня, находясь на котором они не только стали превращать в объект своей деятельности всю совокупность имеющихся произведений искусства и серьёзнейшим образом изменять их воздействие на публику, но и заняли самостоятельное место среди видов художественной деятельности».

Репродукция

Чем отличается репродукция от оригинала?

Даже в самой совершенной репродукции отсутствует один момент: «здесь и сейчас», уникальное бытие произведения искусства в том месте, где оно находится. «Здесь и сейчас» оригинала определяют понятие его подлинности. Всё, что связано с подлинностью, недоступно технической (и другой) репродукции. Кстати, именно с появлением репродукции началась активная коммерциализация искусства. Подлинным средневековое изображение Мадонны не было. Оно стало таковым с ходом времени и появлением репродукции.

Техническая репродукция:

По отношению к ручной репродукции подлинность ещё сохраняла свой авторитет. Но в отношении технической репродукции она его окончательно утрачивает. Техническая репродукция оказывается более самостоятельной по отношению к оригиналу, чем ручная. Например, фотография картины способна высветить такие элементы, углы зрения, мини-объекты в ней, которые недоступны обычному глазу. Она может перенести подобие оригинала в ситуацию, для самого оригинала недоступную. Она позволяет оригиналу сделать движение навстречу публике. Обстоятельства, в которые может быть помещена репродукция, копия произведения искусства обесценивают его «здесь и сейчас», его подлинность. То, что исчезает, может быть суммировано с помощью понятия ауры. «В эпоху технической воспроизводимости произведение искусства лишается своей ауры». Понятие ауры можно прояснить с помощью ауры природных объектов. «Эту ауру можно определить как ощущение дали, как бы ни был близок воспринимаемый предмет. Скользить взглядом по горам, созерцать ветку — значит вдыхать ауру этих гор, этой ветви». Именно страстное стремление приблизить к себе вещи, овладеть ими характерно для современности. Также, как и характерна тенденция к преодолению любой уникальности — через принятие репродукции, через непосредственное владение ей. При этом репродукция совершенно отличается от картины. В картине царят уникальность и постоянство. А в репродукции — мимолётность и повторяемость. «Репродукционная техника выводит репродуцируемый предмет из сферы традиции. Тиражируя репродукцию, она заменяет его уникальное проявление массовым. А позволяя репродукции приблизиться к воспринимающему её человеку, она актуализирует репродуцируемый предмет».

Традиция:

Первоначальный способ помещения произведения искусства в традицию, в традиционный контекст — это культ. Древнейшие произведения искусства возникли, чтобы служить ритуалу. Уникальная ценность подлинного произведения искусства основывается на ритуале, в котором она находила своё первоначальное выражение. Главное — ритуал, а не произведение искусства, которое могло быть и спрятано (так, некоторые статуи святых в католических соборах стоят закрытыми, — покрывала с них снимают только несколько раз в год — на большие праздники). Определение ауры как уникальное ощущение дали есть нечто «иное», как «далёкое» в смысле «недоступное» культового изображения. По мере того, как культовая ценность отступала, представления об уникальности картины становились всё менее определёнными. Уникальность царящего в культовом изображении явления всё больше замещается представлением об уникальности художника или художественного творения. Культ религиозный перерастает в культ служения прекрасному, возникший в эпоху Возрождения и просуществовавший ещё три столетия. «Теперь техническая репродуцируемость произведения искусства впервые в мировой истории освобождает искусство от его паразитарного существования на ритуале». Теперь само произведение с момента своего создания рассчитано на репродуцирование. Например, фильм, который, чтобы окупить затраты на его создание, должен собрать миллионы зрителей. Вопрос о подлинности здесь снимается. Но в тот момент, когда критерий подлинности перестаёт работать в процессе создания и оценки произведений искусства, преображается и функция искусства. Место ритуальной функции занимает практическая функция. А именно — политическая.

Движение навстречу зрителю:

В восприятии произведения искусства важны два аспекта — само произведение и его экспозиционная ценность. У произведений, стоящих на службе культа, она ничтожна. Изображённый древним человеком на стене пещеры лось был прежде всего магическим инструментом. Он был доступен для взора других членов племени, но в первую очередь был предназначен для духов. Культовая ценность заставляла скорее скрывать произведения искусства, чем выставлять их. С высвобождением произведения искусства увеличивались и его экспозиционные возможности. У станковой живописи их больше, чем у фрески или мозаики. У симфонии их больше, чем у мессы. С появлением методов технической репродукции экспозиционные возможности произведения искусства невероятно выросли. Здесь экспозиционная ценность — наиболее важная. Происходит коренное изменение самой природы произведения искусства. Сначала, с появлением фотографии, экспозиционное значение начинает теснить культовое по все линии. Культовое закрепляется на последнем рубеже, которым оказывается человеческое лицо. Именно в схваченных на лету выражениях лица аура в последний раз напоминает о себе. Там же, где человек уходит с фотографии, экспозиционная функция впервые и навсегда пересиливает культовую.

Замена уникального на массовое:

Само появление масс — явление начала XX века, когда небывалый расцвет промышленности, распространение образования и повышение уровня благосостояния смяли барьеры, ранее существовавшие в сословном и классовом обществе. Впервые появилась масса людей с одинаковым финансовым положением, одинаковым образованием, одинаковым культурным багажом и одинаковыми вкусами. Олдос Хаксли — автор антиутопии «Этот дивный новый мир», пишет: Технический прогресс ведёт к вульгарности. Всеобщее образование и относительно высокие заработки породили публику, которая умеет читать и в состоянии приобретать чтиво и репродуцированные изображения. Чтобы снабжать их этим, была создана значительная индустрия. Однако художественный талант — явление чрезвычайно редкое … следовательно везде и всегда большая часть художественной продукции была невысокой ценности. Сегодня же процент отбросов в общем объёме художественной продукции выше, чем когда бы то ни было. Перед нами простая арифметическая пропорция. За прошедшее столетие население Европы увеличилось больше, чем в два раза. Если население увеличилось в два раза, то и число талантов увеличилось в два раза. Печатная и художественная продукция возросла по меньшей мере в двадцать раз, если даже не в сто. Если сто лет назад публиковалась одна страница текста или рисунков, то сегодня публикуется сто. В то время как на месте одного таланта существует два. Я допускаю, что в наши дни может существовать большее число потенциальных талантов, которые в прежние времена не могли реализовать свои способности… Предположим, что на месте одного талантливого художника их сегодня четыре. Тем не менее, не подлежит сомнению, что потребляемая печатная продукция многократно превосходит естественные возможности способных писателей и художников. В музыке ситуация та же. Экономический бум, граммофон и радио вызвали к жизни обширную публику, чьи потребности в музыкальной продукции никак не соответствуют приросту населения и увеличению талантливых музыкантов. Масса инертна — привычное ей принимается без всякой критики, а новое критикуется с отвращением. Теперь разновидностью социального поведения становится развлечение, в противоположность социальному поведению прошлого — созерцательности. Основная установка массы — гедонизм, наслаждение. Вид искусства, предлагающий его безо всякого ограничения — кино. Кино и стремление к наслаждению вызвало изменение типа восприятия, типа взаимодействия. Изменение способа участия: от вдумчивой концентрации к развлечению. Новые экспозиционные возможности и новый тип взаимодействия, общения. Теперь не нужно погружаться в произведение искусства. Теперь оно само погружается в тебя. Восприятие становится рассеянным, тактильным. Произведение искусства превращается в снаряд. Главный пример здесь, конечно, кино.

Кино

В 1640 году немецкий монах-иезуит Атанасиус Кирхер создаёт «Волшебный фонарь» — нечто вроде современного слайд-проектора. Он проецировал изображения, — слайдами служили стекла с нанесёнными на них изображениями. В 1832 году в Бельгии появляется фенакистоскоп, а в Австрии — стробоскоп, которые состояли из диска с изображениями, который при вращении создавал иллюзию подвижной картинки.

В 1878 году Эдвард Майбридж фотографирует лошадь в движении. Майбридж решил ответить на исторический вопрос: когда лошадь идёт галопом, все ли копыта одновременно отрываются от земли? Он установил 24 аппарата вдоль ипподрома, и когда лошадь скакала мимо, каждый сделал снимок. Выяснилось, что действительно все ноги одновременно отрываются от земли, — а также началась эра подвижных картинок. Майбридж изобрёл зоопраксископ, демонстрирующий ряд фотографий на вертящемся цилиндре. Он посетил Томаса Эдисона и предложил совместить свой зоопраксископ и его фонограф. Эдисон от партнёрства отказался, однако занялся новой идеей. Над ней работала лаборатория Эдисона, и, в частности, Уильям Диксон. В 1891 году Диксон демонстрирует кинетограф — прототип кинетоскопа. Здесь уже использовалась 18-мм целлулоидная плёнка. Кинетоскоп был закончен им в 1892 году. Он представлял собой маленький кабинетик (высотой около 1,20 метра), с отверстием для глаза, в котором была линза. Внутри была плёнка на рядах катушках, которые двигались, постепенно представляя взору зрителя фотографии. Электрический свет был установлен за плёнкой, и в промежутках между кадрами ослеплял зрителя. Эта быстрая смена кадров и казалась фильмом. За монетки можно было просмотреть пару лент.

Самый ранний фильм был сделан в 1888 году французом, живущим в Англии, Луи ле Принцем — это движение транспорта по английскому мосту Лидс. Фильм был снят на бумажную ленту, покрытую фотоэмульсией. Эта работа продолжительностью 2,76 секунды никогда не была показана публике, о ней также не было объявлено. Тем не менее, это первый настоящий фильм, появившийся на семь лет раньше фильма Люмьеров и официальной даты рождения кинематографа. 16 сентября 1890 года, получив патент на изобретение в Лондоне, Луи Ле Принц сёл на поезд Дижон-Париж и исчез без следа. Его семья впоследствии судилась с Томасом Эдисоном, а старший сын изобретателя — Альфонс Ле Принц — свидетель в суде, был найден застреленным в Нью-Йорке в 1902 году. Так или иначе, в 1895 году братья Август и Луи Люмьеры впервые показали фильм «Прибытие поезда» в кафе Grand на бульваре Капуцинов в Париже. Инженер Луи Карпентье, в мастерской которого Люмьеры проводили свои работы, построил переносное устройство, которое получило название синематограф. В 1912 году появляется кино со звуком, а в 1919 году получен патент на систему звукового кинематографа, которая впоследствии совершила в кино звуковую революцию. Впрочем, кинокомпании поначалу не обратили никакого внимания на возможность звукового кино, желая избежать удорожания стоимости производства и проката кинофильмов. Тем не менее, 17 сентября 1922 года в Берлине впервые в мире был показан звуковой фильм. Первый цветной (полноцветный) кинофильм вышел в 1934 году, — это был короткометражный фильм системы «Technicolor». Первый же полнометражный цветной кинофильм вышел в 1935 году, этот год и принято считать годом появления цветного кино. В 1950-х годах технический прогресс зашёл ещё дальше — разработка и внедрение магнитной записи и воспроизведения звука, а также создание и освоение новых видов кинематографа (панорамного, стереоскопического, полиэкранного и других) привели к значительному повышению качества киноизображения, что стали говорить об «эффекте присутствия» зрителя. Впечатление усиливалось стереофоническим воспроизведением звука, позволявшем создавать «пространственную звуковую перспективу», вызывая иллюзию реальности источника звука. Разумеется, все эти технические новшества были призваны усилить глубину погружения зрителя в атмосферу просматриваемого кинофильма.

Индустриальное общество. Заключение

Техника в индустриальном обществе занимает лидирующую позицию. Доминанта этого общества — промышленность, техника — центр промышленности. Техника производит глубокое воздействие на окружающий мир и человека. Всё своё окружение она перестраивает по-своему, техническому образцу: изменяется как природа, так и система работы общества. Реальность приобретает черты технического. Человек же во взаимодействии с техникой отчуждается от природы, мира и себя самого. Человек становится винтиком гигантской машины, которая разрастается по всему миру.

Сходные процессы происходят и в медиа. Медиа-технологии чётко детерминированы техникой. Успехи в технике — успехи в медиа-технологиях. Медиа-технологии работают с информацией и заключены в сфере культуры (они не внедрены в промышленность — базис этого общества). Они — часть техники и второстепенны. Медиа-технологии, благодаря своему гигантскому росту, производят революцию в культуре и искусстве. Они меняют функцию произведения искусства — на практическую и политическую; способ его взаимодействия с публикой — снаряд, развлечение; выдвигают в качестве видов художественной деятельности репродукционные техники. Медиа перестают заниматься только словом, — печать отходит на второй план. Конец эпохи Гутенберга.

В результате, если в обществе машин человек идентифицировался с незначительным винтиком в сложном механизме, то при общении с медиа-технологиями у него возникает ощущение нестабильной идентичности, отсутствия идентичности. Впрочем, это происходит уже в постиндустриальном обществе, в котором медиа-технологии занимают центральное место.

Постиндустриальное общество.

Начало

При формировании индустриального общества произошла промышленная революция. При развитии индустриального общества произошла революция в производительности труда. Раньше считалось, что для того, чтобы выполнить большой объём работы, рабочему необходимо трудиться либо больше, либо более интенсивно. Но научно-технический прогресс (НТР), то есть применение научных знаний в области технологии, производства, совершили революцию в производительности труда, — она была увеличена во много десятков раз без увеличения давления на человека. Научно-технический прогресс, увеличив производительность труда, за несколько десятилетий превратил пролетариев в почти буржуа с доходом, приближающимся к доходам бывших высших сословий.

После Второй мировой войны произошла революция в сфере управления, то есть революция в области организации и обработке информации и знаний. Производство достигло высоких скоростей и большого объёма, и было во многом автоматизировано. Большое количество рабочих рук было освобождено при автоматизации. Производство стало сокращаться, стала сокращаться и доля людей, занятых в производстве.

Структура экономики на Западе была существенно перестроена в 1960–1970-е годы, — на первый план были выдвинуты наукоёмкие области. Теоретическому знанию было придано огромное социальное значение. Произошло слияние науки и техники, изменившее сущность техники. Компьютеризация, появление информационных систем на место главного социального института поставили Университет. Если в традиционном обществе такое место занимает Церковь и Армия, в индустриальном доминирующую роль играют финансово-промышленные корпорации, то в постиндустриальном — Университеты. Если в центре индустриального общества находится труд — производство (машина), с капиталом и рабочей силой, то в центре постиндустриального общества — знание, информация (медиа-технологии). Именно знание — властитель сегодняшнего информационного общества.

Главные характеристики постиндустриального общества:

  1. Создание обширной сферы «экономики услуг» (в ней занято большинство населения).
  2. Резкое увеличение слоя квалифицированных научно-технических специалистов.
  3. Центральная роль научного знания как источника нововведений и политических решений.
  4. Возможность самоподдерживающегося технологического роста.
  5. Создание новой «интеллектуальной» технологии (алгоритмы вместо интуитивных человеческих суждений), то есть software.

Главное медиа и техника этого общества, конечно, компьютер. Доминантой общества является информация — а это объект, с которым работает медиа. Все изменения в обществе связаны с революционными процессами в обработке информации, — деятельность медиа-технологий. Весь социальный уклад построен на (теле) коммуникациях, основанных на работе медиа-технологий. Медиа, медийная техника становится центром нового общества. Кстати, техника и медиа-технологии перестают быть жёстко разделёнными и до некоторой степени сливаются. Практически вся современная техника медийна, она автономна и работает с информацией.

Тестирование в 11 кл по теме «Типы общества. Общественный прогресс» — Оценка знаний учащихся — История и обществознание

11 класс Тема «Типы общества. Общественный прогресс»

  1. Какой признак характеризует индустриальное общество?

А) низкая социальная мобильность Б) глобализация экономики

В) сословный тип стратификации Г) зарождение массовой культуры

  1. Характерной чертой постиндустриального общества является:

А) расширение промышленного производства Б) замедление темпов развития

В) создание массовой культуры Г) использование компьютерных технологий

  1. И традиционное и индустриальное общества характеризуются:

А) низкой социальной мобильностью Б) преимущественным развитием промышленности

В) сословным типом социальной стратификации Г) связью всех сфер жизни общества

  1. Традиционное общество в отличие от индустриального:

А) имеет классовую стратификацию Б) является открытым

В) базируется на религиозном мировоззрении Г) поддерживает науку как социальный институт

  1. Что является отличительной чертой индустриального общества?

А) приоритет ценностей коллективизма Б) превращение науки в общественный институт

В) низкая социальная мобильность Г) широкое использование компьютерных технологий

  1. Возникновение транснациональных корпораций в современном обществе, развитие международной торговли служат проявлением тенденции:

А) модернизации Б) глобализации В) демократизации Г) информатизации

  1. Сколько благ человек потребляет столько и должно быть произведено. Такая установка характерна для общества:

А) индустриального Б) массового В) традиционного Г) информационного

  1. Работник заинтересован в том, чтобы больше заработать. Для этого он готов трудиться более интенсивно, сократив время отдыха. Такие установки характерны для:

А) традиционного общества Б) индустриальной цивилизации

В) аграрной цивилизации Г) феодального общества

  1. Что способствует процессу глобализации в современном мире?

А) развитие средств транспорта и связи Б) рос численности среднего класса

В) развитие сферы услуг Г) углубление социальной дифференциации

  1. Такие установки трудовой этики, как предпочтение отдыха труду, стремление зарабатывать не больше, чем это необходимо для удовлетворения основных потребностей, характерны для общества:

А) индустриального Б) массового В) традиционного Г) информационного

  1. Переход к постиндустриальному обществу характеризуется:

А) формированием рыночной экономики Б) ограничением социальной мобильности

В) развитием средств массовой коммуникации Г) организацией фабричного производства

  1. Какой признак относится к индустриальному обществу?

А) ведущая роль сельского хозяйства Б) преобладание промышленности

В) слабый уровень разделения труда Г) решающее значение сферы услуг в экономике

  1. Для традиционного общества характерно:

А) длительное существование общины Б) широкое участие народа в общественной жизни

В) занятие основной массы населения в сфере услуг Г) признание в качестве главной ценности прав и свобод человека

  1. Верны ли следующие суждения о процессе глобализации?

1) развитие массовых коммуникаций делает современный мир более целостным

2) все глобальные проблемы являются следствием экономической интеграции

А) верно только 1 Б) верно только 2 В) оба суждения верны Г) оба суждения неверны

  1. при переходе от традиционного общества к индустриальному:

А) упрочилось преобладание сельского хозяйства над промышленностью Б) возросло значение науки и образования

В) усилились сословные различия Г) возросло значение коллективистских ценностей в противовес ценностям индивидуальной свободы

16. Верны ли следующие суждения об общественном прогрессе?

