Принципы права кратко: Принципы права: общеправовые, межотраслевые, отраслевые

Содержание

Принципы права: общеправовые, межотраслевые, отраслевые

Конструкцией всей правовой системы являются принципы права. Вся правотворческая, правоприменительная и правоохранительная деятельность ориентируется на принципы права. Поговорим подробнее о видах.

Три сферы принципов права

В зависимости от направления распространенности выделено три сферы принципов права:

  1. Межотраслевые принципы.
  2. Отраслевые принципы.
  3. Общеправовые принципы.

Полная структура принципов представлена на рисунке 1.

Рисунок 1. Принципы права

Что же включает в себя каждый из них?

Общеправовые принципы

Данные принципы – обобщенность всех отраслей права. Рассмотрим основные из них в виде таблицы.

Принцип

Характеристика

Социальная свобода

Гарантии государства в свободном выборе граждан. Это касается всех социальных сфер, куда относятся:

  • профессиональная и трудовая деятельность;

  • география места жительства;

  • пользование услугами и социальными благами;

  • защита от безработицы.

Справедливость

Нахождение компромисса в правоотношениях между гражданами и государством, согласно норм общепринятой морали.

Равенство перед законом

Юридическое равенство подкреплено 19 статьей Конституции РФ. Оно подразумевает равноправие перед судом и законом любого субъекта правоотношений. За различия не берутся пол, национальность, религия, политические убеждения.

Гуманизм

Конституционная гарантия защищать человеческое достоинство. Ни у кого нет прав совершать насильственные, унижающие, порочащие действия в отношении субъекта. Также сюда входит запрет на проведение опытов (медицинских, научных) без согласия испытуемого.

Демократизм

Регулирование механизмов непосредственного участия народа в участии управления общественными и государственными делами.

Единые права и обязанности

Право возникает при обязанности, а обязанность в праве. То есть реализация своих прав происходит за счет инстанций, которые имеют юридическую обязанность.

Например, при получении какой-либо информации.

Федерализм

Присущ федеративным государствам, с двумя законодательными системами : федеральной и региональной.

Повинная ответственность

Возникает при нарушении, несоблюдении субъектом общепринятых норм. Деяние, рассматриваемое как вина запускает процесс юридической ответственности.

Законность

Высшую юридическую силу в Российской Федерации представляет Конституция РФ. Любые законопроекты, акты, иные документы не должны противоречить и нарушать Конституцию.

Убеждение и принуждение

Убеждение – работа, связанная с информированием, обсуждением, обоснованием.

Принуждение – выступает средством перевоспитания через убеждение, согласно особой процессуальной форме.

Нужна помощь преподавателя?

Опиши задание — и наши эксперты тебе помогут!

Описать задание Определение 1

Общеправовые принципы права являются этико-правовым началом регулирования и социального координирования отношений.

Межотраслевые и отраслевые принципы

Определение 2

Межотраслевые принципы права характеризуют глобальные черты нескольких отраслей.

Из основных примеров таких принципов:

  • неотвратимость ответственности;
  • состязательность и гласность судопроизводства и прочие.
Определение 3

Отраслевые принципы права распространяются на какую-либо одну отрасль.

Если в межотраслевых принципах часто применяются и общепринятые, то в отраслевых более обособленное распределение.

Пример 1

Например:

  • В трудовом праве – свобода труда, материальная мотивация.
  • В земельном праве – целевое использование земельных участков.
  • В гражданском праве – равенство в имущественных отношениях.
  • В уголовном – презумпция невиновности.
Вывод 1

Регулирование отношений в обществе – целевая направленность принципов права, которая заключается в общих направлениях воздействия и обосновании решений юридических дел.

Принципы права: понятие и виды.

Принципы права — это основные, исходные цели, начала, выражающие сущность права как специфического социального регулятора. Именно в принципах и функциях права выражаются и конкретизируются его сущность и социальное назначение.

 В зависимости от сферы распространения выделяют общеправовые, межотраслевые, отраслевые принципы права.

 К общеправовым (характерным для всего права) относятся такие принципы как:

 1.справедливость, выражает сущность права и поиск компромисса между участниками правоотношений, гражданином и гос-вом.

 2.юридическое равенство граждан перед законом и судом (ст. 19 Конституции)

 3.гуманизм

 4.демократизм

 5.единство прав и обязанностей

 6.законность, строгое соблюдение и исполнения правовых предписаний всеми субъектами права.

 7.сочетание убеждений и принуждений

 8.федерализм

 К межотраслевым принципам (характерным для нескольких отраслей) относятся:

 1. В ГПК и УПК гласность и обязательность судопроизводства

 2. В УП, ГП, АП неотвратимость ответственности

 3. В ГП, СП, Брачном Праве равенство сторон

 К отраслевым принципам (присущи отдельной отрасли права)относятся:

 1.В УПК презумпция невиновности

 2.В ТП свобода труда

 3. В ГП всеобщность защиты гражданских прав.

 Принципы закреплены в Конституции

 Принципы делятся на общеправовые, межотраслевые и отраслевые. Общеправовые – характеризуют систему права в целом, они присущи всей системе права. Межотраслевые присущи двум и более отраслям права. Отраслевые принципы присущи одной отрасли права. Принципы гр-го права и т.д. ТГП изучает только общеправовые принципы межотраслевые и отраслевые изучаются отраслевыми юр-ми науками. Общеправовые принципы системы права :

1) принцип демократизма (сис-ма права строится на демократических началах).

2) гуманизма.

3) принцип справедливости (имеет особую значимость. Он в наибольшей степени выражает общесоциальную сущность права, стремление к поиску компромисса между участниками правовых связей, между личностью и обществом, гражданином и государством. Справедливость требует соответствия между действиями и их социальными последствиями. Должны быть соразмерны труд и его оплата, нанесение вреда и его возмещение, преступление и наказание. Законы отражают эту соразмерность, если отвечают принципу справедливости.),

4) принцип равенства юр-их прав и обязанностей,

5) принцип единства прав и обязанностей.

6) Принцип уважения прав человека отражает тот факт, что естественные, прирожденные, неотчуждаемые права человека составляют ядро правовой системы государства. В соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства. В ст. 18 Конституции записано: «Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием». 7) Содержание принципа законности заключается в том, что, как гласит ст. 15 Конституции РФ, «Конституция Российской Федерации имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации. Законы и иные правовые акты, принимаемые в Российской Федерации, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Органы государственной власти, местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы». 8) Принцип правосудия выражает гарантии защиты субъективных прав в судебном порядке. В ч. 1 ст. 46 Конституции РФ записано: «Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод».

 За многовековую историю развития права постепенно сложились также принципы, свойственные форме права, которые в юридической науке получили наименование правовых аксиом. В их числе можно назвать следующие: закон обратной силы не имеет; все, что законом не запрещено, дозволено; никто не может быть судьей в собственном деле; нельзя осуждать дважды за одно и то же правонарушение. Большинство правовых аксиом закреплено в законе.

 Принцип права по разному проявляется в системе права, Одни формируются в виде специальных правовых норм, другие выражаются в виде определенной идеи вытекающей из содержания различных правовых норм. Как правило межотраслевые и отраслевые принципы выражены в виде норм принципов, а общеправовые принципы выступают в форме правовых норм.

ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ПРАВА — это… Что такое ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ПРАВА?

ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ПРАВА
— принципы права, применимые к любой сфере деятельности, к любой области правоотношений (напр., принцип равноправия государств, принцип ответственности за правонарушение и т.д.). Наряду с О.п.п. имеются отраслевые принципы, например, принцип свободы судоходства в открытом море. В ст. 38 Статута Международного Суда ООН используется понятие «общие принципы права, признанные цивилизованными нациями», что отражает устаревший принцип деления наций на цивилизованные и нецивилизованные. В современной международно-правовой доктрине распространено мнение, что О.п.п. — это принципы национальных правовых систем, присущие всем демократическим нациям. Иногда под О. п. п. понимают правовые положения, понятия, приемы, которые являются общими для систем национального и международного права. О.п.п. включают в себя и основные принципы международного права.

Экономика и право: словарь-справочник. — М.: Вуз и школа. Л. П. Кураков, В. Л. Кураков, А. Л. Кураков. 2004.

  • ОБЩИЕ ПРАВА ВЛАДЕЛЬЦА АКЦИЙ
  • ОБЩИЕ УСЛОВИЯ

Смотреть что такое «ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ПРАВА» в других словарях:

  • Общие принципы права — общеобязательные исходные нормативно юридические положения, отличающиеся универсальностью, общей значимостью, высшей императивностью и нормативностью, определяющие содержание правового регулирования и выступающие критерием правомерности поведения …   Элементарные начала общей теории права

  • ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ПРАВА — принципы права, применимые к любой сфере деятельности, к любой области правоотношений (например, принцип равноправия государств, принцип ответственности за правонарушение и т.д.). Наряду с О.п.п. имеются отраслевые принципы, например, принцип… …   Юридическая энциклопедия

  • ПРАВА ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ — ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ПРАВА …   Юридическая энциклопедия

  • ПРАВА ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ — (см. ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ ПРАВА) …   Энциклопедический словарь экономики и права

  • Общие принципы — (англ. general principles) условно выделяемый в теории права вид федеральных законов, в которых предметом регулирования являются преимущественно принципы построения тех или иных гос ных и общественных институтов, принципы деятельности в разных… …   Энциклопедия права

  • Принципы права — Принципы права  основные идеи, руководящие положения, определяющие содержание и направления правового регулирования. С одной стороны, они выражают некие закономерности права, а с другой  представляют собой наиболее общие нормы, которые… …   Википедия

  • Принципы права — (см.: Принципы жилищного права) это основополагающие идеи, начала, выражающие сущность права и вытекающие из генеральных идей справедливости и свободы. Подобное определение представляет правовые принципы в виде идеализированной интеллектуальной… …   Жилищная энциклопедия

  • Общие принципы — (англ. general principles) условно выделяемый в теории права вид федеральных законов, в которых предметом регулирования являются преимущественно принципы построения тех или иных гос ных и общественных институтов, принципы деятельности в разных… …   Большой юридический словарь

  • Принципы права — это основные, исходные начала, положения, идеи, выражающие сущность права как специфического социального регулятора. Свойства принципов права: 1) в концентрированной форме они отражают наиболее важные и прогрессивные стороны экономической,… …   Большой юридический словарь

  • ГОСТ Р ИСО/МЭК 17000-2009: Оценка соответствия. Словарь и общие принципы — Терминология ГОСТ Р ИСО/МЭК 17000 2009: Оценка соответствия. Словарь и общие принципы оригинал документа: 5.6 аккредитация (accreditation): Подтверждение соответствия (5.2) третьей стороной, относящееся к органу по оценке соответствия (2.5) и… …   Словарь-справочник терминов нормативно-технической документации


Принципы российского права — Соцправо

Не нашли хорошего материала, так что предлагаем статью из Википедии.

Надеемся, что потом найдем лучше вариант.

Принципы права

При́нципы пра́ва — основные идеи, руководящие положения, определяющие содержание и направления правового регулирования.

С одной стороны, они выражают некие закономерности права, а с другой — представляют собой наиболее общие нормы, которые действуют во всей сфере правового регулирования и распространяются на всех субъектов. Эти нормы либо прямо сформулированы в закон, либо выводятся из общего смысла законов.

Принципы права определяют пути совершенствования правовых норм, выступая в качестве руководящих идей для законодателя. Они являются связующим звеном между основными закономерностями развития и функционирования общества и правовой системой. Благодаря принципам, правовая система адаптируется к важнейшим интересам и потребностям человека и общества, становится совместимой с ними.

Правовые принципы подразделяются на свойственные праву в целом (общеправовые), его отдельным отраслям (отраслевые) или группе смежных отраслей (межотраслевые). Например, к отраслевым относится принцип индивидуализации наказания в уголовном праве, к межотраслевым — принцип состязательности в гражданском процессуальном и уголовно-процессуальном праве.

Виды принципов права 

Общеправовые (общие) выражают общее в содержании всех отраслей права, представляют собой исходные начала внутри отраслевой правотворческой и правоприменительной деятельности государства.

К числу этих принципов, в частности, относятся следующие:

  • верховенства права
  • законности
  • равенства всех перед законом (равноправия)
  • взаимной ответственности личности и государства
  • ответственности при наличии вины

Межотраслевые выражают общее в содержании нескольких смежных (родственных) отраслей права (например, общими для таких отраслей права, как уголовно-процессуальное и гражданское процессуальное право, являются принцип гласности судопроизводства и принцип состязательности при отправлении правосудия).

Отраслевые лежат в основе содержания той или иной отрасли права и выражают особенности той или иной конкретной отрасли права. Например, принципом гражданского права является принцип полного возмещения убытков принципом уголовного права — принцип индивидуализации наказания.
Принципы права в сравнении с правовыми нормами:

  • характеризуются наибольшей стабильностью,
  • обладают большей юридической силой,
  • выполняют правотворческую функцию,
  • регулируют возникшие пробелы в правоотношениях.

С учетом вышесказанного можно сказать, что принципы права являются основой действующей системы правовых норм и позволяют поддерживать правопорядок даже без существующих юридических норм.
Виды принципов права:

  1. В зависимости от сферы реализации: общие (принцип справедливости), межотраслевые, отраслевые, институциональные или отдельных правовых институтов.
  2. В зависимости от способов изложения: прямо или косвенно закрепленные в конкретном нормативно-правовом акте.
  3. По характеру содержания: общесоциальные, специальноюридические (присуще только праву).

Принципы выполняют функции:

  • систематизирующую — на их основе формируются те или иные системы, отрасли, институты права. Они обеспечивают существенную, устойчивую, необходимую связь между разнообразными нормами права и иными нормативно-правовыми предписаниями, выступают важным ориентиром в правотворческом процессе и систематизации, толковании и реализации норм права.
  • Правотворческую — обеспечивают единообразное формулирование норм права, определяют пути совершенствования правовых норм, выступая в качестве руководящих идей для законодателя.
  • Регулятивную — направляют применение юридических норм, намечают общую линию решения того или иного юридического дела.
  • Интегративную — связующее звено между основными закономерностями развития и функционирования общества и правовой системы.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться ссылкой:

Книга Основные принципы права и экономики | Девлин А. | ISBN 9785850061548

В данном учебнике отношение между правом и экономикой рассматривается в международном контексте, а основы этой области знаний, значение которой все больше возрастает, объясняются доступно и просто. В основном автор опирается на неоклассическую традицию экономического анализа права, но при этом также демонстрирует достижения самых передовых направлений исследований, в частности теории права в поведенческой экономике.Среди ключевых особенностей этой новаторской книги следует назвать судебную практику, директивы, предписания и статистику из правовых систем ЕС, Великобритании и США, представленных ясно и в понятном для изучающих право студентов контексте, чтобы продемонстрировать, как теория права и экономики может применяться на практике. Для удобства студентов в конце каждой главы кратко сформулированы ее основные положения. Для организации самостоятельной работы студентов в каждой главе есть список источников и рекомендуемой литературы.Для облегчения понимания материала применяются таблицы и диаграммы, а в целом текст представляет всестороннее описание права и экономики, которое идеально подходит для новичков в этой области и может применяться в качестве учебного пособия.

V dannom uchebnike otnoshenie mezhdu pravom i ekonomikoj rassmatrivaetsja v mezhdunarodnom kontekste, a osnovy etoj oblasti znanij, znachenie kotoroj vse bolshe vozrastaet, objasnjajutsja dostupno i prosto. V osnovnom avtor opiraetsja na neoklassicheskuju traditsiju ekonomicheskogo analiza prava, no pri etom takzhe demonstriruet dostizhenija samykh peredovykh napravlenij issledovanij, v chastnosti teorii prava v povedencheskoj ekonomike.Sredi kljuchevykh osobennostej etoj novatorskoj knigi sleduet nazvat sudebnuju praktiku, direktivy, predpisanija i statistiku iz pravovykh sistem ES, Velikobritanii i SSHA, predstavlennykh jasno i v ponjatnom dlja izuchajuschikh pravo studentov kontekste, chtoby prodemonstrirovat, kak teorija prava i ekonomiki mozhet primenjatsja na praktike. Dlja udobstva studentov v kontse kazhdoj glavy kratko sformulirovany ee osnovnye polozhenija. Dlja organizatsii samostojatelnoj raboty studentov v kazhdoj glave est spisok istochnikov i rekomenduemoj literatury.Dlja oblegchenija ponimanija materiala primenjajutsja tablitsy i diagrammy, a v tselom tekst predstavljaet vsestoronnee opisanie prava i ekonomiki, kotoroe idealno podkhodit dlja novichkov v etoj oblasti i mozhet primenjatsja v kachestve uchebnogo posobija.

Сущность, функции принципов национального, международного права

Сущность и функции принципов национального и международного права — вопрос по ТГП

Вопрос номер шесть

Вопрос шестой – продолжаем готовиться сдавать экзамен на должность судьи. На этом этапе предлагается выяснить сущность и функции принципов национального и международного права. Для этого поговорим немного о том, какие принципы имеются у российского (как пример национального) и у международного права. А также о том, что такое общие принципы права.

Общие принципы права

В первую очередь, стоит сказать о том, какие у права есть принципы в целом. Сам по себе принцип – это

некое положение, являющееся базисом для того или иного явления, т.е., его основа, дающая начало и указывающая направление движения (развития)

В вопросе принципа права многие исследователи сходятся во мнении что таковой определяет направление регулирования и его содержание. Т.е., является фундаментом для становления тех или иных норм в той или иной отрасли права. Это соотносится и с философским определением принципа как положенных в основу чего-либо закономерностей этого чего-либо, собранных воедино.

Так, С.Ю. Лаврусь считает[1], что п.п. это фундаментальные идеи, закреплённые в нормативно-правовых предписаниях. Идеи эти должны выражать сущность права, определять его содержание и характер. Т.е., это то, от чего отталкивается правовая система в ходе своего построения и развития.

Ряд исследователей склоняется к тому, что п.п. – это, прежде всего, идея. Г.Т. Чернобель полагает[2], что п.п. являются правовой идеологией, рождённой правосознанием.