1) в современную эпоху прогресс охватил все сферы общественной жизни

2) традиционному обществу не свойственен общественный прогресс

А) верно только 1 Б) верно только 2 В) верны оба суждения Г) оба суждения неверны

17. Революция и реформа являются:

А) социальными институтами Б) формами общественных преобразований

В) элементами общества как системы Г) видами социальных связей

18. Реформа в отличие от революции:

А) носит всеобъемлющий характер

Б) является формой социальной динамики

В) проводится, как правило, по инициативе сверху

Г) приводит к глубоким изменениям в общественной жизни

19. Общественный прогресс выражается в:

А) поступательном развитии общества Б) связях общества и природы

В) устойчивости форм общественной жизни Г) системном устройстве общества

20. Верны ли следующие суждения об общественном прогрессе?

1) одним из критериев общественного прогресса является устойчивый экономический рост большинства государств в современном мире

2) наиболее очевидны последствия общественного прогресса в сфере материального производства

А) верно только 1 Б) верно только 2 В) верны оба суждения Г) оба суждения неверны

Ключ к тесту

  1. Г

  2. Г

  3. Г

  4. В

  5. Б

  6. Б

  7. В

  8. Б

  9. А

  10. В

  11. В

  12. Б

  13. А

  14. А

  15. Б

  16. А

  17. Б

  18. В

  19. А

  20. В

Тест с ответами по обществознанию на тему «современное общество»

Современное общество

1. господство сельского натурального хозяйства характерно для

1) традиционного общества 2) капиталистического общества

3) индустриального общества 4)постиндустриального

2.общество, основанное на развитии крупного машинного производства, это

1) традиционное 2) аграрное 3)индустриальное 4) постиндустриальное

3. общество, в котором главным фактором производства становятся информационные технологии, это

1) традиционное 2) аграрное 3)индустриальное 4) постиндустриальное

4.Пути общественного развития

А. ценности личной свободы, личной ответственности, инициативы –черты традиционного общества

Б. В традиционном обществе социальная мобильность отсутствовала, переход в другую социальную группу был невозможен

1.верно только А. 2.верно только Б 3 оба верны 4. оба не верны

5. Черты постиндустриального общества.

1. развитие сферы услуг 2.рост численности рабочего класса 3.отсутствие социальной стратификации 4. использование информационных технологий 5. глобализация финансов и экономики 6. резкий подъем рождаемости

6. Верно ли суждение о путях и формах общ.развития

А. в постиндустриальном обществе завершается промышленный переворот, формируется массовое промышленное производство

Б. в постиндустриальном обществе наряду с массовым все более прочное место занимает мелкосерийное производств

1.верно только А. 2.верно только Б 3 оба верны 4. оба не верны

7.Переход человеческих общин от примитивной экономики охотников и собирателей к сельскому хозяйству, основанному на земледелии и/или животноводстве

1) промышленная революция
2) неолитическая революция
3) культурная революция
4) научно-техническая революция

8. Переход от преимущественно аграрной экономики к индустриальному производству, в результате которого происходит трансформация аграрного общества в индустриальное, называется

1) промышленной революцией 2) аграрной революцией 3) культурной революцией 4) научно-технической революцией

9.  Переход от менее совершенных форм организации человеческой деятельности к более совершенным называется

1) общественным регрессом 2) общественным прогрессом 3) революцией 4) реформой

10. Начало промышленной революции связывают с изобретением

1) эффективного парового двигателя 2) ядерной энергии 3) компьютера 4) электричества

11. Процесс всемирной экономической, политической и культурной интеграции и унификации

1) идентификация
2) персонализация
3) глобализация
4) монополизация

12.В стране Z происходит индивидуализация массового серийного производства, создаются условия для непрерывного образования. Какие

иные признаки свидетельствуют о том, что страна Z развивается как постиндустриальное общество? Запишите цифры, под которыми они указаны.

1) Природные факторы оказывают влияние на развитие общества.

2) Преобладают экстенсивные методы ведения хозяйства.

3) Происходит широкое внедрение компьютерной техники в различные области жизни.

4) Используются правовые механизмы регуляции социальных отношений.

5) В структуре экономики преобладает сфера услуг.

6) Наибольшее развитие получают наукоёмкие, ресурсосберегающие технологии.

13.В стране Z научные достижения широко внедряются в массовое производство. Какие иные признаки свидетельствуют о том, что Z развивается как общество индустриального типа? Запишите цифры, под которыми они указаны.

1) информатизация общества 2) сохранение природных богатств 3) рост урбанизации 4) появление массовой культуры 5) существование моральных норм, регулирующих жизнь общества 6) стандартизация производственных процессов

14.Установите соответствие между отличительными признаками и типами обществ: к каждой позиции, данной в первом столбце, подберите соответствующую позицию из второго столбца.

ОТЛИЧИТЕЛЬНЫЕ ПРИЗНАКИ

ТИПЫ ОБЩЕСТВ

А) серийное производство товаров массового потребления

Б) выдвижение на первый план сферы услуг

В) преобладание натурального хозяйства

Г) ведущая роль информации в жизни общества

Д) появление массовой культуры

1) традиционное (аграрное) общество

2) индустриальное общество

3) постиндустриальное общество

15. В стране Z происходит широкое внедрение компьютерной техники

в различные области жизни. Какие иные признаки из перечисленных свидетельствуют о том, что страна Z развивается как постиндустриальное общество? Запишите цифры, под которыми они указаны.

1) В экономике страны Z высокий удельный вес занимает сфера услуг. 2) В целях регуляции социальных отношений издаются правовые акты. 3) Социальная мобильность затруднена. 4) Природные факторы оказывают влияние на развитие общества. 5) Информационные технологии являются важнейшим фактором производства. 6) Наибольшее развитие получают наукоёмкие, ресурсосберегающие отрасли производства

16.В стране Z господствует натуральное хозяйство. Какие иные признаки из перечисленных свидетельствуют о том, что страна Z развивается как традиционное общество? Запишите цифры, под которыми они указаны.

1) Устная информация преобладает над письменной. 2) Происходит быстрый рост городского населения.3) Преобладают экстенсивные технологии и ручные орудия труда. 4) Основными социальными ячейками являются община и семья. 5) Широко распространяются научные знания. 6) Интенсивно развивается инфраструктура.

Ключ

1

2

3

4

5

6

7

8

9

10

11

12

13

14

15

16

1

3

4

2

145

2

2

1

2

1

3

356

346

23132

156

134

Тупиковая ветвь развития – Экономика – Коммерсантъ

Развивающиеся страны перестали развиваться: локомотив роста, промышленность, автоматизируется и возвращается туда, откуда пришла,— в развитые страны. А других двигателей почти нигде нет.

АЛЕКСАНДР ЗОТИН, экономист, старший научный сотрудник Всероссийской академии внешней торговли

Бедные страны, которые за послевоенные 70 лет вплотную приблизились по доходам на душу населения к развитым государствам, можно перечесть по пальцам одной руки (самые очевидные примеры — Южная Корея и Тайвань). Побольше список стран, хотя бы сокращающих разрыв и растущих быстрее развитых экономик, но в последние годы он уменьшается.

На первый взгляд разрыв между группами развитых и развивающихся стран сокращается, но, если рассматривать последние не группой, а по отдельности, оказывается, что за львиную долю роста ответствен Китай, а также некоторые зависимые от его роста страны. Странам Восточной Европы помогает членство в ЕС.

В других случаях сокращение разрыва в 2000-х годах отчасти было обусловлено бумом на сырьевом рынке, который приподнял многие развивающиеся экономики, в том числе Россию, Бразилию и ЮАР из пятерки БРИКС. В 2000-е годы стала модной концепция декаплинга — опережающего роста развивающихся стран и смещения центра экономической активности из Европы и США в быстрорастущие регионы.

Но сырьевой суперцикл закончился в середине 2010-х годов, рассчитывать на него в процессе догоняющего развития больше не приходится, а о теории декаплинга попросту забыли. Из той же пятерки крупнейших развивающихся экономик на первый взгляд приличный рост в последние годы показывают только несырьевые Индия и Китай, на второй, более пристальный взгляд, только Китай, на третий, пожалуй, никто: то, что происходит сейчас в экономике Китая, скорее масштабный долговой пузырь.

Даже в редких случаях истинного сокращения разрыва за ним нередко стоит резкое увеличение внутреннего неравенства в развивающихся странах.

Плоды экономического роста в бедных странах в основном чувствует на себе космополитическая элита, которая не всегда связывает свою судьбу и судьбу своей семьи с родной страной, хотя часто громогласно заявляет о своем патриотизме.

Разрыв же между простыми гражданами развивающихся и развитых стран практически не меняется — за исключением Китая, нескольких других азиатских стран и некоторых сырьевых государств.

Что случилось с ростом?

Почему рост развивающихся стран застопорился? Проблемы начались еще до текущей технологической волны роботизации, которая, видимо, их многократно усилит. Причин несколько.

Экономическое развитие Японии, Южной Кореи, Тайваня, Китая было вариацией одной и той же модели роста («азиатская модель»). Вот несколько ее черт.

  • Во-первых, ставка на экспортно ориентированную промышленность. Внутренние рынки бедных стран не могут самостоятельно вывести страну из отсталости.
  • Во-вторых, ориентация на дешевую рабочую силу и трудоинтенсивные отрасли.
  • В-третьих, структурное изменение экономики — массовый переход рабочей силы из малопроизводительного аграрного в высокопроизводительный индустриальный сектор.
  • В-четвертых, страны с быстрым ростом стабильно демонстрировали очень высокую долю инвестиций в ВВП (Китай дошел до экстремальных 50%) и, соответственно, низкую долю потребления в ВВП. Проще говоря, из года в год жертвуют текущим потреблением, постепенно накапливая ресурсы и инвестируя их в будущее (в основном в то же экспортно ориентированное промпроизводство). Как точно описал азиатскую модель нобелевский лауреат Пол Кругман, «perspiration, not inspiration» — пот, а не вдохновение.
  • В-пятых, максимально комфортные условия для отечественного и иностранного бизнеса.

Однако в последние несколько лет отдача этой модели стала снижаться. Проблема возникла с ее ключевым элементом — индустриализацией экономики (исключение, как обычно, Китай). Классическая модель развития предполагает сначала значительное увеличение доли промышленности в экономике на фоне сокращения доли аграрного сектора. При этом особенно важно изменение структуры рынка труда и создание рабочих мест в индустриальном секторе.

Потом, на этапе, когда промсектор достигает существенной доли в экономике и такой же существенной доли в структуре занятости (пик — около четверти рабочей силы в США в 1950-е и трети в Великобритании в 1970-х), развитые и уже ставшие богатыми страны вступают в процесс деиндустриализации — постепенного высвобождения труда в третичный сектор, сферу услуг.

Хотя добавленная стоимость, создаваемая в промышленности, при этом падает в развитых странах не так сильно, как занятость,— это следствие роста производительности труда и трудосберегающих технологий.

Сейчас с бедными странами происходит нечто не укладывающееся в классическую модель: они начинают деиндустриализироваться, так и не достигнув высоких доходов на душу населения. Страны становятся постиндустриальными на низком уровне развития, либо стопорится процесс первичной индустриализации — переток рабочей силы из аграрного сектора в промышленность идет крайне медленно либо направляется сразу в сферу услуг. Либо эти два процесса сочетаются.

Это явление экономист Дани Родрик называет преждевременной деиндустриализацией (premature deindustrialization): доля промышленного производства в экономике в современных развивающихся странах начинает падать уже при достижении порога в 20% занятости и $6 тыс. ВВП на душу населения (в долларах 1990-го).

Как отмечает Родрик, у промышленного производства есть некоторые специфические черты, делающие именно его важнейшим драйвером экономического развития.

Во-первых, промпроизводство — технологически динамичный сектор. Особенностью индустриального сектора является конвергенция производительности труда безотносительно каких-либо барьеров (политика, бизнес-климат и т. п.). Один и тот же state of the art автозавод будет практически одинаково производителен и в США, и в Зимбабве.

Во-вторых, промпроизводство традиционно абсорбировало значительную долю неквалифицированной рабочей силы, в отличие от других высокопроизводительных секторов, например финсектора или добычи полезных ископаемых. Как говорил Джон Рокфеллер,

«лучший на свете бизнес — это хорошо управляемая нефтяная компания. На втором месте — плохо управляемая нефтяная компания».

Проблема в том, что много рабочих мест в этом секторе не создашь, только для “своих”».

В-третьих, промпроизводство — торгуемый сектор, его продукцию можно экспортировать, что снимает ограничения со стороны спроса в бедных странах. Чего не скажешь о сфере услуг, в основном неторгуемой и упирающейся в отсутствие платежеспособного спроса в развивающихся странах: много кофеен, барбершопов и бутиков в Зимбабве не откроешь. Промышленность же может развиваться и абсорбировать рабочую силу, даже если остальная экономика остается технологически примитивной. И вытягивать последнюю за уши.

Что же сломалось в этом драйвере роста? Причин преждевременной деиндустриализации несколько. Во-первых, и это, вероятно, наиболее важная причина: технологические изменения. Роботизация, автоматизация приводят к сокращению потребности в рабочей силе в промышленности. Транснациональные компании все чаще заменяют ручной труд роботизацией и начинают переводить производство в развитые страны, ближе к конечному потребителю (решоринг).

Во-вторых, глобализация торговли и открытость мировых рынков товаров привели к тому, что промышленные предприятия многих развивающихся стран оказались не в состоянии конкурировать с дешевым китайским импортом (китайская экспортно ориентированная промышленность пользуется массой конкурентных преимуществ — огромными госсубсидиями, эффектом масштаба производства, развитой транспортной логистикой).

В-третьих, по мнению Родрика, промышленность стала предъявлять спрос на более высококвалифицированную рабочую силу. Впрочем, видимо, этот фактор стоит рассматривать как дополнение первого.

Наблюдавшаяся уже давно преждевременная деиндустриализация поставила под сомнение эту модель роста. Намечающийся тренд к возвращению промпроизводства в развитые страны (решоринг), связанный прежде всего с роботизацией, может ее добить окончательно. Дешевая рабочая сила в бедных странах все реже нужна капиталу. Инвесторы переоценивают привлекательность аутсорсинга производства в развивающиеся экономики и все чаще склоняются в пользу создания роботизированных предприятий, близких к рынкам сбыта в развитых странах.

Для развивающихся стран связанные воедино процессы роботизации, решоринга и деглобализации означают ликвидацию (отказ от создания) новых рабочих мест в промышленности и отсутствие надежды на экономическое развитие.

В отсутствие индустриальной базы развивающиеся экономики вынуждены будут искать новые модели развития. Одна из возможностей — рост за счет развития сектора услуг. Некоторые услуги торгуемы, то есть могут быть экспортированы, например, IТ и отчасти финансовые услуги.

Однако, как правило, эти секторы требуют высококвалифицированной рабочей силы, при этом в относительно небольшом количестве. То есть они не способны создать рабочие места для масс, как промышленность. Оставшиеся массовые секторы сферы услуг — технически отсталые и низкопроизводительные (продавцы, шоферы, уборщики, курьеры) и ориентированы исключительно на бедный внутренний рынок.

В чем особенности индийского роста?

Рассуждения о деиндустриализации кажутся абстрактными без конкретных примеров. Рассмотрим случай Индии, самой быстрорастущей крупной развивающейся экономики, если не считать Китая (модель экономического развития которого требует отдельного анализа).

По данным Centre for Monitoring Indian Economy, за последний год индийская экономика потеряла около 2 млн рабочих мест. При этом население, входящее в состав рабочей силы, сократилось с 406,5 млн до 404,6 млн человек.

Непосредственная причина — негативный эффект демонетизации конца 2016-го и острая конкуренция в текстильной отрасли со стороны Бангладеш, Вьетнама, Шри-Ланки и Мьянмы, а также введение прошлым летом нового единого налога на продажи. Долгосрочная структурная причина — автоматизация/роботизация рабочих мест в промышленности и решоринг.

В отличие от стареющих развитых экономик (и некоторых развивающихся, в том числе России), население Индии в трудоспособном возрасте ежегодно пополняется приблизительно на 1%, или 10 млн человек (9,7 млн в 2017-м, до 960 млн человек). Соответственно, рынок труда должен абсорбировать большую часть этих людей (не все 100%, так как предположим, что некоторая часть молодежи дольше учится, пусть эта доля и очень мала).

По данным доклада United Nations Development Programme «Shaping the Future: How Changing Demographics Can Power Human Development», для абсорбирования «демографического дивиденда» (в новой экономической реальности, возможно, «демографического проклятия»?) Индии потребуется создать 280 млн новых рабочих мест к 2050 году. Всего лишь. Чего не происходит и не происходило уже давно.

По данным статистических ежегодников Labour Bureau, в период 2011–2015 годов было создано всего 7 млн рабочих мест (с 455 млн до 462 млн). Фактически экономика Индии росла (среднегодовой темп роста ВВП в 2011–2017 годах — 6,6%, на душу населения значительно меньше — 5,4%), почти не создавая новые рабочие места на фоне серьезного демографического роста (за период 2011–2015 годов доля участия населения на рынке труда сократилась с 55,4% до 52,4%).

В последние годы темпы сокращения ускорились. Так, за прошедший год доля участия населения на рынке труда сократилась с 46,9% до 44,5% (и без того очень низкая по сравнению с развитыми странами, что в некоторой степени объясняется высоким уровнем участия у мужчин — 75% и очень низким у женщин— 23,7%).

Формальная занятость в Индии отвечает приблизительно лишь за 15% всей занятости (хуже, чем, например, в Мексике, но лучше, чем в большинстве стран Африки).

При этом больше половины населения занято в непроизводительном аграрном секторе, в секторе услуг — около трети, доля промышленности — около 12%. К тому же она существенно не меняется уже почти 30 лет, как и доля промышленности в ВВП в 15% — явный признак преждевременной деиндустриализации по Родрику.

Сферу услуг вряд ли можно назвать генератором высокопроизводительных рабочих мест. Индия справедливо гордится гигантами в области информационных технологий вроде Infosys и Wipro. Однако весь сектор ITBPO (информационные технологии и аутсорсинг бизнес-процессов) в Индии дает работу, по разным оценкам, от 1 млн до 5 млн человек. Это менее 1% рабочих мест.