Некоторые авторы считают, что п.п. и нормы права являются тождеством. В частности, А.Ф. Воронов в своём труде[3] указывает на п.п. как на системообразующие наиболее общие и стабильные гражданские процессуальные нормы. Существует и ещё ряд подходов, не имеющих кардинальных отличий, а лишь отражающих различный подход их авторов к вопросу.

Обобщая приведённые определения, можно попробовать охарактеризовать п.п. как некую совокупность наиболее универсальных, устойчивых и полезных идей и воззрений, определяющих настоящее и будущее содержания права. Про прошлое в данном случае вести речь несколько неуместно, это предмет другой дисциплины.

Принципы российского права

За базовые принципы права в России можно принять положения Конституции РФ. Об этом высказался в своё время судья Конституционного суда А.Л. Кононов в особом мнении к Постановлению 1П от 27.01.2004 г. (к слову, первое из опубликованных на оф. сайте суда). Судья отметил, что общие принципы права, в т.ч., воплощённые в Конституции, обладают высшим авторитетом. Эти принципы являются мерой оценки правомерности всех НПА в России.

Ссылается на принципы права и Верховный суд. Так, в определении от 24.06.2009 г. по делу № 85-В09-5 ВС РФ упомянул принципы права о действии закона во времени. Один из нижестоящих судов этот принцип нарушил, распространив действие закона на прошлое время. Другой п.п., отмеченный ВС в Определении № 5-КГ14-121 от 02.12.2014 г. – принцип добросовестности. Он обязывает участников гражданского оборота вести себя добросовестно. К этому выводу приходит и один из исследователей – Вердиян Г.В. в своей монографии[4]. Из приведённого видно, что принцип, несмотря на отсутствие чёткой формулировки в нормах может обязывать.

Что говорят о принципах права законотворцы? Депутаты, непосредственно участвующие в создании и развитии правовой системы РФ, также упоминают п.п. В частности, обсуждая новые гарантии Президента РФ, прекратившего свои полномочия, член КПРФ Обухов отметил следующее. Говоря о власти президента депутат назвал торжество п.п. противовесом всевластию[5]. Ну а поскольку торжество чего-либо может обозначать, что это что-то взяло верх и находится на подъёме, то торжество п.п. может означать их главенствование.

Нужно, наверное, снова обратить внимание на действующие в РФ нормы. Так,

чёткого закрепления принципов права в российском законодательстве нет

Часть их «разбросана» по Конституции, часть по НПА. Но без конкретных указаний вроде «вот то-то – это и есть принцип права». Существуют общие отсылки к соблюдению п.п., опять же, без конкретики. В законе г. Москвы от 13.02.2002 г., например, указано, что толкование Устава Москвы не должно противоречить общим п.п.

Принципы международного права

Учебное пособие «Международное право»[6] определяет принципы м.п. как основополагающие начала существования и функционирования системы международного права. Авторы пособия полагают, что п.м.п. это некая «конституция» мирового сообщества, распределённая по различным международным документам.

О принципах международного права довольно однозначно высказался Верховный суд в своём постановлении под номером 5 от 10.10.2003 г. Суд счёл, что под п.м.п. следует понимать

основополагающие императивные нормы международного права

Эти основы должны признаваться международным сообществом, отклоняться от них недопустимо.

Принципы, являющиеся базовыми, имеют закрепление в Уставе Организации Объединённых Наций. Это принципы:

  • суверенного равенства членов ООН
  • сотрудничества государств
  • разрешения споров между государствами мирным путём
  • невмешательства во внутренние дела государств, с некоторым исключением
  • неприменение силы и угроз территориальной неприкосновенности или политической независимости
  • право на самоопределение для народов и наций
  • добросовестность в выполнении обязательств, взятых на себя по Уставу ООН
  • помощь ООН в соблюдении Устава ООН
  • склонение государств, не являющихся членами ООН к соблюдению Устава в целях мира и безопасности

Развитие этих принципов получило в Декларации[7] принципов международного права 1970 года. Этот документ кодифицировал основополагающие п.м.п., провозглашённые ООН. Д. расширяет смысловое наполнение принципов и даёт более полное их толкование. Продолжим рассмотрение вопроса и перейдём к понятиям «сущность», а затем уже и «функции принципов права».

Сущность принципов права

Говоря о сущности, мы подразумеваем то, для чего то же право существует, его назначение, природа. Существует право для охраны и защиты интересов как человека, так и общества, а также его различных надстроек. Для функционирования общества, его устойчивого развития, невозможным без регулирования. Назначением права можно считать его способность создавать и/или изменять те или иные отношения, возникающие в том или ином обществе при различных обстоятельствах. Отношения между личностью и обществом можно взять при этом в любом их сочетании. А это довольно важно в современном обществе, имеющем разделение по множеству признаков.

Сущность принципов права заключается в их, принципов, предназначении. В том, для чего эти принципы формируются и существуют. Исходя из приведённых понятий и примеров, предназначением п.п. можно считать

некий коридор, в рамках которого происходит становление и развитие права

Коридор этот формируется из набора базы и определённых ограничений для прав и свобод человека и общества. Принципы формируют систему сдержек и противовесов в вопросах создания/изменения норм, закрепляющих права и устанавливающих обязанности. Система сдержек же, в свою очередь, направлена на создание максимально эффективного общества и его устойчивое развитие. Эффективность может выражаться в обеспечении, соблюдении и защите интересов превалирующей части общества.

Сущность п.п. также можно попробовать измыслить, объединив уже сформированные базовые принципы. Работа над обобщением принципов права и созданием единой системы в России ведётся, каждый автор пытается внести свой вклад в эту работу. Попробуем и мы. Поскольку п.п. являются наиболее общими векторами развития, то, по нашему мнению, сущностью п.п. является:

формирование общественно-правовой системы, наиболее отвечающей потребностям подавляющей части общества с соблюдением присущих этому обществу характерных особенностей (этнических, территориальных, климатических и др.)

Говоря же о международных принципах, следует отметить стремление к равенству субъектов м.п. как перед друг другом, так и перед международными нормами. Вторым значимым общим принципом является сохранение мирной обстановки на планете (по возможности). Этот принцип разбит на несколько, они приведены выше.

Функции принципов права

Когда заходит разговор о функциях чего-либо, чаще всего подразумевается что это что-то функционирует. Т.е., выполняет полезную работу, дающую некий конечный результат.

Исследователи выделяют ряд функций. Первая, выделяемая многими авторами – регулятивная функция. Суть её сводится к установлению пределов правового регулирования. Устанавливаются рамки либо непосредственно принципом (как это происходит в международном праве), либо совместно с нормами права (как в отечественном зак-ве). В.Н. Карташов в своём труде[8] выделяет её подфункции:

  • информационная (информационная ёмкость, ясность и понятность для всех)
  • ориентационная (необходимость учитывать действующие нормы при принятии новых, их изменении, прекращении)

— мотивировочная (полное и всестороннее изложение обстоятельств, исследование доказательств, доводы и наличие ссылок на требования, которые содержат принципы права при принятии юридического решения)

  • правовосполнительная (восполнение пробелов в праве за счёт аналогии, восстановление нарушенного права)

Следующая функция носит наименование правоохранительная. Должна обеспечивать законность, правопорядок, охранять право от. Также содержит ряд подфункций, например:

  • превентивная (недопущение нарушения прав, свобод, законных интересов)
  • контрольная (выявление пробелов, противоречий, ошибки, дефекты в праве)

Коммуникативная функция призвана обеспечению одинаково верного понимания п.п. различными субъектами юридической практики. Это должно обеспечивать их эффективное взаимодействие и, соответственно, принятие справедливых решений.

Список этот можно продолжать довольно долго, он не является закрытым. По мере выявления той или иной полезной работы, совершаемой п.п. могут добавляться и названия функций. Этот процесс можно назвать постоянным, в связи с не прекращающимся изменением общественных правоотношений и появлением новых. Итак, на наш взгляд, функции принципов права — это те конечные (выходные) результаты их существования (работы), такого их воздействия на формирование, существование и изменение правовой системы, которые приводят к преобразованиям в различных аспектах общественных отношений. Кои являются всеобъемлющими, но дробимыми по тем или иным признакам.


[1] Лаврусь С.Ю. Реализация принципов права в юридической практике: Диссертация, Самара, 2005.

[2] Чернобель Г.Т. Техника формирования и закрепления правовых принципов, Москва, Юстицинформ, 2011

[3] Воронов А.Ф. Принципы гражданского процесса: прошлое, настоящее, будущее, Москва, Городец, 2009

[4] Вердиян Г.В. Добросовестность как общий принцип права: монография. — «ЮРКОМПАНИ», 2013 г.

[5] Стенограмма обсуждения законопроекта № 296209-6: http://api.duma.gov.ru/api/transcript/296209-6

[6] Жеребцов А.Н. Международное право: Учебное пособие. — 3-е изд., перераб. и доп.

[7] Декларация принципов международного права: https://www.un.org/ru/documents/decl_conv/declarations/intlaw_principles.shtml

[8] Карташов В.Н. Принципы права: понятие, структуры, функции

Ещё по теме «Сущность и функции принципов национального и международного права»:

ОБЩЕПРИЗНАННЫЕ ПРИНЦИПЫ И НОРМЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА

ОБЩЕПРИЗНАННЫЕ ПРИНЦИПЫ И НОРМЫ МЕЖДУНАРОДНОГО ПРАВА — ос­но­во­по­ла­гаю­щие им­пе­ра­тив­ные нор­мы ме­ж­ду­народного пра­ва, при­ни­мае­мые и при­зна­вае­мые ме­ж­ду­народным со­об­ще­ст­вом го­су­дарств в це­лом, от­кло­не­ние от ко­то­рых не­до­пус­ти­мо.

Они яв­ля­ют­ся нор­ма­ми jus cogens, то есть нор­ма­ми выс­ше­го по­ряд­ка, и все другие нор­мы долж­ны им со­от­вет­ст­во­вать. Ме­ж­ду­народнй суд ООН в ре­ше­нии по де­лу о де­ли­ми­та­ции морской гра­ни­цы в рай­оне за­ли­ва Мэн от 12 октября 1984 года от­ме­тил,что тер­ми­ны «прин­ци­пы» и «нор­мы» по су­ти оз­на­ча­ют од­но и то же.

Ис­точ­ни­ка­ми Общепризнанных принципов и норм международного права яв­ля­ют­ся ме­ж­ду­народные обы­чаи и до­го­во­ры. В Ус­та­ве ООН (статья 2) за­кре­п­ле­ны 7 ос­нов­ных прин­ци­пов ме­ж­ду­народного пра­ва. В даль­ней­шем они уточ­ня­лись и раз­ви­ва­лись Ге­не­раль­ной Ас­самб­ле­ей ООН пу­тём при­ня­тия ре­зо­лю­ций, раз­ра­бот­ки и одоб­ре­ния про­ек­тов ме­ж­ду­народных до­го­во­ров. Эти прин­ци­пы за­кре­п­ле­ны в спе­ци­аль­но при­ня­той Ге­не­раль­ной Ас­самб­ле­ей ООН Дек­ла­ра­ции о прин­ци­пах ме­ж­ду­на­род­но­го пра­ва 1970: 1) прин­цип, со­глас­но ко­торо­му го­су­дар­ст­ва воз­дер­жи­ва­ют­ся в сво­их ме­ж­ду­народных от­но­ше­ни­ях от уг­ро­зы си­лой или её при­ме­не­ния как про­тив тер­ри­то­ри­аль­ной целостно­сти или по­ли­ти­ческой не­за­ви­си­мо­сти лю­бо­го го­су­дар­ст­ва, так и каким-либо другим об­ра­зом, не со­вмес­ти­мым с це­ля­ми ООН; 2) прин­цип, со­глас­но ко­то­ро­му го­су­дар­ст­ва раз­ре­ша­ют свои ме­ж­ду­народные спо­ры мир­ны­ми сред­ст­ва­ми та­ким об­ра­зом, что­бы не под­вер­гать уг­ро­зе ме­ж­ду­народный мир и безо­пас­ность и спра­вед­ли­вость; 3) прин­цип, ка­саю­щий­ся обя­зан­но­сти в со­от­вет­ст­вии с Ус­та­вом ООН не вме­ши­вать­ся в де­ла, вхо­дя­щие во внутреннюю ком­пе­тен­цию лю­бо­го го­су­дар­ст­ва; 4) обя­зан­ность го­су­дарств со­труд­ни­чать друг с дру­гом в со­от­вет­ст­вии с Ус­та­вом ООН; 5) прин­цип рав­но­пра­вия и са­мо­оп­ре­де­ле­ния на­ро­дов; 6) прин­цип су­ве­рен­но­го ра­вен­ст­ва го­су­дарств; 7) прин­цип доб­ро­со­ве­ст­но­го вы­пол­не­ния го­су­дар­ст­ва­ми обя­за­тельств, при­ня­тых ими в со­от­вет­ст­вии с Ус­та­вом ООН.

При тол­ко­ва­нии и при­ме­не­нии из­ло­жен­ные вы­ше прин­ци­пы яв­ля­ют­ся взаи­мо­свя­зан­ны­ми, и ка­ж­дый прин­цип дол­жен рас­смат­ри­вать­ся в кон­тек­сте всех других прин­ци­пов. Все го­су­дар­ст­ва ру­ко­во­д­ству­ют­ся эти­ми прин­ци­па­ми в сво­ей ме­ж­ду­народной дея­тель­но­сти и раз­ви­ва­ют свои взаи­мо­от­но­ше­ния на ос­но­ве их стро­го­го со­блю­де­ния.

В об­щем ме­ж­ду­народном пра­ве су­ще­ст­ву­ют и другие прин­ци­пы. Например, За­клю­чи­тель­ный акт Со­ве­ща­ния по безо­пас­но­сти и со­труд­ни­че­ст­ву в Ев­ро­пе 1975 года за­кре­п­ля­ет 10 основных прин­ци­пов, ко­то­рые име­ют пер­во­сте­пен­ную важ­ность, долж­ны не­укос­ни­тель­но при­ме­нять­ся, и от­но­ше­ния с другими го­су­дар­ст­ва­ми долж­ны осу­ще­ст­в­лять­ся в ду­хе этих прин­ци­пов: 1) су­ве­рен­ное ра­вен­ст­во, ува­же­ние прав, при­су­щих су­ве­ре­ни­те­ту. Го­су­дар­ст­ва ува­жа­ют су­ве­рен­ное ра­вен­ст­во и свое­об­ра­зие друг дру­га, а так­же все пра­ва, при­су­щие их су­ве­ре­ни­те­ту и ох­ва­ты­вае­мые им; 2) не­при­ме­не­ние си­лы или уг­ро­зы си­лой. Го­су­дар­ст­ва воз­дер­жи­ва­ют­ся в их вза­им­ных, как и во­об­ще в их ме­ж­ду­народ­ных, от­но­ше­ни­ях от при­ме­не­ния си­лы или угро­зы си­лой как про­тив тер­ри­то­ри­аль­ной це­ло­ст­но­сти или по­ли­тической не­за­ви­си­мо­сти лю­бо­го го­су­дар­ст­ва, так и каким-либо другим об­ра­зом; 3) не­ру­ши­мость гра­ниц. Все го­су­дар­ства рас­смат­ри­ва­ют как не­ру­ши­мые гра­ни­цы друг дру­га, так и гра­ни­цы всех го­су­дарств в Ев­ро­пе, и по­это­му они бу­дут воз­дер­жи­вать­ся сей­час и в бу­ду­щем от лю­бых по­ся­га­тельств на эти гра­ни­цы; 4) тер­ри­то­ри­аль­ная це­ло­ст­ность го­су­дарств. Го­су­дар­ст­ва ува­жа­ют тер­ри­то­ри­аль­ную це­ло­ст­ность ка­ж­до­го го­су­дар­ст­ва; 5) мир­ное уре­гу­ли­ро­ва­ние спо­ров. Го­су­дар­ст­ва раз­ре­ша­ют спо­ры ме­ж­ду со­бой мир­ны­ми сред­ст­ва­ми та­ким об­ра­зом, что­бы не под­вер­гать уг­ро­зе ме­ж­ду­народный мир и безо­пас­ность и спра­вед­ли­вость; 6) не­вме­ша­тель­ст­во во внутренние де­ла. Го­су­дар­ст­ва воз­дер­жи­ва­ют­ся от лю­бо­го вме­ша­тель­ст­ва, прямого или кос­вен­но­го, ин­ди­ви­ду­аль­но­го или кол­лек­тив­но­го, во внут­рен­ние или внеш­ние де­ла, вхо­дя­щие во внут­рен­нюю ком­пе­тен­цию другого го­су­дар­ст­ва-уча­ст­ни­ка; 7) ува­же­ние прав че­ло­ве­ка и ос­нов­ных сво­бод, вклю­чая сво­бо­ду мыс­ли, со­вес­ти, ре­ли­гии и убе­ж­де­ний; 8) рав­но­пра­вие и пра­во на­ро­дов рас­по­ря­жать­ся сво­ей судь­бой. Все на­ро­ды все­гда име­ют пра­во в ус­ло­ви­ях пол­ной сво­бо­ды оп­ре­де­лять, ко­гда и как они же­ла­ют, свой внут­рен­ний и внеш­ний по­ли­тический ста­тус без вме­ша­тель­ст­ва из­вне и осу­ще­ст­в­лять по сво­ему ус­мот­ре­нию своё по­ли­тическое, эко­но­мическое, со­ци­аль­ное и куль­тур­ное раз­ви­тие; 9) со­труд­ни­че­ст­во ме­ж­ду го­су­дар­ст­ва­ми. Го­су­дар­ст­ва раз­ви­ва­ют своё со­труд­ни­че­ст­во друг с дру­гом во всех об­лас­тях в со­от­вет­ст­вии с це­ля­ми и прин­ци­па­ми Ус­та­ва ООН; 10) доб­ро­со­ве­ст­ное вы­пол­не­ние обя­за­тельств по ме­ж­ду­народному пра­ву. Го­су­дар­ст­ва вы­пол­ня­ют свои обя­за­тель­ст­ва, вы­те­каю­щие из об­ще­при­знан­ных прин­ци­пов и норм и из со­от­вет­ст­вую­щих ме­ж­ду­народному пра­ву до­го­во­ров или других со­гла­ше­ний, уча­ст­ни­ка­ми ко­то­рых они яв­ля­ют­ся.