При этом рынок труда накладывается на жесткую кастовую систему, поддерживающую и увеличивающую неравенство. Рабочие места в ITBPO — практически исключительно для немногочисленных хорошо образованных представителей высших каст (прежде всего брахманы и вайшьи). В основном сфера услуг исключительно примитивна: уличные торговцы, охранники, уборщики и т. п. В этих средневековых массовых профессиях заняты низшие касты.

Впечатляющий рост ВВП Индии в последнее десятилетие не изменил структуры экономики и не привел к формированию производительных рабочих мест. Две трети роста пришлось на финансовый сектор и недвижимость (FIRE — finance, insurance, real estate) при фактической стагнации промышленности.

В итоге плодами экономического роста почти исключительно воспользовались высококастовые элиты.

Приблизительно половина (и восемь из топ-10) из 101 индийского миллиардера из списка Forbes принадлежит к одной касте — бания, в основном из штатов Раджастан и Гуджарат (гуджаратским бания был также Махатма Ганди). К этой касте относится менее 1% населения Индии. Зато, по данным экономиста Аакара Патела, доля бания в национальном доходе — 24%.

Бания — каста из варны (сословия) торговцев — вайшьев. Вайшьи в традиционном индуистском обществе — привилегированное сословие «дваждырожденных» вместе с брахманами (клирики и учителя) и кшатриями (воины и правители). Ниже — шудра (крестьяне) и находящиеся за пределами традиционного сословного деления неприкасаемые — далиты.

Кастовые границы в Индии строго соблюдаются и по сей день — доля межкастовых браков не превышает 5%.

Из оставшейся половины миллиардеров тоже много представителей традиционных мощных торговых кланов, например парсов (потомки зороастрийцев, бежавшие в Индию после вторжения ислама в Персию). Миллиардеры-брахманы тоже встречаются, в основном они преуспели в IT-секторе (кстати, брахманы и вайшьи контролируют практически все СМИ в стране, судебная система и госслужба — традиционная привилегия брахманов).

Неравенство в Индии растет, как и во всем мире: по данным исследования Тома Пикетти и Люка Шанселя «Indian Income Inequality, 1922–2014: From British Raj to Billionaire Raj?», доля национального дохода, приходящегося на 1% самых богатых, выросла в 2014 году до максимума с колониального 1922-го — 22%.

Положение же низших каст, мусульманского меньшинства и 170-миллионной группы неприкасаемых-далитов (больше, чем все население России) по-прежнему мало чем отличается от средневекового. 70–80% далитов неграмотно, 90% — безземельные крестьяне-батраки, тысячи из которых ежегодно кончают жизнь самоубийством из-за долгов, тысячи становятся жертвами насилия со стороны представителей более высоких каст за разные «прегрешения» вроде попыток воспользоваться общественными колодцами или дорогами (историк Мриду Рай называет происходящее кастовой войной).

Квотами на представительство неприкасаемых и других низших каст и племен во власти могут воспользоваться немногие — слишком высок образовательный ценз. При этом все «теплые» места давно присвоены лояльными системе субкастами неприкасаемых.

Интересно, что за нынешний кастовый апартеид во многом ответствен почитаемый во всем мире Махатма Ганди. Он, несмотря на удачный политпиар (вегетарианство, пост, сатьяграха, ненасилие, духовные практики, «ритуалы бедности», образ «святого»), выступал апологетом кастовой системы и в определенные периоды придерживался вполне расистских взглядов (см. например, B. R. Ambedkar, S. Anand, Arundhati Roy «Annihilation of Caste: The Annotated Critical Edition»).

За разрушение кастовой системы, выход неприкасаемых из индуизма и переход в любую другую религию выступал политический противник Ганди — далит доктор Амбедкар, мало кому известный за пределами Индии. Ганди воспринял призыв Амбедкара как угрозу кастовой системе и, будучи чутким политиком, выступил за интеграцию неприкасаемых в индуизм.

Как бы то ни было, рост ВВП в последние 20 лет, на котором поднялась популяция индийских высококастовых миллиардеров (три года назад индийский список Forbes был в два раза короче), практически никак не отразился на беднейших низкокастовых слоях населения. В общем-то и на средних тоже.

По количеству миллиардеров Индия занимает четвертое место в мире (после США, Китая и Германии). Зато число просто состоятельных людей с активами от $1 млн до $5 млн по масштабам страны просто крошечное — 245 тыс. (по данным Credit Suisse). Это меньше, чем, например, в Австрии или Бельгии, в которых в сто с лишним раз меньше населения.

Чем автоматизация грозит Индии?

Для роста благосостояния широких слоев населения нужны хорошие рабочие места. А они не появляются. Скорее наоборот. Крупных компаний в Индии немного — только 1,4% компаний имеют более 10 работников, при этом доля крупных предприятий падает, в 1990-м их было чуть более 3% (и на них приходилось 37% всей занятости, а сейчас — 21%). Отчасти это объясняется ошибками экономической политики, отчасти тем, что в промышленном секторе Индии наблюдаются те же явления, что и во всем мире: постепенная автоматизация и роботизация рабочих мест.

Интересно, что автоматизация уже затрагивает наиболее производительные сектора — IT-компании и фарминдустрию. По данным отраслевой ассоциации IT-индустрии Nasscom, несмотря на рост выручки индустрии на 8,6% в 2016–2017 годах (фискальный год в Индии заканчивается в марте), рост занятости составил всего 5%. А в ближайшие три года Nasscom ожидает сокращения занятости в отрасли на 20–25% в связи с внедрением автоматизации и machine learning. Лидеры индустрии Infosys и Wipro уже сократили 8–9 тыс. и 3,2 тыс. рабочих мест соответственно, и это только начало.

Под угрозой автоматизации/роботизации и решоринга также стоит крупнейший по занятости сектор промышленности — производство текстиля, одежды и обуви (6% ВВП, 14% промышленного производства, 13% экспорта), дающий работу около 35 млн человек (и около 95 млн, если учесть связанную с ним занятость в агросекторе).

Индийские чиновники исписали горы бумаги, прогнозируя рост занятости в отрасли (например, в стратегии «Vision, Strategy, Action Plan for Indian Textile Sector» от 2015-го планировалось создание еще 35 млн рабочих мест к 2025-му). Однако, по подсчетам Международной организации труда (МОТ),

внедрение автоматизации в отрасли может высвободить до 86% занятых во Вьетнаме и до 88% в Бангладеш. Индийскую текстильную отрасль экономисты МОТ не рассматривали, но вряд ли она технически более совершенна, чем в указанных странах.

Всего, по расчетам доклада McKinsey Global Institute «India’s Labour Market: A New Emphasis on Gainful Employment», опубликованного летом 2017-го, при современной технологии в Индии может быть автоматизировано 52% всех сегодняшних рабочих мест. В принципе эти цифры не сильно отличаются от возможностей автоматизации в других странах (для Китая, например, McKinsey дает уровень в 51%), однако в Индии ситуация осложняется ростом трудоспособного населения.

Почему не только Индия?

Проблемы Индии лишь частный пример общего тренда развития бедных стран в начале XXI века и перспектив роботизированного суперкапитализма будущего. В каких-то развивающихся странах эти проблемы менее выражены и не отягощены кастовой системой — по крайней мере, не до такой степени, как в Индии. Например, в России они затушевываются рентно-сырьевым характером экономики и старением населения, из-за чего проблема новых рабочих мест менее остра.

В каких-то странах ситуация приблизительно такая же или еще хуже, чем в Индии: это значительная часть Азии, Латинской Америки и почти вся Африка (во всей Африке южнее Сахары экономический рост на душу населения в 2016–2017 годах был отрицательным).

Другие черты наступающего суперкапитализма характерны и для развитых стран. Например, размывание среднего класса, который в бедных странах просто не успел сформироваться, и рост неравенства. Однако в богатых странах поляризация рабочих мест и обеднение среднего класса затушевываются более или менее работоспособной системой социального обеспечения и развитой, ориентированной на обеспеченное общество сферой услуг. Рост неравенства в богатом обществе оказывается куда более комфортным, чем в бедном.

Опять же уничтожение рабочих мест из-за автоматизации/роботизации в развитых странах компенсируется старением населения. А в той же Индии каждый год на рынок труда выходит целая «Греция» (10 млн человек и еще десятки миллионов в других развивающихся странах). А работы для них нет. Разве что продавцом, рикшей или уборщиком. Или мигрировать в более развитые страны, которые однако вряд ли могут и готовы абсорбировать такие потоки. Или революционером от отчаяния — современные социологические теории часто связывают революции с ростом количества безработной молодежи в обществе, свежий пример — «арабская весна» в 2011-м.

Одна из удивительных особенностей индийской экономики — возникновение частных городов. Как устроена жизнь в таком городе, вы можете прочитать на следующей неделе. Подписывайтесь на тему и страницу www.kommersant/weekly

Скотоводство — обзор | ScienceDirect Topics

Введение

Споры о скотоводстве и его будущем ведутся уже почти 40 лет (Galaty et al. , 1981; Zinsstag et al., 2016). Тем не менее, во многих научных, дебатах по развитию и политике заявления по-прежнему содержат коннотации о том, что скотоводство не имеет будущего, и часто подразумевают, что оно «является анахроничной формой землепользования», «должно исчезнуть» или быть «заменено». Как показано в этой статье, такие взгляды ошибочны, поскольку они сосредоточены на вопросах землевладения и управления (например,г. общинное или частное), а не управление пастбищной системой (управление животноводством и выпасом), и поэтому стоят на пути признания и повышения текущей и будущей ценности пастбищных животноводческих систем в засушливых и полузасушливых землях. За последние два десятилетия исследования привели к гораздо лучшему пониманию пастбищных животноводческих систем (Sun and Naito, 2007; Homewood, 2008; Galvin et al., 2008) и опровергли прежние заблуждения, которые называли пастбищное животноводство неустойчивым (ок.ф. Рейд и др., 2014).

В пастбищных производственных системах используются различные пастбищные биомы (например, пустыни, сухие равнины, саванны, степи, тундра, высокогорные хребты) с местной и гетерогенной растительностью, состоящей из однолетних и многолетних трав, трав, кустарников и деревьев. Низкое годовое количество осадков с высокой сезонной и межгодовой изменчивостью, усугубляемое длительными периодами засухи или заморозков, часто приводит к коротким, изменчивым и непредсказуемым вегетационным периодам и высокой временной изменчивости производства биомассы.Географические, топографические и эдафические условия, а также созданная человеком инфраструктура добавляют пространственную неоднородность к разнообразию доступности ресурсов.

Несмотря на большое разнообразие пастбищных систем, все они имеют общую способность использовать преимущества эфемерной (продолжающейся в течение очень короткого времени) концентрации ресурсов, типичных для пастбищных угодий, где доступность растительности и воды очень изменчива и недолговечна (Behnke et al. ., 2011). Поэтому их можно определить как специализированную производственную систему, которая «использует преимущества характерной изменчивости большинства пастбищных угодий, где на ключевые ресурсы, такие как питательные вещества и вода для скота, можно полагаться в форме непредсказуемых и кратковременных концентраций в большей степени, чем в равномерное и стабильное распределение» (Krätli et al. , 2013, с.43). Эксплуатация такого распределения ресурсов в пространстве и времени на обширных участках земли экономически и экологически несовместима со стационарными системами землепользования, зависящими от значительных внешних ресурсов, основанных на ископаемом топливе.

ФАО классифицирует пастбищные животноводческие системы как часть пастбищных систем производства жвачных животных. Пастуший скот характерен, и «основной стратегией обеспечения круглогодичного кормления стад является перемещение скота на пастбища, а не доставка корма стадам» (Дайсон-Хадсон и Дайсон-Хадсон, 1980, с.18).

Определение размера и важности пастбищных систем с точки зрения используемой площади земли, количества содержащихся животных и количества скотоводов сталкивается с рядом проблем, поскольку оценки редко дезагрегируются по системам производства, а сбор данных в крупных и труднодоступные пастбища с низкой плотностью населения и животных и неравномерным распределением. Таким образом, более надежные данные доступны только из нескольких углубленных исследований на уровне стран.

Существует соглашение о том, что значительная часть пастбищных угодий находится под пастбищным управлением, особенно в Африке, Центральной и Южной Азии.Пастбищные угодья во всем мире занимают около 35 миллионов км 2 , что составляет 26% от общей площади суши. Пастбищные угодья были классифицированы Оценкой экосистем на пороге тысячелетия как часть засушливых земель (41% поверхности суши). В засушливых районах скот также содержится в смешанных богарных и орошаемых системах. Частью из них управляют скотоводы, которые также занимаются сельским хозяйством, или фермеры, которые держат скот под пастбищным управлением. Около 35% мирового поголовья крупного рогатого скота и 55% мирового поголовья овец и коз содержится в засушливых районах (Hoffmann et al., 2014). По оценкам, около 12 миллионов км 2 засушливых земель используются в чисто пастбищных системах, а 7 миллионов км 2 — в смешанных системах, где можно предположить, что пастбищные системы являются доминирующей формой животноводства.

Около 120 миллионов и 600 миллионов человек во всем мире зарабатывают себе на жизнь в чисто пастбищных и смешанных системах соответственно (Thornton et al., 2002). Во всем мире число скотоводов в настоящее время оценивается в 200 миллионов человек. Реальная цифра, вероятно, выше.Только в странах Африки к югу от Сахары более 120 миллионов человек получают средства к существованию за счет производства продукции животноводства, и до 41 миллиона человек зависят исключительно от продукции животноводства, а до 94 миллионов человек частично, но в значительной степени зависят от этой производственной системы (de Haan, 2016).

11. Хлопковая революция | АМЕРИКАНСКИЙ YAWP

Эйр Кроу, Рабы, ожидающие продажи, Ричмонд, Вирджиния, 1861 г. Университет Вирджинии, Атлантическая работорговля и рабская жизнь в Америке.

*The American Yawp — это развивающийся, совместный текст.Нажмите здесь, чтобы улучшить эту главу.*

За десятилетия, предшествовавшие Гражданской войне, в южных штатах произошли необычайные перемены, которые определили регион и его роль в американской истории на десятилетия и даже столетия вперед. Между 1830-ми годами и началом Гражданской войны в 1861 году американский Юг увеличил свое богатство и население и стал неотъемлемой частью все более глобальной экономики. Она не отступила от своих культурных и социальных традиций и не изолировала себя от расширяющейся системы коммуникаций, торговли и производства, которая соединяла Европу и Азию с Америкой, как об этом свидетельствуют истории предыдущих поколений.Наоборот; Юг активно использовал новые технологии и торговые пути, а также стремился ассимилировать и модернизировать свои наиболее «традиционные» и укоренившиеся в культуре обычаи, такие как рабство и сельскохозяйственное производство, в модернизирующемся мире.

Начиная с 1830-х годов купцы с Северо-Востока, Европы, Канады, Мексики и Карибского бассейна стекались в южные города, открывая торговые фирмы, склады, порты и рынки. В результате эти города — Ричмонд, Чарльстон, Сент.Сент-Луис, Мобил, Саванна и Новый Орлеан, и это лишь некоторые из них, удвоились и даже утроились по размеру и глобальному значению. Население стало более космополитичным, образованным и богатым. Системы классов — сообщества низшего, среднего и высшего классов — развились там, где они явно никогда не существовали. Порты, которые когда-то были полностью сосредоточены на ввозе порабощенных рабочих и отправлялись только в регионы, стали базой для ежедневных и еженедельных судоходных линий в Нью-Йорк, Ливерпуль, Манчестер, Гавр и Лиссабон.Мир медленно, но верно сближался, а рабство было прямо посередине.

 

В ноябре 1785 года ливерпульская фирма Peel, Yates & Co. ввезла в Европу первые семь тюков американского хлопка. До этой незапланированной и откровенно нежелательной поставки европейские торговцы считали хлопок продуктом колониальных карибских островов Барбадос, Сен-Доминго (ныне Гаити), Мартиники, Кубы и Ямайки. Юг Америки, хотя и относительно широкий и обширный, был основным источником риса и, что наиболее важно, табака.

Мало кто знал, что семь тюков, хранившихся в Ливерпуле той зимой 1785 года, изменят мир. Но они сделали. К началу 1800-х годов американский Юг занял на европейском рынке нишу «роскошного» длинноволокнистого хлопка, выращиваемого исключительно на Морских островах у берегов Южной Каролины, Джорджии и Флориды. Но это было только началом грядущего масштабного наводнения и основой астрономического возвышения Юга до всемирной известности. Вскоре ботаники, торговцы и плантаторы приступили к выведению штаммов семян хлопчатника, которые могли бы расти дальше на запад на южном материке, особенно на новых землях, открывшихся в результате покупки Луизианы в 1803 году — области, которая простиралась от Нового Орлеана до юг до того, что сегодня является Миннесотой, частями Дакоты и Монтаны.

Американские и мировые рынки хлопка навсегда изменились после того, как Раш Натт из Родни, штат Миссисипи, в 1833 году вывел гибридный сорт хлопка, который он назвал Petit Gulf. Говорили, что Petit Gulf проходил через хлопкоочистительную машину — машину, разработанную Эли Уитни в 1794 году для удаления семян хлопка, — легче, чем любой другой сорт. Он также сильно рос, производя больше пригодного для использования хлопка, чем кто-либо мог себе представить на тот момент. Однако, возможно, самое главное, это произошло в то время, когда коренные народы были изгнаны с юго-запада — южной Джорджии, Алабамы, Миссисипи и северной Луизианы.После переселения индейцев земля стала легко доступна для белых мужчин с несколькими долларами и большими мечтами. На протяжении 1820-х и 1830-х годов федеральное правительство осуществило несколько принудительных миграций коренных американцев, создав систему резерваций к западу от реки Миссисипи, в которой все восточные народы должны были переселиться и поселиться. Эта система, введенная в действие Законом о переселении индейцев 1830 года, позволяла федеральному правительству обследовать, делить и продавать с аукциона миллионы акров земли по любой цене, которую участники торгов были готовы заплатить.Внезапно фермеры, мечтавшие о больших плантациях, могли покупать десятки, даже сотни акров земли в плодородной дельте реки Миссисипи за цент за доллар. Участки земли, которые в других местах стоили бы тысячи долларов, продавались в 1830-х годах за несколько сотен по цене всего 40 центов за акр.

Механическая хлопкоочистительная машина Эли Уитни произвела революцию в производстве хлопка, расширила и укрепила рабство на Юге. Патент Эли Уитни на хлопкоочистительную машину, 14 марта 1794 г .; Записи Ведомства по патентам и товарным знакам; Группа записи 241.Викимедиа.

Хлопкоочиститель XIX века на выставке в музее Эли Уитни. Викимедиа.

Тысячи людей устремились в Хлопковый пояс. Джозеф Холт Ингрэм, писатель и путешественник из штата Мэн, назвал это «манией». Уильям Генри Спаркс, юрист, живущий в Натчезе, штат Миссисипи, вспоминал его как «новое Эльдорадо», в котором «состояния делались за один день, без всякого труда и предприимчивости». Изменение было поразительным. «Там, где вчера темнела над землей глушь с ее дикими лесами, — вспоминал он, — сегодня хлопковые плантации белили землю. Деньги текли рекой из банков, многие из которых были недавно созданы, под обещания «неземных» прибылей и однодневных доходов. Банки в Нью-Йорке, Балтиморе, Филадельфии и даже Лондоне предлагали кредитные линии всем, кто хотел купить землю на юго-западе. Некоторые даже посылали своих агентов для покупки дешевой земли на аукционе с целью продать ее, иногда прямо на следующий день, по двойной или тройной первоначальной цене, процесс, известный как спекуляция.

Взрыв свободных земель в плодородном Хлопковом поясе вдохнул новую жизнь в Юг.К концу 1830-х годов хлопок Petit Gulf был усовершенствован, распространен и посажен по всему региону. Достижения в области паровой энергии и водного транспорта произвели революцию в способности южных фермеров и плантаторов удалять семена, упаковывать свою продукцию и доставлять ее в порты, появляющиеся вдоль атлантического побережья. Действительно, к концу 1830-х годов хлопок стал основной культурой не только юго-западных штатов, но и всей страны.

Цифры были ошеломляющими. В 1793 году, всего через несколько лет после первой, хотя и непреднамеренной, поставки американского хлопка в Европу, на Юге было произведено около пяти миллионов фунтов хлопка, опять же почти исключительно с островов Моря Южной Каролины. Семь лет спустя, в 1800 году, Южная Каролина оставалась основным производителем хлопка на юге, отправив 6,5 миллионов фунтов роскошной длинноволокнистой смеси на рынки Чарльстона, Ливерпуля, Лондона и Нью-Йорка. Но по мере того, как более плотный, многочисленный и яркий сорт Petit Gulf двинулся на запад вместе с мечтателями, интриганами и спекулянтами, Юг Америки быстро стал ведущим мировым производителем хлопка. К 1835 году пять основных хлопкосеющих штатов — Южная Каролина, Джорджия, Алабама, Миссисипи и Луизиана — произвели более пятисот миллионов фунтов хлопкового хлопка для мирового рынка, простирающегося от Нового Орлеана до Нью-Йорка и Лондона, Ливерпуля, Париж и не только.Эти пятьсот миллионов фунтов хлопка составляли почти 55 процентов всего экспортного рынка Соединенных Штатов, и эта тенденция сохранялась почти каждый год до начала Гражданской войны. Действительно, два миллиарда фунтов хлопка, произведенных только в 1860 году, составили более 60 процентов всего экспорта Соединенных Штатов за этот год.

Астрономический рост производства хлопка в Америке произошел за счет потери первой основной культуры Юга — табака. Совершенный в Вирджинии, но выращиваемый и продаваемый почти во всех южных территориях и штатах, табак служил основным экономическим товаром Юга более века.Но табак был грубым урожаем. Он плохо обращался с землей, истощая почву питательными веществами. Табачные поля не вечны. На самом деле поля редко выдерживали более четырех или пяти циклов роста, в результате чего они оставались сухими и бесплодными, не способными расти больше, чем участки травы. Конечно, табак вызывает и вызывал привыкание, но из-за снижения урожайности фермерам приходилось переезжать, покупать новые земли, разрабатывать новые методы производства и даже создавать новые поля за счет вырубки лесов и экспансии на запад.Следовательно, производство табака было дорогим, и не только из-за повсеместного использования рабского труда. Требовались огромные временные поля, большое количество рабочих и постоянное движение.

Хлопок был другим, и он появился в то время, которое лучше всего подходило для его успеха. Хлопок Petit Gulf, в частности, относительно быстро рос на дешевой и широко доступной земле. С изобретением хлопкоочистительной машины в 1794 году и появлением пара три десятилетия спустя хлопок стал товаром для простых людей, продуктом, с помощью которого Соединенные Штаты могли расширяться на запад, производя и воспроизводя видение Томаса Джефферсона об идиллической республике малых фермеры — нация, контролирующая свою землю, пожинающая плоды честного, бесплатного и самостоятельного труда, нация семей и фермеров, расширения и заселения.Но все это дорого обошлось. С демократизацией собственности на землю посредством переселения индейцев, федеральных аукционов, легкодоступного кредита и, казалось бы, всеобщей мечты о немедленной прибыли от хлопка, одна из устойчивых традиций Юга нормализовалась и укоренилась. И к 1860-м годам именно эта традиция, считавшаяся основой южного общества и культуры, разделила нацию на две части. Наступил расцвет американского рабства.

На этой карте, опубликованной Береговой охраной США, показан процент порабощенных людей в населении каждого графства рабовладельческих штатов в 1860 году.Самые высокие проценты находятся вдоль реки Миссисипи, в «черном поясе» Алабамы и прибрежной части Южной Каролины, все из которых были центрами сельскохозяйственного производства (хлопок и рис) в Соединенных Штатах. Э. Хергесхаймер (картограф), Th. Леонхардт (гравер), Карта, показывающая распределение рабского населения в южных штатах США, составленная на основе переписи 1860 г., c. 1861 г. Викимедиа.

 

Рост производства хлопка и, как следствие, рост глобального положения Соединенных Штатов женили Юг в рабстве.Без рабства не могло бы быть хлопкового королевства, массового производства сырья на тысячах акров и стоимостью в миллионы долларов. Действительно, хлопок рос вместе с рабством. Двое двигались рука об руку. Существование рабства и его значение для южной экономики стало определяющим фактором того, что впоследствии стало известно как рабский Юг. Хотя рабство пришло в Америку задолго до того, как хлопок стал прибыльным товаром, использование и покупка порабощенных рабочих, моралистические и экономические оправдания сохранения рабства и даже настоятельная необходимость защитить эту практику от исчезновения до Гражданской войны получили новое выражение. жизнь благодаря росту производства хлопка и экономическому, социальному и культурному рывку, сопровождавшему его успех.

Рабство существовало на Юге по крайней мере с 1619 года, когда в Джеймстаун прибыла группа голландских торговцев с двадцатью африканцами. Хотя эти африканцы оставались под двусмысленным юридическим статусом «несвободных», а не были фактически порабощены, их прибытие положило начало практике, которая распространилась на весь континент в течение следующих двух столетий. К тому времени, когда Американская революция создала Соединенные Штаты, рабство было повсюду, хотя вскоре после этого в северных штатах начался процесс постепенной отмены этой практики.На более сельском, аграрном Юге рабство стало образом жизни, особенно когда фермеры расширили свои земли, посадили больше урожая и вышли на рынок международной торговли. К 1790 году, через два года после ратификации Конституции, на Юге проживал 654 121 порабощенный человек — тогда только Мэриленд, Вирджиния, Северная Каролина, Южная Каролина, Джорджия и Юго-Западная территория (ныне Теннесси). Всего двадцать лет спустя, в 1810 году, это число увеличилось до более чем 1,1 миллиона человек в рабстве.

Стереограммы, сделанные уже после окончания рабства, показывают различные этапы производства хлопка. Из коробочки (колючей, острой защитной капсулы) сначала извлекают пушистое белое штапельное волокно, после чего семена отделяют в джиннинге и отправляют на склад. Неизвестно, Сбор хлопка на большой плантации в Северной Каролине, США, ок. 1865-1903 гг. Викимедиа.

Массовое изменение порабощенного населения Юга между 1790 и 1810 годами имеет исторический смысл.За это время Юг продвинулся из области четырех штатов и одной довольно небольшой территории в область шести штатов (Вирджиния, Северная и Южная Каролина, Джорджия, Кентукки и Теннесси) и трех довольно крупных территорий (Миссисипи, Луизиана и Орлеан). Свободное население Юга также почти удвоилось за этот период — с примерно 1,3 миллиона в 1790 году до более чем 2,3 миллиона в 1810 году. Порабощенное население Юга не росло какими-либо быстрыми темпами в течение следующих двух десятилетий, пока не начался хлопковый бум. возникло в середине 1830-х гг.Действительно, после конституционного запрета на международную работорговлю в 1808 году число порабощенных людей на Юге увеличилось всего на 750 000 человек за двадцать лет.

Но вот пришел хлопок, вырос и все изменил. В течение 1830-х, 1840-х и 1850-х годов рабство стало настолько эндемичным для Хлопкового пояса, что путешественники, писатели и статистики стали называть этот район Черным поясом не только для описания цвета богатой земли, но и для опишите цвет кожи тех, кто вынужден работать на его полях, укладывать его доки и перевозить его продукты.

Возможно, наиболее важным аспектом рабства на юге во время так называемой Хлопковой революции была ценность, придаваемая как работе, так и телам самих порабощенных. Как только лихорадка первоначальной земельной лихорадки утихла, стоимость земли стала более статичной, а кредит менее текучим. За землю в Миссисипи, которая в 1835 году стоила не более 600 долларов, фермеру или инвестору пришлось бы выложить более 3000 долларов в 1850 году. К 1860 году та же самая земля, в зависимости от ее производства и местоположения, могла стоить до 100 000 долларов. Во многих случаях производители хлопка, особенно плантаторы с большими участками и порабощенной рабочей силой, выставляли порабощенных рабочих в качестве залога для фондов, предназначенных для покупки большего количества земли. Если эта земля по той или иной причине, будь то долгоносики, поздние заморозки или просто недостаток питательных веществ, не дала жизнеспособного урожая в течение года, плантатор потерял бы не только новую землю, но и порабощенных рабочих, которых он либо она выставлена ​​в качестве гарантии платежа.

Невольничьи рынки Юга различались по размеру и стилю, но рынок св. Биржа Людовика в Новом Орлеане так часто описывалась, что стала своего рода представителем всех южных невольничьих рынков. Действительно, ротонда отеля «Сент-Луис» прочно закрепилась в литературном воображении американцев девятнадцатого века после того, как Гарриет Бичер-Стоу выбрала ее местом продажи дяди Тома в своем романе 1852 года «Хижина дяди Тома». После разорения плантации Сент-Клэр Том и его товарищи по рабству внезапно стали собственностью, которую пришлось ликвидировать. Привезенный в Новый Орлеан для продажи тому, кто больше заплатит, Том оказался «под великолепным куполом», где суетились «люди всех народов».Дж. М. Старлинг (гравер), Продажа поместий, картин и рабов в ротонде, Новый Орлеан, , 1842. Викимедиа.

На производство хлопка, расширение земель и содержание порабощенной рабочей силы ушло так много, что к 1850-м годам почти каждая унция кредита, предлагаемого южными и даже северными банками, касалась непосредственно того или иного аспекта хлопкового рынка. Миллионы долларов перешли из рук в руки. Порабощенные люди, в прямом и переносном смысле, основа южной хлопковой экономики, служили самой большой и самой важной статьей расходов для любого успешного производителя хлопка.Цены на порабощенных рабочих сильно различались в зависимости от цвета кожи, пола, возраста и местоположения, как при покупке, так и при рождении. Например, в Вирджинии в 1820-х годах одна порабощенная женщина детородного возраста продавалась в среднем за 300 долларов; неквалифицированный мужчина старше восемнадцати лет продавался примерно за 450 долларов; а мальчики и девочки младше тринадцати лет продаются по цене от 100 до 150 долларов.

К 1840-м и 1850-м годам цены выросли почти вдвое — в результате как стандартной инфляции, так и растущего значения порабощенных рабочих на хлопковом рынке.В 1845 году «мальчики-пахари» в возрасте до восемнадцати лет продавались в некоторых районах по цене более 600 долларов, что измерялось «пятью или шестью долларами за фунт». «Лучшие полевые рабочие», как их называли купцы и торговцы, к 1850 году стоили на рынке в среднем 1600 долларов, что соответствовало росту цен на хлопок, который они собирали. Например, когда в 1838 году хлопок стоил 7 центов за фунт, средний «полевой рабочий» стоил около 700 долларов. По мере того, как цена хлопка увеличивалась до 9 центов, 10 центов, а затем 11 центов за фунт в течение следующих десяти лет, средняя стоимость порабощенного рабочего-мужчины также выросла до 775 долларов, 900 долларов, а затем и более 1600 долларов.

Суть в том, что хлопок и рабский труд определяли друг друга, по крайней мере, на хлопковом Юге. К 1850-м годам рабство и хлопок настолько переплелись, что сама идея перемен — будь то разнообразие культур, идеология борьбы с рабством, экономическая диверсификация или все более ошеломляющая стоимость покупки и содержания порабощенных рабочих — стала анафемой для южной экономической и культурной самобытности. . Хлопок стал основой южной экономики. Действительно, это был единственный крупный продукт, помимо, пожалуй, сахарного тростника в Луизиане, который Юг мог эффективно продавать на международном уровне.В результате южные плантаторы, политики, купцы и торговцы все больше и больше становились преданными — некоторые сказали бы «одержимыми» — средствами его производства: рабством. В 1834 году Джозеф Ингрэм писал, что «продать хлопок, чтобы купить негров — производить больше хлопка, чтобы купить больше негров, «до бесконечности» — вот цель и непосредственная тенденция всех операций дотошного плантатора хлопка; вся его душа поглощена погоней». Двадцать три года спустя такое преследование приняло явно религиозный характер, как заметил Джеймс Стерлинг, англичанин, путешествующий по Югу, «[рабы] и хлопок — хлопок и [рабы]; это закон и пророки для людей юга.

Хлопковая революция была временем капитализма, паники, стресса и конкуренции. Плантаторы расширили свои земли, купили порабощенных рабочих, расширили кредитные линии и влезли в огромные долги, потому что они постоянно работали против следующего парня, новичка, социального деятеля, спекулянта, торговца. Один неурожай мог стоить даже самому богатому плантатору всей жизни, а также жизни его или ее порабощенных рабочих и их семей. Хотя рынок хлопка был большим и прибыльным, он также был непостоянным, рискованным и дорогостоящим.Чем больше богатства вы приобретали, тем больше земли нужно было добывать, что приводило к увеличению числа порабощенных рабочих, большему кредиту и большему количеству ртов, которых нужно было кормить. Таким образом, десятилетия перед Гражданской войной на Юге не были временем медленной и простой традиции. Это были времена высокой конкуренции, высокого риска и высокой награды, независимо от того, какое место в социальной иерархии занимал человек. Но риск не всегда был экономическим.

В южных городах, таких как Норфолк, Вирджиния, на рынках продавались не только овощи, фрукты, мясо и всякая всячина, но и порабощенные люди.Порабощенные мужчины и женщины, как и двое, идущие в прямом центре, жили и трудились рядом со свободными людьми, Черными и белыми. С. Уикс, Маркет-сквер, Норфолк , из Исторических коллекций Вирджинии Генри Хоу, 1845 год. Викимедиа.

Самым трагическим и даже ужасающим аспектом рабства была его бесчеловечность. У всех порабощенных людей были воспоминания, эмоции, переживания и мысли. Они увидели свой опыт во всей красе, почувствовали боль удара плетью, жар солнца и горе потери, будь то смерть, предательство или продажа.Сообщества развивались на основе общего чувства страдания, общей работы и даже семейных уз. Порабощенные люди общались на невольничьих рынках городского Юга и работали вместе, чтобы помочь своим семьям, облегчить их бремя или просто разочаровать своих поработителей. Простые действия сопротивления, такие как поломка мотыги, съезд повозки с дороги, задержка производства из-за травмы, побег или даже беременность, обеспечили язык, общий для почти всех порабощенных рабочих, чувство единства, которое осталось невысказанным. но разыгрывался ежедневно.

Помимо основного и сбивающего с толку ужаса всего этого, проблема рабства на хлопковом Юге была двоякой. Первым и самым непосредственным был страх и риск восстания. Учитывая, что в 1860 году на Юге проживало почти четыре миллиона отдельных порабощенных людей, а только в Хлопковом поясе проживало почти 2,5 миллиона человек, система общения, сопротивления и потенциального насилия среди порабощенных людей не ускользнула от внимания поработителей по всему региону и всему региону. нация в целом. Еще в 1785 году Томас Джефферсон писал в своих «Заметках о штате Вирджиния », что порабощенные должны быть освобождены, но затем их следует колонизировать в другую страну, где они могли бы стать «независимым народом».Предубеждения белых и «воспоминания» черных… . . травм, которые они получили» в рабстве, помешает двум расам успешно жить вместе в Америке. Если бы освобожденные люди не были колонизированы, в конце концов произошли бы «конвульсии, которые, вероятно, никогда не закончатся, кроме истребления той или иной расы».

Южные писатели, плантаторы, фермеры, торговцы и политики выражали те же опасения более полувека спустя. «Юг не может отступить», — заявил анонимный автор в выпуске De Bow’s Review , издаваемого в Новом Орлеане за 1852 год. «Она должна сражаться с за своих рабов или с против их. Даже трусость не спасла бы ее. Для многих поработителей Юга рабство было спасительной благодатью не только их собственной экономической стабильности, но и поддержания мира и безопасности в повседневной жизни. Большая часть идеологии рабства основывалась на представлении о том, что рабство обеспечивает чувство порядка, долга и законности в жизни отдельных порабощенных людей, чувства, которые, как говорили, африканцы и афроамериканцы иначе не могли бы испытать.Многие думали, что без рабства «черные» (слово, которое чаще всего используется для обозначения «рабов» в обычном разговоре) стали бы жестокими, бесцельными и неуправляемыми.

В 1850-х годах некоторые комментаторы признали проблему внутренней работорговли, законной торговли порабощенными рабочими между штатами, вдоль рек и вдоль атлантического побережья. Внутренняя торговля оживилась за десятилетие до Гражданской войны. Проблема была довольно простой. Чем больше у одного было порабощенных рабочих, тем больше денег стоило их содержание и получение продукта от их труда.По мере того как плантаторы и производители хлопка расширяли свои земли и покупали больше порабощенных рабочих, их ожидания росли.