В Российской Фе­де­ра­ции Общепризнанные принципы и нормы международного права яв­ля­ют­ся со­став­ной ча­стью её пра­во­вой сис­те­мы (часть 4 статья 15 Кон­сти­ту­ции РФ).

© Большая Российская Энциклопедия (БРЭ)

Образовательный центр верховенства закона

Единого согласованного определения верховенства закона не существует. Однако есть базовое базовое определение, которое пользуется почти всеобщим признанием. Как написал почетный профессор Джеффри Уокер в своей определяющей работе о верховенстве закона в Австралии:

«… большую часть содержания верховенства закона можно резюмировать в двух пунктах: , что люди (включая, следует добавить, правительство) должны подчиняться закону и подчиняться ему и , что закон должен быть такими, чтобы люди могли (и, надо добавить, захотели) руководствоваться ею.’

— Джеффри де К. Уокер, Верховенство закона: основа конституционной демократии , (1-е изд., 1988).

Актуальность верховенства закона подтверждается применением на практике следующих принципов:

  • Разделение властей между законодательной, исполнительной и судебной властями.
  • Закон делается представителями народа открыто и прозрачно.
  • Закон и его исполнение подвергаются открытой и свободной критике со стороны людей, которые могут собираться без страха.
  • Закон применяется одинаково и справедливо, так что никто не стоит выше закона.
  • Закон может быть известен каждому, чтобы каждый мог его соблюдать.
  • Никто не подлежит никаким действиям со стороны какого-либо государственного органа, кроме как в соответствии с законом и типовыми правилами тяжбы, никто не подвергается никаким пыткам.
  • Судебная система независима, беспристрастна, открыта и прозрачна и обеспечивает справедливое и быстрое судебное разбирательство.
  • Все люди считаются невиновными до тех пор, пока не доказано обратное, имеют право хранить молчание и не обязаны свидетельствовать против себя.
  • Никто не может быть привлечен к уголовной или гражданской ответственности за какое-либо правонарушение, когда оно совершено не было известно по закону.
  • Никто не подлежит обратному изменению закона.

«Верховенство закона — это всеобъемлющий принцип, который гарантирует, что австралийцы руководствуются законами, которые издают их избранные представители и которые отражают верховенство закона. Это требует, чтобы законы применялись справедливо и беспристрастно ».

— Робин Спид, основатель, Образовательный центр по вопросам верховенства права

Колесо верховенства закона

Чтобы вдохновить обсуждение верховенства закона на практике, мы используем колесо верховенства закона, которое позволяет представить принципы и правовые традиции, которые способствуют поддержанию верховенства закона в Австралии:

Что такое верховенство закона

В 1945 году Организация Объединенных Наций была создана на трех столпах: международный мир и безопасность, права человека и развитие.Почти семьдесят пять лет спустя сложная политическая, социальная и экономическая трансформация современного общества принесла нам вызовы и возможности, которые требуют коллективного ответа, который должен руководствоваться верховенством закона, поскольку это основа дружественных и равноправных отношений между государства и база ярмарочных обществ.

Для системы Организации Объединенных Наций (ООН) верховенство закона — это принцип управления, при котором все лица, учреждения и организации, государственные и частные, включая само государство, подотчетны законам, которые публикуются публично, применяются в равной мере и независимо. вынесены судебные решения и соответствуют международным нормам и стандартам в области прав человека.Требуются меры для обеспечения соблюдения принципов верховенства закона, равенства перед законом, подотчетности перед законом, справедливости в применении закона, разделения властей, участия в принятии решений, правовой определенности, недопущения произвола, и процедурная и правовая прозрачность.

Верховенство закона имеет фундаментальное значение для международного мира, безопасности и политической стабильности; для достижения экономического и социального прогресса и развития; и защищать права и основные свободы людей.Это основа для доступа людей к общественным услугам, сдерживания коррупции, сдерживания злоупотребления властью и установления общественного договора между людьми и государством. Верховенство закона и развитие тесно взаимосвязаны, и укрепление верховенства закона в обществе следует рассматривать как результат Повестки дня на период до 2030 года и Целей устойчивого развития (ЦУР).

Кроме того, в частности, Цель 16 — это цель, позволяющая государствам-членам вносить изменения в политику на национальном уровне, которые способствуют прогрессу в достижении других ЦУР.Развитие инклюзивных и подотчетных систем правосудия и реформы верховенства закона предоставят людям качественные услуги и укрепят доверие к легитимности их правительства. Такой подход должен с самого начала отвечать потребностям отдельных лиц и групп и их осмысленному участию, уделяя особое внимание тем, кто исторически маргинализован и рискует остаться позади. Это включает предотвращение серьезных нарушений прав человека, обеспечение достоверной ответственности виновных на национальном и международном уровнях и предоставление отдельным лицам и сообществам возможности использовать механизмы правосудия для защиты своих основных прав человека.

Верховенство права является важным компонентом поддержания мира, как это было заявлено Генеральной Ассамблеей и Советом Безопасности в двойных резолюциях по обзору архитектуры миростроительства. Поддержание мира требует интегрированного и всеобъемлющего подхода в рамках всей системы ООН, основанного на согласованности действий в области политики, безопасности, развития, прав человека, гендерного равенства и верховенства закона в поддержку усилий государств-членов.

Укрепление верховенства закона предполагает уважение норм международного права, в том числе о применении силы, и признание главной ответственности государств за защиту своего населения от геноцида, преступлений против человечности, этнических чисток и военных преступлений.Верховенство права является ключевым элементом гуманитарной повестки дня и прав человека; имеет решающее значение для понимания и устранения причин перемещения и безгражданства; и является основой режима гуманитарной защиты.

Верховенство закона вопросов включает новые и критические проблемы, такие как распространение языка ненависти и подстрекательство к насилию; предотвращение радикализации / насильственного экстремизма; изменение климата и окружающая среда, влияющие на безопасность и жизнедеятельность людей; и сложности искусственного интеллекта и киберпреступности.

Три принципа укрепления верховенства закона

В сентябре Генеральный секретарь Организации Объединенных Наций созовет так называемый, на языке ООН, «сегмент высокого уровня» Генеральной Ассамблеи для обсуждения «верховенства закона на национальном и международном уровнях. уровней «. Что это обозначает? Не совсем понятно. И это не удивительно.

В то время как «справедливость» — это серия стремлений к лучшему миру, а «права человека» состоят из согласованных на международном уровне и / или юридически обязательных ограничений государственной власти, «верховенство закона» находится где-то посередине.

Юристы и не юристы проводят много времени, обсуждая, что такое верховенство закона. Определение, которое использует ООН, довольно громоздкое:

Термин верховенство закона относится к принципу управления, в соответствии с которым все лица, учреждения и организации, государственные и частные, включая само государство, подотчетны законам, которые публикуются публично. в равной степени исполняются и рассматриваются независимо и соответствуют международным нормам и стандартам в области прав человека. Это также требует мер по обеспечению соблюдения принципов верховенства закона, равенства перед законом, подотчетности перед законом, справедливости в применении закона, разделения властей, участия в принятии решений, правовой определенности, уклонения от ответственности. произвола и процессуальной и правовой прозрачности.

Возможно, легче понять, что такое верховенство закона , а не .

За последние недели мы увидели три ярких примера, иллюстрирующих политизацию закона.

В Испании 17 января судья Бальтасар Гарсон, который расширил границы правосудия за границей, преследуя военных преступников, таких как бывший чилийский диктатор Аугусто Пиночет и члены бывшей военной хунты в Аргентине, предстал перед судом за то же самое. дом. Среди прочего, Гарсон обвиняется в злоупотреблении властью при возбуждении дела о гибели более 100000 человек при режиме Франко.Не нужно быть экспертом в испанском праве, чтобы опасаться наказания судьи за то, что он продемонстрировал в Испании ту самую независимость, которая принесла ему похвалу в других странах.

На той же неделе суд в Стамбуле оправдал большинство из 19 обвиняемых в причастности к убийству в 2007 году Гранта Динка, редактора турецко-армянской газеты, который вызвал возмущение в Турции, назвав «геноцидом» массовые убийства в 1915 году 1,5 миллиона человек. Армяне у турок-османов. Перед смертью Динк неоднократно подвергался судебному преследованию за выражение своего мнения по вопросам, которые считались спорными.В 2005 году он был приговорен к шести месяцам лишения свободы условно за «очернение турецкости» в письменной форме о личности турецких граждан армянского происхождения. В 2010 году Европейский суд по правам человека постановил, что турецкие власти не воспользовались информацией, которая могла бы предотвратить убийство Динка, и расследовать роль государственных чиновников в его смерти. Хотя последние приговоры могут быть пересмотрены в порядке апелляции, неспособность обеспечить правосудие для убийц Динка является тревожным сигналом о приверженности Турции равной защите закона как для сторонников правительства, так и для диссидентов.

Наконец, буквально на этой неделе министерство юстиции США предъявило обвинение Джону Кириаку, бывшему сотруднику ЦРУ, в раскрытии журналистам секретной информации о задержании, допросе и пытках в 2002 году подозреваемого в членстве в «Аль-Каиде». Это шестое уголовное преследование — больше, чем все предыдущие президенты со времен Второй мировой войны — при президенте Обаме против нынешних или бывших правительственных чиновников, обвиняемых в предоставлении секретной информации средствам массовой информации. Правозащитники выразили обеспокоенность тем, что эти систематические усилия по наказанию разоблачителей могут заставить замолчать других, у кого есть информация о злоупотреблениях, в том числе совершенных во время войны администрации Буша с терроризмом.Некоторые предполагают, что дело именно в этом — воспрепятствовать привлечению к уголовной ответственности.

Каждый из этих примеров подчеркивает опасность того, что даже в демократических странах с хорошо развитыми институтами политические мотивы могут повлиять на судебный процесс таким образом, что это подорвет беспристрастность и беспристрастность. Хотя может показаться, что незаконное присвоение уголовного закона дает краткосрочные выгоды для политических субъектов, в конечном итоге оно подрывает легитимность правительства.

Взятые вместе, эти случаи ясно показывают, что одним из основных компонентов верховенства закона является разделение закона и политики.Чтобы придать смысл этому принципу, государства могут взять на себя обязательство на саммите ООН по вопросам верховенства права в сентябре: государственные чиновники.

Во-вторых, воздержитесь от использования уголовного процесса для наказания кого-либо за политическое выражение или нарушение принципа судебной независимости. Соответственно, не преследовать судей за проведение хорошо обоснованных расследований политически чувствительных преступлений.

В-третьих, обеспечить эффективную правовую защиту государственных информаторов, раскрывающих информацию, представляющую общественный интерес, средствам массовой информации или общественности.

Простое повторение таких принципов здравого смысла на публичном форуме, на котором присутствуют высокопоставленные лица со всего мира, подчеркнет их важность. Еще лучше, государства могут даже согласиться на процесс, в соответствии с которым в течение следующих нескольких лет они сформулируют конкретные «растянутые» обязательства для каждого с прозрачным мониторингом прогресса.Это может сделать Сегмент высокого уровня в сентябре этого года достойным внимания.

Это вторая из серии, в которой автор периодически рассматривает проблемы, стоящие перед встречей Организации Объединенных Наций в этом году по вопросу о верховенстве права.

Международное право | Wex | Закон США

Обзор

Международное право состоит из правил и принципов, регулирующих отношения и отношения наций друг с другом, а также отношения между государствами и отдельными лицами и отношения между международными организациями.

Международное публичное право касается только вопросов прав между несколькими нациями или нациями и гражданами или подданными других наций. Напротив, международное частное право касается споров между частными лицами. Эти разногласия возникают из-за ситуаций, которые имеют важное значение для многих стран. В последние годы граница между публичным и международным частным правом становится все более неопределенной. Вопросы международного частного права могут также затрагивать вопросы международного публичного права, и многие вопросы международного частного права имеют существенное международное значение.

Области международного права

Международное право включает основные классические концепции права в национальных правовых системах (т.е. статуты, право собственности, деликтное право и т. Д.). Он также включает материальное право, процессуальное право, надлежащую правовую процедуру и средства правовой защиты. Ниже перечислены основные основные области международного права:

Источники международного права

Обычное право и конвенционное право являются основными источниками международного права.

Обычное международное право возникает, когда государства в целом и последовательно следуют определенной практике из чувства юридического обязательства.Недавно обычное право было кодифицировано в Венской конвенции о праве международных договоров. Обычное международное право происходит из международных конвенций и может принимать любую форму, о которой договариваются стороны. Однако эти договаривающиеся стороны не могут нарушать нормы международного права.

Подобно договорному праву в Соединенных Штатах, международные соглашения создают право для сторон соглашения. Обычное право и законы, принятые на основе международных соглашений (например, принятых Организацией Объединенных Наций), имеют равную силу с международным правом.Частные или публичные стороны могут назначить более высокий приоритет одному из источников по договоренности.

Общие принципы, общие для систем национального права, могут быть вторичным источником международного права. Бывают ситуации, когда неприменимо ни обычное, ни обычное международное право. В этих случаях можно ссылаться на общий принцип как на норму международного права.

Субъекты международного права

Традиционно отдельные страны были основными субъектами международного права.Все чаще отдельные лица и негосударственные международные организации также становятся объектом международного регулирования.

Соединенные Штаты и международное право

Соединенные Штаты обычно уважают законы других стран, если иное не предусмотрено законом или договором. Международное право обычно является частью законодательства США только для применения его принципов в вопросах международных прав и обязанностей. Однако международное право не запрещает Соединенным Штатам или любой другой стране принимать законы, регулирующие свою территорию.Штат Соединенных Штатов не является «штатом» по международному праву, поскольку Конституция не наделяет 50 штатов правом вести свои собственные международные отношения.

Значение и цели закона

Результаты обучения

  • Определить закон
  • Разъяснить цели закона
  • Объясните «верховенство закона»

Закон

Закон был определен как «свод правил действий или поведения, предписанных контролирующим органом и имеющих обязательную юридическую силу.То, что должны соблюдаться и следовать гражданам, подвергшимся санкциям или юридическим последствиям, является законом ».

Хотя правовая система и ее законы предназначены для защиты основных прав и свобод граждан США, они не всегда понятны рядовому гражданину. В какой момент мы пересекаем эту тонкую грань между законным и незаконным и на каком основании вообще проводится эта граница? Большинство людей понимают (и принимают) законы, запрещающие акты убийства, воровства, причинения физического вреда и финансовых злоупотреблений, но есть множество других законов, которые могут заставить нас задуматься.Например, в Миннесоте любая игра, в которой участники пытаются поймать смазанную маслом или смазанную маслом свинью, является незаконной. Те же законы запрещают схватку с индейкой. Не пытайтесь заменить хорька охотничьей собакой в ​​Западной Вирджинии. Любой, кто охотится, ловит, берет, убивает, травмирует или преследует дикое животное или птицу с хорьком, будет наказан штрафом в размере не менее 100 долларов (но не более 500 долларов) и не менее 10 (но не более 100) дней в тюрьме. Хотя вы, возможно, никогда не думали об участии в схватке с индейками или охоте с хорьком, велики шансы, что вы когда-нибудь нарушили какой-то закон — возможно, даже в последние двадцать четыре часа.Вы превысили ограничение скорости во время вождения? Прокатиться через знак остановки на пустом перекрестке во время езды на велосипеде? Подъехать к мини-маркету без ремня безопасности? Хотя маловероятно, что вас привлекут к ответственности и посадят в тюрьму за эти мелкие нарушения правил дорожного движения, факт остается фактом: вы нарушили закон. Почему у нас так много законов? Давайте внимательнее посмотрим на роль закона в обществе и на то, почему законы вообще создаются.

Цели закона

В таком обществе, как Соединенные Штаты, закон влияет на повседневную жизнь самыми разными способами и находит отражение во многих отраслях права.Например, договорное право регулирует соглашения об обмене товаров, услуг или чего-либо еще, имеющего ценность, поэтому оно включает в себя все, от покупки билета на автобус до торговли опционами на деривативном рынке. Закон о собственности определяет права и обязанности людей в отношении материального имущества, включая недвижимость (т. Е. недвижимое имущество , такое как земля или здания) и другое их имущество (т. Е. личное имущество , такое как одежда, книги, автомобили и т. Д. и т.д.), а также нематериальное имущество, такое как банковские счета и акции.Закон о деликтных правонарушениях предусматривает компенсацию, если кому-либо или его собственности причинен вред, будь то в результате автомобильной аварии или клеветы в отношении личности. Это области гражданского права, которые рассматривают споры между физическими лицами. Преступления против самого федерального, государственного или местного сообщества являются предметом уголовного закона, который предусматривает наказание правонарушителя правительством.

Закон служит многим целям. Четыре основных из них — это установление стандартов, поддержание порядка, разрешение споров и защита прав и свобод.

Установление стандартов

Закон — это ориентир минимально приемлемого поведения в обществе. Некоторые виды деятельности, например, являются преступлениями, потому что общество (через законодательный орган) определило, что оно не потерпит определенных действий, которые причиняют вред людям или их имуществу. Например, согласно обычному закону штата, причинение телесных повреждений другому человеку без оправдания считается преступлением — как правило, это преступление в виде нападения.

Порядок обслуживания

Это ответвление установления стандартов.Некоторое подобие порядка необходимо в гражданском обществе и поэтому отражено в законе. Закон — когда он соблюдается — обеспечивает порядок, соответствующий принципам общества. Например, законы об управлении дикой природой (такие как запрет Западной Вирджинии на использование хорьков для охоты) были впервые приняты в попытке сохранить дичь, на которую в XIX веке почти исчезла дичь. Такие законы отражают то значение, которое общество придает защите дикой природы для будущих поколений.