И производительность в значительной степени увеличилась. Но это произошло на спине порабощенных рабочих с более тяжелыми нагрузками, более продолжительным рабочим днем ​​и более суровыми наказаниями. «Большое ограничение производства — это труд », — писал один комментатор в журнале American Cotton Planter в 1853 году. И многие плантаторы осознавали это ограничение и работали день и ночь, иногда буквально, чтобы найти предел этого ограничения. Согласно некоторым современным отчетам, к середине 1850-х годов ожидаемое производство отдельного порабощенного человека в Хлопковом поясе Миссисипи увеличилось с четырех-пяти тюков (весом около 500 фунтов каждый) в день до восьми-десяти тюков в день. , в среднем. В других, возможно, более надежных источниках, таких как бухгалтерская книга плантации Буэна-Виста в округе Тензас, штат Луизиана, среднесуточная производительность составляет от 300 до 500 фунтов «на человека», а среднее значение в неделю — от 1700 до 2100 фунтов «на человека». .Производство хлопка «в расчете на одного человека» увеличилось на 600 процентов в Миссисипи между 1820 и 1860 годами. Таким образом, каждый раб работал дольше и усерднее, чтобы не отставать от ожидаемого урожая его или ее поработителей.

Здесь был капитализм с его самым колониальным, жестоким и эксплуататорским лицом. Человечество стало товаром, используемым и работающим для получения прибыли для избранной группы инвесторов, независимо от недостатков, опасностей и безнравственности. Но рабство, прибыль и хлопок существовали не только в сельской местности Юга.Хлопковая революция вызвала рост городского Юга, городов, которые служили южными центрами глобального рынка, каналами, через которые труд порабощенных людей и прибыль плантаторов встречались и финансировали более широкий мир.

Работорговля продавала рабов — мужчин, женщин и детей — как простые предметы собственности, как видно из рекламных объявлений того времени. Плакат 1840 года, рекламирующий продажу порабощенных рабочих в Новом Орлеане. Викимедиа.

 

Большая часть истории рабства и хлопка связана с сельскими районами, где хлопок фактически выращивался.Порабощенные рабочие работали на полях, а плантаторы и фермеры правили своими плантациями и фермами. Но в 1830-х, 1840-х и 1850-х годах на Юге наблюдался необычайный всплеск роста городов. В течение почти полувека после революции Юг существовал как ряд плантаций, округов и небольших городов, некоторые из которых были связаны дорогами, а другие — только реками, ручьями и озерами. Города, безусловно, существовали, но они служили скорее местными портами, чем региональными или национальными торговыми центрами.Например, в Новом Орлеане, тогдашней столице Луизианы, вступившей в союз в 1812 г., в 1820 г. проживало чуть более 27 000 человек; и даже с таким, казалось бы, небольшим населением, это был второй по величине город на Юге — в 1820 году в Балтиморе проживало более 62 000 человек. всего десять в том году, в одном из которых — Мобиле, Алабама — проживало всего 2672 человека, почти половина из которых были порабощены.

Еще в 1820-х годах южная жизнь основывалась на сельском образе жизни — земледелии, труде, приобретении земли и порабощенных рабочих и производстве всего, что могла произвести эта земля и эти порабощенные рабочие. Рынок, часто располагавшийся в ближайшем городке или городе, редко выходил за пределы штата. Даже в таких местах, как Новый Орлеан, Чарльстон и Норфолк, штат Вирджиния, где были действующие порты еще в 1790-х годах, грузы редко, за некоторыми заметными исключениями, покидали американские воды или путешествовали дальше ближайшего порта на побережье.В первые десятилетия девятнадцатого века американское участие в международной торговле в основном ограничивалось портами Нью-Йорка, Бостона, Филадельфии и иногда Балтимора, которые в общих чертах подпадают под демографическую категорию Юга. Импорт превзошел экспорт. В 1807 году импорт США превысил экспорт почти на 100 миллионов долларов, и даже когда в Европе разразились наполеоновские войны, вызвавшие резкое сокращение европейского производства и торговли, Соединенные Штаты по-прежнему получали почти на 50 миллионов долларов больше, чем отправляли.

Хлопок многое изменил, по крайней мере, в отношении Юга. До появления хлопка на Юге было несколько крупных портов, почти ни один из которых не поддерживал международные торговые пути или даже маршруты внутренних поставок. Внутренние путешествия и снабжение были затруднены, особенно в водах реки Миссисипи, главной артерии североамериканского континента и, в конечном итоге, золотого рудника Юга. С сильным течением Миссисипи, смертоносным отливом и постоянными крутыми поворотами, песчаными отмелями и подсистемами навигация была трудной и опасной.Река обещала революцию в торговле, транспорте и коммерции только , если существовала технология, позволяющая справляться с ее невероятными изгибами и бороться с теченьем, идущим на юг. К 1820-м и 1830-м годам небольшие корабли могли успешно прокладывать себе путь в Новый Орлеан из Мемфиса и даже Сент-Луиса, если бы они на это осмелились. Но проблема была в том, чтобы вернуться. Чаще всего торговцы и моряки топили свои лодки при высадке в Новом Орлеане, продавая древесину ради быстрой наживы или отправляясь домой в фургоне или караване.

Подъему хлопка способствовали изменения в транспортных технологиях, которые способствовали и направляли рост южного хлопка в один из ведущих мировых товаров. В январе 1812 года 371-тонный корабль под названием «Новый Орлеан » прибыл в одноименный город из далекого внутреннего порта Питтсбурга, штат Пенсильвания. Это был первый пароход, который прошел по внутренним водным путям североамериканского континента от одного конца до другого и смог вернуться домой.Технология была далека от совершенства — New Orleans затонул два года спустя, наткнувшись на затопленную песчаную отмель, покрытую корягами, — но ее успешные испытания сулили светлое новое будущее речным путешествиям.

И это будущее было действительно светлым. Всего через пять лет после того, как New Orleans прибыл в его город, 17 пароходов регулярно курсировали вверх по реке. К середине 1840-х годов то же самое сделали более 700 пароходов. В 1860 году порт Нового Орлеана принял и разгрузил 3500 пароходов, полностью ориентированных на внутреннюю торговлю. Эти лодки перевозили около 160 000 тонн сырого продукта, который купцы, торговцы и агенты превратили в торговлю почти на 220 миллионов долларов за один год. Более 80 процентов урожая приходится на один только хлопок, продукт тех же полей, которые возделывались, расширялись и продавались в течение предшествующих трех десятилетий. Только теперь, в 1840-х и 1850-х годах, эти поля, плантации и фермы могли просто погрузить свою продукцию на лодку и ждать, пока прибыль, кредит или припасы вернутся вниз по реке.

Гордон, изображенный здесь, пережил ужасную жестокость со стороны своего поработителя, прежде чем сбежать на позиции армии Союза в 1863 году. Он станет солдатом и поможет бороться, чтобы положить конец жестокой системе, которая оставила ужасные шрамы на его спине. Мэтью Брэди, Гордон, , 1863. Викимедиа.

Взрыв паровой энергии изменил лицо Юга, да и нации в целом. Все, что могло приводиться в движение паром, приводилось в движение паром, иногда со смешанными результатами. Хлопкоочистительные машины, фургоны, мельницы, ткацкие станки и бани, среди бесчисленного множества других, попали в сеть этой новой технологии.Что наиболее важно, реки, озера и заливы Юга больше не были барьерами и помехами для торговли. Наоборот; они стали средством, по которому текла торговля, дорогами модернизирующегося общества и региона. И самое главное, возможность использовать внутренние водные пути соединяла сельские районы со все более городскими портами, а источники сырья — хлопок, табак, пшеницу и т. д. — с оживленным мировым рынком.

Прибрежные порты, такие как Новый Орлеан, Чарльстон, Норфолк и даже Ричмонд, стали мишенью для пароходов и прибрежных перевозчиков.Купцы, торговцы, квалифицированные рабочие, а также иностранные спекулянты и агенты наводнили города. Фактически, Юг испытал более высокие темпы урбанизации между 1820 и 1860 годами, чем, казалось бы, более промышленный, городской Север. Урбанизация Юга просто выглядела иначе, чем на Севере и в Европе. В то время как большинство северных и некоторые европейские города (прежде всего Лондон, Ливерпуль, Манчестер и Париж) развивались по линии промышленности, создавая общественные пространства для повышения морального духа наемных рабочих на фабриках, в доках и на складах, южные города развивались. в рамках циклической логики поддержания торговли хлопком, которая оправдывала и оплачивала содержание порабощенной рабочей силы.Таким образом, рост южных городов позволил процветать рабству и привел Юг в более современный мир.

В период с 1820 по 1860 год во многих южных городах наблюдался резкий рост населения, который шел параллельно с увеличением производства хлопка и международной торговли с югом и с юга. 27 176 человек, которых Новый Орлеан утверждал в 1820 году, увеличились до более чем 168 000 к 1860 году. Фактически, в Новом Орлеане население увеличилось почти в четыре раза с 1830 по 1840 год, когда Хлопковая революция достигла полного размаха.В то же время население Чарльстона почти удвоилось, с 24 780 до 40 522 человек; Ричмонд расширился в три раза, превратившись из города с населением 12 067 человек в столицу с населением 37 910 человек; а в Сент-Луисе наблюдался самый большой рост среди всех городов страны: из приграничного города с населением 10 049 человек он превратился в быстро развивающийся мегаполис на реке Миссисипи с населением 160 773 человека.

Город и поле, городской центр и сельское пространство были неразрывно связаны между собой в предвоенные десятилетия. И эти отношения связали регион с глобальным рынком и сообществом.По мере роста южных городов они становились все более космополитичными, привлекая людей, которые либо не подходили, либо не интересовались сельской жизнью. Эти люди — купцы, квалифицированные рабочие, торговцы, продавцы всех видов и мастей — привозили сельские товары на рынок, отчаянно нуждавшийся в сырье. Каждому, казалось, было место в торговле хлопком. Агенты, многие из которых были приезжими с Севера, а в некоторых случаях из Европы, представляли интересы плантаторов и фермеров, выращивающих хлопок в городах, устанавливая связи с торговцами, которые, в свою очередь, заключали сделки с мануфактурами на Северо-Востоке, в Ливерпуле и Париже.

Среди наиболее важных аспектов южной урбанизации было развитие среднего класса в городских центрах, что никогда полностью не развивалось в более сельских районах. В самом общем смысле сельский Юг подпадал под двухклассовую систему, в которой землевладельческая элита контролировала политику и большую часть капитала, а работающая беднота выживала за счет натурального хозяйства или основного неквалифицированного труда, финансируемого элитой. Развитие крупных городских центров, основанных на торговле и заполненных временным населением моряков, торговцев и путешественников, привело к возникновению большого, высокоразвитого среднего класса на Юге.Основываясь на идее отделения от тех, кто выше и ниже их, мужчины и женщины среднего класса на Юге процветали в активной, лихорадочной суете жизни портового города.

Квалифицированные ремесленники, купцы, торговцы, спекулянты и владельцы магазинов составляли южный средний класс. Модные тенденции, которые больше не служили своей первоначальной цели, такие как широкополая шляпа для защиты от солнца, сапоги до колен для верховой езды и льняные рубашки и брюки для защиты от палящего солнца, потеряли популярность в удивительная скорость. Шелк, хлопок и яркие цвета вошли в моду, особенно в прибрежных городах, таких как Новый Орлеан и Чарльстон; галстуки, золотые броши, бриллианты и «лучшие модели Европы» стали стандартами городской жизни среднего класса на Юге. Соседи, друзья и деловые партнеры образовали и присоединились к одним и тем же благотворительным обществам. Эти общества работали, чтобы помочь менее удачливым в обществе, сиротам, бедным, обездоленным. Но во многих случаях эти доброжелательные общества просто служили способом оградить других людей от кругов среднего класса, поддерживая как богатство, так и социальный престиж в замкнутом, хорошо регулируемом сообществе.Члены и партнеры женились на сестрах друг друга, выступали в качестве крестных родителей для детей друг друга и служили, когда пришло время, душеприказчиками завещаний других членов.

Город, расплодившийся в эксклюзивности. Это было частью спешки, частью лихорадки того времени. Построенные на торговле хлопком, финансируемой европейскими и северо-восточными торговцами, рынками и мануфактурами, южные города стали штаб-квартирами крупнейших и наиболее прибыльных товаров страны — хлопка и порабощенных людей. И они приветствовали мир с открытыми чековыми книжками и распростертыми объятиями.

 

Чтобы понять глобальные и экономические функции Юга, мы также должны понять людей, благодаря которым все это работает. Юг, пожалуй, больше, чем любой другой регион Соединенных Штатов, отличался большим разнообразием культур и ситуаций. Юг по-прежнему полагался на существование рабства; и в результате к 1860 году здесь проживало почти 4 миллиона порабощенных людей, что составляло более 45 процентов всего населения Юга. Естественно, эти люди, хотя и несвободные в своем движении, создали свою собственную культуру.Они создали родственные и семейные сети, системы (часто незаконной) торговли, лингвистические коды, религиозные общины и даже благотворительные организации и организации социальной помощи — все это находилось в тисках рабства, системы, ориентированной на добычу, а не на развитие, работу и производство, а не сообщество и эмоции.

Понятие семьи больше, чем что-либо другое, играло решающую роль в повседневной жизни порабощенных людей. Семейные и родственные сети и выгоды, которые они несли, представляли собой институт, с помощью которого порабощенные люди могли собрать воедино чувство общности, чувства и преданности, отделенные от принудительной системы производства, которая определяла их повседневную жизнь.Создание семейных единиц, далеких родственников и общинных традиций позволяло порабощенным людям сохранять религиозные верования, древние традиции предков и даже имена, передаваемые из поколения в поколение, что бросало вызов порабощению. Идеи, передаваемые между родственниками на разных плантациях, имена, данные детям в честь умерших, и основные формы любви и преданности создавали ощущение индивидуальности, идентичности, которая смягчала одиночество и отчаяние порабощенной жизни.Семья определяла, как каждая плантация, каждое сообщество функционировали, росли и работали.

Ничто в рабстве не длилось долго, по крайней мере, в прежней форме. Порабощенные семьи и сети не были исключением из этого правила. Порабощенные африканцы в семнадцатом и восемнадцатом веках вступали в браки — иногда полигамные — с представителями тех же этнических групп, когда это было возможно. Это, что наиболее важно, позволяло поддерживать культурные традиции, такие как язык, религия, обычаи имен и даже редкая практика физического запугивания.В некоторых частях Юга, таких как Луизиана и прибрежная Южная Каролина, процветала этническая однородность, и в результате традиции и сети оставались относительно неизменными на протяжении десятилетий. По мере того, как число порабощенных людей, прибывающих в Соединенные Штаты, увеличивалось, и поколения порабощенных рабочих, родившихся в Америке, обогнали первоначальное население африканского происхождения, практика браков, особенно между членами одной этнической группы или даже просто одной и той же плантации. стало жизненно важным для продолжения устаревающих традиций.Брак служил единственным наиболее важным аспектом формирования культуры и идентичности, поскольку он связывал порабощенных людей с их собственным прошлым и давал чувство защиты на будущее. К началу Гражданской войны примерно две трети порабощенных людей были членами нуклеарных домохозяйств, каждое из которых состояло в среднем из шести человек — матери, отца, детей и часто дедушки и бабушки, пожилых тети или дяди и даже «родственников мужа». ». Те, у кого не было брачных уз или даже нуклеарной семьи, по-прежнему поддерживали семейные связи, чаще всего живя с одним родителем, братом, сестрой или бабушкой и дедушкой.

Свободные цветные люди жили на юге Америки, особенно в городских районах, таких как Чарльстон и Новый Орлеан. Некоторые были относительно обеспечены, как эта женщина de couleur libre, которая позировала со своим ребенком смешанной расы перед своим домом в Новом Орлеане, занимая промежуточное положение между свободными белыми людьми и порабощенными черными людьми. Свободная цветная женщина с дочерью-квадруном; Коллаж конца 18 века, Новый Орлеан. Викимедиа

Многие браки между порабощенными людьми длились много лет.Но всегда маячила угроза разрушения, часто через продажу. По мере роста внутренней работорговли после конституционного запрета на ввоз рабов в 1808 году и роста производства хлопка в 1830-х и 1840-х годах порабощенные семьи, особенно те, которые были созданы до прибытия в Соединенные Штаты, оказались под растущей угрозой. Сотни тысяч браков, многие из которых имели детей, пали жертвой продажи «вниз по течению» — эвфемизм для почти постоянного потока порабощенных рабочих вниз по реке Миссисипи в развивающийся хлопковый пояс на юго-западе. Фактически, только во время Хлопковой революции от одной пятой до одной трети всех браков между порабощенными людьми были расторгнуты в результате продажи или вынужденной миграции. Но это была не единственная угроза. Плантаторы и поработители всех форм и размеров признавали, что брак был в самом простом и трагическом смысле привилегией, предоставленной и определенной ими для их порабощенных рабочих. И в результате многие поработители использовали браки или угрозы им, чтобы выжимать больше продукции, противодействовать неповиновению или просто делать жест власти и превосходства.

Угрозы семейным связям, бракам и стабильности семьи не прекратились со смертью поработителя. Порабощенная пара могла прожить вместе всю жизнь, даже родившись, вырастив и поженившись на плантации рабов, а после смерти своего поработителя оказаться на противоположных сторонах известного мира. Достаточно одного родственника, душеприказчика, кредитора или друга умершего, чтобы предъявить иск против поместья, чтобы вызвать продажу и расселение всей порабощенной общины.

Порабощенные женщины были особенно уязвимы перед поворотами судьбы, связанными с рабством. Во многих случаях порабощенные женщины выполняли ту же работу, что и мужчины, проводя день — от восхода до заката — в полях, собирая и связывая хлопок. В некоторых редких случаях, особенно на больших плантациях, плантаторы, как правило, использовали женщин в качестве домашней прислуги больше, чем мужчин, но это не было универсальным. Однако в обоих случаях опыт порабощенных женщин отличался от опыта их коллег-мужчин, мужей и соседей.Сексуальное насилие, нежелательная беременность и постоянное воспитание детей при продолжении работы в поле — все это сделало жизнь порабощенной женщины более склонной к разрушениям и неопределенности. Гарриет Джейкобс, порабощенная женщина из Северной Каролины, описала попытки своего поработителя изнасиловать ее в своем повествовании « случаев из жизни рабыни ». Джейкобс предположил, что ее успешные попытки сопротивляться сексуальному насилию и ее решимость любить того, кого она хотела, были «чем-то вроде свободы. Но эта «свобода», какой бы сильной и контекстуальной она ни была, не забрасывала широкую сеть. У многих порабощенных женщин не было выбора в отношении любви, секса и материнства. На плантациях, небольших фермах и даже в городах изнасилование было обычным явлением. Подобно разделению семей, поработители использовали сексуальное насилие как форму терроризма, способ способствовать увеличению производства, повиновению и властным отношениям. И это касалось не только незамужних женщин. В многочисленных современных отчетах особенно жестокие поработители заставляли мужчин быть свидетелями изнасилования их жен, дочерей и родственников, часто в качестве наказания, но иногда как садистское выражение власти и господства.