Разрешение споров

Споры неизбежны в обществе, состоящем из людей с разными потребностями, желаниями, ценностями и взглядами.Закон предоставляет формальные средства разрешения споров — судебную систему.

Защита свобод и прав

Конституции и статуты Соединенных Штатов и их штатов предусматривают различные свободы и права. Одна из функций закона — защищать эти различные свободы и права от нарушений или необоснованного вторжения со стороны лиц, организаций или правительства. Например, за некоторыми исключениями Первая поправка к Конституции запрещает правительству принимать закон, запрещающий свободу слова.Тот, кто считает, что его право на свободу слова было запрещено правительством, может воспользоваться средством правовой защиты, возбудив дело в суде.

Верховенство закона

Что такое верховенство закона? Разве законы и правила не одно и то же? Вы можете думать о верховенстве закона как о правилах , , , которые регулируют закон , . Верховенство закона — это правовой принцип, согласно которому закон должен управлять нацией, а не подчиняться произвольным решениям отдельных правительственных чиновников.Это в первую очередь относится к влиянию и авторитету закона в обществе, особенно как к ограничению поведения, включая поведение государственных чиновников. Эта фраза восходит к Британии шестнадцатого века, а в следующем столетии шотландский теолог Сэмюэл Резерфорд использовал эту фразу в своем аргументе против божественного права королей. Эта концепция, если не фраза, была знакома древним философам, таким как Аристотель, который писал: «Закон должен управлять».

Верховенство закона подразумевает, что каждый гражданин подчиняется закону, включая самих законодателей.В этом смысле верховенство закона противопоставляется автократии, диктатуре или олигархии, в которых правители стоят выше закона. Отсутствие верховенства закона может быть обнаружено как в демократиях, так и в диктатурах, например, из-за пренебрежения или незнания закона, и верховенство закона более склонно ухудшаться, если у правительства недостаточно корректирующих механизмов для его восстановления. Если вы когда-нибудь читали Приключения Алисы в стране чудес (или видели фильм), и вы могли вспомнить, как Королева Червей кричала: «Отрубить им головы!» при малейшем проступке или проступке вы имеете некоторое представление о том, каково было бы жить в обществе, которое не управляется верховенством закона.

Система верховенства закона в Соединенных Штатах установлена ​​в Конституции США . Сама Конституция США стала законом страны более двухсот лет назад, и принципы, изложенные в документе, остаются в полной силе и сегодня. Однако способ применения Конституции всегда был предметом судебного толкования. По мере того, как обстоятельства и общественное мнение меняются с годами, меняются и интерпретации, предлагаемые судами. Время от времени возникает даже необходимость вносить поправки в Конституцию, чтобы идти в ногу с изменениями в убеждениях и ценностях страны.

Истоки права

Установление системы законов не было изобретено отцами-основателями Соединенных Штатов. Идея писанных законов восходит к древней месопотамской культуре, которая процветала задолго до того, как была написана Библия или расцвела цивилизация греков или римлян. Фактически, самое древнее известное свидетельство кодекса законов — это таблички из древнего города Эбла (Телль Мардих в современной Сирии). Они датируются примерно 2400 годом до нашей эры. Однако большинство ученых считают Кодекс Хаммурапи источником писаных законов и формальной правовой системы.Если вы не слышали о Хаммурапи, вы наверняка слышали один из его законов: «Око за око и зуб за зуб». Кодекс Хаммурапи, собрание из 282 законов, начертанных на вертикальном каменном столбе, содержит множество фундаментальных правовых концепций, которые мы узнали бы в сегодняшней правовой системе. Фактически, доводы Хаммурапи в пользу создания этого кодекса не так уж и далеко отстоят от обоснования нашей нынешней правовой системы. В своем предисловии Хаммурапи пишет, что он устанавливает эти законы «для установления господства праведности в земле, чтобы уничтожить нечестивых и злодеев; чтобы сильные не причиняли вреда слабым.”

Проверьте свое понимание

Ответьте на вопросы ниже, чтобы увидеть, насколько хорошо вы понимаете темы, затронутые выше. В этой короткой викторине , а не засчитываются в вашу оценку в классе, и вы можете пересдавать ее неограниченное количество раз.

Используйте этот тест, чтобы проверить свое понимание и решить, следует ли (1) изучить предыдущий раздел дальше или (2) перейти к следующему разделу.

Общие принципы, имеющие отношение к международному праву

Став участниками договора о правах человека, государства должны соблюдать закрепленные в нем обязательства.Более того, при применении договоров о правах человека важно учитывать наличие общих принципов, которые включены в международное право прав человека и которыми руководствуются при их применении.

Уместно попытаться определить общий принцип, отделив его от права человека. В 1986 г. Комиссия ООН по правам человека представила определение (Резолюция 41/120, декабрь 1986 г.), в котором говорится, что право человека должно:

a) Соответствовать существующим нормам международного права в области прав человека;

б) иметь фундаментальный характер и проистекать из достоинства и ценности, присущих человеческой личности;

c) быть достаточно точным, чтобы возникли идентифицируемые и практически осуществимые права и обязанности;

d) Обеспечить, где необходимо, реалистичный и эффективный механизм реализации, включая системы отчетности; и

e) Привлечь широкую международную поддержку.

Общие принципы не являются правами человека, но есть определенная степень совпадения, поскольку некоторые общие принципы, такие как принцип недискриминации и non bis in idem, постепенно превратились в основные права человека, будучи достаточно точными и удовлетворяющими условиям, описанным выше.

Не существует единого мнения по общим принципам, но предлагается, чтобы для квалификации как таковой принцип должен был быть:

a) Общепринято во всех странах или в определенной юрисдикции;

b) отличаться от прав человека в том смысле, что они недостаточно точны, чтобы привести к юридически идентифицируемым и практически осуществимым правам и обязанностям;

c) Считается либо ограничивающим свободу усмотрения государства, либо руководящим им при изучении или оценке прав человека (прав) человека; и

d) имеет отношение к индивидуальному осуществлению прав человека.

Общие принципы образуют как таковой субстрат права, который помогает в толковании права прав человека и международного права в целом. С одной стороны, эти принципы служат руководством для судей при рассмотрении индивидуальных дел; с другой — ограничивают дискреционные полномочия судей и исполнительной власти при решении отдельных дел. Таким образом, общие принципы играют важную роль в применении прав человека.

A. Верховенство закона

Верховенство закона — краеугольный камень концепции прав человека и демократии.Однако на международном уровне нет единого мнения о его значении. Различные традиции в англосаксонском мире (верховенство закона) и в континентальной Европе ( lEtat de droit, Rechtsstaat, Stato deldiritto ) придают этому термину несколько разные толкования. В официальных документах это понятие не всегда четко определено. Однако существует прочный консенсус в отношении верховенства закона как основополагающего принципа.

Верховенство закона подразумевает, что права должны охраняться законом, независимо от воли правителя.Права и свободы личности должны быть защищены от любых проявлений произвола со стороны государственных властей. Принцип верховенства права содержится в преамбуле к Уставу Организации Объединенных Наций, в которой указывается его цель:

[Чтобы] спасти грядущие поколения от бедствий войны и подтвердить веру в основные права человека [?] В равные права мужчин и женщин, больших и малых наций, а также создать условия, при которых справедливость и уважение для обязательств, вытекающих из международного права, может сохраняться .

Международная комиссия юристов предложила следующее определение: верховенство закона — это больше, чем формальное использование правовых инструментов, это также верховенство справедливости и защиты всех членов общества от чрезмерной власти правительства. Короче говоря, верховенство закона означает, что закон обуславливает осуществление правительством власти власти и что подданные или граждане не должны подвергаться произвольной воле своих лидеров.

1. ИСТОРИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ

Поскольку верховенство закона — это старая концепция, мы должны вернуться к его истокам в средневековой Англии, чтобы понять его развитие.После победы над последним англосаксонским королем Гарольдом II (1066 г.) Вильгельм Завоеватель установил центральную администрацию. Для политических институтов в Англии того времени были характерны два фактора: неоспоримое верховенство центрального правительства по всей стране и верховенство закона. Верховенство центрального правительства воплощалось во власти короля. Он был источником всего законодательства, в то время как отправление правосудия и юрисдикция были его привилегиями.Однако это не означало, что король стоял выше закона; согласно широко распространенному мнению в Англии — и других странах — в средние века миром управляли правила, вытекающие либо из того, что считалось божественным правом, либо из того, что обычно считалось правильным. Таким образом, король подчинялся закону, потому что именно закон впервые сделал его королем (quia lex facit regem). Это то, что изначально подразумевалось под верховенством закона.

Частично из-за чувства среди англичан, что существует какой-то высший закон и раннего развития парламента, а частично из-за усилий знати защитить свои древние права от короля, попытки установить абсолютную власть потерпели неудачу.Суды общего права и парламент, которые становились все более могущественными, не только сохранили существующий порядок правосудия, но и сумели придать ему смысл. Это отразило изменения, происходящие в обществе и системах ценностей людей. Это развитие ознаменовало начало верховенства закона, которое можно было согласовать с доктриной парламентского верховенства (возникшей в семнадцатом веке в споре с короной).

Аналогичное развитие произошло на европейском континенте, где со времен Франкского королевства (около 500 г.D.) были разработаны принципы lEtat de Droit (Rechtsstaat на немецком языке). Принцип подразумевал, что правительство могло принять закон или обязательное постановление только на основе того, что считается правильным и справедливым. По сути, принцип подразумевает, что стандарты и действия правительства должны быть направлены на обеспечение справедливости. Этот принцип требовал не только законодательства, основанного на максимально возможном балансе интересов, но также признания свобод и существования независимой судебной системы, способной контролировать правительственные полномочия.

2. ДИНАМИЧЕСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ

Смысл верховенства закона с момента его возникновения в раннем средневековье претерпел изменения, которые происходят примерно параллельно с эволюцией взглядов на роль и цели национального правительства. Это динамичная концепция не только в этом отношении. Верховенство закона означает не абстрактный, неизменный набор недвусмысленных правил, а скорее набор принципов, которые должны применяться и развиваться в каждом конкретном случае. Таким образом, верховенство закона следует рассматривать как совокупность правовых стандартов, которыми обязаны придерживаться правительства и подданные.Точное содержание этих стандартов определяется несколькими факторами, включая общественное мнение, политическое сознание и преобладающее чувство справедливости.

Тот факт, что верховенство закона постоянно меняется, не означает, что руководящие принципы не могут быть взяты из него. Напротив, до некоторой степени возможно определить правила и принципы, вытекающие из верховенства закона в определенный момент времени. По сути, некоторые принципы с самого начала были частью верховенства закона.Это принципы универсального характера, которые не поддаются изменениям. Вот некоторые важные из них, которые со временем превратились в материальные права:

  • Никто не может быть наказан, за исключением явного нарушения существующего закона, установленного обычным законом в обычных судах страны (nullum crimen, nulla poena sine praevia lege). Этот принцип закреплен в конституциях нескольких стран и ряде международных договоров.См., Например, статью 7 (1) ЕКПЧ и статьи 22 и 23 Римского статута Международного уголовного суда.

  • Все лица невиновны, пока не будет доказано иное (презумпция невиновности). Этот принцип уже включен в статью 9 Декларации прав человека и гражданина, а также в несколько инструментов по правам человека, таких как статья 6 (1) ЕКПЧ.

  • Все люди должны иметь равные права в одних и тех же судах.Это равенство не является абсолютным, поскольку некоторые профессиональные группы, такие как военные, юристы и государственные служащие, иногда оцениваются специальными судами по их профессиональному качеству. Эта практика не противоречит верховенству закона; внутри этих групп в полной мере применяется равенство перед законом.

Вообще говоря, взгляд на верховенство закона постепенно сместился с источника прав личности на средство защиты от чрезмерной государственной власти.Другие правила и принципы, вытекающие из верховенства закона:

  • Никакой произвольной власти. Этот принцип включает разделение властей. Это касается не только отношений между законодательной, исполнительной и судебной властями. Поскольку государство регулирует национальную жизнь разными способами, дискреционные полномочия неизбежны. Тем не менее, это не означает чисто произвольную власть, то есть власть, осуществляемую агентами, не ответственными ни перед кем и неподконтрольными. Необходимо контролировать то, как власть и полномочия делегируются нижестоящим государственным учреждениям, а также то, как эти учреждения используют свою власть.Ясно, что делегирование карт-бланш идет вразрез с верховенством закона.

  • Независимость судебной власти. Независимость судебной власти тесно связана с указанным выше принципом. Независимость судебной власти подразумевает контроль над законодательством и администрацией со стороны независимой судебной власти, а также независимость юристов. Основные права и свободы лучше всего могут быть гарантированы в обществе, где судебные органы и юристы пользуются свободой от вмешательства и давления и где каждый человек имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом.

Верховенство закона стало считаться признаком подлинно свободного общества. Хотя его точное значение различается от страны к стране и от эпохи к эпохе, оно всегда отождествляется со свободой личности. Верховенство закона направлено на поддержание тонкого баланса между противоположными понятиями свободы личности и общественного порядка. Каждое государство должно столкнуться с проблемой примирения прав человека с требованиями общественных интересов. Это может быть достигнуто только через независимые суды, которым поручено охранять баланс сил между гражданином и государством.

Самым могущественным субъектом в любом сообществе и, следовательно, самым большим потенциальным нарушителем прав человека является само государство через его органы государственной власти, своих должностных лиц и агентов. Любому демократическому обществу нужны законы для защиты прав и свобод людей, как они изложены в конституциях и договорах или закреплены в качестве общего закона. Должны быть законы, позволяющие физическим лицам получить средства правовой защиты от любого нарушения, и должна существовать правовая система, обеспечивающая применение этих средств правовой защиты, особенно в отношении самого государства.

В последние годы были разработаны новые стандарты для усиления роли верховенства закона в дополнение к стандартам, уже включенным в международные конвенции (например, статья 14 МПГПП и статья 6 (1) ЕКПЧ). Международная комиссия юристов сыграла значительную роль в продвижении этих стандартов. В рамках ООН к важным стандартам относятся Основные принципы независимости судебной власти ООН; Процедуры эффективного осуществления Основных принципов независимости судебной власти; и Основные принципы ООН, касающиеся роли юристов.

В рамках ОБСЕ важным документом о верховенстве права является документ Копенгагенской встречи Конференции по человеческому измерению СБСЕ (1990 г.). В этом документе указывается, что государства полны решимости поддерживать и продвигать те принципы, которые формируют верховенство закона, и что верховенство закона означает не просто формальную законность [?], Но справедливость, основанную на признании признания высшей ценности права. человеческую личность и подтверждают, что демократия является неотъемлемым элементом верховенства закона.

B. Принцип равенства и недискриминации при осуществлении прав человека

Принцип недискриминации имеет первостепенное значение в международном праве. Различные формулировки запрета дискриминации содержатся, например, в Уставе ООН (статьи 1 (3), 13 (1) (b), 55 (c) и 76), Всеобщей декларации прав человека (статьи 2 и 7). ), МПГПП (статьи 2 (1) и 26) и КПР (статья 2). Некоторые инструменты прямо направлены на устранение конкретных запрещенных оснований для дискриминации, таких как Международная конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации (CERD) и Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин (CEDAW).Другие инструменты направлены на решение запрета дискриминации при осуществлении одного или нескольких прав, например, МОТ 111, в котором говорится о дискриминации при осуществлении права на труд (труд и занятия), и Конвенция ЮНЕСКО о борьбе с дискриминацией в области образования.

Определение дискриминации включено в статью 1 (1) CERD, статью 1 CEDAW, статью 1 (1) ILO 111, статью 1 CRPD и статью 1 (1) Конвенции о борьбе с дискриминацией в области образования. Из этих различных определений можно сделать вывод, что под дискриминацией понимается любое различие, исключение или предпочтение, будь то в законе, в административной практике или в практических отношениях между людьми или группами лиц по признаку расы, инвалидности, цвета кожи. , пол, религия, политические взгляды, национальность или социальное происхождение, которые сводят на нет или ограничивают равное осуществление любых прав человека.Другими основаниями запрещенной дискриминации, которые признаются все в большей степени, являются возраст, сексуальная ориентация и гендерная идентичность. В целом, договоры о правах человека требуют, чтобы государства уважали права человека и обеспечивали всем лицам, находящимся на их территории и под их юрисдикцией, гарантированные права без каких-либо различий. Следует отметить, что в исключительных обстоятельствах государство может отступить от некоторых положений о правах человека; однако такие меры никогда не могут быть дискриминационными.

В международном праве прав человека четко установлено, что не все различия в обращении представляют собой дискриминацию. Это резюмируется аксиомой: с равными следует обращаться одинаково, а с разными — по-разному (пропорционально неравенству). Как указал Комитет по правам человека, пользование правами и свободами на равной основе [?] Не означает одинакового обращения во всех случаях. Следовательно, могут быть ситуации, в которых оправдано различное лечение.Хотя не все различия в обращении носят дискриминационный характер, международное право установило критерии для определения того, когда различие равносильно дискриминации. Короче говоря, различие совместимо с принципом равенства, когда оно имеет объективное и разумное обоснование, преследует законную цель и существует разумное соотношение соразмерности между применяемыми средствами и преследуемой целью. Эти требования были подчеркнуты некоторыми из основных органов по надзору за соблюдением прав человека.Например, по словам Комитета по правам человека:

Не всякая дифференциация обращения будет представлять собой дискриминацию, если критерии такой дифференциации разумны и объективны и если целью является достижение цели, которая является законной в соответствии с Пактом. (Замечание общего порядка 18).

Как заявил Европейский суд по правам человека:

Согласно установленной судебной практике, различие является дискриминационным, если оно не имеет объективного и разумного оправдания, то есть если оно не преследует законную цель или если не существует разумного соотношения соразмерности между использованными средствами и цель, которую стремились реализовать (Marckx v.Бельгия).