Как собственность, порабощенные женщины не имели права регресса, и общество, по большому счету, не видело преступления в этом виде насилия. Расистские псевдоученые утверждали, что белые не могут физически изнасиловать африканцев или афроамериканцев, поскольку половые органы каждого из них в этом отношении несовместимы. Закон штата в некоторых случаях поддерживал эту точку зрения, утверждая, что изнасилование может произойти только между двумя белыми людьми или между черным мужчиной и белой женщиной. Все остальные случаи подпадали под молчаливое принятие. Последствия изнасилования тоже ложились на порабощенных жертв.Беременность, наступившая в результате изнасилования, не всегда облегчала работу матери. И если порабощенная женщина выступала против насильника, будь то ее поработитель или любой другой белый нападавший, ее действия рассматривались как преступления, а не отчаянные попытки выживания. Например, 19-летняя порабощенная женщина по имени Селия стала жертвой неоднократного изнасилования со стороны своего поработителя в округе Каллауэй, штат Миссури. Между 1850 и 1855 годами Роберт Ньюсом изнасиловал Селию сотни раз, в результате чего у нее родилось двое детей и несколько выкидышей.Осенью 1855 года Селия, больная и отчаявшаяся, взяла дубину и ударила своего поработителя по голове, убив его. Но вместо сочувствия и помощи или хотя бы честной попытки понять и сопереживать общество призвало казнить Селию. 16 ноября 1855 года, после десятидневного судебного разбирательства, Селия, 19-летняя жертва изнасилования и рабыня, была повешена за преступления против своего поработителя.

Женщины на этой фотографии – Селина Грей и две ее дочери. Грей был порабощенной экономкой Роберта Э.Ли. Служба национальных парков.

Гендерное неравенство не всегда соответствовало расовому неравенству. Южное общество, особенно в эпоху хлопка, подчинялось белым людям, при которых писались, диктовались и поддерживались законы, социальные нормы и культурные обычаи. Белые и свободные цветные женщины жили в обществе, где почти во всех аспектах доминировали мужчины. Лишенные избирательных прав женщины всех статусов и цветов кожи не имели прямого представительства в создании и обсуждении законов.Говорили, что мужья представляли своих жен, поскольку публичная сфера была слишком жестокой, горячей и высокомерной для женщин. Общество ожидало, что женщины будут представлять основы республики, приобретая респектабельность благодаря своей домашней работе, поддержке своих мужей и детей, вдали от грубого и шумного царства мужественности. Кроме того, во многих случаях закон не защищал женщин так же, как мужчин. В большинстве штатов брак, действие, ожидаемое от любой уважающей себя, разумной женщины любого класса, фактически навсегда передавал все имущество женщины ее мужу, независимо от притязаний или распоряжения.Разводы существовали, но вряд ли работали в пользу женщины, а часто в случае успеха разрушали положение жены в обществе и даже приводили к известным случаям самоубийства.

Жизнь на земле хлопкового Юга, как и города, системы и сети, в которых она покоилась, бросала вызов стандартному повествованию Старого Юга. Рабство существовало, чтобы доминировать, но порабощенные люди формировали узы, поддерживали традиции и создавали новую культуру. Они влюблялись, заводили детей и защищали друг друга, используя привилегии, предоставленные им их похитителями, а базовый интеллект позволял всем людям.Они были находчивы, гениальны и полны энергии, и они создали свободу там, где свободы, казалось бы, быть не могло. И в этих сообществах стойкость и самоотверженность часто приводили к культурной поддержке. Среди порабощенных, женщин и обедневших, но свободных, культура процветала так, что ее трудно увидеть сквозь тюки хлопка и стопки денег, лежащие на доках и в конторах городских центров Юга. Но религия, честь и гордость превыше материальных благ, особенно у тех, кто не мог так выражаться.

Проблема эмиграции вызвала разную реакцию афроамериканцев. Десятки тысяч людей уехали из Соединенных Штатов в Либерию, карта которой показана здесь, в поисках большей свободы и процветания. Большинство эмигрантов не добились такого успеха, но Либерия десятилетиями продолжала привлекать чернокожих поселенцев. Дж. Ашмун, Карта западного побережья Африки от Сьерра-Леоне до мыса Пальмас, включая колонию Либерия…, 1830 г. Библиотека Конгресса.

 

Экономический рост, насилие и эксплуатация сосуществовали и взаимно укрепляли евангельское христианство на Юге.Возрождения Второго Великого пробуждения установили преобладающую религиозную культуру региона. Во главе с методистами, баптистами и, в меньшей степени, пресвитерианами этот интенсивный период религиозного возрождения охватил всю южную глубинку. К началу гражданской войны подавляющее большинство южан, принадлежавших к какой-либо религиозной конфессии, принадлежало либо к баптистской, либо к методистской вере. Обе церкви на Юге ненадолго выступили против рабства, прежде чем превратились в одних из самых ярых защитников рабства и южного общественного строя.

Служители Юга утверждали, что сам Бог избрал африканцев для рабства, но также считали евангелизацию порабощенных людей одним из своих величайших призваний. Миссионерские усилия среди порабощенных южан в значительной степени увенчались успехом, и протестантизм быстро распространился среди афроамериканцев, что привело к увеличению количества двухрасовых общин и известных независимых черных церквей. Некоторые чернокожие и белые южане установили положительные и полезные межрасовые связи; однако чаще чернокожие и белые южане описывали натянутые или поверхностные религиозные отношения.

Поскольку институт рабства ужесточил расизм на Юге, отношения между миссионерами и коренными американцами также изменились. Миссионеры всех вероисповеданий одними из первых объявили себя «столпами власти белых». После покупки Луизианы в 1803 году культура плантаций распространилась на Глубокий Юг, и миссионерская работа стала важнейшим элементом христианской экспансии. Пограничные миссионерские школы несли непрерывный поток христианского влияния в общины коренных американцев.Некоторые миссионеры изучали языки коренных народов, но многие другие работали над тем, чтобы дети коренных народов не говорили на своих родных языках, настаивая на английском для христианского понимания. Во время переселения индейцев в 1835 году и «Дороги слез» в 1838 году миссионеры на Юге проповедовали теологию, выступающую за рабство, в которой подчеркивалось послушание поработителям, библейская основа расового рабства через проклятие Хама и «цивилизационный» патернализм поработителей. .

Порабощенные люди чаще всего получали христианские наставления от белых проповедников или поработителей, чьи религиозные послания обычно подчеркивали подчинение порабощенных людей.Законы против грамотности гарантировали, что большинство порабощенных людей не смогут прочитать Библию полностью и, следовательно, не смогут ознакомиться с такими вдохновляющими историями, как Моисей, освобождающий израильтян из рабства. Противоречия между Словом Божьим и жестокостью поработителей не остались незамеченными многими порабощенными афроамериканцами. Как заявил бывший раб Уильям Уэллс Браун, «рабовладельцы прячутся за церковью», добавляя, что «невозможно найти более молящегося, проповедующего, поющего псалмы народа, чем рабовладельцы Юга.

Многие порабощенные люди решили создать и практиковать свои собственные версии христианства, которые обычно включали аспекты традиционных африканских религий с ограниченным участием белого сообщества. Нат Тернер, лидер великого восстания рабов, рано нашел вдохновение в религии. Приняв строгий христианский образ жизни в подростковом возрасте, Тернер утверждал, что в двадцатые годы его посещали «духи», и считал себя чем-то вроде пророка.Он утверждал, что у него были видения, в которых он был призван выполнять работу Бога, что заставило некоторых современников (а также историков) усомниться в его здравомыслии.

Вдохновленный своей верой, Тернер возглавил самое кровопролитное восстание рабов на довоенном Юге. Утром 22 августа 1831 года в округе Саутгемптон, штат Вирджиния, Нат Тернер и шесть сотрудников попытались освободить порабощенное население региона. Тернер инициировал насилие, убив своего поработителя ударом топора по голове.К концу дня Тернер и его банда, численность которой превысила пятьдесят человек, убили пятьдесят семь белых мужчин, женщин и детей на одиннадцати фермах. На следующий день местная милиция и белые жители схватили или убили всех участников, кроме Тернера, который несколько недель прятался в близлежащих лесах, прежде чем был схвачен и казнен. Белый террор, последовавший за восстанием Ната Тернера, преобразовал южную религию, поскольку законы о борьбе с грамотностью усилились, а церкви, возглавляемые черными, были распущены и переданы под надзор белых служителей.

На этой гравюре на дереве запечатлен ужас, который испытали белые южане после восстания Ната Тернера. После восстания напуганные белые реакционеры убили сотни порабощенных людей, большинство из которых не были связаны с восстанием, а государство ввело более строгие и ограничивающие законы, касающиеся рабства. Афроамериканское общество интеллектуальной истории.

Евангелическая религия также сформировала понимание того, что значит быть южным мужчиной или южной женщиной. Южная мужественность в значительной степени формировалась одержимостью мужской честью, тогда как южная женственность была сосредоточена на ожиданиях сексуальной добродетели или чистоты.Честь уделяла приоритетное внимание общественному признанию претензий белых мужчин на репутацию и авторитет. Южные мужчины разработали кодекс, чтобы ритуализировать свои взаимодействия друг с другом и выполнять свои ожидания чести. Этот код структурировал язык и поведение и был разработан для минимизации конфликтов. Но когда конфликт действительно возникал, кодекс также предусматривал ритуалы, которые уменьшали возникающее в результате насилие.

Формальная дуэль продемонстрировала действие кодекса. Если двое мужчин не могли урегулировать спор через арбитраж своих друзей, они обменивались выстрелами из пистолета, чтобы доказать свой равный статус чести.Дуэлянты устраивали уединенные встречи, выбирали из набора смертоносное оружие и, рискуя жизнью, сталкивались на шпагах или стреляли друг в друга из пистолетов. Некоторые из самых выдающихся людей в американской истории участвовали в дуэли в какой-то момент своей жизни, в том числе президент Эндрю Джексон, вице-президент Аарон Берр и сенаторы США Генри Клэй и Томас Харт Бентон. Во всех случаях, кроме случая Берра, дуэли помогли этим людям стать известными.

Насилие среди низших классов, особенно в отдаленных районах, включало кулачные бои и перестрелки.Тактика включала в себя заточку ногтей и заточку зубов в острые как бритва точки, которыми можно было выколоть глаза и откусить уши и носы. В дуэли джентльмен добивался признания, рискуя своей жизнью, а не убивая своего противника, тогда как те, кто участвовал в драках, добивались победы, калеча своего противника.

Правовая система частично виновата в распространении насилия на Старом Юге. Хотя в штатах и ​​территориях были законы против убийств, изнасилований и различных других форм насилия, в том числе специальные законы против дуэлей, южане из высшего сословия редко привлекались к ответственности, и присяжные часто оправдывали обвиняемых.Несмотря на то, что сотни дуэлянтов дрались и убивали друг друга, мало свидетельств того, что многие дуэлянты столкнулись с судебным преследованием, и только один, Тимоти Беннетт (из Бельвилля, Иллинойс), когда-либо был казнен. Напротив, прокуратура обычно возбуждала дела против южан из низшего сословия, которые были признаны виновными в большем количестве, чем их более богатые коллеги.

Акцент Юга на чести затронул и женщин. В то время как южные мужчины работали над сохранением чувства мужественности; так и южные женщины культивировали чувство женственности.Женственность на Юге была тесно связана с домашней сферой, даже в большей степени, чем у женщин на Севере. Культ домашнего хозяйства строго ограничивал возможности состоятельных южных женщин участвовать в общественной жизни. В то время как северные женщины начали организовывать реформаторские общества, южные женщины оставались привязанными к дому, где им предписывалось развивать религиозную чувствительность своих семей и вести домашнее хозяйство. Однако вести домашнее хозяйство было непросто. Для женщин на больших плантациях ведение домашнего хозяйства включало бы в себя руководство большим бюрократическим аппаратом потенциально мятежных порабощенных людей.Для большинства южных женщин, которые не жили на плантациях, ведение домашнего хозяйства включало почти постоянную работу по поддержанию семьи в чистоте, питании и хорошем поведении. Помимо этих обязанностей, многие южные женщины должны были помогать в сельскохозяйственных работах.

Женский труд был важным аспектом южной экономики, но социальное положение женщин в южной культуре понималось не через экономический труд, а скорее через моральную добродетель. В то время как мужчины боролись за то, чтобы продвинуться вперед в бурном мире хлопкового бума, женщинам было поручено оказывать успокаивающее и нравоучительное влияние на мужей и детей.Дом должен был стать местом тихой передышки и духовного утешения. Под руководством добродетельной женщины южный дом будет воспитывать ценности, необходимые для экономического успеха и культурного совершенства. Женская добродетель стала пониматься в основном как эвфемизм сексуальной чистоты, а южная культура, южный закон и южное насилие в значительной степени были сосредоточены на защите этой добродетели сексуальной чистоты от любой возможной воображаемой угрозы. В мире, насыщенном сексуальной эксплуатацией чернокожих женщин, южане развили параноидальную одержимость защитой сексуальной чистоты белых женщин.Черные мужчины были представлены как ненасытная сексуальная угроза. Расовые системы насилия и господства применялись с сокрушительной силой на протяжении поколений, и все во имя сохранения белой женственности такой же чистой, как хлопок, на котором держалось южное общество.

 

Хлопок создал довоенный Юг. Чрезвычайно прибыльный товар открыл ранее закрытое общество величию, прибыли, эксплуатации и социальным измерениям более крупного, более связанного глобального сообщества.Таким образом, Юг и весь мир выиграли от Хлопковой революции и вызванного ею роста городов. Но не все то золото, что блестит. Рабство осталось, а внутренняя работорговля выросла до неисчислимых высот по мере приближения 1860-х годов. Политика, межрасовые отношения и бремя рабства продолжались под рев пароходов, контор и товарообмена. Под всем этим оставалось много вопросов — главный из них, что делать, если рабство каким-то образом окажется под угрозой.

 

1.Нат Тернер объясняет восстание в Саутгемптоне, 1831 г.

В августе 1831 года Нат Тернер возглавил группу порабощенных и свободных чернокожих в восстании, в результате которого погибло более пятидесяти белых мужчин, женщин и детей. Нэт Тернер воспринял свой бунт как стихийное бедствие. Пока он ждал суда, Тернер поговорил с белым адвокатом Томасом Раффином Греем, который записал их разговоры в следующий документ.

2. Гарриет Джейкобс об изнасиловании и рабстве, 1860 г.

Гарриет Джейкобс родилась в рабстве в Северной Каролине.После побега в Нью-Йорк Джейкобс в конце концов написала рассказ о своем порабощении под псевдонимом Линда Брент. В этом отрывке Джейкобс рассказывает о своем опыте борьбы с сексуальным насилием со стороны своего поработителя.

3. Соломон Нортап описывает невольничий рынок, 1841 г.

Соломон Нортап был свободным чернокожим в Нью-Йорке, который был схвачен и продан в рабство. Через двенадцать лет его спасли и вернули семье. Вскоре после этого он опубликовал рассказ о своем опыте рабства.Этот отрывок описывает ужасы, которые он видел на невольничьем рынке.

4. Джордж Фицхью утверждает, что рабство лучше свободы и равенства, 1854

В течение девятнадцатого века некоторые американцы изменили свое понимание рабства с необходимого зла на положительное благо. Джордж Фитцхью предложил одну из самых последовательных и изощренных мер защиты рабства. В его исследовании «Социология для Юга » северное общество подвергалось критике как коррумпированное, а рабство — как мягкая система, предназначенная для «защиты» низшей черной расы и содействия социальной гармонии.

5. Проповедь об обязанностях христианки, 1851 г.

Рыночная революция привела к ужесточению гендерных ролей как на Севере, так и на Юге, но Юг, как правило, более твердо придерживался ожидания «отдельных сфер». В этой проповеди преподобный Олдерт Смидс из Роли, Северная Каролина, восхваляет достоинства женщин и объясняет обязанности женщины-христианки.

6. Мэри Полк Бранч вспоминает жизнь на плантациях, 1912 год

Сосуществование жестокого угнетения и искренней привязанности было лишь одним из многих противоречий довоенной рабовладельческой системы.В этом послевоенном размышлении Мэри Полк Бранч вспоминает свою жизнь поработительницы. Мы видим здесь, как многие белые южане оправдывали владение людьми, а также указание на приоритеты и перспективы порабощения женщин.

7. Уильям Уэллс Браун, « Clotel; или «Дочь президента: рассказ о рабской жизни в Соединенных Штатах », 1853

Впервые опубликовано в Лондоне, Clotel; или «Дочь президента» (1853) Уильяма Уэллса Брауна считается первым романом афроамериканца.Браун родился в рабстве в Кентукки и сбежал на свободу в возрасте 20 лет. Открытие аукциона Каррер, предполагаемой любовницы Томаса Джефферсона, и их двух дочерей, Клотель и Альтезы. У Джефферсона действительно были сексуальные отношения с порабощенной женщиной по имени Салли Хеммингс, но эта история больше раскрывает ужасающие реалии жизни в рабстве, чем объясняет конкретные переживания Салли Хеммингс и ее детей.

8. Картина с изображением рабов на продажу, 1861 г.

Английский художник Эйр Кроу путешествовал по югу Америки в начале 1850-х годов.Он был особенно потрясен, увидев ужасы невольничьего рынка, где семьи были разлучены в результате продажи. На этой картине Кроу изображает порабощенного мужчину, нескольких женщин и детей, ожидающих продажи на аукционе.

9. Мультфильм о рабстве, 1850 г.

Европейские альянсы помогли американскому движению против рабства. Но сторонники прорабства также проводили трансатлантические сравнения. Этот образ прорабства невежественно изображает порабощенных людей, которые, по мнению белых наблюдателей , были веселы и довольны своим рабством.Сторонники прорабства пытались заявить, что английские фабричные рабочие пострадали от «рабства» хуже, чем порабощенные африканцы и афроамериканцы на юге Америки.

 

Эту главу отредактировал Эндрю Вегманн, а материалы внесли Ян Бимиш, Аманды Беллоуз, Марджори Браун, Мэтью Байрон, Штеффи Серато, Кристин Кондотта, Мари Крэбтри, Джефф Фортни, Джон Харрис, Роберт Гудместад, Джон Маркс, Мария Монтальво, Джеймс Энтони Оуэн, Кэтрин Рорер, Мари Станго, Джеймс Веллборн, Бен Райт и Эшли Янг.