В том же духе Межамериканский суд по правам человека постановил, что:

Соответственно, никакой дискриминации не существует, если различие в обращении преследует законную цель и не ведет к ситуациям, противоречащим справедливости, разуму или природе вещей. Отсюда следует, что не будет дискриминации в различиях в обращении с людьми со стороны государства, если выбранные классификации основаны на существенных фактических различиях и существует разумная взаимосвязь соразмерности между этими различиями и целями рассматриваемой правовой нормы.Эти цели не могут быть несправедливыми или необоснованными, то есть они не могут быть произвольными, капризными, деспотическими или противоречащими сущностному единству и достоинству человечества (Консультативное заключение № 4, Предлагаемые поправки к положениям о натурализации Конституции Коста Rica, OC-4/84 от 19 января 1984 г., п.57).

Таким образом, различия в обращении (различие, исключение, ограничение или предпочтение), которые соответствуют указанным выше критериям, не являются дискриминационными и не нарушают принцип равенства и недискриминации.Кроме того, определенные преференциальные режимы, такие как особый режим, направленный на защиту беременных женщин или инвалидов, не считаются дискриминацией, поскольку целью преференциального режима является устранение неотъемлемого неравенства. Аналогичным образом, позитивные действия, определяемые как меры, необходимые для уменьшения или устранения условий, которые вызывают или помогают увековечить дискриминацию, направленную на благо исторически обездоленных групп в обществе, не должны рассматриваться как дискриминация

1.ПРЯМАЯ И КОСВЕННАЯ ДИСКРИМИНАЦИЯ

Любая дискриминация с целью или следствием аннулирования или ущемления равного пользования или осуществления прав запрещена положениями о недискриминации. Другими словами, принцип недискриминации запрещает прямые и косвенные формы дискриминации.

Понятие косвенной дискриминации относится к явно нейтральному закону, практике или критерию, которые применялись в равной степени ко всем, но в результате отдается предпочтение одной группе по сравнению с группой, находящейся в более неблагоприятном положении.При определении наличия косвенной дискриминации не имеет значения, было ли намерение провести дискриминацию по любому из запрещенных оснований. Скорее, это последствия или последствия закона или действия, которые определяют, является ли он дискриминационным или нет.

2. УЯЗВИМЫЕ ГРУППЫ И НЕДИСКРИМИНАЦИЯ

Принцип недискриминации требует, чтобы особое внимание уделялось уязвимым группам и отдельным лицам из таких групп. Фактически, жертвами дискриминации, как правило, становятся самые обездоленные группы общества, такие как женщины, меньшинства, коренные народы, беженцы и инвалиды.Государствам следует выявлять лиц или группы лиц, которые являются наиболее уязвимыми и находящимися в невыгодном положении с точки зрения полного осуществления всех прав человека, и принимать меры для предотвращения любых неблагоприятных воздействий на них. (Для анализа уязвимых групп см. Часть IV).

3. ПОДТВЕРЖДАЮЩИЕ ДЕЙСТВИЯ ИЛИ ЗАЩИТНЫЕ МЕРЫ ДЛЯ НАИБОЛЕЕ УЯЗВИМЫХ ГРУПП

В некоторых обстоятельствах принцип недискриминации требует, чтобы государства предпринимали позитивные действия или защитные меры для предотвращения или компенсации структурных недостатков.Эти меры предполагают особые преференции, которые не следует рассматривать как дискриминационные, поскольку они направлены на устранение структурных недостатков или защиту особо уязвимых групп, или на поощрение равного участия.

В своих Замечаниях общего порядка Комитет по правам человека часто ссылается на необходимые позитивные действия и принял определение в Замечании общего порядка 18, п. 10, который гласит:

Комитет также хотел бы указать, что принцип равенства иногда требует, чтобы государства-участники предпринимали позитивные действия для уменьшения или устранения условий, которые вызывают или способствуют сохранению дискриминации, запрещенной Пактом.Например, в государстве, где общие условия жизни определенной части населения препятствуют или затрудняют осуществление ими прав человека, государство должно предпринять конкретные действия для исправления этих условий. Такие действия могут включать предоставление на какое-то время определенной части населения определенных преференций в определенных вопросах по сравнению с остальным населением. Однако до тех пор, пока такие действия необходимы для устранения дискриминации на самом деле, это является случаем законной дифференциации согласно Пакту.

Позитивные действия направлены на устранение препятствий на пути улучшения положения уязвимых групп. Важно подчеркнуть, что позитивные действия носят временный характер; он не должен продолжаться после того, как его цели были достигнуты.

4. ОБРАЗОВАНИЕ ДЛЯ БОРЬБЫ С ДИСКРИМИНАЦИЕЙ

Образование играет ключевую роль в борьбе с дискриминацией. Образовательные кампании имеют ключевое значение для борьбы со стереотипами и поощрения толерантности. Поскольку обездоленные группы часто игнорируют закон и опасаются мести или запугивания, просвещение и осведомленность о своих правах и механизмах возмещения ущерба укрепляют их защиту.

В ПОДДЕРЖКУ ПОДДЕРЖИВАЮЩИХ ДЕЙСТВИЙ

Механизм позитивных действий является жизненно важным инструментом в рамках права прав человека в решении некоторых исторических проблем, лежащих в основе неравенства в современных обществах. Принцип можно понимать как механизм лифта, предназначенный для подъема определенного сегмента населения, который находится на нулевом уровне (с точки зрения количественных показателей, таких как доступ к услугам, занятость в частном и государственном секторе, участие в политической жизни, уровень образования. и доступ к образованию и другим гражданским, политическим, экономическим, социальным и культурным правам) до уровня, которым пользуется остальное население (уровень один).Причины этой разницы между целевой группой и остальной частью населения, то есть разрыв, часто являются результатом постоянной исторической дискриминации. Однако вместо того, чтобы пересматривать историю, что нежелательно, механизм лифта соглашается с необходимостью сосредоточить внимание на конкретных мерах, направленных на смягчение последствий

.

Особый недостаток, с которым сталкивается определенная группа. Однако принципиально важно то, что этот механизм может быть эффективным только в том случае, если он поднимает население до уровня один, а не до уровня выше, чем остальная часть населения, поскольку тогда он будет несправедливо дискриминировать эту часть населения.

Концепция позитивных действий была определена как согласованный пакет мер временного характера, специально направленных на исправление положения членов целевой группы в одном или нескольких аспектах их социальной жизни с целью достижения реального равенства (Босайт, документ ООН E / CN.4 / Sub.2 / 2001/15).

При определении того, когда конкретный сегмент населения имеет право на пакет специальных мер, важно сделать упор на эмпирические основания.Проверка утверждения о позитивных действиях должна определяться как минимум двумя факторами: i) наличие поддающегося определению и стойкого статуса неравенства; и ii) эффективная формулировка законного права на особые меры представителями — хотя последний аргумент подчиняется первому. Кроме того, группы или отдельные лица, принадлежащие к таким группам, которые решили ассимилироваться, должны иметь возможность отказа от этого права.

Конечно, есть множество других вопросов, которые имеют отношение к определению позитивных действий, включая тот факт, что такие меры часто создают новые уязвимые группы.Кроме того, бенефициары таких действий часто выражают мнение, что восприятие использования специальных мер часто принижает их собственные достижения. Вместо этого в общественном восприятии они сводятся к тому, чтобы быть не более чем символическими бенефициарами политики, а не грантами на достойной основе.

Обоснование специальных мер, однако, перевешивает эти соображения. Прежде всего, это остается явно несовершенной правовой гарантией, с помощью которой стремятся уравновесить исторические властные отношения внутри системы.Во-вторых, такие меры направлены на устранение социальной и структурной дискриминации. Таким образом, не обязательно устраняя существующие предрассудки, они стремятся создать механизмы борьбы со структурным и институциональным дисбалансом. В-третьих, он пытается создать разнообразие или пропорциональное групповое представительство, поощряя новые стремления и ожидания внутри групп с целью более полного участия во всех аспектах общественной жизни.

Четвертый аргумент в пользу позитивных действий — это аргумент социальной полезности, подчеркивающий, что общество в целом лучше, если все его компоненты участвуют в процессах, которые на них влияют.С этим связана идея о том, что уровень взаимодействия между различными группами в обществе может унять потенциальные социальные волнения в будущем за счет использования иных средств, кроме насилия, для обсуждения жалоб. Наконец, если общественные дела государства будут более инклюзивными, возрастет вероятность того, что в нем разовьется плюралистический подход, который позволит достичь большей гармонии и равенства между группами.

Джошуа Кастеллино

Дворкин и принцип единого закона: плюралистическая критика

1 Более четверти века Рональд Дворкин твердо придерживался утверждение о том, что существует единственный правильный ответ для каждого трудного случая [1].Этот несмотря на многочисленные возражения и критику [2], и несмотря на что он признает, что плюралистические современные конституционные демократии обычно испытывают самые разные разногласия по поводу мораль и политика [3]. Заключение Дворкина кажется тем более нелогично, учитывая, что он не считает юридическое толкование просто механический или силлогистический, но скорее как герменевтический и родственный литературному интерпретация [4].

2 Поначалу кажется несложным опровергнуть тезис об одном правильном ответе, как показано на рисунке. по следующему примеру.В плюралистической демократии с писаной конституцией, содержащей широко поэтапные права на свободу, равенство и неприкосновенность частной жизни, но без явной ссылки на аборт, конституционные судьи призваны решить, нарушает ли закон, устанавливающий уголовную ответственность за аборты, конституционные права женщин. Предположим далее, что полития глубоко разделена, некоторые будучи убеждены, что аборт равносилен убийству, в то время как другие считают право женщины на аборт как фундаментальный компонент ее конституционная свобода, право на неприкосновенность частной жизни и / или равенство; и что закон, запрещающий аборты, был принят при поддержке незначительного большинства в парламент.В этих обстоятельствах оба запрета на аборты (возможно, за исключением разрешения абортов, необходимых для сохранения жизни или здоровья матери) и расширение защиты решения женщины прервать ткацкий станок как одинаково правдоподобные ответы на конституционный вопрос, таким образом предполагая, что тезис Дворкина об одном правильном ответе является false по крайней мере для некоторых сложных случаев [5].

3 Однако в надлежащем контексте тезис Дворкина не соответствует действительности. легко уволить. Действительно, тезис Дворкина об одном правильном ответе следует оценивать в свете его систематических усилий по восстановлению основных черт сложные передовые правовые системы в целом и практики судебного разбирательства в таких системах, в частности.Более того, Дворкин реконструктивная попытка противопоставлена ​​определенным частным теориям права и судебное решение, в основном позитивизм, правовой реализм и его преемник критический теория права и подход к праву и экономике, отстаиваемый Ричардом Познер [6]; и основаны на особой политической философии, построенной на утверждение о том, что все люди имеют право на равную заботу и уважение [7] и что имеет сильное сходство с либерально-эгалитарной позицией Джона Ролза [8].Наконец, Дворкин не хочет ограничивать свою реконструкцию сферой абстрактного теоретизирования, но вместо этого стремится гармонизировать абстрактные принципы и конкретные практики и объединить их в единое целое. В частности, хотя он сравнивает юридическое толкование с литературным толкованием, он факторы различий между конституционным толкованием, законодательными толкование и толкование общего права, настаивая на том, что все они совместим с тезисом об одном правильном ответе [9].И это несмотря на то, что такое толкование закона может иногда допускать дедуктивную или дедуктивную даже силлогистический подход, тогда как интерпретация общего права требует индуктивный подход, который по крайней мере на первый взгляд чаще всего дает более чем один правдоподобный ответ [10].

4Позиционируя себя против определенных теорий права и принимая особая политическая философия и моральная позиция, Дворкин, делают его труднее опровергнуть его тезис об одном правильном ответе любому, кто разделяет его либеральные эгалитарные посылки.С другой стороны, обращаясь к герменевтики и попытками объяснить всю сложность правовой системы, основанной на общем праве, ограниченной писаной конституцией с силу закона, такую ​​как в Соединенных Штатах, Дворкин доказывает его тезис намного сложнее и труднодостижим. Дворкин без сомнения знает об этой проблеме, которую он пытался решить путем контрфактической реконструкции [11]. Действительно, Дворкин признает, что, учитывая сложности, связанные с попытками согласовать конституцию, законодательные акты и соответствующие норм, вытекающих из общего права, обычные судьи часто могут быть неспособны найти правильный ответ, и, таким образом, может быть сведен к выбору среди несколько других ответов, по которым разумные судьи могут не согласиться.Дворкин справедливо настаивает, однако, что это не означает, что нет правильного ответа, и чтобы доказать свою точку зрения обращается к эвристическому приему воображения сверхчеловеческий судья, которого он называет Геркулесом, способный понять все вопросы юридической интерпретации во всей их сложности и значениях [12]. Дворкин утверждает, что Геракл может придумать единственный правильный ответ на каждый тяжелый случай. И чтобы доказать это, Дворкин занимается титаническим задача собственной контрфактической реконструкции.Кульминация этого задача — переосмысление права как принципиальной единой системы регулирования в соответствии с моральным и политическим видением Дворкина — что вкратце, мы можем называть его «принципом единого закона».

5 Таким образом, диссертация Дворкина сводится к следующему: если судья Геракл контрафактно реконструирует законы в соответствии с принципом единого закона, тогда на каждый правовой вопрос, требующий ответа, есть один правильный ответ. судебное толкование. Ниже я постараюсь продемонстрировать, что даже если рассматривать тезис Дворкина в надлежащем контексте, он разделяет его убеждения относительно верховенства принципа равной заинтересованности и уважая каждого человека и принимая достоинства контрфактической реконструкции, человек должен отвергнуть его тезис на плюралистических основаниях.Другими словами, если плюрализм серьезно воспринимается как в его фактическом, так и в нормативном аспектах [13] тогда нужно отказаться как от принципа единого закона, так и от единственного правильного ответа. Тезис. Короче говоря, если, как утверждает Дворкин, закон нельзя отделить от морали или хорошо; и если существуют, как признает Дворкин, разные концепции блага в сложных плюралистических обществах, например, в различных Западные конституционные демократии; то в той мере, в какой интерпретация один и тот же закон в свете различных концепций блага (которые согласуются с принципом равной заботы и уважения) приводит к разным ответам в В некоторых сложных случаях не может быть единственно правильного ответа в таких случаях.

6 Чтобы более полно представить тезис Дворкина и аргументы плюрализма против него, Раздел II помещает теорию Дворкина в контекст, сравнивая ее с конкурирующими теориями и исследуя критическое различие, которое он проводит между принципом и политикой. В разделе III кратко обсуждается использование контрфактической реконструкции и оценивается ее роль в контексте теории Дворкина. теория интерпретации. В разделе IV дается критический анализ теории Дворкина. контрфактическая реконструкция сложной правовой системы в соответствии с принцип единого закона, уделяя особое внимание его различию между понятием и концепцией и его опоре на принцип целостности для гарантировать законность судебного толкования.Наконец, в разделе V описывается плюралистические последствия принципа равной заботы и уважения, и излагает плюралистические доводы против тезиса Дворкина.

7Дворкинская философия права и тезис об одном правильном ответе возникают в ответ к трем основным направлениям в современной юриспруденции: юридический позитивизм; правовой реализм, его последователи критические исследования права и постмодернизм; и право и экономика. Юридический позитивизм и правовой реализм и его потомство отвергает предположение, что существует единственный правильный ответ в сложной случаи.Закон и экономика, напротив, совместимы с единым правом. ответьте на тезис, но, по словам Дворкина, он отсутствует, потому что рушится принцип в политику [14].

8 В самом широком смысле, правовой позитивизм рассматривает право как отдельную замкнутую область, отделенную от морали и политики [15]. Последовательный при этом действительность закона зависит от его происхождения, и, таким образом, если парламентские законы удовлетворяют оперативным требованиям к родословной, судьи должны добросовестно применять такие законы при решении отдельных дел.Это не представляет проблемы до тех пор, пока законы можно дедуктивно применять в силлогистической форме, закон, выступающий в качестве основной предпосылки, факты как второстепенная предпосылка, и судебное решение как заключение. Но что, если закон непонятен или бессрочный? Позитивисты утверждают, что в таких случаях судьям предоставляется свобода усмотрения, что они имеют право действовать в качестве промежуточных законодателей, чтобы заполнить оставшиеся пробелы. открыты законно принятыми законодательными актами. Одним словом, для позитивистов ограниченное межстраничное дискреционное судебное законодательство может удовлетворить оперативное породное требование.

9 Например, если закон предусматривает, что «никакие транспортные средства, включая автомобили, мотоциклы или велосипеды разрешены в общественных парках «, и в случае необходимости решить, запрещает ли рассматриваемый закон использование моторизованных инвалидных колясок в общественных парках, тогда, с точки зрения позитивистов, судья в этом деле должен право определять, следует ли инвалидным коляскам с электроприводом быть включенным в число запрещенных транспортных средств. Для Дворкина же, напротив, нет такой свободы усмотрения, поскольку вовлеченный судья должен толковать закон в вопрос в соответствии с принципом равной заботы и уважения.В В данном случае этот принцип дает ответ, а именно, что для инвалида лицо, чтобы иметь возможность пользоваться общественным парком наравне с людьми, не имеющими инвалидности, он или она может нуждаться в моторизованном инвалидном кресле. Соответственно, судья должен толковать рассматриваемый закон как не запрещающий использование таких инвалидных колясок.

10 Приведенный выше пример не является сложным, но последний быть в принципе одинаково готовым к разрешению, ведущему к единственному правильному ответу, посредством применения соответствующих принципов.А в то время как в в некоторых сложных случаях обычные судьи не могут определить ответ, Геракл всегда сможет. Соответственно объективность и солидность правильного ответа в сложных случаях сродни правильному ответу на сложная математическая задача. В обоих случаях человеческие ограничения или ошибки не умаляют обоснованности единственного правильного ответа.

11 Оставив в стороне онтологические вопросы о соотношении закона и морали, тезис о правильном ответе Дворкина кажется выше позитивистского усмотрение при соблюдении определенных условий.Главный среди них являются: консенсус относительно или доказанная легитимность упомянутых принципов в процессе решения сложных дел; и, что применение соответствующего принципы на самом деле приводят к единственному правильному ответу, а не к множеству правильные ответы. Если первое из этих условий не выполняется, то обратитесь к задействованные принципы были бы просто произвольными. В качестве альтернативы, если второе условие не выполняется, то обращение к принципам не устранит необходимость на усмотрение судей.

12 Будет ли соблюдаться эти два условия в современных плюралистических конституционных демократиях, будет рассмотрено в разделах IV и V. ниже. А пока достаточно отметить, что если они и встретятся, то Дворкин Этот тезис превосходит тезис позитивистов либо потому, что он дает лучшее представление о том, что на самом деле делают судьи, либо о том, что им следует делать. Действительно, если судьи действительно используют то, что кажется их усмотрением, чтобы решить трудные дела в соответствии с моральными принципами, широко распространенными во всем государстве, тогда оценка Дворкина более точна, чем у позитивистов.Если на с другой стороны, судьи, полагая, что у них есть свобода усмотрения, решили, что случаев, противоречащих требованиям соответствующих моральных принципов, то их решения ошибочны, и теория Дворкина явно подходит лучше, чем теория позитивистов, чтобы указать, что судьи должны делать.

13 С точки зрения правового реализма и его порождений право по своей сути неопределенный, допускающий множество интерпретаций в том или ином конкретном дело, и делая каждое судебное решение в конечном итоге зависимым от чего-то постороннего по отношению к рассматриваемому правовому материалу.Таким образом, для критической теории права большинство правовых доктрин достаточно прозрачны и пронизаны исключениями позволяют судье решать дела в соответствии с его или ее политическими убеждениями, тем самым сводя закон к политике [16]. Например, договорное право состоит из ряда правил и исключений, оставляющих достаточно места для судей. истолковать взаимодействие между ними так, чтобы достичь желаемого с политической точки зрения результат [17].

14 Согласно постмодернистскому подходу, разработанному Стэнли Фишем, на с другой стороны, закон в конечном итоге сводится к риторике [18].Что судьи должны при таком подходе использовать материалы юридической аргументации для прийти к решению, которое кажется скорее юридическим, чем моральным или политическим, и это кажется совместимым с преобладающей доктриной, независимо от того, так ли это на самом деле или нет. Другими словами, то, что оправдывает судебное решение, — это убедительность его риторики без учета его фактического соответствия другим соответствующим решениям или его фактического соответствия другим соответствующим решениям или к его основной основе.Излишне говорить, что в соответствии с точкой зрения Фиша существует столько же «правильных» ответов на сложные случаи, сколько и риторических навыков. судей мог понять.

15 Ответ Дворкина на эти взгляды состоит в том, что закон не сводится к политике. или просто риторика, или даже если это иногда так, это не должно, и что это судьи могут убедиться, что это не так. В частности, претензия Дворкина против критической теории права сводится к утверждению, что закон не должен сводится к политике, и в этом нет необходимости, если судьи решают дела в соответствии с принципами, связанными с либеральным эгалитарным политическим философия.Опять же, как и в аргументах Дворкина против позитивистов, сила его аргументов против критических теоретиков права отчасти зависит от от того, может ли апелляция к соответствующим принципам привести обычных судей или Геркулеса к единственному правильному ответу. Это также частично зависит от обоснованности предположения Дворкина. различие между принципом и политикой, которое будет исследовано более полно ниже. В самом деле, для Дворкина закон принципиально отличается от политики. поскольку закон разворачивается в сфере принципов, тогда как политика действует в сфере политики.Таким образом, если различие между принципом и политикой не выполняется, то предписание Дворкина о том, что судьи решают дела в соответствии с либеральными эгалитарными принципами, составляет не более чем утверждают, что судьи решают дела в соответствии с определенной политикой. И это не противоречило бы утверждениям критических теоретиков права. этот закон сводится к политике.

16 Против таких теоретиков постмодерна, как Фиш, Дворкин должен продемонстрировать, что юридическое толкование не сводится к простой риторике.Хотя рассмотрение теории интерпретации Дворкина будет отложено до раздела III ниже, чтобы его нельзя было свести к риторике, должен быть способ установить правильная интерпретация или лучшая интерпретация. Более того, поскольку Дворкин не является ни строгим текстуалистом, т. е. он не верит, что значение юридический текст происходит исключительно из «простого значения» слов и фразы, содержащиеся в нем — ни интенционалист — т.е. он не верит, что значение текста может быть установлено путем выяснения намерения его автора — это означает, что он должен уметь полагаться на герменевтический подход подлежит межсубъективной проверке или одобрению.

17 И в контексте закона как политики, и в контексте закона как простой риторики, судебные решения кажутся произвольными. Это либо простое выражение власти, не требующей последовательности, или выражения риторической силы обеспечивая простую видимость последовательности. Принцип Дворкина, основанный подход призван противостоять представлению о том, что для принятия судебных решений необходимо в любом случае быть произвольным. Соответственно, Дворкин настаивает на том, чтобы судебные принятие решений строго придерживаться принципа честности, которая будет рассматривается в Разделе IV ниже.Из-за сложности современных правовых систем соответствующие принципы не могут применяться механически. к юридическим текстам, представленным для судебного толкования. Что поставлено на карту через Герменевтическая привязка принципов к юридическим текстам — это единство и последовательность правовой системы. Предполагается, что соблюдение принципа честности приведет обычных судей или Геракла к правильному толкованию. в соответствии с таким единством и согласованностью. Следовательно, независимо от того, принцип честности налагает значительные ограничения на толкование судей является важным фактором успеха герменевтического начинания Дворкина.

18 Согласно движению за право и экономику, возглавляемому Ричардом Познером, право в целом и судебное толкование в частности для максимизации богатства I [19]. Так, например, если судья по общему праву должен определить, должен ли производитель нести строгую ответственность за травмы вызвано его продуктами или несет ответственность только в случае небрежности, правильный ответ — тот, который максимизирует благосостояние. В данном примере это означает чтобы судья выбрал наиболее эффективный и наименее эффективный вариант. дорого.Если риск травмы можно понести более экономично и эффективно со стороны производителя, то строгая ответственность является правильным результатом. В противном случае, если это более эффективно возложить на себя часть риска (либо потому, что это приведет к большую осторожность или более дешевую страховку) на тех, кто может быть травмирован, тогда будет требоваться стандарт халатности. В более общем плане, по крайней мере в принципе, обращение к стандарту максимизации благосостояния должно привести судит о единственном правильном ответе, соответствующем фактическим и нормативным предпосылка права и экономики [20].

19 В той мере, в какой закон и экономика допускают единственно правильный ответ в В тяжелых случаях это, по-видимому, представляет проблему для теории Дворкина. Действительно, даже если позитивизм и правовой реализм и его порождения не могут чтобы дать единственный правильный ответ, теория Дворкина кажется в лучшем случае одной из многие из них могут исправить этот недостаток. Если теория Познера так же способна, как Дворкин должен дать единственный правильный ответ для сложных случаев, тогда почему он выбрал один над другим? В более широком смысле, если обе теории предоставляют единственное право ответ, но в каждом случае разный, тогда проблема легитимности которая опровергает теории, не дающие единственного правильного ответа, кажется, тиражируется на другом уровне.Не только теория Познера и Дворкина приводит к другому единственному правильному ответу, но, скорее всего, так же поступают и многие другие, основанные по различным религиозным, идеологическим, политическим или моральным взглядам. Если это правда, тогда возникает вопрос, является ли судебный выбор среди различных видения, которые соответственно поддерживают другой правильный ответ, были бы более законным, чем усмотрение позитивиста, политический выбор критического теоретика права или риторический выбор постмодернистского теоретика.А также prima facie , по крайней мере, до тех пор, пока в государстве нет консенсуса, все Вышеупомянутые альтернативы в равной степени не имеют легитимности.

20Дворкин стремится отличить свою теорию от теории Познера, опираясь на различие между принципом и политикой. Как указывает Дворкин, «[принципиальные аргументы — это аргументы, направленные на установление права личности; политические аргументы — это аргументы, предназначенные для установления коллективная цель »[21]. Кроме того, исходя из этого различия, которое по сути является формальным [22], законотворчество можно в целом рассматривать как преследование какой-либо коллективной цели посредством распределения определенных прав (и соответствующие обязанности), а также вынесение решения в принципе в той мере, в которой поскольку он ориентирован на толкование законов с точки зрения конкретных прав и соответствующие обязанности, которые они возлагают на стороны в суде (и в силу прецедента для сторон, находящихся в аналогичном положении).Короче говоря, если принять общий набор политических и моральных ценностей и набора целей, разработка политики будет включать их выполнение как коллективное целей, тогда как законотворчество, юридическое толкование и судебное решение будут заключаться в превращении их в принципы и в определении конкретных индивидуальных прав и обязанностей, которые гарантируются этими принципами.

21 Достаточно ли это различие между принципом и политикой отличает теорию Дворкина от теории Познера, чтобы поддержать вывод о том, что даже если закон и экономика приводят к единственному ответу в сложных случаях, этот ответ незаконен, потому что он основан на политике, а не на принципах? Или, Другими словами, потому что он полностью подчиняет индивидуальные права коллективным целям?

22 Ответ мог бы быть утвердительным, если бы принципиальная теория Дворкина а права носили кантианский или деонтологический характер.С кантианской точки зрения основанный на приоритете права над благом, равной заботе и Принцип уважения не позволял бы обращаться с людьми просто как со средством. В цель максимизации благосостояния, преследуемая законом и экономикой, действительно появляется ставить свою концепцию блага выше права и, возможно, всегда рассматривает человека как средство (к максимально возможному коллективному богатству) а не как самоцель.

23 Дворкин, однако, не придерживается деонтологической концепции принцип или право.Более того, он заявляет, что «принцип может уступить к … безотлагательной политике, с которой он конкурирует по конкретным фактам «[23]. Соответственно, права должны быть не только лексически предшествующими товарам, но и вес, который измеряется их «способностью противостоять … конкуренции» с политическими целями [24]. Дворкин настаивает, что «из определения право на то, что оно не может быть перевешено всеми социальными целями »[25]. Что это означает к, заключается в том, что, по мнению Дворкина, право не просто сводится к цели или политики так, чтобы она автоматически уступила место чуть более весомой цель или политика.

24 Это требование очень слабое. Значит, право может быть отвергается важными соображениями политики, но не тривиальными. В отсутствие каких-либо конкретных количественных стандартов, казалось бы, последовательное соблюдение законотворчества и разрешения юридических споров в язык принципа и в форме прав удовлетворил бы Дворкин минимальные требования. Более того, поскольку Познер продвигает свои стандарт максимизации благосостояния в рамках судебного решения по общему праву, который приводит к распределению прав и обязанностей, кажется, быть не причиной для этого — или позиция, которая была бы во всех существенных отношениях эквивалент — не удовлетворять минимальным требованиям Дворкина.Действительно, Сам Дворкин утверждает, что консеквенциалистская теория, такая как утилитаризм правил, согласуется с правами, основанными на принципах [26].

25 В отличие от действий утилитаризма, который требует, чтобы каждое действие, включая каждое судебного решения, способствовать максимизации полезности, утилитаризм правил утверждает, что в целом максимизация полезности лучше достигается соблюдением правил, даже если отдельные применения таких правил сами по себе не увеличивают полезность. Таким образом, если в действии утилитаризма все принципы и права в конечном итоге сводятся к политике, что не относится к правилу утилитаризм, для которого релевантным моральным критерием является правила максимизируют полезность, а не каждое предоставление права в соответствии с таким правилом.Поскольку закон и экономика консеквенциалисты во многом похожи на утилитаризм — разница в том, что цель права и экономики максимизировать богатство, тогда как утилитаризм — максимизировать полезность — и то, и другое можно продвигать с помощью подхода, основанного на правилах. Поскольку цель Познера состоит в том, чтобы судьи по общему праву формулировали правила и отстаивали права, которые будет способствовать максимизации благосостояния, его подход очень в духе правила утилитаризма.

26 В той степени, в которой право и экономика ориентированы на правила, а не на действия ориентированной, ее нельзя в достаточной степени отличить от теории Дворкина в термины дихотомии между принципом и политикой.Вместо этого две теории различаются по существу: Дворкин — эгалитарист, а Познер — эгалитарист. либертарианец. Следовательно, если не будет доказано, что либертарианство несовместимо с принципом равной заботы и уважения, что не кажется prima facie — тогда тезис Дворкина о единственном правильном ответе зависит от его обоснованности от доказательства того, что эгалитарное видение превосходит его либертарианский аналог. В противном случае и эгалитарные ответы Дворкина, и Либертарианские ответы Познера должны считаться правильными ответами.Будь то в В конце концов, Дворкин приводит успешные доводы в пользу превосходства своего эгалитарного видения, которое еще предстоит увидеть, и его нельзя полностью рассмотреть без дальнейшего исследования реконструктивного проекта Дворкина и его взглядов. герменевтика.

27 Как уже упоминалось, Дворкин признает, что обычные судьи иногда неспособны дать правильный ответ в сложных случаях, и признает, что юридическое толкование не является ни немедленным, ни прозрачным в сложных правовых системах [27].Эти факторы не должны расстраивать тезис о правильном ответе или принцип единого закона, однако, если для них может быть дано убедительное теоретическое обоснование. Дворкин стремится достичь это поднявшись над темным эмпирическим следом, оставленным обычным законом и судебное решение путем контрфактической реконструкции, сосредоточенной вокруг Геракл, всевидящий и всезнающий сверхчеловеческий судья, благодаря герменевтический подход лучше всего подходит для выявления единства и согласованности система права как можно лучше.

28 Реконструктивная теория, основанная на контрфактах [28], может заполнить пробел, оставленный эмпирический анализ и обеспечить систематическую и последовательную основу для анализ и оценка. Контрфактическая реконструкция, которая часто используется в философии, начинается с существующих интуиций, институтов и практики, дополняет и организует их в единое целое с с помощью контрфактических устройств [29].

29 Использование контрфактических значений ограничивает разрыв между реконструированными картина и преобладающее положение дел — в случае Дворкина между Геркулес и простые судьи.Этот пробел, в свою очередь, дает место для любого совершенство или критика. Например, картина безупречной рыночной экономики с равномерно подобранными конкурентами, точной информацией и отсутствием транзакций затраты — это контрфактический факт, который можно использовать либо для оправдания существующих рынки, несмотря на их несовершенство, как достойные приближения, которые приходят ближе, чем правдоподобные альтернативы к соответствующему контрфакту. Или такой контрфактические выводы можно использовать для критики существующих рынков как неизбежно падающих короткие в отношении качеств, равновесия и справедливости, которые наделяют контрфактический рынок с его нормативной силой и привлекательностью.

30 Дворкин пытается реконструировать гипотезу вокруг Геркулес вовлекает как совершенство, так и критику, но концентрируется в основном на совершенство, таким образом, в значительной степени подтверждая статус-кво [30]. Другими словами, Предполагается, что Геркулес проиллюстрирует, как усовершенствованная версия системы правосудие, построенное наподобие Соединенных Штатов, могло подтвердить точку зрения Дворкина. тезис одного правильного ответа и принцип одного закона. С этой точки зрения более того, настоящая система правосудия, такая как система Соединенных Штатов и обычные судьи, работающие в рамках этой системы, имеют потенциал достижения как можно более близкое приближение к соответствующему контрфактическому идеалу.

31 В соответствии с этим анализом оценка контрфактического Реконструкция должна вращаться вокруг двух ключевых вопросов. Во-первых, проводится реконструкция контрфактической реконструкции, в которой Геркулес является главным героем. с фундаментальными предпосылками, лежащими в основе проекта Дворкина, а именно: плюралистическое общество и приверженность принципу равной заботы и уважения? И, во-вторых, если предположить утвердительный ответ на первый вопрос, подтверждает ли обзор реальных практик вывод о наилучшем приближении или он, скорее, является лучшим оправданием использования Hercules для целей систематической критики текущих практик? Если последнее, то Контрфактическая реконструкция Дворкина в конце концов невольно подтвердила бы вывод о том, что в реальной жизни нет единственного правильного ответа. дела или единство и согласованность в реальных сложных правовых системах.

32 Прежде чем заняться этими вопросами, необходимо кратко рассмотреть Теория интерпретации Дворкина и место в ней контрфактической реконструкции. Для Дворкина интерпретация сама по себе является реконструктивным усилия, направленные на понимание того, что интерпретируется (например, учреждение или практика) «в лучшем свете», а затем «реструктурировать ее» с точки зрения «значение», которое должно быть навязано ему, чтобы оно проявилось в лучшем свете [31]. Закон, в свою очередь, представляет собой социальную практику, предусматривающую оправданное использование «коллективного власть против отдельных граждан или групп »[32].Другими словами, взятый за В целом закон — это практика толкования, предназначенная для определения того, когда и где использование принудительной коллективной власти оправдано, и использование такой силы в соответствии с его наилучшим возможным обоснованием. В идеале все вовлечены в закон как практика, включая разработчиков конституции, законодателей, судей, сотрудников правоохранительных органов и граждане будут участвовать в толковании и реконструкции закона, чтобы сделать его наилучшим из возможных и, следовательно, направить его на оправданное использование.

33 Поскольку законность и приемлемость принудительной силы закона зависит от того, соответствует ли он принципам справедливости и честности [33], лучшее толкование закона — это справедливое и справедливое толкование. Но поскольку есть разногласия по поводу что честно и справедливо, и поскольку взгляды на них меняются со временем, юридические переводчики должны стремиться представить справедливость и беспристрастность в лучшем свете и сплести исторический нарратив, отображающий общие нити между прошлым и настоящим описанием этих концепций, при этом должным образом учитывая существенные различия [34].

34 Легко увидеть, как принцип одного закона и один правильный ответ Этот тезис соответствовал концепции Дворкина о правовой интерпретации как о реконструктивном усилия, направленные на то, чтобы раскрыть единство и последовательность закона в его наилучшем возможном свете, как совместимые со справедливостью, беспристрастностью и принципом равной заботы и уважения. Это было бы особенно верно, если бы контрфактическая реконструкция могла покончить с законами и юридическими толкованиями, которые не могли возможно, интегрироваться в принцип единого закона.Например, Американская конституция попустительствовала рабству до принятия Постановления Поправки о гражданской войне 1860-х гг. [35] и во многих американских штатах были законы, которые институционализировали и сохранили институт рабства. Было бы следовательно, в 1850 году для кого-то было невозможно реконструировать американское право как толковательную практику, которая соответствует равным интересам. и уважать принцип или любую правдоподобную версию либеральной теории справедливость или честность. Однако на самом деле американская правовая система может быть вообразить в 1850 году, как если бы в нем не было конституционных положений или законов легализация рабства.Но в таком случае контрфактическое упражнение могло только выполняют важную функцию, т. е. подчеркивают незаконность и несправедливость преобладающий в то время правовой режим — но не совершенствующая функция, потому что вообразимая интерпретация законов о рабстве могла бы рассматривать их как примеры оправданное принуждение, согласующееся с фундаментальными моральными предпосылками Дворкина или любого другого либерала.

35В то время как пример рабства является драматическим, судья отказать в исполнении закона или уйти в отставку вместо того, чтобы способствовать несправедливое предприятие [36], гораздо менее ясно, должна ли контрфактическая реконструкция интегрировать или устранить законы, которые не укладываются в рамки либерального эгалитарное видение, но оно не аморально по своей сути.Предположим, например, что поправка к конституции закрепила за Верховным судом США решение по делу Lochner v. New York [37], которое признало неконституционным закон штата установление ограничения на количество часов работы отдельных сотрудников на основания того, что он нарушил свободу договора и права собственности, закрепленные в Положении о надлежащей правовой процедуре [38]. Согласно такому конституционному поправка, закон о минимальной заработной плате или закон о максимальном количестве часов не будет конституционным. Теперь, хотя правовой режим, ограниченный такой поправкой к конституции, нарушил бы эгалитарную концепцию равной заботы и уважения, он был бы совместим со своим либертарианским аналогом [39].Если эгалитарный контрфактический реконструктор проигнорирует поправку и правовой режим, вытекающий из этого? Или ей следует принять их во внимание и разработать наилучшее возможное описание закона в системе без минимальной заработной платы или защиты максимального рабочего времени?

36Ответы на эти вопросы имеют решающее значение, поскольку от них зависит один потребуются два радикально разных контрфактических упражнения. Если реконструктивное упражнение должно включать только те аспекты настоящего юридическая практика, которая соответствует единой законченной правовой системе, которая лучше всего выражать моральные принципы и цели данного видения, тогда контрфактическая реконструкция приведет к чисто утопическому идеалу.Конечно, в контекст такого идеала принцип одного закона и один единственный ответ для сложных случаев — то есть сложных случаев в реальном мире, но не в идеальном мире — было бы легко добиться. Они будут зависеть только от того, сколько правовая система реального мира должна быть отброшена в контрфактическом реконструкция. Более того, даже если бы в таком идеальном контексте оставались сложные вопросы интерпретации в конкретных случаях, Геракл смог бы разрешите их. Таким образом, в своей наиболее крайней форме такая контрфактическая реконструкция была бы эквивалентна Богу, данному совершенным и единым. система права (которая в некоторых ограниченных отношениях может быть приближена некоторые аспекты существующих правовых систем), истолкованные пророками, удостоен божественного понимания.Такая контрфактическая реконструкция, однако, прежде всего подчеркивает, что единство и согласованность, которые он производит, по-человечески невозможно достичь. Соответственно, он служит исключительно критический контрфактический вывод, иллюстрирующий, что принцип единого закона и единый и согласованная правовая система, к которой стремится Дворкин, полностью недоступна для людей.

37 Если, с другой стороны, реконструктор контрфактической система, как она ее находит, и ограничивает свои реконструктивные попытки неясными или открытые вопросы, то маловероятно, что ее интерпретирующий работа приведет к единству или согласованности.Например, заполнение пробелов в либертарианской правовой системе эгалитарными решениями привело бы к созданию системы, которая не имеет ни либертарианского, ни эгалитарного единства или согласованности. Более того, контрфактическая реконструкция в этом направлении, по-видимому, прежде всего подчеркнет, что есть по крайней мере два правдоподобных ответа, один либертарианский а другой эгалитарный — в тяжелых случаях.

38 Позиция самого Дворкина находится между этими двумя крайностями.

39 Его подход лучше всего подходит для контрфактической реконструкции общего права.Поскольку общее право развивается в результате постепенного процесса наращивание на основе накопления соответствующих прецедентов, и с тех пор, как существующие прецеденты обычно ограничивают диапазон интерпретируемого выбора, но редко предопределяют исход любого дела, не идентичного уже решенному, и у настоящих судей, и у Геркулеса есть огромное пространство внутри который маневрировать. Например, судьи могут отдавать предпочтение определенным прецедентам. по сравнению с другими, согласно предыдущему большему весу. Они могут выбирать среди различные линии прецедентов, а иногда они даже могут отменять прецеденты.Более того, широко сформулированные конституционные положения, такие как Статья о надлежащей правовой процедуре [40] или статья о равной защите [41] заметно отличаются поддается подходу общего права. Так, например, вышеупомянутая доктрина Lochner была отклонена и отклонена Верховным судом. в 1930-х [42], а теперь законодательство о минимальной заработной плате и максимальном рабочем времени является конституционным в Соединенных Штатах. Наконец, даже уставы для некоторых степень соответствия подходу общего права, что можно проиллюстрировать ссылкой на приведенный выше пример закона, запрещающего использование транспортных средств в общественных местах. парки [43].В этом примере вопрос заключался в том, подпадает ли под запрет на использование инвалидной коляски с электроприводом. Предполагая, что судья решит, что он нет, то это решение будет представлять собой соответствующий прецедент в последующем деле, касающемся вопроса о том, въезжает ли скорая помощь в общественный парк, чтобы отвезти травмированного пользователя парка в больницу попадает под запрет.

40 Открытый подход общего права делает весьма вероятным, что оба что будет более одного правдоподобного ответа, из которого можно будет выбрать трудные случаи, и что один из таких ответов будет соответствовать целям эгалитарного реконструктора контрфактов.Другими словами, это возможно, по крайней мере, в теории, что на самом деле существует несколько правильных ответов («правильный» согласно общепринятые нормы права), но что, наоборот, есть только один (с точки зрения либерального эгалитаризма). И, если это Итак, тогда дворкинская контрфактическая реконструкция должна была бы многое сделать. больше с совершенством статус-кво, чем с какой-либо радикальной критикой его.

41 Представление Дворкина о Геракле согласуется с этим последним выводом.Дворкин не наделяет Геракла божественными или пророческими атрибутами, но только с усиленными и расширенными человеческими способностями, которые явно превосходят возможности любого обычного судьи [44]. Соответственно, контраст между Геркулес и обыкновенный судья в чем-то похож на то, что происходит между математический гений и обычный человек с посредственным математическим навыки и умения. Геракл, следовательно, может найти правильные ответы и единство и согласованность существующей правовой системы через процесс рационального завершения и совершенствования.

42 В соответствии с этими наблюдениями, запрос о том, Контрфактический вывод Дворкина на самом деле перекликается с его предпосылками. быть настроено на фоне предположения, что текущие американские правовые система и ее преобладающие практики в целом совместимы с Либерально-эгалитарное видение Дворкина. Безусловно, некоторые законы и некоторые судебные решения могут быть несовместимы и, следовательно, являются справедливыми объектами для контрфактической критики. Но по большей части преобладающие конституционные и правовой режим следует рассматривать как требующий контрфактического совершенствования, но не контрфактический ремонт.По крайней мере, это предположение Дворкина. и это требует дальнейшего исследования в ходе оценки его теории.

43 Прежде чем перейти к этой задаче, остается один важный момент, связанный с Теория интерпретации Дворкина, на которую следует кратко остановиться. Дворкин сравнивает юридическое толкование с литературным толкованием. Как литературный критик должен стремиться к наилучшей интерпретации романа, так что Судья должен стремиться предоставить (и Геркулес сможет предоставить) наилучшее возможное толкование закона, который он призван применять [45].В обоих случаях цель состоит в том, чтобы найти «наиболее подходящий», хотя Дворкин признает что критерии разные: в литературе критерии эстетические, тогда как в праве они находятся в сфере политической морали [46].

44 Эта аналогия неудачна, поскольку она либо ложна, либо в конечном итоге подрывает, а не усиливает тезис Дворкина о праве. Действительно есть нет единого мнения об эстетике или вкусе, и существует множество конкурирующих эстетических теорий, которые, несомненно, приведут к различным и часто несовместимые «лучшие интерпретации» одного и того же произведения искусства.Марксистская эстетика, например, отличается от психоаналитической эстетики, формальной эстетики. эстетики или классической эстетики, и могут дать другую интерпретацию конкретного романа, чем эти другие теории. Пока интерпретации с точки зрения эстетики могут частично совпадать и быть будучи взаимно совместимыми, они обязательно останутся хотя бы частично несовместимыми. грубо или несовместимо. Соответственно, понятие «лучшая интерпретация» имеет смысл только в рамках конкретной спорной эстетики теория.

45 Возможно, что закон не имеет аналогов, и что правовая система может быть единый и последовательный, соответствующий принципу единого закона и поддающийся рассмотрению на тезис об одном правильном ответе, если он основан на принципе равной заботы и уважения. В этом случае контрфактическая реконструкция Дворкина может хорошо обеспечивают «лучшее толкование» закона. Или может случиться так, что аналогия между искусством и законом, и что контрфактическая реконструкция Дворкина в лучшем случае убедительна для либеральных эгалитаристов, но не для либертарианцев, контрактников, ультралитаристов или любых других, кто придерживается равных Принцип заботы и уважения.Но в последнем случае предприятие Дворкина по интерпретации кажется несовместимым с плюрализмом.

46 Важной причиной толкования Дворкина является необходимость подделывать согласованные связи между прошлым, настоящим и будущим. Обстоятельства меняются, и невозможно сохранить единство или преемственность права без такого ссылки. Вот почему, как мы видели, Дворкин отвергает чисто обратное — смотрящий на конвенционализм и чисто дальновидный прагматизм [47]. Более того, такие связи не могут быть установлены и поддержаны механическим применением соответствующих принципов.Что необходимо, так это строительство повествование, которое стремится уловить идентичность и преемственность среди непрерывного потока изменений. Вызов для кого-то вроде Дворкина, кто ищет объяснение единства и непрерывности закона в меняющиеся времена аналогично тому, с чем сталкивается человек в контексте теории Поля Рикера. различие между собой как тождеством и собой как самопознанием через различия [48]. В соответствии с различением Рикёра, если я размышляю о себе в течение короткого промежутка времени, я, вероятно, сделаю вывод, что я то же самое в конце интервала, что и в начале.Если, с другой стороны, я меня спрашивают, что делает меня такой же личностью, какой я был очень давно когда я был ребенком, было очевидно, что я уже не выгляжу прежним, думаю, то же самое и т. д. Что объясняет мое постоянное чувство идентичности, вместо этого что я построил повествование, объединяющее последовательные периоды моя жизнь и различные переживания, которые превратили каждого из них в целостное целое, в котором чувство идентичности возвышается над всеми различиями. Ясно, что это последнее объяснение требует интерпретирующей реконструкции во многом так же, как делает проект Дворкина по поиску единства и согласованности в жизни закона.

47 Есть еще одна веская причина для стремления Дворкина к интерпретации: верховенство закона. Дело не только в том, что закон допускает интерпретирующую реконструкцию; он действительно этого требует. Соблюдение законности зависит от предсказуемости и справедливости. Верховенство закона требует оценки граждан ex ante юридических обязательств, за которые они будут нести ответственность. Более того, верховенство закона должно стремиться к тому, чтобы законы были справедливыми. Хотя эти две цели — предсказуемость и справедливость, иногда противоречат друг другу, по крайней мере, верховенство закона должно стремиться как можно лучше уважайте их и примиряйте их.И чтобы достичь этого, необходимо провести интерпретирующую реконструкцию того, что связывает воедино. прошлое, настоящее и будущее.

48 Одним из способов разрешения противоречий между предсказуемостью и справедливостью является через обращение к принципам. Если предсказуемый результат окажется несправедливым, тогда будет гарантирован принципиальный и справедливый результат. Это было бы либо потому что в таком случае достижение справедливости было бы важнее, чем уважая устоявшиеся ожидания, или потому что решение соответствует на карту поставлен принцип следовало ожидать , даже если на самом деле это не было ожидал.Например, в своем решении 1954 года по делу Brown v. Board of Education [49] Верховный суд США постановил, что расовая сегрегация в государственной школе нарушал конституционные права на равенство, несмотря на то, что Решение 1896 Плесси против Фергюсона [50], суд постановил, что этот штат санкционировал расовая сегрегация соответствует конституционному равенству. Возможно, к 1950-м годам было неразумно утверждать, что конституционное равенство и принцип равной заботы и уважения совместимы с насильственная расовая сегрегация.Соответственно, даже если Brown застали людей врасплох, они не имели права ожидать дальнейшего соблюдения Plessy.

49 Оглядываясь назад, становится очевидным, что Brown и его потомство обеспечивают лучший толкование конституционного равенства в Соединенных Штатах, чем Плесси. Уже несогласные судьи в тесно разделенном решении в Plessy считал, что поддержка большинством санкционированной расовой сегрегации предосудительна с моральной точки зрения [51], и сегодня никто не станет спорить, что такая сегрегация можно примирить с принципом равной заботы и уважения.Суммируя, в настоящее время существует консенсус в отношении того, что решение Brown было принято правильно, и в той степени, в которой такого согласия не было в 1954 году, Hercules должен был быть в состоянии предвидеть это, тем самым укрепляя интерпретативную теорию Дворкина.

50 Коричневый больше не трудный случай, если он когда-либо был для тех, кто искренне придерживался принципа равной заботы и уважения. Но что насчет более сложные дела, такие как те, которые касаются позитивных действий или минимальных прав на благосостояние, или прав групп меньшинств, по поводу которых в настоящее время существует значительное общественное несогласие? Есть ли правильный ответ на эти последние случаи? И приведет ли такой ответ к будущему консенсусу? Или эти случаи по своей сути разные, что, в свою очередь, вызывает серьезные сомнения в теории Дворкина?

51 Чтобы лучше ответить на эти вопросы, сначала необходимо кратко остановиться на различии, которое Дворкин проводит между «понятие» и «зачатие», а также об интерпретативных последствиях, которые он исходит из его концепции закона как «целостности».

52 Некоторые концепции, в том числе многие из них, такие как свобода или равенство, которые занимают видное место в конституционном праве, по существу являются оспариваемыми [52]. Оспариваемые концепции характеризуются тем, что находят выражение в конкурирующих концепциях , которые могут быть взаимно несовместимыми. Например, как уже отмечалось, концепция равенства включает в себя конкурирующие концепции такие как эгалитарная концепция и либертарианская концепция. Более того, одни концепции равенства продвигают принцип равенства возможностей, в то время как другие полагаются на принцип равенства результатов.В большинстве случаев, реализация одного из этих принципов несовместима с реализацией другого. Таким образом, равные возможности побороться за позицию. было бы несовместимо с равным правом на эту должность [53].

53Дворкин утверждает, что Конституция США закрепляет концепции свободы и равенства среди других [54], но уточняет, что это не навязывает какой-либо конкретной концепции этих концепций [55]. Однако судебная интерпретация и разработка этих понятий невозможны, по крайней мере, в жестких условиях. случаев, без обращения к какой-либо конкретной концепции таких понятий.Например, могут ли позитивные действия, связанные с преференциальным режимом в образовании или трудоустройстве соответствие с конституционным равенством зависит от того, придерживается ли человек концепции равенства, основанной на равенстве лечение или такое, которое предписывает равенство результатов [56]. Дорквин признает, что есть дела, которые нельзя разрешить, не прибегая к конкретная концепция конституционализированной концепции и предполагает, что Геракл должен выбрать такое зачатие, которое приведет к наиболее «удовлетворительным результатам». разработка «конституционализированной концепции, о которой идет речь [57].

54 Сочетание утверждения Дворкина о том, что конституция закрепляет определенных концепций, но не их конкретных концепций, с его наблюдением, что убедительное судебное толкование должно иногда полагаться на конкретное концепция конституционализированной концепции, о которой идет речь, кажется, подрывает его тезис с одним правильным ответом. Действительно, как уже указывалось, конституционность позитивных действий в соответствии с положением о равной защите Американская конституция не может быть определена без обращения к некоторым концепция равенства.Более того, в то время как некоторые из таких концепций совместимы с пропагандой позитивных действий, другие — нет. Согласно эгалиратской концепции равенства Дворкина, позитивное действие конституционный [58]; однако при либертарианском равенстве это не [59]. Другое словами, в соответствии с концепцией Дворкина принципа равной заботы и уважения позитивные действия совершенно законны; но согласно либертарианской концепции того же принципа, позитивные действия скорее подрывают, чем поддержать равенство.По мнению Дворкина, рассматриваемый принцип требует лечения. как равное, но не равное обращение. В соответствии с этим, в то время как оскорбительная дискриминация членов угнетенных групп меньшинств включает явное нарушение обязанности относиться ко всем людям как к равным, предпочтительным обращение с такими меньшинствами в целях исправления прошлых ошибок или гарантия того, что они пользуются справедливой долей благ общества, не означает пренебрежения чьим-либо достоинством или достоинством [60]. Для либертарианца, напротив, принцип равной заботы и уважения предписывает: соблюдение принципа равных возможностей при выделении дефицитных рабочие места или дефицит мест для учебы в университете.Это означает что, по крайней мере, в этом контексте обращение на равных влечет за собой равное обращение, и что любой, кто лишен равных возможностей соревноваться, — по крайней мере, до тех пор, пока он или она не несет индивидуальной ответственности за недостатки тех, кто призван извлекать выгоду из позитивных действий, — к нему на самом деле не относятся как к равному.