Рекомендуемая ссылка: Ян Бимиш и др., «Хлопковая революция», Эндрю Вегманн, изд., в The American Yawp , ред. Джозеф Локк и Бен Райт (Стэнфорд, Калифорния: Stanford University Press, 2018).

 

Рекомендуемое чтение

  • Баптист, Эдвард Э. Половина никогда не была сказана: рабство и создание американского капитализма. Нью-Йорк: Basic Books, 2014.
  • Бекерт, Свен. Хлопковая империя: глобальная история. Нью-Йорк: Кнопф, 2014.
  • Блассингейм, Джон В. Сообщество рабов: плантационная жизнь на довоенном юге. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета, 1979.
  • Лагерь
  • , Стефани М. Х. Ближе к свободе: порабощенные женщины и повседневное сопротивление на юге плантации. Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины, 2004.
  • Данауэй, Вильма А. Афроамериканская семья в рабстве и эмансипации. Кембридж, Великобритания: Издательство Кембриджского университета, 2003.
  • Эйнхорн, Робин. Американское налогообложение, американское рабство. Чикаго: University of Chicago Press, 2006.
  • Английский, Бет. Общая нить: рабочая сила, политика и мобильность капитала в текстильной промышленности. Афины: Издательство Университета Джорджии, 2006.
  • .
  • Форд, Лейси К. Избавь нас от лукавого: вопрос о рабстве на Старом Юге. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета, 1999.
  • Дженовезе, Юджин Д. Ролл, Джордан, Ролл: Мир, созданный рабами. Нью-Йорк: Винтажные книги, 1974.
  • Хан, Барбара. Создание яркого табака: создание американского товара, 1617–1937 гг. Балтимор: Издательство Университета Джона Хопкинса, 2011.
  • Холл, Гвендолин Мидло. Рабство и африканские этнические группы в Америке: восстановление связей. Чапел-Хилл: University of North Carolina Press, 2005.
  • Джонсон, Уолтер. Река темных снов: Рабство и империя в Хлопковом королевстве. Кембридж, Массачусетс: Belknap Press, 2013.
  • Джонс, Жаклин. Труд любви, труд печали: чернокожие женщины, работа и семья, от рабства до наших дней. Нью-Йорк: Basic Books, 2010.
  • Колчин Петр. Американское рабство: 1619–1877 гг. Нью-Йорк: Хилл и Ван, 1993.
  • Лаквете, Анджела. Изобретение хлопкоочистительной машины: машина и миф в довоенной Америке. Балтимор: Издательство Университета Джона Хопкинса, 2003.
  • Марлер, Скотт П. Торговый капитал: Новый Орлеан и политическая экономия Юга девятнадцатого века. Нью-Йорк: Издательство Кембриджского университета, 2013.
  • Макдональд, Робин и Валери Поуп Бернс. Видения черного пояса: культурный обзор сердца Алабамы. Таскалуса: Издательство Алабамского университета, 2015 г.
  • Макиннис, Мори Д. Рабы, ожидающие продажи: аболиционистское искусство и американская работорговля. Чикаго: University of Chicago Press, 2011.
  • Пеннингрот, Дилан С. Требования родственников: афроамериканская собственность и сообщество на юге девятнадцатого века. Чапел-Хилл: University of North Carolina Press, 2003.
  • Ротман, Джошуа Д. Времена прилива и лихорадочные мечты: история капитализма и рабства в эпоху Джексона. Афины: University of Georgia Press, 2012.
  • Соммервиль, Дайан Миллер. Изнасилование и раса на юге девятнадцатого века. Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины, 2004.
  • Тайз, Ларри Э. Прорабство: история защиты рабства в Америке, 1701–1840 гг. Афины: Издательство Университета Джорджии, 1987.
  • Тайлер-Макгроу, Мари. У водопада: Ричмонд, Вирджиния, и его жители. Чапел-Хилл: Университет Северной Каролины, 1994.
  • Вест, Эмили. Цепи любви: пары рабов в довоенной Южной Каролине. Урбана: University of Illinois Press, 2004.
  • Уайт, Дебора Грей. Разве я не женщина?: Рабыни на юге плантации. Нортон, 1999.
  • Вуд, Бетти. Истоки американского рабства: свобода и рабство в английских колониях. Нью-Йорк: Хилл и Ван, 1997.

Примечания

Различные виды химии — химия и биохимия

По сути, химия изучает материю и изменения. То, как химики изучают материю и изменения, и типы изучаемых систем резко различаются. Традиционно химия делится на пять основных поддисциплин: органическая, аналитическая, физическая, неорганическая, и биохимия. За последние несколько лет начали появляться дополнительные концентрации, включая ядерную химию, химию полимеров, биофизическую химию, бионеорганическую химию, химию окружающей среды и так далее.Все эти области химии в некоторой степени рассматриваются на наших занятиях здесь, в UWL, а также в исследовательских интересах нашего факультета на химическом факультете. Следующие описания пяти основных субдисциплин были написаны несколькими нашими преподавателями в своей области знаний. Все наши преподаватели будут рады уточнить и/или обсудить другие аспекты химии, которые не описаны ниже! Аккредитованные программы UW-La Crosse по химии и биохимии сочетают технический, практический исследовательский опыт с развитием практических навыков.

 

Органика Органическая химия  – это раздел химии, который включает изучение молекул жизни. В основном он касается изучения структуры и поведения этих молекул, которые состоят всего из нескольких различных типов атомов: углерода, водорода, кислорода, азота и некоторых других. Это атомы, используемые для создания молекул, необходимых всем растениям и животным для их выживания. Традиционные химики-органики занимаются синтезом новых молекул и разработкой новых реакций, которые могли бы сделать эти синтезы более эффективными.Типы молекул, синтезируемых химиками-органиками, включают полезные вещи, такие как лекарства, ароматизаторы, консерванты, ароматизаторы, пластики (полимеры) и сельскохозяйственные химикаты (удобрения и пестициды), а иногда включают необычные молекулы, встречающиеся в природе, или такие, которые могут просто создать проблему для человека. сделать. Кроме того, понимание органической химии важно для изучения биохимии и молекулярной биологии, потому что биомолекулы, такие как белки, сахара, жиры и нуклеиновые кислоты (ДНК и РНК), являются органическими молекулами, хотя и очень большими.Студенты, изучающие органическую химию, обычно продолжают работать в фармацевтических, пищевых или полимерных компаниях, проводят исследования или преподают в области органической химии, делают карьеру в медицине или могут искать другие возможности трудоустройства.

Вернуться к началу

Аналитическая Аналитическая химия — это наука об идентификации и количественном определении материалов в смеси. Химики-аналитики могут изобретать процедуры анализа, а также использовать или модифицировать существующие. Они также контролируют, выполняют и интерпретируют анализ.Студенты, изучающие аналитическую химию, часто продолжают работать в лабораториях судебной экспертизы, экологических или фармацевтических компаниях, работают, управляют и / или разрабатывают процедуры обеспечения качества, проводят исследования или преподают в колледжах и университетах.

Вернуться к началу

Физический Физическая химия  – это изучение фундаментальных физических принципов, определяющих поведение атомов, молекул и других химических систем. Физические химики изучают широкий спектр тем, таких как скорость реакций (кинетика), способ взаимодействия света и вещества (спектроскопия), расположение электронов в атомах и молекулах (квантовая механика), а также стабильность и реакционная способность различных соединений. и процессы (термодинамика).Во всех этих случаях физико-химики пытаются понять, что происходит на атомном уровне и почему. Студенты, которые специализируются на физической химии, могут продолжить карьеру в промышленности, исследованиях или преподавании. Многие текущие исследования физической химии в промышленности и научных кругах сочетают в себе методы и идеи из нескольких областей. Например, некоторые химики применяют методы физической химии для исследования механизмов органических реакций (какие происходят столкновения и перестройки связей, как быстро они происходят, сколько стадий и т.) — этот вид исследования называется физической органической химией. Другие применяют физические методы для изучения биологических систем (почему белки складываются в формы, которые они имеют, как структура связана с функцией, что заставляет нерв работать и т. д.) — этот тип исследования является биофизической химией. Третьи могут использовать физические методы для характеристики полимеров или изучения экологических систем.

Вернуться к началу

Неорганическая Неорганическая химия  обычно считается теми областями химии, которые не имеют отношения к углероду.Однако углерод очень важен во многих неорганических соединениях, и существует целая область исследований, известная как металлоорганическая химия, которая представляет собой гибрид традиционных дисциплин органической и неорганической химии. Некоторыми областями неорганической химии, которые особенно важны, являются катализ, химия материалов и бионеорганическая химия. Катализаторы представляют собой химические вещества, которые увеличивают скорость реакции, не расходуясь, и обычно основаны на переходных металлах (обычно металлорганических комплексах переходных металлов).Это чрезвычайно важная область для промышленности, и многие химики, которых можно назвать химиками-неорганиками или металлоорганическими химиками, работают в этой области. Химия материалов — это область, связанная с проектированием и синтезом материалов, которые позволяют продвигать технологии практически во всех сферах жизни общества. Часто химики-неорганики, работающие в этой области, занимаются синтезом и определением характеристик соединений в твердом состоянии или неорганических полимеров, таких как силиконы. Бионеорганические химики изучают функцию металлосодержащих соединений в живых организмах.Студенты, изучающие неорганическую химию, часто продолжают работать в промышленности в области полимеров или материаловедения, проводят исследования или преподают в области неорганической химии или ищут другие возможности трудоустройства.

Вернуться к началу

Биохимия Биохимия — это изучение химических принципов, лежащих в основе основных биологических систем. По существу, биохимические исследования направлены на то, чтобы охарактеризовать связь между структурой и функцией биологических макромолекул. В частности, биохимические исследования позволили получить более полное представление о регенеративной медицине, инфекционных заболеваниях, трансплантации органов/тканей, клинической диагностике и генетических заболеваниях.Студенты, которые специализируются на биохимии, делают очень успешную карьеру в медицине, исследованиях и бизнесе. Некоторые студенты могут поступать в профессиональные школы сразу после получения степени бакалавра, в то время как другие могут поступать в академические или государственные исследовательские учреждения. Некоторые студенты также объединяют свои знания в области биохимии со степенью магистра делового администрирования (MBA). Совместное изучение биохимии и бизнеса дает этим студентам уникальную возможность лучше взвешивать затраты и прибыль при производстве биохимических продуктов.Для получения информации о специальности «Биохимия» нажмите здесь.

Вернуться к началу

Графическая легенда: 
Органическая химия :  Восстановление камфоры боргидридом натрия.
Аналитическая химия : Масс-спектр диэтиламина.
Физическая химия : Иллюстрация момента инерции молекулы, такой как этан.
Неорганическая химия : Рентгеновская кристаллическая структура нового твердого неорганического соединения, синтезированного докторомИсследовательская группа Роба Макгаффа.
Биохимия : Схематический рисунок, показывающий структурные элементы домена лактатдегидрогеназы I.

Два основных направления экономического анализа | Малый бизнес

Стивен Мелендес Обновлено 8 августа 2018 г.

Экономика может показаться неясной темой, поскольку у вас не было возможности ее изучить, но некоторые ее части могут быть очень понятными. Простое определение экономики — это изучение того, как люди используют ресурсы, особенно ограниченные ресурсы.

Совет

Экономический анализ обычно делится на две основные ветви: микроэкономику и макроэкономику. Микроэкономика изучает, как отдельные люди и предприятия функционируют в конкретных ситуациях, а макроэкономика изучает, как функционирует вся экономика страны или даже мира.

Простое определение экономики

Разные эксперты могут предлагать разные точные определения экономики, но в большинстве случаев, если вы спросите простое определение экономики, вы получите что-то, касающееся того, как люди используют ресурсы при наличии определенных стимулов.Например, экономисты могут изучать, когда люди склонны откладывать деньги или тратить их, как цены на жилье реагируют на изменения в законах о зонировании или как на экономику влияют новые механизмы расходов, такие как кредитные карты или биткойн.

Часто экономика может пересекаться с другими социальными науками, такими как социология, политология и психология, а некоторые математические и исследовательские инструменты, такие как статистический анализ и опросы, могут быть одинаковыми в разных дисциплинах.

Понимание микроэкономики

Микроэкономика — это отрасль экономики, изучающая реакцию отдельных лиц, в том числе людей и компаний, на экономические условия.Например, вопрос о том, какие цены заставят людей переключиться с покупки говядины на курятину, относится к микроэкономике, как и вопросы о том, заставят ли определенные процентные ставки увеличивать найм отдельных фирм.

Некоторые виды микроэкономики фокусируются на производстве, то есть на переходе ресурсов из одной формы в другую, как на фабрике или в офисе. Экономика труда также обычно подпадает под микроэкономику, понимая, что мотивирует работников и их работодателей и вызывает найм, увольнения и изменения заработной платы.

Поскольку микроэкономика сосредоточена на темах, близких и дорогих сердцам многих владельцев бизнеса, ее часто считают более полезной и менее абстрактной, чем макроэкономику, изучающую экономику в целом.

Что входит в макроэкономику

Макроэкономика, с другой стороны, рассматривает экономику в целом. Это включает в себя попытки понять, что движет деловым циклом от бума к спаду или от роста к рецессии, и что контролирует всеобъемлющие экономические показатели, такие как валовой внутренний продукт, безработица и инфляция.

По этим причинам макроэкономика менее поддается экспериментированию, чем микроэкономика, и наука в некотором роде развивалась медленнее.

Таким образом, макроэкономика может быть полезна изучающим историю, пытающимся понять, почему определенные страны процветали в разное время, а также политикам и руководителям центральных банков в таких местах, как Федеральная резервная система, которые стремятся направить экономику в будущее.

Отрасли экономики — Справка по экономике

Экономика — это широкий предмет, занимающийся вопросами оптимального распределения ресурсов в обществе.Внутри предмета есть несколько разных ветвей, которые сосредоточены на разных аспектах. Кроме того, существуют разные школы мысли, которые обычно имеют разные взгляды на аспекты экономики.

Первый способ разделить экономику — это микроэкономика и макроэкономика.

  • Микроэкономика – занимается отдельными рынками и небольшими аспектами экономики.
  • Макроэкономика – касается экономики в целом. Такие вопросы, как инфляция, экономический рост и торговля.

Раскол в какой-то степени искусственный. Аспекты микроэкономики просачиваются в макроэкономику. Например, если вы возьмете исследование развивающихся экономик, это включает в себя рассмотрение как микроаспектов развития (сельскохозяйственных рынков), так и макроаспектов, таких как рост. Увидите разницу между макроэкономикой и микроэкономикой.

Отрасли экономики

1. Классическая экономика

Классическую экономику часто считают основой современной экономики.Его разработали Адам Смит, Давид Рикардо, Жан-Батист Сэй. Классическая экономика основана на

  • Работа свободных рынков. Как невидимая рука и рыночный механизм могут обеспечить эффективное распределение ресурсов.
  • Классическая экономика предполагает, что, как правило, экономика работает наиболее эффективно, когда государственное вмешательство минимально и связано с защитой частной собственности, продвижением свободной торговли и ограниченными государственными расходами.
  • Классическая экономическая теория признает, что правительство необходимо для предоставления общественных благ, таких как оборона, правопорядок и образование.

2. Неоклассическая экономика

Ключевые люди: Леон Морж, Уильям Джевонс, Джон Хикс, Джордж Стиглер и Альфред Маршалл.

Неоклассическая экономика, построенная на фундаменте классической экономики, основанной на свободном рынке. Он включал новые идеи, такие как

  • Максимизация полезности.
  • Теория рационального выбора
  • Маржинальный анализ. Как люди будут принимать решения на пределе — выбор наилучшего варианта с учетом предельных затрат и выгод.

Неоклассическую экономику часто считают ортодоксальной экономикой. Это экономика, которую преподают в большинстве учебников как отправную точку для преподавания экономики. Инструменты неоклассической экономики (спрос и предложение, рациональный выбор, максимизация полезности) можно использовать в новых областях, а также для критики.

3. Кейнсианская экономика

Ключевые люди: Джон Мейнард Кейнс, Пол Самуэльсон.

Кейнсианская экономика была разработана в 1930-х годах на фоне Великой депрессии.Существовавшая экономическая ортодоксия не могла объяснить постоянную экономическую депрессию и массовую безработицу. Кейнс предположил, что рынки не смогли очиститься по многим причинам (например, парадокс бережливости, отрицательный мультипликатор, низкая достоверность). Поэтому Кейнс выступал за государственное вмешательство, чтобы дать толчок экономике.

Кейнсианской экономике приписывают создание макроэкономики как отдельного исследования. Кейнс утверждал, что совокупная экономика может функционировать совершенно иначе, чем отдельные рынки, и что необходимы разные правила и политика.

Кейнс не отвергал все элементы неоклассической экономики, но чувствовал, что для макроэкономики необходимы новые идеи, особенно в период экономического спада.

4. Монетаристская экономика

Ключевые люди: Милтон Фридман, Анна Шварц.

Монетаризм отчасти был реакцией на господство кейнсианской экономики в послевоенный период. Монетаристы во главе с Милтоном Фридманом утверждали, что кейнсианская фискальная политика была гораздо менее эффективной, чем предполагали кейнсианцы.Монетаристы продвигали прежние классические идеалы, такие как вера в эффективность рынков. Они также делали акцент на контроле над денежной массой как на способе контроля над инфляцией.

Монетаристская экономика стала влиятельной в 1970-х и 1980-х годах, в период высокой инфляции, что, по-видимому, иллюстрирует крах послевоенного консенсуса

5. Австрийская экономика

Ключевые люди: Людвиг фон Мизес, Карл Менгер

Это еще одна школа экономики, которая критически относилась к государственному вмешательству и контролю над ценами.Это в целом свободный рынок. Однако он критиковал элементы классической школы, уделяя больше внимания индивидуальной ценности и действиям человека. Например, австрийские экономисты утверждают, что стоимость товара отражает его предельную полезность, а не затраты труда.

6. Марксистская экономика

Ключевые люди: Карл Маркс

Подчеркивает неравноправный и неустойчивый характер капитализма. Ищет радикально иной подход к основным экономическим вопросам. Вместо того, чтобы полагаться на вмешательство государства, выступающего за свободный рынок, в вопросы владения, планирования и распределения ресурсов.

7. Неолиберализм/неоклассика

Современная интерпретация классической экономики. Значительное совпадение с монетаризмом. В основном занимается продвижением свободных рынков, конкуренции, свободной торговли, приватизации, меньшим вмешательством государства, но некоторым минимальным вмешательством государства в государственные услуги, такие как здравоохранение и образование. Немногие идентифицируют себя как «неолибералы» — иногда это используется как оскорбление.