55 Сам факт того, что концепция может быть конституционализирована, но не может быть интерпретирована или применена в судебном порядке без опоры на некоторых из многие правдоподобные конкурирующие концепции, кажется, явно подрывают обоснованность тезиса об одном правильном ответе.Более того, этот вывод верен для всех оспариваемых концепций, а не только для самых абстрактных. Таким образом, для Например, Конституция Канады прямо предусматривает положительные действие [61] I , в отличие от США. Однако есть много конкурирующие концепции концепции позитивного действия, даже если один предполагает, что это понятие полностью включено в понятие (или в определенные концепции) равенства. Существуют коммунитарные и индивидуалистические концепции, компенсаторные и распределительные концепции и т. Д., который сделать неизбежным возникновение сложных дел, в которых судьям придется делать выбор среди правдоподобных конкурирующих концепций позитивных действий. В более общем плане, поскольку нет конституции для сложного демократического государства может избежать конституционализации некоторых по существу оспариваемых концепций, опора на различие между концепцией и концепцией скорее подрывает чем подтверждает тезис об одном правильном ответе.

56 В соответствии с систематической контрфактической реконструкцией Дворкина. проекта и принципа единого закона, однако различие между понятие и концепция не должны рассматриваться изолированно, вне всеобъемлющего интерпретирующего контекста, в который они должны быть включены.В частности, тогда как различие между концепцией и концепцией не может привести к единственному ответу в сложных случаях, он может сделать это, если поместить его в сфера права как целостность. В самом деле, интерпретативная задача Геракла не является ограничивается выбором среди конкурирующих концепций, но гораздо шире. Он включает в себя примирение прошлого, настоящего и будущего и их переплетение. в связное повествование, отдавая должное справедливости, беспристрастности и надлежащей правовой процедуре, и согласование единства правовой системы в целом с ее многообразное разнообразие.В свою очередь, Геракл должен руководствоваться этим всеобъемлющим принципом честности. пристальный взгляд.

57 Разработанный Дворкином принцип целостности многогранен. один. Он играет как положительную, так и отрицательную роль как законодательную, так и судебное измерение [62], и он может действовать на разных уровнях, в том числе на более абстрактные и более конкретные [63]. Короче говоря, честность требует последовательного следования моральным принципам, и, соответственно, ее отрицательная роль в контрфактической реконструкции очевидна: беспринципность, чисто политическая — в чувство продвижения узкопартийных политических интересов или лживое исполнение законодательных или судебных обязанностей свидетельствует об отсутствии добросовестности и ipso facto незаконны.Более того, эта негативная роль играет важную роль. один в контрфактической реконструкции в качестве критики, обеспечивающей принципиальную основу для отрицания определенных законодательных и судебных решений как незаконных.

58 Однако гораздо труднее понять положительную роль честности. Воркин утверждает, что

59

У нас есть два принципа политической целостности: законодательный принцип, который требует от законодателей попытаться сделать общий свод законов морально согласованным, и вспомогательный принцип, который предписывает, чтобы закон был виден настолько связным, насколько это возможно, . [64]

60 Мы предполагаем, что законодательный принцип, провозглашенный Дворкиным, достаточно прозрачен, чтобы обеспечить работоспособный положительный критерий честности [65] — Но как насчет честности как судебного принципа, который требует толкования закона как морально последовательного «насколько это возможно»? Достаточно ли это связно или определенно, чтобы наделить целостность как положительную силу достаточным фиксированный или общепринятый работоспособный контент?

61 Чтобы сузить круг вопросов, я предполагаю, что мы имеем дело с юридическим система, которая, как правило, соответствует широко понимаемому принципу равной заботы и уважения, но, тем не менее, включает в себя широкие идеологические разногласия, а также широкий спектр законодательных и судебных решений, которые не могут быть согласованы в рамках единой концепции вышеизложенного по существу оспариваемый принцип.Таким образом, рассматриваемая правовая система не будет включать узаконили рабство или апартеид, как это делала американская правовая система в прошлом, но он будет включать некоторые законы и судебные решения, совместимые с либертарианская концепция принципа равной заботы и уважения, но не со своим эгалитарным аналогом, и наоборот. Тогда возникает вопрос сможет ли Геракл подняться над конфликтом между концепциями через позитивное применение принципа судебной честности.

62 Дворкин утверждает, что целостность необходима в земных правовых системах, потому что они не могут полностью примирить справедливость и честность [66].По мнению Дворкина.

63

Правосудие … это вопрос правильного исхода политической системы: правильное распределение товаров, возможностей и других ресурсов. Справедливость вопрос правильной структуры этой системы, системы, которая правильно распределяет влияние на политические решения [67].

64 Другими словами, в реальных государствах справедливое распределение и справедливое распределение полномочий не всегда совпадают. Например, было бы справедливо законодательное большинство определяет законодательные результаты, но может бывают случаи, когда такое большинство принимает несправедливые законы.Судья не может просто игнорировать это, поскольку ей не следует игнорировать противоречие между предсказуемостью закона и его справедливостью или процессуальными гарантиями надлежащей правовой процедуры, т.е. правильные процедуры для обеспечения соблюдения правил и положений, разработанных системой »[68], даже если они иногда препятствуют справедливости или справедливости.

65 В лучшем случае Геркулес полагался бы на принцип целостности. что требует принципиальной и разумной попытки обеспечить справедливость, беспристрастность, надлежащая правовая процедура, прецедент, предсказуемость и оправданные ожидания. в последовательной реконструкции закона, который подтверждает равную заботу и соблюдайте принцип как можно лучше.Также в лучшем случае Геркулес смогли бы преодолеть конфликт представлений с помощью устная работа, руководствуясь принципом честности. Так, например, если позитивные действия были конституционными в рамках эгалитарной концепции равенство, но не при либертарианском, Геракл сможет уладить на одном из них, работая над интерпретирующими последствиями принцип целостности. В этом случае, кроме того, принцип единого закона и тезис об одном правильном ответе будет подтвержден путем сочетания опоры о различии между понятием и концепцией и о толковании работа по принципу добросовестности.

66 Однако этот лучший из случаев не может быть чем-то большим, чем неоправданный скачок веры, даже для Геракла, и даже в области убедительных контрфактических реконструкция. Причина этого, кроме того, в том, что принцип честности, разработанный Дворкиным, не имеет достаточного положительного содержательного содержания. предложить какой-либо конкретный определенный исход в сложных случаях. В качестве альтернативы, если принцип честности следует понимать в процедурных терминах, т. е. если судьи должны пройти контрольный список, включающий проверку на согласованность, принципиальное прочтение прецедентов и рассмотрение всех аргументов, представленных на соответствующие вопросы правосудия, справедливости и надлежащей правовой процедуры — он также не обеспечивает достаточное руководство, чтобы остановиться на одном определенном исходе для сложных случаев.

67 Принцип честности, заключающийся в отсутствии достаточного существенного положительного содержания, становится очевидным, если кто-то пытается совместить справедливость и справедливость в трудный случай. Такое примирение требует нахождения правильного равновесия между справедливыми результатами и справедливыми или справедливыми институтами, когда они конфликтуют. Но для того, чтобы сделать это в трудном случае, это случай, связанный с противоречивыми концепциями того, что следует считать справедливым результатом, и, возможно, конфликтующими концепциями того, что составляет справедливое распределение институциональной власти, добросовестность должна обеспечивать критерии для устранения существенных расхождений в отношении справедливых результатов, справедливых институтов и надлежащего баланса между двумя.Предположим, например, что законодательный орган большинством голосов принимает закон, требующий предоставления преференциального режима для членов. расового меньшинства на государственной службе и что лицо, не принадлежащее к меньшинству, которому было отказано в государственной работе из-за этого закона, подает в суд на нарушение его конституционных прав на равенство. Предположим далее, что при либертарианская концепция равенства — то есть при либертарианской справедливости — любое преференциальное обращение было бы несправедливым, но что в рамках эгалитарной концепции такое преференциальное обращение будет лишь до тех пор, пока оно будет способствовать большему равенство результата.Предположим, наконец, что существует судебный прецедент, интерпретирующий конституционное равенство в соответствии с либертарианской концепцией в дело о запрете позитивных действий и что оспариваемый закон о преференциальном режиме не был бы одобрен большинством в законодательном органе, кроме значительного лоббирования со стороны организаций гражданских прав. Как мог принцип честности ведет судью к единственному правильному ответу в соответствии с этими обстоятельства ? Помогает ли честность разрешить конфликт между концепциями? Помогает ли это определить, действительно ли институциональная среда справедливый ? Или какой вес следует придать для определения правильное равновесие между либертарианским правосудием и демократическим законотворчеством, движимым интересами групп? Кроме того, какой вес эгалитарный судья должен придавать либертарианский прецедент?

68 Кажется очевидным, что помимо введения процессуальных требований, судья быть принципиальным, справедливым, непредвзятым, нравственно преданным и прилежным, принцип честности не дает указаний при ответе ни на один из вышеуказанные вопросы.Мало того, что принципиальный эгалитарный судья Честность, вероятно, решит дело иначе, чем либертарианский судья с такими же принципами, но даже умеренный эгалитарист может прийти к другому выводу, чем радикальный. Действительно, тогда как умеренный эгалитарист может целостности придают значительный вес либертарианскому прецеденту, радикальный эгалитарист вполне может почувствовать, что это предаст ее приверженность справедливость придерживаться противоположного и неубедительного прецедента.

69 Принципы честности, разработанные Дворкиным, не предполагают ни качественных норм, ни количественные стандарты для сортировки противоречивых элементов, тянущих в разные стороны в сложных случаях.Поскольку честность не может разрешить конфликты между конкурирующие концепции, проводят убедительные границы между справедливостью и честностью или приписывают им измеримые относительные веса; или определить, каким прецедентам следует следовать, когда открыто несколько путей, или в какой степени следует ли следовать правдоподобным прецедентам; должно быть много интерпретаций, а не одно для сложных случаев. Соответственно, титаническое предприятие по интерпретации не может привести к единственному «наилучшему соответствию», а скорее к несколько различных правдоподобных совпадений в зависимости от оспариваемого или оспариваемого задействованы основные нормативные обязательства.Таким образом, может быть лучший либертарианская интерпретация конституционности позитивных действий и разные и противоречивые лучшие эгалитарные интерпретации этого. Таким образом, в конечном итоге аналогия между юридической и эстетической интерпретацией сохраняется, как утверждает Дворкин. Вопреки анализу Дворкина, тем не менее, существует столько же действительных юридических толкований, сколько и различных концепции справедливости и справедливости в соответствии с равной заботой и уважать принципы, так же как они представляют собой столько же «лучших» эстетических интерпретаций, сколько существует различных правдоподобных эстетических теорий.

70 Принцип равной заботы и уважения или в плюралистических терминах. Либертарианские, утилитарные и эгалитарные концепции этого принципа все монистические по своей природе. Все они подходят к равным принцип заботы и уважения с единой точки зрения: либертари- анизм от равной свободы; утилитаризм, от утилитарности каждого человека счастье приписывается такой же ценности в целях достижения наибольшее счастье наибольшего числа; и эгалитаризм, от действующий стандарт материального равенства, будь то равенство ресурсов, равенство результатов или равное удовлетворение основных потребностей каждого человека.Все эти Более того, монистические концепции охватываются более широкой концепцией либерального индивидуализма. Теперь, в соответствии с предыдущим анализом, в той степени, в которой либертарианство и эгалитаризм приводят к различным ответам в сложных случаях, сторонники либерального индивидуализма не могут обеспечить принцип единого закона или один правильный ответ для каждого сложного случая. А также это справедливо даже для Геракла, поскольку он не обладает никакими действительными или контрфактическими средствами для выбора среди конкурирующих концепций либерального индивидуализм.

71 Эта проблема встречается в контексте либерального индивидуализма. становится еще более острым в плюралистической концепции равных Принцип заботы и уважения. Такая плюралистическая концепция предпочтительнее его монистические аналоги, в том числе относящиеся к либеральным индивидуальным ализм, потому что он позволяет более систематически и всесторонне реализация требования принципа равной заботы и уважения к обращению каждый человек как равный. Действительно, в то время как все версии либерального индивидуализма рассматривают каждого человека как в некотором отношении, плюрализм стремится сделать так во всех отношениях, в том числе в отношении точки зрения каждого человека и понятие о добре.Это означает, что не только люди, но и, по крайней мере, prima facie, их взгляды должны рассматриваться как равные друг другу в соответствии с принцип равной заботы и уважения. Это, в свою очередь, может сильно умножьте количество различных концепций, в отношении которых трудные случаи можно интерпретировать, таким образом делая принцип одного закона Дворкина и один Правильно ответить на тезис еще более проблематично.

72 При ближайшем рассмотрении становится очевидно, что проблема не в этом. скорее количественный, а скорее качественный, или, другими словами, не такая большая проблема, связанная с количеством конкурирующих концепций хорошо внутри государства, но скорее проблема в том, как примирить их, или рассортировать их, чтобы разрешить сложные случаи.В другом Для дальнейшего изучения этой темы необходимо вкратце обратиться к рудиментам плюралистической концепции.

73 В обществах, типичных для западных конституционных демократий. в котором граждане разделяются на несколько конкурирующих концепций хорошие — то есть общества, которые фактически являются «плюралистическими», лучший способ реализовать требования принципа равной заботы и уважения принятие «плюрализма как нормы» или, другими словами, через приверженность к «всеобъемлющему плюрализму» [69] Согласно всеобъемлющему плюрализму, каждый концепция блага, принадлежащая одному или нескольким лицам в государстве, должна иметь право на равную заботу и уважение prima facie .Однако это предположение prima facie можно опровергнуть, поскольку реализация определенных концепций добра может препятствовать или мешать реализации других. Например, отстаивание нормативных предписаний крестоносной религии, требующей уничтожения неверных, было бы явно несовместимо с другими религиозное или светское представление о добре.

74 Чтобы справиться с такими конфликтами, всеобъемлющий плюрализм должен быть посредником между концепциями блага и стремиться обеспечить это стремление к любому такому зачатие не должно препятствовать реализации других подобных концепций.В соответствии с этим, хотя каждая концепция блага претендует на то, чтобы быть принятой на своих собственных условиях, всеобъемлющий плюрализм предписывает, чтобы концепции блага принимались только на его собственных условиях. Для Например, вышеупомянутая религия крестоносцев не может быть принята на его собственные условия, но его следует принять в той мере, в какой другие его предписания могут быть отделены от предписаний, требующих насилия против неверных. В более общем плане нормы, предписанные конкретными представлениями о благе, например, те, которые связаны с религиями, культурными или национальными группами, либеральными индивидуалисты, коммунитаристы, сторонники альтернативного образа жизни и т. д., жестяная банка можно охарактеризовать как «нормы первого порядка». Напротив, нормы, исходящие из плюралистической концепции принципа равной заботы и уважения, которые предписывают, как быть посредником между конкурирующими нормами первого порядка, и как выделить среди последних те, которые могут открыто преследоваться, и в какой степени можно отнести к «нормам второго порядка». Короче говоря, всеобъемлющий плюрализм предписывает защищать как можно большее количество первоочередных нормы, которые могут быть включены в социальные, моральные, политические и правовые пространство, вырезанное по нормам второго порядка.

75 В рамках всеобъемлющего плюрализма задача интерпретации одновременно обширна и разнообразна. Он включает в себя подчинение норм первого порядка второстепенным. нормы порядка, посредничество между конкурирующими нормами первого порядка и поиск расширить интерсубъективную стадию, чтобы вместить как можно больше концепций как можно больше хорошего. Эта задача интерпретации включает в себя динамическое процесс противостояния определенных постоянных принципов и массива постоянно развивающихся переменных в поисках плавного и всеобъемлющего взаимодействия.Более того, эта задача интерпретации должна быть распределена между моралью, законом и политикой, рассматриваемые как непрерывные, перекрывающиеся, и все же отдельные домены. Наконец, эта интерпретирующая задача, независимо от того, применяется ли между областями — для распределения задач между ними с учетом текущих проблем или потребностей — или применяются ли они исключительно в рамках закона, следует рассматривать как диалектический и диалогический, а не как линейный. Правильный метафора для этой интерпретирующей задачи, следовательно, не является цепочкой Дворкина. роман, но диалог и посредничество в конфликтах, ориентированные на примирение, убеждение и компромисс.

76 В конечном итоге спектр законных позиций, признанных всеобъемлющим плюрализмом, не только намного шире, чем ограниченный либеральным индивидуализмом Дворкина, но попытки интерпретации ибо они гораздо более разнообразны и сложны, чем те, которые Дворкин. Хотя Геракл определенно мог выполнить некоторые из этих усилия, такие как оценка норм первого порядка с точки зрения нормы второго порядка, которые привели бы к единственному правильному ответу, это не было бы так, даже противное, для других.

77 В подтверждение этого последнего пункта можно привести два важных примера. В Первый из них касается вопроса о членстве. Наиважнейшая забота всеобъемлющий плюрализм заключается в стремлении достичь примирения между собой и другие. Для этого необходимо решить вопросы членства, а это невозможно в некоторых сложных случаях. Один из таких случаев касается аборта. Чтобы всеобъемлющий плюрализм развернул свой второй порядок норм, и чтобы попытаться согласовать нормы первого порядка, он должен принимать во внимание всех членов, принадлежащих к его моральной вселенной.Легитимность однако в конечном итоге аборт зависит от вопроса о принадлежности к нерожденный плод в соответствующей моральной вселенной. Согласно некоторым взглядам, плод обладает атрибутами личности и, следовательно, заслуживает членства по крайней мере, для целей определения вопроса о законности его устранение. Согласно другим взглядам, членство присваивается только при рождении, и Следовательно, аборт — это вопрос, касающийся основных прав женщины. Всеобъемлющий плюрализм зависит от разумного консенсуса по членство и, следовательно, не имеет критериев для решения проблемы в контексте аборт.[70] Соответственно, ни один судья, будь то просто человек или геркулес, В случае аборта можно прийти к , чтобы получить правильный ответ .

78 Второй пример касается конфликта между двумя наборами нормы равной важности для их соответствующих сторонников в случаях, когда ни одна из этих норм не противоречит требованиям норм второго порядка. Этот будет иметь место в случае конфликта между атеистами и верующими в Бога относительно общественного образования в государстве, в котором ни конституция, ни внутриконституционные законы предлагают четкое руководство по этому вопросу.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.