Новые отрасли экономики

Экономика окружающей среды/экономика благосостояния

Ключевые люди: Гаррет Хардин, Э.Ф. Шумахер, Артур Пигу.

Больше внимания уделяется окружающей среде. Это может включать:

  • Неоклассический анализ внешних издержек и внешних выгод. С этой точки зрения человеку рационально уменьшить загрязнение
  • Провалы рынка – трагедия общего достояния, Общественные блага, внешние издержки, внешние выгоды.
  • Экономика природопользования может использовать более радикальный подход, задавая вопрос о том, действительно ли желателен экономический рост.
Поведенческая экономика

Ключевые люди: Гэри Беккер, Амос Тверски, Дэниел Канеман, Ричард Талер, Роберт Дж.Шиллер,

Поведенческая экономика изучает психологию принятия экономических решений и экономической деятельности. Поведенческая экономика исследует ограниченность предположения, что люди совершенно рациональны. Включает

  • Ограниченная рациональность – люди делают выбор, руководствуясь эмпирическими правилами
  • Иррациональное изобилие — люди увлекаются пузырями активов.
  • Архитектура подталкивания/выбора – как формирование решений влияет на результат
Экономика развития

Ключевые люди: Саймон Кузнец и В.Артур Льюис, Амартия Сен и Мухаммад Юнус.

Занимается проблемами бедности и отсталости в более бедных странах мира. Экономика развития занимается как микро-, так и макроаспектами экономического развития. Проблемы включают

  • Торговля против помощи
  • Увеличение капитальных вложений.
  • Наилучшие способы содействия экономическому развитию
  • Долг третьего мира
Эконометрика

Ключевые люди: Ян Тинберген

Использование данных для поиска простых взаимосвязей.Эконометрика использует статистические методы, регрессионные модели и данные для прогнозирования результатов экономической политики. Например, закон Оукена предполагает связь между экономическим ростом и безработицей.

Экономика труда

Ключевые люди: Кнут Викселль

Концентрация на заработной плате, занятости и рынках труда. Экономика труда исходит из неоклассической предпосылки предложения труда и предельного доходного продукта труда.

Недавние разработки в области экономики труда сделали больший акцент на немонетарных факторах, таких как мотивация, удовольствие и несовершенство рынка труда.

Другие школы экономики

Чикагская школа – Основана на неоклассической экономике, рациональном выборе и преимуществах свободного рынка. Ключевые люди из Чикагского университета, включая Фрэнка Найта, Милтона Фридмана, Юджина Фаму и Гэри Беккера

.

Институциональная экономика – Взгляд на то, как институты, общество и социальные тенденции могут влиять на экономику. Предтеча поведенческой экономики. Ключевые люди включают Торстейна Веблена, Джона Кеннета Гэлбрейта, Ха-Джуна Чанга.

Распределение/социал-демократический подход . Ищем третий путь между капитализмом и социализмом.

Реальный деловой цикл – Модели, предполагающие макроэкономические колебания, вызванные изменениями со стороны предложения, такими как технологические потрясения. См. – Реальный деловой цикл

Меркантилизм – Ранняя модель экономики с упором на тарифные барьеры и накопление золотых резервов. Меркантилизм

Родственные

Общественные блага и интеллектуальная собственность

Введение

Взгляды на общественные блага и права собственности являются фундаментальной частью коммунистической теории и философии.Многие из основных принципов современного коммунизма проистекают из их идей об общественной собственности и определении собственности в обществе. Коммунистическая философия выступает против частной собственности и поддерживает коллективную собственность. Эта философия особенно применима к интеллектуальной собственности и программному обеспечению. Распространено мнение, что ни один человек не должен самостоятельно или контролировать какое-либо имущество, будь то электронное, просто идея или что-то еще.

Коммунистическая философия собственности

Коммунистическая философия концентрируется вокруг контроля над «средствами производства» в обществе.Эти средства производства представляют собой физический и трудовой капитал, который используется для производства различных товаров в обществе. В строгой коммунистической теории «средства производства» находятся в коллективной собственности людей в сообществе, чтобы гарантировать, что все люди получат продукты, которые они сами желают. Таким образом, коммунисты утверждают, что социальные классы будут уничтожены, потому что каждый сохранит контроль над тем, что общество производит для удовлетворения своих потребностей. Они утверждают, что когда люди владеют средствами производства, как в капиталистическом обществе, они будут эксплуатировать рабочих и развивать низший класс.Поскольку люди сами решают, что производит общество, все, что производится обществом, также находится в коллективной собственности общества. Это потенциально приносит пользу всем в обществе, как утверждают Тао-Тай Ся и Кэтрин А. Хаун: «[Коммунистическая теория постулирует], что максимальное благополучие человека заключается в реализации максимального благосостояния индивидуума и в долгосрочной перспективе неотличимо от него. Общество.» Таким образом, коммунизм выступает за отмену всякой частной собственности, и все, что находится в собственности, принадлежит всем членам общества.

Эта теория о том, что вся собственность находится в коллективной собственности, предусматривает, что все, что человек создает и чем владеет, также коллективно делится со всеми остальными. Основной принцип концепции общественной собственности заключается в том, что каждый человек является продуктом общества. Поскольку каждый человек является продуктом общества, все, что он или она производит, также является продуктом общества в переводе. Следовательно, все, что произведено, должно принадлежать самому обществу, потому что ни один человек не произвел это единолично.Коммунистический теоретик Мик Брукс утверждает, что «творение редко бывает только результатом индивидуального гения. Мы все используем достижения других в качестве строительных блоков в наших собственных мыслях, даже не задумываясь об этом. Именно так развивается человечество». к законам о собственности и тому, как обнародование собственности коренным образом изменит общество в положительную сторону.

Карл Маркс и Фридрих Энгельс утверждают в «Коммунистическом манифесте», что интеллектуальная собственность также всегда является продуктом общества: «Даже когда я выполняю научную работу и т.и деятельность, которую я редко могу осуществлять в непосредственном общении с другими людьми, я совершаю социальное, потому что человеческое, действие». хорошо. Каждая созданная идея является продуктом общества и будет лучше служить обществу, если ею будут делиться и улучшать.  Эти идеи могут быть компьютерными алгоритмами и программным обеспечением, и коммунисты верят в открытый обмен этим программным обеспечением.Современный коммунистический теоретик Маартен Ванхуверсвин утверждает, что совместное использование программного обеспечения и идей приносит пользу обществу, потому что «человеческие знания и результаты человеческого труда используются на благо всего общества». В рамках этой мысли ни один программист не получает личной компенсации за свою работу: все общество получает выгоду, делая исходный код доступным, потому что все будут коллективно работать над программным обеспечением, а также коллективно пожинать плоды. Коммунистическая теория программного обеспечения похожа на традиционные аргументы в пользу открытого исходного кода: совместное использование исходного кода может обеспечить более широкий доступ для многих моих людей, и, следовательно, величайшие умы могут работать над ним одновременно, создавая тем самым более качественное программное обеспечение.

Коммунистическая философия патентного права

Патентное законодательство является наиболее важной законодательной структурой, существующей для защиты интеллектуальной собственности. Традиционные коммунистические идеалы выступают против наличия какого-либо патентного закона. Они выступают против любого обоснования патентов. Первое оправдание для патентов состоит в том, что изобретатель должен быть вознагражден за тяжелую работу, потому что он открыл идею, которая не была известна ранее. Однако Тао-Тай Ся и Кэтрин А.Хаун заявляет, что «марксист будет рассматривать западное патентное право как сосредоточенное только на технических достижениях изобретателя, а не на всем контексте жизни изобретателя и его отношениях с обществом». Таким образом, в традиционной коммунистической теории нет оправдания личному вознаграждению за общественные достижения. Кроме того, они также считают, что коммунистические теории выступают против другого распространенного оправдания патентов: они дают изобретателям стимул тратить свое время на разработку новых технологий.Патенты двух штатов в качестве стимула противоречат традиционной коммунистической мысли, поскольку «предлагаемый стимул представляет собой монополию, которая увеличивает частную прибыль, полученную от изобретения, а не пользу для общества в целом». Таким образом, коммунизм выступает против всех патентов, а в связи с этим также выступает против патентной защиты интеллектуальной собственности, включая программное обеспечение. Патенты на алгоритмы, интерфейсы и идеи несовместимы с традиционной коммунистической теорией.

Современные коммунистические взгляды на программное обеспечение и интеллектуальную собственность согласуются с этими взглядами. В манифесте dotCommunist программное обеспечение обсуждается с точки зрения коммунистической философии. Следующие требования изложены для расширения идей свободного обмена информацией и технологиями:

1) Отмена всех форм частной собственности на идеи.
2) Отзыв всех исключительных лицензий, привилегий и прав на использование электромагнитного спектра.Аннулирование всех передач постоянного права собственности на электромагнитные частоты.
3) Развитие инфраструктуры электромагнитного спектра, реализующей равное право каждого человека на общение.
4) Общее общественное развитие компьютерных программ и всех других форм программного обеспечения, включая генетическую информацию, как общественное благо.
5) Полное уважение свободы слова, включая все формы технической речи.
6) Охрана неприкосновенности творческих произведений.
7) Свободный и равный доступ ко всей общедоступной информации и всем учебным материалам, используемым во всех отраслях системы народного образования.
Эта точка зрения отражает большинство современных коммунистических взглядов: не должно быть патентных законов и полностью исключено представление об интеллектуальной собственности. Идея коммерциализации идей идет вразрез с общественной собственностью на всю собственность, произведенную обществом. Движение за свободное программное обеспечение, существующее в настоящее время на практике, поддерживается большей частью коммунистического сообщества.

Патентное право в раннем коммунистическом Китае

    Вопреки теоретическим основам защиты интеллектуальной собственности, которые существуют у коммунистов, большинство правительств, включая Китай, на практике обеспечивали, по крайней мере, незначительную степень защиты патентного права.В первые годы коммунистического Китая некоторые законы предусматривали небольшое экономическое вознаграждение изобретателям. Несмотря на это, идеология этих законов имела коммунистическое происхождение. Первыми законами, созданными в Китае в это время, были «Временное положение об охране права на изобретение и патентное право», принятое 11 августа 1950 г., и «Временное положение о наградах за изобретения, технические усовершенствования и рационализацию». Предложения по производству 6 мая.»  В этих законах изобретателю был предоставлен выбор между патентом, по которому они могли запретить другим использовать изобретение, или свидетельством об авторстве.  Если изобретатель решил использовать патент, ему были предложены следующие права (Собрание законов и Правила Китайской Народной Республики):

(1) Он может использовать свой собственный капитал или создать корпорацию для управления предприятием, использующим его изобретение для производства;
(2) он может уступить патент другому лицу или лицензировать его любой организации или частному лицу;
(3) без разрешения патентообладателя другое лицо не может использовать его изобретение;
(4) он может завещать патентное право, и его наследники будут пользоваться теми же правами, что и он;
(5) в течение срока действия патента патентообладатель (или его наследники), если он не уступал и не лицензировал патент, может обратиться в центральный главный орган [Центральное бюро технологического управления Финансово-экономического комитета Правительственный административный совет] преобразовать патентное право в право на изобретение.

Тем не менее, государство сохраняло за собой право взять под контроль патент в любое время, тем самым гарантируя, что все созданное может быть принудительно передано в государственную собственность. Свидетельство об авторстве, по сути, давало «собственность» государству. Он предоставил изобретателям определенные льготы и денежную компенсацию, чтобы стимулировать этот вариант. Затем правительство наградило тех, кто внес особенно значительный вклад. Тао-Тай Ся и Кэтрин А. Хаун заявили, что вознаграждение составляло около 250 000 юаней, или около 104 000 долларов США (на тот момент).Эти патенты и авторские свидетельства будут действовать от трех до пятнадцати лет, в зависимости от решения правительства. Хотя это создавало определенный стимул для изобретательства, контроль над интеллектуальной собственностью по-прежнему в основном принадлежал Коммунистической партии через сертификаты и право контролировать патенты. Они оправдывали защиту тем, что правительство будет использовать собственность, чтобы сделать жизнь каждого члена общества в целом лучше.

Дальнейшие изменения были внесены в «Положение о наградах и изобретениях», изданное 3 ноября 1963 года.Он установил ключевое положение о том, что «Все изобретения являются собственностью государства, и ни одно лицо или организация не может претендовать на монополию в отношении них. Все единицы по всей стране (включая единицы, находящиеся в коллективной собственности) могут использовать изобретения, имеющие для них важное значение». (Сборник законов и постановлений Китайской Народной Республики) Это должно было еще больше оправдать патентное право в идее, что вся собственность находится в коллективной собственности правительства. Анализ этих реформ Тао-Тай Ся и Кэтрин А.Хаун приводит, что «Китайские коммунисты, по-видимому, сочли идею патента идеологически неприемлемой, даже если ее практическое значение было подорвано структурой экономики и официальным отношением к патентам». В ходе этой реформы патенты были полностью упразднены, а вознаграждение за авторские свидетельства изменено. Сертификатов стало пять уровней, каждый из которых оправдывал определенную сумму денежного вознаграждения. Самый высокий уровень вознаграждался 10 000 юаней, а пятый уровень — всего 500 юаней.Эти реформы представляют собой наиболее традиционные коммунистические взгляды, которые были приняты в Китае во время их интенсивной коммунистической реформы.

Современные китайские взгляды на патентное право

Однако были приняты современные китайские законы, которые меньше отражают традиционные коммунистические взгляды. Современное патентное право в Китае было впервые принято в 1984 г., а затем реформировано в 1992 г., а также в 2000 г. , способствовать распространению и применению Изобретений-творений, а также способствовать развитию науки и техники для удовлетворения потребностей строительства социалистической модернизации.»  В этой концепции закона большая часть защиты создается для обеспечения того, чтобы идеи и открытия изобретателей не были украдены.  Патенты могут быть поданы, если какая-либо информация или аналогичные идеи не существовали в открытом доступе до момента подачи заявки. .  Они обеспечивают защиту интеллектуальной собственности в течение двадцати лет.  Однако государство по-прежнему сохраняет за собой право принудить владельца патента лицензировать патент.  Если правительство решит, что лицензия принесет обществу большую общую социальную пользу, они оставляют за собой право заставить владельца патента предоставить его сообществу.В этом смысле до сих пор следуют философии коммунизма. Главный аргумент против частной собственности, заключающийся в том, что она будет ограничивать развитие социальных классов из-за несправедливого контроля над «средствами производства», по-прежнему соблюдается, поскольку правительство может взять на себя контроль, если действия, предпринятые владельцами патентов, нарушают эту идею. Таким образом, разрабатывая довольно некоммунистическое патентное законодательство, они сохраняют уважение к коммунистической идеологии, которую, по утверждению китайского правительства, она представляет.

Несмотря на существующие законы, на практике интеллектуальная собственность и патентное право в настоящее время не очень соблюдаются в Китае. В настоящее время защита патентов должна обеспечиваться «Государственным ведомством интеллектуальной собственности». Тем не менее, есть много проблем с соблюдением законов об интеллектуальной собственности. В Китае огромные проблемы с поддельными или контрафактными товарами. Подсчитано, что в 2003 г. 53% программного обеспечения, установленного в Азиатско-Тихоокеанском регионе, было поддельным. Уровень компьютерного пиратства в Китае оценивается примерно в 92%.Проблема связана с тем фактом, что народ Китая в настоящее время не привык уважать интеллектуальную собственность из-за прошлой коммунистической идеологии, а первый учебный центр по вопросам интеллектуальной собственности не был создан до 1996 года. Похоже, что Китай способен остановить большую часть контрафакция и нарушения прав интеллектуальной собственности, но они предпочитают не делать этого, потому что это обеспечивает большую часть людей источником дохода. Недавно были предприняты шаги по обеспечению соблюдения нарушений, включая рейды в различных магазинах DVD, а также штрафы, но ничего существенного предпринято не было.Поэтому, хотя официальная позиция состоит в том, что интеллектуальную собственность следует уважать, на практике это не находит отражения.

Китайское правительство постепенно отдалялось от традиционных коммунистических взглядов на патентную защиту программного обеспечения. Они планируют внести изменения, которые будут все больше и больше уважать идеи интеллектуальной собственности. Хотя пиратство сейчас является огромной проблемой, они будут работать над прекращением бесплатного распространения программного обеспечения. В 2008 году Ван Цзыцян, директор отдела управления авторскими правами Национальной администрации авторского права Китая, заявил, что Китай вскоре планирует объявить официальную стратегию защиты интеллектуальной собственности.Это будет шагом к западным стандартам авторского права.

%PDF-1.4 % 1 0 объект > эндообъект 2 0 объект >поток 2014-05-20T14:33:58+05:30Adobe InDesign CS6 (Windows)2014-09-19T16:50:11+02:002014-09-19T16:50:11+02:00Adobe PDF Library 10.0.1; изменено с использованием iText® 5.3.1 ©2000-2012 1T3XT BVBA (версия AGPL)application/pdfuuid:32223a04-a18e-4246-96f2-aebd08ac2aaeuuid:cdf91fe5-3204-4768-bd6e-9f662448a22f0eb0default1

  • convertubid: a910-5b75ae9fc003преобразован в PDF/A-1apdfToolbox2014-05-20T15:01:56+05:30
  • convertuuid: e35fd1b4-43d2-43e3-b3b2-60c128570a44PDF/A преобразование не удалось; Идентификация версии и уровня соответствия удаленаpdfToolbox2014-05-20T15:02:22+05:30
  • преобразованоuuid:3cc94810-36e4-4e7d-a204-08aad

    3eпреобразовано в PDF/A-1bpdfToolbox2014-05-21T03:26:07+05:30
  • 1B
  • http://ns.adobe.com/pdf/1.3/pdfAdobe PDF Schema
  • internalОбъект имени, указывающий, был ли документ изменен для включения информации треппингаTrappedText
  • http://ns.adobe.com/xap/1.0/mm/xmpMMXMP Схема управления мультимедиа
  • внутренний идентификатор на основе UUID для конкретного воплощения документаInstanceIDURI
  • internalОбщий идентификатор для всех версий и представлений документа. OriginalDocumentIDURI
  • http://www.aiim.org/pdfa/ns/id/pdfaidPDF/A ID Schema
  • internalPart of PDF/A standardpartInteger
  • внутреннее изменение стандарта PDF/AamdText
  • внутренний уровень соответствия стандарту PDF/A, текст
  • конечный поток эндообъект 3 0 объект >/Thumb 7 0 R/MediaBox[0.

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован.